Читаем Королева-попаданка онлайн бесплатно

Пролог

Все приходит в свое время для тех, кто умеет ждать.

Оноре де Бальзак

«Здравствуй, дорогая Фредерика. Минул уже год с тех пор, как мы виделись в последний раз. И за этот год…»

– Нет, все не так, не так, – раздраженно пробубнил парень, скомкал лист бумаги и швырнул к остальным бумажным комочкам на полу.

Задумчиво почесал затылок, взъерошив белоснежные волосы, закусил кончик пера и замер над очередным чистым листком. Туго у него сейчас было с вдохновением. Туго. Мысли путались из-за предстоявшей встречи. Как вчера просидел над этим чертовым письмом, так и сегодня. А ведь она ждет. Наверняка ждет.

Потянулся рукой к подбородку, чтобы по старой привычке огладить бороду, но пальцы коснулись гладкой кожи. Борода у него уже давно не росла. Вот какая каша в голове. Забыть такие очевидные вещи.

Встал, походил по комнате. Взад-вперед, взад-вперед. Сел за стол, взял перо.

«Моя милая Фреди. Вот я пишу тебе письмо уже в новом статусе…»

– Нет, снова нет, – скомкано, выброшено. – Как будто я хвастаюсь. О боги…

– Господин Каин.

Дверь в келью тихо скрипнула, и на пороге, кокетливо хлопая глазками, возник послушник Небесного храма в белой простыне (как прозвал их балахоны бывший старейшина) с серебряным подносом в руках. На подносе как обычно – травяной чай, несколько тающих во рту галет и ваза с одиноким цветочком. Над вазой Каин сначала посмеивался в кулачок, а потом привык. К чему только не привыкнешь в этих стенах.

– Да, Жоан, – не глядя, кивнул парень. Он и так знал, кто на пороге, с какой целью явился и что у него в руках. – Вместо галет мог бы принести мне чуточку вдохновения. Совсем немного, чтобы хватило на единственное письмо.

– Увы, господин, в таком я не силен.

Поднос с мягким звяком опустился на стол, сладкий аромат чая сразу же наполнил помещение. Кончик пера снова оказался у парня во рту.

– Королева и так прибудет к нам через несколько дней, – важно напомнил Жоан. – Ваше письмо может не дойти в срок.

Каин опять почесал затылок. Прислужник, вероятно, прав. Да и если уж писать, то писать что-то стоящее, а не сопли какие-то. Однако сентиментальность так и просилась быть выведенной на бумаге. С этим парень ничего поделать не мог.

– Сам уберу, – отвлекся он от мыслей, когда светлый потянулся к бумажным комочкам на полу. – Отдыхай. Завтра и так весь день будешь как белка в колесе. Запрягут и не постесняются.

– Я сам не против запрячься, – хохотнул Жоан, выпрямляясь. – Не каждый же день к приезду королевы готовимся. Лучше бы вы об отдыхе подумали, господин Каин. А я тогда пойду, если ничего не нужно.

– Ничего. Доброй ночи, Жоан.

– Доброй ночи, господин Каин.

Короткие поклоны и дверь в келью закрылась с той стороны.

Посидев и подумав над письмом еще немного, парень окончательно понял, что выдавить из себя не сможет больше ни строчки. Отложив перо, потянувшись и зевнув, он залпом выпил чай, встал из-за стола и подошел к большому напольному зеркалу.

Интересно, признает ли в нем давняя подруга своего Пересмешника? Только если по чертам лица и прежней худощавости. Тьма покинула Каина еще год назад, не оставив после себя ни единого следа. Тот самый голубоглазый блондин из предсказания Рамэи фар Патит, в которого по уши влюбится Фредерика, и к которому он до сердечной боли ревновал, смотрел на парня в отражении.

****Глава 1.1

Любовь прощает все, за исключением

добровольного отсутствия.

Стендаль

Натянув капюшон накидки пониже, а подол, наоборот, задирая как можно выше, чтобы не вляпаться в жидкую грязь, королева лавировала между крепких натруженных спин и худощавых женщин. Обувь все-таки придется как следует почистить после вылазки. Уж слишком сильно грязь напоминала помои, выливаемые по ночам из окна. Во дворце сразу почуют неладное. Почуют в прямом смысле этого слова. Но она была готова к выходу в люди. Даже платье надела попроще. Однако попроще для дворца, но не для местных женщин, которые с любопытством заглядывались Фредерике вслед.

Только переступив порог нужного ей дома и закрыв за собой дверь, девушка могла выдохнуть спокойно. Вернее, вдохнуть полной грудью. Все-таки это были помои.

– Ваше величество, – тут же поднялся из-за стола высокий рыжий парень и низко склонил голову.

Фредерика скинула капюшон, посмотрела на парня в упор и раздраженно прищурилась.

– Привет, Ланс. Я же просила не кланяться, пока нас никто не видит.

– Вошло в привычку, – мило улыбнулся рыжий и пожал плечами.

Если девушка всегда считала, что это она – главная ошибка отбора наследников, то, поближе познакомившись с Лансом, поняла, что с ней все было не настолько плохо. Мегапопулярному в родном мире певцу с огромной фанбазой, очаровательному, с какой стороны ни посмотри, пришлось обживаться среди трущобников: отдельного слоя населения столицы, со своей территорией и каким-то совсем незначительным правом голоса, которому для выживания приходилось батрачить дни напролет, надрывая спины и получая за работу откровенные гроши.

А он все равно тянул привычную эстрадную улыбку с этими ямочками на щеках, умудрялся следить за собой даже в таких тяжелых условиях и продолжал с прежним вдохновением сочинять хиты. К сожалению, нынешние хиты Ланса были популярны только в местных питейных заведениях, и о нескольких миллионах фанаток пришлось забыть, возможно, навсегда. Никто не рвался за автографом после шестнадцатичасового рабочего дня. Выпить эля кружку и спать завалиться – вот и все местные ночные развлечения.

– Держи, – королева с ходу протянула ему увесистый позвякивавший мешочек, и трущобник смущенно взял его в руки. – Это все, что я могла забрать из казны, чтобы ощутимо не навредить бюджету.

– Этого на ремонт госпиталя вполне хватит. Может, останется еще.

– Была б моя воля… – мечтательно протянула Фредерика, усаживаясь за стол, – …этот район бы ничем не отличался от остальных районов столицы. Ты еще не передумал, кстати? – выгнула она бровь.

– Не передумал, – с такой же милой улыбочкой ответил Ланс и уселся напротив нее. Скрипнул стул. – Хочу завоевать популярность с самых низов.

– Со здешней иерархией ты в этих низах на всю жизнь останешься.

Она уже давно предлагала талантливому певцу перебраться во дворец, под ее личную опеку. Выступал бы на балах, снискал себе славу как на родине, а потом и в турне по странам, море фанатов. Он ведь так этого заслуживал! До слез обидно было.

– Если я действительно настолько талантлив, как ты утверждаешь, то рано или поздно все получится.

Теперь Фредерика, увидев лютню, в испанский стыд не впадала. Условный рефлекс, приобретенный по вине Каина и его зажигательного орка Георга, вскоре сошел на нет. Мелодичная игра Ланса и его обалденный голос заставляли ее расслабиться и плыть по музыкальному течению всякий раз, когда парень демонстрировал ей свои новые песни. Вот и сейчас рука рыжика коснулась струн, рот открылся и…

Ни капли воды в этом море не попадало в мои легкие.

Оно укачало меня в своей колыбели,

Утирая волнами слезы горькие.

Пело мне шелестом и играло со мною ночными звездами.

И все мои тайны, все мои мысли

Волнами синими были познаны.

Знало то море, что в мыслях своих свободу лелеял я.

На берег выбраться и босиком,

Лишь бы земля.

Гнев его праведный, сильный в глубинах веками копился.

Море смирно терпело, пока

О свободе той я не взмолился.

Небо просил и о волны я бился с отчаяньем всем.

Вода пенилась, бурунами неслась…

Но считал я ее ничем.

Променял я покой на горячий песок, что ноги сжигает дотла,

На джунгли дикие, на речные пороги,

Отцвела где душа.

Хватило лишь сил мне на берег вернуться, на море смотреть.

Слишком я поздно прохладных глубин

Осмелился захотеть.

Последний аккорд был сыгран, и Фредерика искренне захлопала в ладоши.

– Во дворце цены бы тебе не было, – восхищенно прошептала она. – Уж аристократки тебя в клочья бы разорвали за хорошую балладу о любви. В хорошем смысле, разумеется.

Ланс рассмеялся как ребенок, зелень глаз засверкала в полумраке бедной комнаты.

– Спасибо, Рика. Жаль, в этом мире нет электрогитары. Уж с ней бы я разошелся…

Наверное, каждому попаданцу не хватает чего-то из своего мира. И чем больше всего у него было там, тем большего не хватало тут. Фредерике жаловаться было не на что. Но иногда она все равно жаловалась, чтобы не расслабляться.

– Вот тебе мой королевский приказ, Ланс, – девушка поднялась, задрав подбородок повыше, и ткнула в рыжика пальцем. – Сколоти здесь свою группу, пока я в странствии. Такую же, как на Земле. Пора развивать местную культуру. Кому ж заниматься просвещением королевства, как не нам, иномирцам?

– Будет сделано, Ваше величество. Но как же война с темным князем?

– А с темным князем, – взмах руки, и рыжий локон девушки был откинут назад, – разбираться будем я и моя команда.

– Да пребудет с вами сила Лунной призмы, Ваше величество, – усмехнулся парень.

Королева совсем не по-королевски развела руки в стороны, согнув пальцы в две козы, и причмокнула. Как же ей повезло, что один из товарищей-иномирцев жил так близко к дворцу, что бегать к нему можно было каждую неделю. Совсем ненадолго отвлечься от обязанностей, подурачиться, поболтать о том, что не поймет ни один из здешних жителей.

Ланс был очень важен для нее. Но Каин… Каин был важен в другом смысле.

– А теперь мне пора.

Она с материнской нежностью потрепала рыжие волосы друга, не выдержала и обняла его, а затем снова накинула на голову широкий черный капюшон и прошла к двери.

– Удачи вам всем, – махнул рукой Ланс.

– И тебе, – улыбнулась Фредерика, задержала дыхание и выскочила за дверь. Чтобы тут же поскользнуться и навернуться мягким местом в жижу.

– Фе-е-е… – закряхтело Ее королевское величество. – Вот и приехали, здрасте.

Глава 1.2

Приложив палец к губам, девушка всем своим видом показывала страже, чтобы они молчали. Но этого и не требовалось. Они и так знали, что их маленькая королева бегает помогать трущобникам. Дело, несомненно, благородное.

– Королева-мать Виктория, скорее всего, в столовой, Ваше величество, – даже подсказал один из них. – Прибыли гости.

– Спасибо, – прошептала Фредерика, подмигнула и протиснулась в приоткрытые ворота.

Теперь нужно осторожно прокрасться в покои, принять ванну, переодеться и идти встречать гостей, если они к тому времени не уйдут. План готов, приступаем к немедленному исполнению.

Мелко засеменив к лестнице, королева успела подняться только на пару тройку ступенек, когда услышала позади себя властное:

– Фредерика!

Натянув улыбку пошире и деловито сложив руки за спиной, девушка резко развернулась, чтобы встретиться с очаровательными сдвинутыми бровями названой матери. Та, уперев руки в боки, в выходном платье, уставилась на воспитанницу в ожидании оправданий. Блудная дочь. Картина маслом. Виктория в итоге не выдержала первая.

– Ну и откуда ты такая?

– Из лужи, – честно ответила Фредерика. – Сейчас всполоснусь, приоденусь и снова буду из дворца.

– Каина на тебя не хватает, – прошипела женщина и возмущенно топнула ножкой. – Десять минут и в столовую. О боги, – театрально заломила она руки, – никогда не думала, что скажу это, но как же хорошо, что ты улетаешь по королевским обязанностям.

– Я тоже тебя люблю, – захлопала ресницами девушка, послала матери воздушный поцелуй и полетела вверх по ступенькам.

Десять минут – как же это мало для королевской особы! Максимум из бадьи окатиться, корсет на платье зашнуровать, волосы причесать, и никакого мейк-апа. Все-таки она надеялась, что гости не такие уж и важные, чтобы лишний раз перья начищать.

Маленькая диадема опустилась на голову. Теперь это был обязательный атрибут власти. Двухкилограммовую корону, боги упаси, каждый день носить. Так и грыжу шейную схлопотать можно. А вот маленькую – пожалуйста. Настолько привыкла уже, что почти не замечаешь. Главное резко не наклоняться.

Через пятнадцать минут Фредерика уже стояла перед дверями в столовую. Нос кверху, подбородок туда же, грудь выпятить, живот втянуть. И улыбаться. Улыбаться во весь рот, чтобы скулы сводило. Резко выдохнула и распахнула двери.

– Рада приветствовать вас во двор… – на автомате начала она. И замерла.

Подле королевы-матери за длинным, уходившим вглубь комнаты столом, в самом его конце пристроились Шанель с Михаэлем. Дракон в своем привычном камзоле из золотистой чешуи и с толстой блондинистой косой до пояса очаровательно захлопал глазками с вертикальными зрачками. Монах уже в красной тоге, но все с такой же сверкающей лысиной, ухмылялся.

– Ш-ша…М-ми… – только и смогла пролепетать королева.

– Сюрприз! – расцвела Виктория.

Оба гостя встали из-за стола как по команде, и девушка кинулась к ним с влажными от слез глазами и распростертыми объятьями. Сначала в плен сильных рук ее заключил Шанель. Приподнял как пушинку, покрутил, чмокнул в щеку. Потом и Михаэль подключился со своими мощными бицепсами-трицепсами-фигицепсами.

– Как же вы подросли, Ваше величество, – восхитился дракон.

– Женщинам нельзя намекать на возраст, – осадил его монах.

– Как же я по вам соскучилась! – запищала королева и вновь обняла своих старых друзей. – Целый год! Да письма – это ничто по сравнению с вами тепленькими.

– Мы тоже скучали, Фреди.

Галантно подхватив девушку под руку, Михаэль подвел ее к стулу, отодвинул оный, чтобы Фредерика могла примостить туда свои королевские полушария, и уселся рядом.

– Королеву мы встретили, – заявил Шанель и изящно занял место напротив. – Теперь можно и поесть.

Конечно. Драконий аппетит Шанеля. Как же Фредерика могла об этом забыть? Здесь в первую очередь надо было половину стола накрыть, чтобы прокормить огромного ящера, заточенного в человеческом теле. Заточенного, кстати, по ее же вине. Только посверкивавшая чешуя и янтарные глаза напоминали о том, что древнейшее и мудрейшее существо сидит сейчас в королевской столовой, и совсем скоро оно за обе щеки будет уплетать куриные ножки, по одной в каждой руке.

Стол накрыли довольно быстро. Застучали столовые приборы. Благо за год Фредерика умудрилась выучить правила столового этикета и теперь точно знала, что в рыбу тычут этим ножичком, а вот этим лимончик в чай докладывают.

– А теперь важная новость! – важно поднял палец златовласый, когда заполнил одну десятую бензобака. – Виктория, сообщите?

– С радостью сообщу, – подхватила королева-мать. Повернулась к девушке с улыбкой от уха до уха и громогласно произнесла. – Шанель официально посватался к королеве Фредерике!

Глава 1.3

Королева Фредерика поперхнулась. И громко так, с кряхнением, надутыми красными щеками. Аристократия бы сейчас носы поотворачивала с характерным «фи».

– Чего?! – прочистив горло, встрепенулась она и уставилась на ухмылявшегося дракона. – А как же… дракониха твоя эта? Кориандра которая.

– Смертью Кориандры я опечален и по сей день, – скорбно сообщил он всем присутствовавшим. – Но ее уже не вернуть, а жить дальше как-то нужно. И наследников у меня нет…

– Наследников?! – В такт сердцебиению у королевы задергался левый глаз.

– Раз уж я в человеческом обличии, то с человеком мне теперь и нужно спариваться…

– Спариваться?!