Читаем Дочь Люцифера онлайн бесплатно

Кел Карпентер

Дочь Люцифера

Проклятая магия и божественные судьбы — 1

Моему племени, за то, что терпели меня.

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

— Это правда, мы станем чудовищами, отрезанными от всего мира; но из-за этого мы будем еще больше привязаны друг к другу.

— Мэри Шелли, Франкенштейн

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Глава 1

Ад, должно быть, замерз.

Вот оно. Единственное возможное объяснение, почему Кендалл Клаксон, наша местная фанатка Библии, шла через моё любимое кафе в субботу утром. Обычно она приберегала свои выходки на начало недели, на те дни, когда у меня не было выходных. Совпадение? Маловероятно.

Я застыла на месте и подумывала ретироваться, но эта мысль продержалась всего полсекунды, пока её самодовольное лицо не заставило меня топать через кафе и устраиваться в своём обычном углу.

К черту это. Последние десять лет я делала одно и то же каждый выходной. Я не стану менять свои привычки из-за нее.

Закинув ноги в кабинку, я даже не успела взять меню, как маленькая мисс Джорджия Пич подошла ко мне со всем своим южным очарованием.

— Руби! Как приятно видеть тебя здесь.

Я слегка повернулась и кивнула, надеясь, что она поймет намек. Если и было что-то, чего Кендалл не понимала, так это то, насколько невыносимой я находила ее преувеличенный южный акцент.

— Надеюсь, ты пришла сюда не в поисках Джоша. Он играет в гольф с другими мужчинами в нашей церкви. Благослови его Господь. Нашел свой путь к Господу через меня.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. О, да. Я уверена, что он так и сделал. Как только ты дала ему то, чего я не дала бы. Я фыркнула про себя, но ничего не сказала. Кендалл сделала своей работой напомнить мне и всем остальным, что он бросил меня ради нее и Бога.

— Что тут смешного? Знаешь, Руби, тебе стоит найти церковь. Это могло бы помочь с твоими, — она понизила голос, — проблемами.

Несколько постоянных посетителей бросали на нас любопытные и несколько уничтожающие взгляды. У нас, субботних ребят, было негласное правило: держаться подальше от чужих проблем и не устраивать неприятностей. Как, собственно, делает Кендалл, сейчас.

— Проблемы? — Спросила я, притворяясь слегка удивленной ее комментарием. Я чертовски хорошо знала, что она имела в виду. Я была немного вспыльчива, но в свою защиту скажу, что ты мало что можешь сделать, когда ты наполовину демон.

Я помахала Марте в другом конце закусочной, и она бросила один взгляд на Блонди, прежде чем закатить глаза. Да, это случалось не в первый раз, но очевидно, что это у меня проблемы.

— Знаешь, твой гнев…

— Что я могу приготовить для тебя сегодня утром, Руби? — Спросила Марта, появляясь рядом с Кендалл и, казалось, совсем не обращала на нее внимания.

— Черный кофе и четыре порции бекона, пожалуйста, — сказала я, не потрудившись заглянуть в меню.

Марта тихонько хихикнула. — Я даже не уверена, почему я спрашиваю, — пробормотала она, уходя прочь.

Кендалл возобновила свою проповедь, прекрасно понимая, что ее совет нежелателен. — Знаешь, Руби, тебе действительно стоит сбросить лишний вес, если ты когда-нибудь захочешь найти хорошего мужчину.

Что-то вроде жара закололо внутри меня, но я изо всех сил подавила это. Кендалл могла терзать меня сколько угодно. Я знала, что на самом деле она злилась не на меня. Это был мой бывший парень-изменщик, который не оставлял меня в покое, несмотря на мои неоднократные попытки прогнать его. Не было ничего удивительного в том, что она злилась на него. Было неразумно, что она преследовала меня из-за этого и превратила мою жизнь в ад. Особенно, когда она была той, с кем он изменил мне в первую очередь. И все же, почему-то, она не видела иронии во всем этом.

— Хммм… Дай мне подумать об этом. Бекон или церковь? Бекон или церковь? Ну, это действительно несложно, Кендалл. Я атеист, так что, думаю, мне лучше выбрать бекон, — сказала я, ухмыляясь тому, как у нее открылся рот. Мне действительно нравится злить ее. Что я могу сказать? У меня склонность к неприятностям.

— Это говорит сатана или просто твоя ревность, Руби? Ты должна была знать, что Джош найдет свой путь к нашему Господу, с тобой или без тебя, — она улыбнулась. — Я знаю, что это так.

Это было уж слишком. Я не смогла сдержать смех и потерпела сокрушительную неудачу, когда попыталась замаскировать его под кашель. — Кендалл, я ненавижу приносить плохие новости, но мы расстались, потому что он трахнул тебя в чулане для метел, и если «Бог» — это то, что ты подразумеваешь под своей вагиной, я думаю, ты обманываешь себя. — Я одарила ее своей самой насмешливой улыбкой и сделала прогоняющее движение рукой. Даже под ее оранжевым оттенком автозагара я увидела, как покраснело ее лицо. Она думала, что может прийти сюда, в мое священное пространство, и оскорбить меня. Оклеветать меня и выставить наш разрыв на всеобщее обозрение. Она думала, что это смутит меня. Чего она не смогла увидеть, так это того, что мне было все равно. С Джошем можно было скоротать время, и его член взял верх. Как наполовину суккубу, мне не свойственно было верить в любовь. Не тогда, когда сердце можно было поколебать симпатичным личиком и трехминутным трахом.

Гнев Кендалл, казалось, усилился. Она натянула слащавую улыбку, когда Марта вышла из-за угла, неся мне бекон и кофе, но от меня не ускользнуло выражение ее глаз.

— Благослови тебя господь, — усмехнулась она, поворачиваясь на каблуках. Я вздохнула с облегчением на секунду раньше, чем ее нога метнулась вперед и зацепила черный кроссовок Марты. Следующее, что я осознала, — жар обжег мою грудь, когда кофе выплеснулся на мой бордовый свитер. Это не обожгло бы меня, но она не знала этого.

Марта взяла себя в руки, но ущерб уже был нанесен. Мой бекон лежал на столе, пропитанный кофейной лужицей, которая стекала мне на колени.

Марта в белом фартуке и желтой рубашке, измазанных жиром и кофе, пролепетала: — Я так сожалею об этом, Руби! Могу я…

— Все в порядке, Марта, — перебила я, свирепо глядя на Кендалл. Сучка вернулась на свое место, где сидели три других из Степфорда, все блондинки, и их почти невозможно было отличить друг от друга. У них были одинаковые невероятно приятные улыбки и невероятно идеальный макияж. Кендалл видела силу в численности и заняла свое место.

Я. Увидела. Красный.

Поднявшись со своего места, я поспешно помогла Марте убрать беспорядок. Она продолжала повторять мне: — Она того не стоит, Руби. — Не то чтобы это имело значение. Кто-то должен был преподать мисс «Добропорядочный гражданин» урок. Это был третий раз, когда она пыталась загнать меня в угол на этой неделе, и, хотя играть с ней было забавно, то, что она только что сделала, было неприемлемо. Не то чтобы я заслуживала чего-либо из этого, но Марта определенно не заслуживала. Она даже не была в этом замешана. Кендалл могла издеваться надо мной сколько угодно, но втягивание Марты в это и почти причинение ей боли перешли ту черту дерьма, которую я была готова вынести. Пришло время ей пожинать последствия того, что она была дерьмовым человеческим существом.

Я положила десятку на стол и вышла из закусочной, не сказав больше ни слова. Дверь звякнула, закрываясь за мной, и я перевела взгляд на светло-голубой «Mustang».

Меня охватил приступ ликования, когда мой внутренний демон улыбнулся. Я подошла к своей машине и схватила бейсбольную биту и зажигалку, которые хранила в дверце.

Джошу следовало предупредить тебя, что происходит, когда играешь с огнем.

Глава 2

— Ты разбила стекла и подожгла ее машину. Она взорвалась. Как ты можешь это отрицать, когда у нас есть двадцать восемь — нет, извини — двадцать девять свидетелей, которые видели тебя? — Офицер откинулся на спинку стула, закатив глаза. Копы схватили меня через полчаса после того, как я это сделала, и потащили обратно в свою выгребную яму полицейского участка. Джо и я ходили туда-сюда последние пятнадцать минут, пока он пытался убедить меня признать вину и заплатить за машину Кендалл. Ни хрена, этого не произойдет. По крайней мере, не без борьбы.

— Они могли солгать. — Я пожала плечами, откидываясь на спинку стула и закидывая ноги на стол. Мои ботинки застучали по металлическому верху, когда с них посыпались кусочки грязи и травы. Они даже не потрудились надеть на меня наручники, когда меня арестовывали, но я была не совсем новичком в этом деле. Мы с Джо называли друг друга по имени. Практически всегда.

— Убери свои чертовы ботинки со стола, Морнингстар, — отругал он. Похоже, сегодня мы выбираем фамилии. — Это не курорт. У тебя будет куча гребаных неприятностей, если она решит выдвинуть обвинения. — Джо шлепнул меня по ногам, и я убрала их со стола, оставив грязные полосы на отражающей поверхности.

— Я не боюсь Кендалл. Она получила по заслугам, — фыркнула я, скрещивая руки на груди. Джо раздраженно вздохнул и почесал голову.

— Ты не облегчаешь мне работу, Руби, — сказал он.

— И что же в этом тогда было бы веселого? — Спросила я, подмигнув ему. У мужчины было довольно среднее телосложение для любого американца старше сорока, который проводил много времени за своим столом и допрашивал малозначимых преступников. Это был тот же стереотипный тип, что и во всех фильмах: заправленная рубашка со слишком узким поясом, не скрывающим выпирающий пивной живот. С его не слишком впечатляющим телосложением, зачесанными волосами и искривленным носом из-за того, что он слишком часто ломался — Джо был стопроцентным человеком. Он также был единственным офицером, который не проводил весь свой допрос, раздевая меня глазами.

— Мы не должны веселиться. Ты должна признаться в своем преступлении и попытаться все уладить до того, как она позвонит своему адвокату. Почему ты всегда все усложняешь? А? Какой в этом смысл, когда мы оба знаем, что ты заплатишь штраф? — Резкий стук в дверь прервал его расспросы. Стул заскрежетал по плитке, когда Джо отодвинулся и встал на ноги. Я внимательно слушала, как второй офицер наклонился и сказал ему, что мой залог внесен, и не спеша наблюдал за мной, пока я приподнимала бровь и фыркала. Он высунул язык, облизывая нижнюю губу.

Ни за что, приятель. Я ухмыльнулась про себя, когда Джо повернулся ко мне, не обращая внимания на мою молчаливую встречу с офицером.

— Тебе повезло. Кто-то внес за тебя залог, — сказал Джо, печально покачав головой. К его чести, он просто не знает, что со мной делать. Со мной происходило больше, чем могло вынести большинство людей. Мы, демоны, были непостоянными созданиями.

— Похоже, Мойра все-таки получила мое сообщение, — сказала я. Мойра была наполовину баньши, и так случилось, что она была моей лучшей подругой. Она не взяла трубку, когда я позвонила, но я знала, что она перезвонит до того, как я пробуду здесь слишком долго. Она всегда так делала.

— Ага, — сказал Джо, прикусив язык, как будто ему было что еще сказать. Офицер, доставивший сообщение, открыл дверь, чтобы я могла выйти. Его тело не было огромным, но он был коренастым, и он намеренно не давал мне пройти. Сделав глубокий вдох, я прошаркала мимо, — случайно ударив его локтем в живот на ходу. Гнилостный запах алкоголя и пота вызвал у меня рвотный позыв.

Оказавшись по другую сторону двери, я прошла по коридору и подписала бумаги об освобождении. Пока Кендалл официально не выдвинула обвинения, мало что можно было сделать. Я знала, что она это сделает. И мне придется заплатить ей, потому что, как бы весело это ни было, у меня не было намерений сидеть в тюрьме дольше, чем необходимо. Хотя я ни о чем не жалела. Выражение лица Кендалл, когда она увидела пламя, было бесценным. Чистое гребаное золото. Мойре бы это понравилось.

Я открыла дверь и помахала на прощание мальчикам в синем. Снаружи пахло свежестью. Бодрящий воздух. Запах дождя все еще висел в воздухе. Я лениво потянулась, как кошка после долгого сидения. Мне нужно было что-то делать. Сжечь энергию, которая, казалось, никогда не покинет мое тело.

Я повернулась, чтобы сказать об этом Мойре, но не моя подруга стояла, прислонившись к стене полицейского участка. Черноволосый дьявол с горящими глазами стоял там, где она обычно ждала. Его волосы были такого темного цвета, что кожа казалась пепельной. Когда его янтарные глаза встретились с моими, я внезапно очень отчетливо осознала пятна от кофе на своей одежде.

Держи себя в руках, Руби. В его текучей грации не было ничего человеческого, когда он оторвался от стены и направился ко мне. Демон. И не слабый, судя по нему.

— Кто ты? — Спросила я, прищурив глаза.

— Я только что внес за тебя залог из тюрьмы. Это какой-то способ поблагодарить меня? — Его голос сочился высокомерием. Может быть, дело было в дизайнерском костюме, который он носил, или, может быть, он был именно таким могущественным, как я подозревала. В любом случае, мне не понравился тон его голоса.

— Я не знаю, кто ты, так что, если ты не начнешь говорить, мы закончим. — Я скрестила руки на груди и посмотрела на него сверху вниз. Его губы растянулись в легкой ухмылке. Я знала этот взгляд. Эта саркастическая улыбка предназначалась для того, чтобы принизить и унизить девушку, ожидая, что я почувствую себя запуганной.

Слова поцелуй меня в зад прозвучали всего на одном вдохе.

— Меня зовут Аллистер. — Он сделал еще один шаг вперед, когда заговорил; его голос был ровным и мелодичным, темным и завораживающим. Он сам был завораживающим. Это было то, что делали инкубы, когда притягивали свою добычу.

— Мне не нравится, что ты пытаешься подавлять меня. Это невежливо, ты знаешь? — Как только я это сказала, он наклонил голову набок и сделал шаг ближе.