Читаем Колесо Перуна онлайн бесплатно

Холодный дождь мелко стучал по прозрачному фасаду торгового центра «Серпантин» и оставлял на стекле круглые капли. На улице рано темнело и в синих сумерках Галя видела, как из перехода метро выныривают прохожие, раскрывают круглые купола зонтов и расплываются кто куда по залитой дождем площади. Налюбовавшись улицей, Галя повернулась к столику. Сквозь шум в ресторанном дворике она едва разбирала, что говорит сидевший напротив худощавый парень в футболке с нарисованным викингом.

– Ярик мне в почту архив кидает! Распаковываю файлы и… – он сделал театральную паузу: – Нахожу варианты по истории и математике! С ответами!

– Миш, давай… – Галя поднесла к губам картонный стаканчик с напитком и поморщилась: – Что это? Я просила купить мне облепиховый чай!

– Ну, – замялся Миша, – чай закончился. Кассирша в «Крутой курице», чудная тетка, у нее на пальцах куча колец с кошачьими головами. Как кольца не мешают ей заказы собирать? Да, о чем я? Кассирша предложила замену. Чайный напиток, тоже облепиховый, называется «Листопад», сезонное предложение! Не вкусно? А мне очень нравится! – Миша отхлебнул «Листопад» из собственного стакана.

– Нормально. Необычный вкус… То ли имбирем, то ли лимоном отдает… Не пойму. Короче говоря, давай сменим тему. Мы и так редко видимся из-за твоих бесконечных репетиторов и домашек, не хватало во время этих встреч экзамены обсуждать!

– Галка, потерпи немножко, сдадим ОГЭ… – начал Миша, но наткнулся на раздраженный Галин взгляд и неуверенно спросил: – А что ты предлагаешь?

– Да что угодно! В кружок какой-нибудь записаться, отдыхать от… – Галя не успела договорить: у Миши заверещал мобильник. – Кто там еще?!

Миша лихорадочно рылся в рюкзаке, но, когда все-таки извлек телефон из вороха тетрадей и учебников, звонок смолк.

– Это мама, – сообщил Миша подруге, набирая номер.

– Третий раз за час! Зачем ты перезваниваешь?!

– Ты маму мою не знаешь? – рассмеялся Миша. – Я на днях задержался в школе на физкультуре, не услышал звонка, а она полицию вызвала! Меня прямо в спортзале и приняли! Алло, мам? Не успел взять… Хорошо, в следующий раз положу в карман джинсов. Мы с Галей в кафе. Да, уроки сделал. И задания от репетитора. Да, приеду, – Миша нажал «отбой» и с сожалением сказал: – Нам новый шкаф привезли, мама просит собрать…

– Шкаф?! – взвилась Галя. – В тот вечер, когда тебя отпустили со мной погулять? Папа с братом помочь, конечно, не могут?

Миша молчал, перебирая пальцами салфетку. Галя схватила кожаную куртку и сумку в охапку и бросилась в галерею торгового центра. Миша нагнал ее у выхода на улицу.

– Галка, подожди… – Миша судорожно искал повод для примирения и ткнул наугад в витрину ближайшего магазина: – Красивая кофта, она подойдет под цвет твоих карих глаз! Через месяц у тебя день рождения…

– Ореховых! – рявкнула Галя и толкнула крутящуюся дверь. – Мои глаза орехового цвета, сколько раз повторять! И с каких пор ты стал разбираться в моде? Ты парную подвеску носишь из осенней коллекции, которую я тебе подарила на годовщину?! А, что подвеска! Ты даже размера моего до сих пор не выучил!

Она остановилась на крыльце и стала натягивать куртку, но от злости никак не попадала в рукава. Дождь усилился. Люди, спасаясь от ливня, вбегали на крыльцо и беспрестанно задевали Галю зонтами и мокрыми плащами. Лишь одна женщина, грузная, в вытертом песочном пальто, никуда не спешила. Она стояла под дождем и сжимала короткими толстыми пальцами, унизанными кольцами в виде кошачьих голов, пачку промокших листовок.

– Галка, я обязательно выучу и про размер, и про глаза, – Миша неуклюже пытался помочь Гале одеться. – Прости, что так вышло сегодня, в другой раз мы обязательно найдем кружок…

– В другой раз мы обязательно будем готовиться к ОГЭ, каждый у себя дома!

Пока Миша с Галей ссорились, женщина с листовками подошла вплотную к крыльцу. Она зыркнула на ребят ярко-зелеными глазами и сунула Гале в руку разноцветный флаер.

– «Клуб исторической реконструкции „Колесо Перуна“. Приглашаем всех желающих погрузиться в мир древних славян и викингов», – прочитал Миша, заглядывая Гале через плечо. – Круто, всю жизнь мечтал попасть в исторический клуб! И встречи у них по субботам! Пойдем, а? Ты сама предложила записаться в кружок!

Галя скептически посмотрела на плохо слепленный в фотошопе коллаж. На фоне заполненного ряжеными воинами поля желтел знак: круглое колесо с загнутыми спицами.

– Ненавижу такие костюмированные встречи, – процедила она, но, взглянув на умоляющее лицо Миши, сдалась: – Давай попробуем. Только маму попроси не названивать!

Клуб находился на окраине города, которую жители прозвали «Островом». Крошечный, в две улицы, микрорайон, состоявший из старых кирпичных домов, по большей части расселенных, стоял на небольшом островке посреди огибающего город канала. На Остров вели разбитая асфальтированная дорога, по которой чаще ходили люди, чем ездили машины, и заброшенный железнодорожный мост.

Кричали чайки. В воздухе пахло прелой листвой. С серой глади канала на берег набегал ледяной ветер и пробирал до костей. Миша бодро шагал по усыпанному листьями тротуару. Галя плелась сзади. Зябко кутаясь в тонкую куртку, она спросила:

– Долго идти? Я замерзла!

– Иногда лучше одеваться не красиво, а по погоде, – со смехом сказал Миша. – В листовке написано: «улица Октябрьская, дом тридцать один». Мы совсем рядом!

Они остановились в пустынном дворе с заржавленной детской площадкой и выцветшей хоккейной коробкой. Кирпичный дом охватывал двор буквой «П». Сбоку от крайнего подъезда вела в подвал крутая лестница. Прикрученная к железной двери выгоревшая табличка гласила: «КИР „Колесо Перуна“».

Миша первым спустился по лестнице и с трудом потянул тяжелую дверь. Одинокая лампочка под потолком еле освещала квадратное помещение, наспех устланное кусками затоптанного линолеума. Стоял тяжелый запах гнили. Галя зажала нос и осмотрелась. Из помещения в смежную комнату вел дверной проем, оттуда доносились негромкие голоса.

Послышались шаги, и в проеме появился мужчина, одетый в широкие штаны и длинную кожаную рубаху, подпоясанную кожаным ремешком. Нижняя часть его лица заросла клочковатой бородой. Маленькие глазки шныряли по сторонам, пока не наткнулись на Мишу с Галей. Мужчина нахмурился.

– Здрасте! – радостно выпалил Миша, прежде чем мужчина успел открыть рот. – Я и моя девушка хотим вступить в клуб реконструкции «Колесо Перуна». Не подскажете, куда нам идти?

– В клуб? – лицо мужчины разгладилось, на губах заиграла хищная улыбка. – Проходите-проходите! Меня зовут Константин Левша, я руководитель клуба. Не обращайте внимания на запах, канализацию прорвало, сами понимаете – подвал, – Левша провел рукой по шее и пошел в комнату. На его гладко выбритом затылке Галя разглядела багровую татуировку в виде колеса.

– Я – Миша, а она Галя! – сказал Миша руководителю в спину, взял Галю за руку и поспешил следом.

Отвратительный запах чувствовался и здесь, но чуточку меньше: из распахнутого окна в конце комнаты сильно дуло. Сквозняк трепал листы исторических журналов десятилетней давности, которые стопками лежали на подоконнике. У стены справа, сплошь увешанной круглыми деревянными щитами с логотипом клуба, в ряд стояли письменные столы. На них громоздились куски ткани, обрывки кожи, деревянная посуда и инструменты. На дальнем столе Галя приметила допотопный компьютерный монитор и клавиатуру в грязных потеках.

– Левша, я починил, проверяй! – из-под стола с монитором выбрался некрасивый сутулый парень лет девятнадцати, одетый штаны и рубаху, но не кожаную, как у Левши, а тканевую, унылого зеленого цвета. Сальные волосы парня, собранные в хвост, доставали ему до пояса.

– Молоток, Квазимодо! – коротко кивнул Левша. – Кофе мне нальешь и свободен! Да, новые члены клуба, введи их в курс дела.

Квазимодо жестом пригласил ребят сесть на разномастные стулья, в беспорядке расставленные по комнате. Не успела Галя устроиться поудобнее на жестком сиденье, как в дверь влетела хрупкая невысокая девушка в длинном платье из того же материала, что и рубаха Квазимодо.

– Северина! – Левша расплылся в улыбке и стал похож на кота, обнаружившего банку сметаны. – Опаздываешь! – погрозил он девушке пальцем. – Где Потапа забыла?

– Паркуется, – тряхнула Северина гривой густых рыжих волос.

В подтверждение ее слов с улицы раздался визг тормозов. Через пыльное оконное стекло Галя увидела УАЗ «буханку» с помятой решеткой радиатора и глубокими вмятинами на крыле. Машина забралась на тротуар и встала. Несколько минут спустя в комнату ввалился толстый крупный парень в заляпанной чем-то бурым рубахе. Его щеки и лоб были сплошь в синяках и кровавых ранах. Татуировку в виде колеса носил на затылке и он. «Совсем помешанные, татуировки с эмблемой клуба делают», – подумала Галя, но вслух не сказала.

– Потап, горе мое, где ты так извозился? – скривился Левша.

– На ристалище-то похлеще вымажешься! – расхохотался Потап. – Эх, сейчас накатить бы…

– Чтоб я не слышал про «накатить»! – Левша привстал и треснул рукой по столу. – У нас сухой закон или ты запамятовал?!

Потап заметно струхнул.

– Лады, понял я… Держи, остатки домоткани выторговал! – он шмякнул на компьютерный стол увесистый сверток: – Квазыч, салют! О, новенькие? Лады, пошел я щит доделывать! – Потап выудил из-под завалов на столах напиленные доски.

Северина устроилась на широком подоконнике и достала деревянные палочки и моток грубых ниток. Она плела шнурок и изредка она посматривала на Мишу, полностью поглощенного рассказом Квазимодо.

– Наш клуб занимается реконструкцией быта и военного искусства Руси с девятого по одиннадцатый века. Мы шьем одежду, делаем оружие, раз в неделю проходят тренировки по историческому фехтованию, – дружелюбно рассказывал Квазимодо. – Каждый год, тридцать первого октября, мы выезжаем в поселок Гнилуши и отмечаем праздник Листопада. Традиционно на Листопад мы проводим обряд посвящения в члены клуба. Для прохождения обряда вы должны пошить минимальный комплект одежды. Каждый посвященный получает медальон, – Квазимодо ткнул в вырез своей рубахи, где на кожаном шнурке покачивалась латунная подвеска-колесо, – и становится полноправным членом нашего клуба.

Вздор, который нес Квазимодо, Галю не интересовал, а его патетические речи смешили. Обряд, посвящение, медальон! Впрочем, медальон выглядит красиво, подойдет к ее рубашке в коричневую клетку. «Как думаешь, нельзя получить его без обряда посвящения?» – шепнула Галя Мише. Миша неопределенно мотнул головой и потребовал у Квазимодо схемы раскроя рубахи, штанов и обуви.

– Вы, Галя, насчет женского платья проконсультируйтесь у Северины. Она главная женщина дома и всегда рада помочь, – предложил Квазимодо.

– Я подумаю, – процедила Галя: Северина уже откровенно глазела на Мишу, и Галю это бесило.

– У нас в клубе принято не думать, а делать, – вмешался Левша. – Верно, Потап, Квазимодо?

– Верно! – хором ответили оба.

Галя хмыкнула и промолчала.

Ватные облака заложили небо и грозили в ближайшее время обрушиться дождем. Несмотря на полдень, на улице потемнело. Миша и Галя долго блуждали между домами на Острове. Галя натерла новыми ботинками ноги, и оттого настроение у нее было скверное.

– Поехали в кино, вышла новая романтическая комедия! Зачем нам этот клуб?

– Нас сочтут несерьезными, если прогуляем встречу на второй раз, – наставительно сказал Миша. – И потом, я в выкройках ничего не понял, хотел посоветоваться.

Миша дернул подвальную дверь, и в нос Гале ударил знакомый гнилостный запах. Члены клуба толклись в комнате. Северина с порога увлекла Мишу к столу. Они раскладывали выкройки и с жаром обсуждали как лучше красить ткань. Левша и Потап примеряли обрезки кожи на новый, наполовину готовый щит. Галя почувствовала себя лишней и присела на краешек стула.

– Скучаешь? – Галя вздрогнула: перед ней стоял Квазимодо с глиняной кружкой. – Ты выглядишь замерзшей, я подумал, облепиховый чай согреет тебя. Собственный рецепт с добавлением мускатного ореха! – Квазимодо отдал кружку Гале, неудачно зацепившись при этом рукавом за спинку стула. Рукав задрался, обнажая покрытое заживающими ожогами предплечье.

– Спасибо! – поблагодарила Галя. Она отпила из кружки, попутно отметив вкус чая: в точности как у «Листопада». Значит, необычные нотки в напитке из «Крутой курицы» – это мускатный орех. – Любишь готовить?

– По долгу службы приходится, я повар! Без травм не обходится, то порезы, то ожоги, – усмехнулся Квазимодо. Он одернул рукав и присел возле Галиных ног. – Кажется, твой кавалер слишком занят?

– Вроде того. С головой ушел в эту историческую дребедень…

– Да, в реконструкцию сложно не уйти с головой, – мечтательно протянул Квазимодо. – Затягивает, как наркотик.

– Я против наркотиков, – огрызнулась Галя.

– Вынужден повторить наши правила, если кто-то забыл, – влез в разговор Левша. – Все, кто сюда ходит, занимаются делами во благо клуба, а не тусуются, ясно?

– Левша, не беспокойся, окей? – быстро взглянул на руководителя Квазимодо.

– Под твоим личным контролем! – отрывисто сказал Левша и вернулся к работе над щитом.

– До Листопада осталось немного времени, – громко говорил Левша, расхаживая туда-сюда по комнате. – К очередному собранию я требую предоставить комплекты одежды и оружия, ясно? Особенно это касается наших новеньких, – Левша недобро посмотрел на Галю.

– Ха, отвязное будет рубилово, да, Квазыч? – хохотнул Потап и стукнул Квазимодо по спине. – Помнишь, как тогда, в две тыщи девятом, а? Угарный фест в Липецке забабахали! Я одному шлемак расквасил пополам…

– Двенадцать лет назад? – поразилась Галя. – Сколько ж тебе было, восемь лет или девять?

– Отставить разговоры, – цыкнул на Потапа Левша. – Чей-то длинный язык отправляется на тренировку первым, набивняк надел и пошел!

Потап смутился и снял с вешалки на стене защитную толстую куртку, прошитую ромбами. Квазимодо и Миша последовали его примеру.

Тренировки по фехтованию проходили в хоккейной коробке во дворе. В то время как Миша под грубые окрики Левши неумело отбивался от Потапа и Квазимодо, Галя написала школьной подруге Кристине. Вчера они договорились, что Кристина придет в клуб, после тренировки они поедут в «Крутую курицу». «В пути», – ответила Кристина. Удовлетворенная, Галя села на скамейку около хоккейной коробки. На другом конце скамейки вязала Северина. Пальцы девушки были в сплошных порезах и ожогах. «Повар, видно, расхожая в клубе профессия», – подумала Галя, сунув нос в шарф. Она опять замерзала. Виноват холодный ветер, дующий с канала! Северина же преспокойно сидела в одном платье.

– Тебе не холодно? – не удержалась Галя.