Читаем Кошмары из серы онлайн бесплатно

Кошмары из серы

Кел Карпентер

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Людям, которые были с тобой в трудные времена… потому что лучшее еще впереди.

Гордыня предшествует разрушению, а надменный дух — падению.

Притчи 16:18

ЧАСТЬ I

ГЛАВА 1

КТО БЫ МОГ ПОДУМАТЬ, что врата Ада находятся внутри пончиковой?

Ладно, не пончиковая, как таковая. Печально известное французское кафе было намного класснее. И все же, если честно, посыпанные сахарной пудрой пончики на моей тарелке на самом деле были обжаренными во фритюре. Хотя это было не «У Марты», я не отказывалась от пончиков и черного кофе в качестве моего последнего ужина на Земле.

— Итак, как это будет работать? — Я откусила кусочек приторно-сладкого теста. — Мы просто проходим через портал и бац — мы внутри?

Бандит протянул руку через мое плечо и стащил бигнети с моей тарелки, запихивая его себе в рот, прежде чем я успела попытаться украсть его обратно. Я бросила на него косой взгляд, он притворился, что не заметил, спрыгнул с меня на стол и бросился к Ларану. Я покачала головой, когда Ларан ткнулся носом ему за ушами. Сосунок. — В значительной степени. — Райстен кивнул, ковыряясь в собственном завтраке. — Обычно есть очередь, чтобы пройти через портал, но поскольку ты та, кто ты есть, а мы Всадники, они сделают исключение. — Я кивнула, пытаясь осознать все это.

— Не говоря уже о моих крутых крыльях, — вставила Мойра. Она погладила кончик своего мраморно-голубого крыла и туго поджала их. Хотя она не полностью вернулась к своему обычному состоянию после пребывания в ловушке в подземелье Ле Бан Диа, ей было лучше. Ей потребуется время, чтобы осознать случившееся. Я бы уважала ее выбор, если бы она решила никогда не рассказывать о том, что произошло в том темном месте, — до тех пор, пока ей не станет лучше. — Они не могут видеть твои крылья, — напомнила я ей, делая глоток кофе. Горячий и горький. Именно такой, какой я любила.

— Какая жалость. — Ее пренебрежительный тон заставил Райстена закатить глаза, и она оставила все как есть. Мы погрузились в уютное молчание на несколько минут, доедая наш завтрак, пока я решала, как сформулировать свой следующий вопрос.

— Итак, когда мы доберемся до Ада… — Я сделала паузу, откусывая от края булочки. От волнения у меня скрутило живот. — Как именно это будет проходить? — Я приподняла бровь, оглядывая стол, начиная с Джулиана, который стоически сидел слева от меня, и заканчивая Мойрой, которая устроилась справа от меня.

— Не смотри на меня. — Она подняла руки. — Ты знаешь столько же, сколько и я.

Замечание принято. Я перевела взгляд на Райстена. Он вздохнул и очень заинтересовался своими пончиками, словно подбирая слова. Ларан заговорил:

— Когда мы покидали Ад, нашей миссией было вернуть тебя как можно быстрее. Вернуться, чтобы Грехи могли судить тебя. Должно было пройти меньше недели.

Я нахмурилась.

— Но у меня была жизнь… — Ларан понимающе кивнул.

— Да, — согласился он. — Но ты Наследница Люцифера. Ни Грехи, ни твой отец не принимали во внимание ту жизнь, которую ты построила бы в их отсутствие, при планировании. Они не принимали тебя в расчет. Ты была рождена, чтобы править, и для них это так просто. Поскольку они избранные проводницы, мы все предположили, что ты примешь свою роль без особых… проблем.

Бандит обошел, усаживаясь в опасной близости от подноса, который держал официант. Один взмах его лапы, когда официант проходил мимо, и пирожное пропало так, что никто этого не заметил. Бандит засунул его в рот и обернулся. Его щеки забавно надулись, когда он посмотрел на меня.

— Что именно ты хочешь сказать?

— Он говорит, — сказал Джулиан, откидываясь на спинку стула, его темно-зеленые глаза давили на меня, — что мы должны были вернуться с тобой меньше чем через неделю, а прошло почти два месяца. — Я сделала еще один глоток кофе, с трудом сглотнув.

— Ну, да… Но мне пришлось перейти, и вся эта история с бесом…

— Грехи не славятся своим терпением, — сказал Аллистер. — Один день на Земле — это неделя в аду. Для них прошло больше года с тех пор, как умер Люцифер. Они, вероятно, думают, что мы либо не хотели брать тебя с собой….

— … или я не хотела идти, — закончила я за него. Аллистер натянуто улыбнулся мне и кивнул. — Ну, могло быть и хуже. Я могла быть мертва. — Ларан поперхнулся булочкой.

— Этого не случится, — сказал Джулиан с большой уверенностью. Я хотела было ляпнуть какую-нибудь чушь о том, что «гордость предшествует падению», но после всех предсмертных переживаний это было уже далеко не так смешно, как могло бы быть когда-то.

— В любом случае, — перебила Мойра, проводя рукой по своим темно-зеленым локонам, — она не умерла, и мы сейчас здесь. Каков был первоначальный план?

— Грехи намереваются испытать тебя. Проверить, достойна ли ты править, — ответил Аллистер. Я не упустила из виду, как Джулиан задумался рядом со мной, казалось, он был не в себе, но нерв на его челюсти дернулся, создавая у меня впечатление, что все было не так просто. — Когда мы пройдем через портал, мы приземлимся в Похоти. Затем ты встретишься с нынешним Грехом Похоти, и тебя попросят пройти испытание, чтобы доказать, что ты способна управлять ее провинцией в случае ее падения, если кто-то другой еще не займет ее место. Как только ты сдашь экзамен, мы перейдем к следующему Греху, и к следующему, пока ты не пройдешь все испытания.

— Честно, любимая, ты наполовину суккуб. С тобой все должно быть в порядке, — сказал Райстен, подмигнув. Почему-то это не ослабило медленное напряжение, расползающееся в моей груди. Беспокойство. Что я не буду на высоте. Что я потерплю неудачу. Что прекрасная иллюзия того, что они мне сказали, всего лишь иллюзия. Мечта, которой никогда не суждено сбыться.

— Должно быть. — Мне пришлось постараться, чтобы мой тон не был резким. — Это не значит, что я смогу. Что произойдет, если я потерплю неудачу? — Я спросила их. Мне никто не ответил. Они были слишком заняты мысленным общением друг с другом, и, к сожалению, — благодаря Син и ее руне молчания — я больше не могла этого слышать.

— У нас есть запасной план, — в конце концов сказал Джулиан. Мои глаза сузились.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Это значит, — Райстен откинулся назад и порылся в кармане, — что мы не позволим, чтобы с тобой что-нибудь случилось. — Он что-то

вытащил и протянул руку. Когда его пальцы разжались, я нахмурилась. В центре его ладони лежало серебряное кольцо с золотыми вкраплениями.

— Эм… — Я не находила слов. — Если это должно было быть каким-то предложением, то ты немного опоздал. — Ларан откинул голову назад и рассмеялся. За этим звуком последовали раскаты грома и поднявшийся снаружи ветер. Было бы странно быть элементалем, когда такая простая вещь, как смех, может вызвать изменение атмосферы. В Новом Орлеане их собралось так много в одном месте, и это не часто способствовало солнечному небу.

— Это не предложение, любимая. Это наша карточка на освобождение из тюрьмы. — Райстен положил кольцо мне на ладонь, порылся в кармане, достал другое и протянул его Мойре. Она надела его на безымянный палец правой руки, и мы наблюдали, как оно уменьшилось, чтобы идеально сесть на ней. — Вы когда-нибудь слышали о — Божественной комедии?

Я фыркнула.

— Что за вопрос? — Мойра хихикнула в свою кофейную чашку. — Значит, ты все знаешь о кругах Ада? — Спросил Аллистер. Ну, так вот, бы так не сказала.

Я отвела глаза в сторону, прикусив губу. Я замолчала, и моя губа выскользнула из-под зубов при виде искорок веселья в его глазах.

— Их девять, — ответила я, довольно уверенная в себе, пока все четверо не начали смеяться, и я вспомнила, что это человеческая версия. — Эм… семь? — Большая рука Джулиана легла мне на плечи, а его нога зацепилась за мой стул и рывком придвинула его ближе к себе.

— Во-первых, там шесть провинций, — сказал Джулиан. — Только из-за этого проклятого стихотворения все называют их кольцами. — Свободной рукой он выхватил у меня из рук маленькую серебряную вещицу и поднял ее. Я осознала свою ошибку за мгновение до того, как он это сказал. — Во-вторых, кольца, на которые он ссылался, были вот такими. — Я чувствовала на своем лице его проницательные зеленые глаза, и близость между нами на публике должна была быть намного меньше, если они хотели, чтобы я ясно мыслила.

— Я думаю, она поняла, о чем речь, — сказал Аллистер. Уголки губ Джулиана приподнялись, когда он вложил кольцо обратно в мою руку,

но не сделал ни малейшего движения, чтобы увеличить расстояние между нами. — Данте был единственным известным человеком, попавшим в Ад и нашедшим путь обратно, но к тому времени его разум был совершенно сломлен. «Божественная комедия» ближе к туманным остаткам после яркого сна, чем к самому Аду. Кольца — это способ добраться из одной провинции в другую. Ад так велик, и лишь очень небольшой процент обладает формой телепортации, поэтому Неблагие создали кольца с помощью магии крови и серы. Для большинства демонов кольцо доставит их в любую точку провинции, в которой они родились. Твое кольцо доставит тебя в любую из шести провинций, за которыми присматривают Смертные Грехи.

— Шесть? Это бессмыслица. Я думала, что было семь.

— Подожди, ты только что сказал, что демоны не могут просто так отправляться в Ад, куда им заблагорассудится? — Спросила Мойра, и тон ее голоса ясно свидетельствовал о том, насколько ей неприятна эта мысль.

— Нет, — ответил Райстен, сделав глоток кофе с молоком. — Большинство демонов рождаются и умирают в одной провинции. Если только у них нет денег или власти поступить иначе.

— Жестко, — присвистнула Мойра.

— Бывают вещи и похуже, — уклончиво пожал плечами Райстен. — Например? — выпалила она в ответ.

— Рожденный на Земле, — ответил Аллистер. Раздались возгласы несогласия.

— Что такого плохого в Земле? Я бы предпочла родиться здесь, чем родиться рабыней, — едко заметила Мойра.

— Земля лишает тебя твоей магии. В то время как Ад переполнен ею, — сказал Аллистер. — Только сильнейший из демонов или фейри может по-настоящему процветать здесь, потому что сама земля высасывает твою силу.

— В аду мы сильнее, — сказал Ларан и кивнул в знак согласия. Они продолжили обсуждать преимущества пребывания в Аду по сравнению с бесплодной планетой, которая была единственным домом, который я когда-либо знала. Я задумалась, будут ли мои собственные способности сильнее в Аду, и содрогнулась от этой мысли. Пламя и так было достаточно разрушительным.

Я повертела кольцо между пальцами, чувствуя исходящую от него тончайшую струйку силы, не совсем отличающуюся от моей собственной. В каком-то смысле почти знакомой…

— Как это работает? — Спросила я, поворачивая серебро на свету так, чтобы открылась гравировка на внутренней стороне.

— Подумай, куда ты хочешь пойти, и один раз покрути, — затараторил Аллистер. Понимающая ухмылка озарила его губы, когда Мойра покрутила свое кольцо, но ничего не произошло.

— Мое сломалось, — пожаловалась она. Бандит хрипло рассмеялся. — Нет, это не так, — сказал Райстен.

— Да, это так.

— На Земле они не работают.

— Это по-дурацки, — резко сказала Мойра.

Я закатила глаза, думая о том, что он сказал. Большинство демонов родились и умерли в одной провинции, но я родилась в Аду и попала в новый мир. С таким же успехом я могла бы быть демоном совершенно другого типа, потому что я не могла постичь мир, в котором у меня даже не было выбора, где жить.

Это были мои последние мгновения на Земле, в месте, где я выросла, в мире, в котором я выросла, и меня поразило, что я имела очень мало представления о том, что на самом деле ждало меня по ту сторону. Конечно, Всадники могли бы рассказать мне об этом, но, в конце концов, я не узнаю, пока не доберусь туда. Было почти сюрреалистично        сидеть        на        этом        шатком        деревянном стуле, одновременно зная и не ведая, что должно произойти.

Не прошло и двух месяцев с тех пор, как эти четверо мужчин вошли в мою жизнь, и я поняла, что она уже никогда не будет прежней. Если бы кто-то сказал мне, что я в буквальном смысле буду сидеть перед Адскими вратами, пить кофе и есть пончики с Четырьмя Всадниками, которых я называю своими друзьями, что ж, я бы спросила, что они курят и где я могу немного раздобыть. Никогда, даже в самых смелых мечтах, я не представляла, что это будет тем, что стало с моей жизнью, но я бы не стала этого менять.

В этих четверых, о которых я все еще так мало знала, я нашла счастье. Это не значит, что я не была счастлива раньше, живя с Мойрой и Бандитом… но это было по-другому. Эта боль в моей груди так сильно отличалась от тех чистых эмоций, которые я испытывала к своим

фамильярам. Там, где они были легким ветерком в летний день, мои четверо партнеров были катастрофой. Прекрасная, естественная, безрассудная катастрофа, которая заставила меня хватать ртом воздух и гадать, как я вообще смогу выжить.

Может быть, я бы и не стала. Я повертела кольцо в руках, позволяя своим мыслям блуждать. Они назвали этот крошечный кусочек металла карточкой на освобождение из тюрьмы, как будто это каким-то образом спасет меня от гнева Грехов, если я потерплю неудачу. Когда я повернула его под углом к свету, что-то привлекло мое внимание.

— Когда вы их сделали? — Спросила я. Эта голубая прядь была слишком знакомой, чтобы быть чем-то иным, кроме моих собственных волос. У Мойры, наверное, тоже были такие же волосы.

— Откуда ты узнала, что мы их изготовили? — Спросил Ларан. Я подняла глаза, только тогда заметив, что все пять пар глаз устремлены на меня.

— Ну, не любая фабрика производит такие штуки, и даже если ты сделал это, когда я была маленькой, — я ткнула большим пальцем в сторону Мойры, — ты не планировал это для нее. Значит, вы должны были сделать это после прибытия на Землю. Да?

Ларан медленно кивнул, с любопытством наблюдая за мной.

— Мы сделали их вчера, — ответил Райстен. — После твоего превращения. Как только мы узнали, что ни одна из вас не владеет какой-либо формой телепортации. — Само упоминание о моем переходе немного всколыхнуло мою кровь. Я продолжала работать, решив сосредоточиться на необходимости знать, а не на потребности, которая никогда не была мной удовлетворена.