Читаем Когда я вернусь (СИ) онлайн бесплатно
Я больше не верю в любовь. А ты?
КОГДА Я ВЕРНУСЬ
Сообщение от старшего брата пришло во время премьеры спектакля в городском театре. Вытащив телефон из внутреннего кармана бездонной сумки, Леся отошла к стене, чтобы не мешать журналистам. Санёк не часто писал, поэтому все его послания читались сразу и перечитывались потом по несколько раз. Маленький привет из прошлого, тонкая нить, соединяющая два далёких друг от друга берега: ушедшее навсегда и настоящее.
Итак, долгожданная свадьба в конце месяца. А потом молодожёны улетят в отпуск, оставляя пятнадцатилетнюю дочь под присмотром двадцатишестилетней тёти из заграницы. Выключая фотоаппарат и пробираясь к выходу через толпу корреспондентов и зрителей, желающих поздравить актёров, Олеся уже строила планы на ближайшие дни с учётом скорого отъезда. Наконец, она снова увидится с Лёлей. С их последней встречи прошло столько лет, что малышка уже успела стать сложным подростком, как считают родители.
Выскочив на улицу и встретившись с сильным весенним ветром и неприятным косым дождём, Леся тщательно застегнула все замки на сумке, накинула на голову капюшон красного плаща и, высоко подняв плечи, побежала к автобусной остановке, откуда почти сразу заскочила в подъехавший зелёный автобус. Весна обещает быть интересной, и именно поездка домой добавит в жизнь новых красок. Леся искренне любила Швецию и всё, что прилагалось к этой стране в виде новых друзей, съемной квартиры, Мальмё и работы со свободным графиком. Но, несмотря на многолетние попытки, этот мир так и не стал для неё родным. А то место, которое очень хотелось забыть и разлюбить, так и не покинуло сердце, не сдвинулось даже на сантиметр в сторону края.
- Я очень рада, что она согласилась приехать, - вдумчиво произнесла Света, допивая кофе и глядя через окно во двор многоквартирного дома. – Даже кажется, что это одна из немногих причин, какая могла вынудить её решиться на это. Именно вынудить, - повторила она, оглянувшись на новоиспеченного жениха, с которым жила одним домом и одним сердцем уже больше пятнадцати лет. – Про другие причины даже думать не хочется, наверное, это могла бы быть только смерть одного из нас.
Саша ухмыльнулся, не отрывая глаз от экрана телефона.
- Это точно. Хотя и это не гарантировало бы её присутствия. Чего тут ехать, если все и так уже померли? – добавил он с улыбкой.
Света хмыкнула в ответ и вздохнула, погрузившись в мысли о завтрашнем бракосочетании. Саша знал каждый её вздох, и, ничего не сказав, поднялся из-за стола. Поцеловал любимую сначала в оголённое плечико, а затем в щёчку.
- Пожалуй, самое время вернуть выпавшего птенца обратно в гнездо. Поехал я в аэропорт.
Светлана посмотрела на него своими светло-серыми глазами и с улыбкой кивнула:
- Действительно, пора.
Когда раньше я представляла своё возвращение домой, казалось, что это будет легко и просто. Я выйду из самолёта с высоко поднятой головой и прямой спиной, окину всех взглядом королевы красоты с последнего конкурса, и только лёгкая улыбка будет играть на моих губах, без слов сообщая встречающей толпе, в которой обязательно будет куча моих прежних знакомцев, что я не думала о них ни единого дня своей счастливейшей жизни в последние десять лет.
Однако.
Взглянув на себя в малюсенькое зеркальце перед выходом на трап, я поняла, что задуманный номер не пройдёт. Глаза красные после бессонной ночи в московском аэропорту и двух перелётов. С таким выразительным взглядом единственная надежда остаться королевой - надеть тёмные очки. И снова засада. Линзы в чемодане, а без них или обычных очков, которые я вынуждена буду сменить на солнцезащитные, выход, конечно, по-прежнему будет феерический, только не от моей ослепительной красоты, а потому что ещё никто с таким блеском не покидал самолёт, кубарем скатываясь по трапу. Поднявшись из кресла и завязывая русые волосы в высокий хвост, ещё раз быстро оглядела пассажиров в поисках знакомых. Встретилась глазами с полным мужчиной лет сорока и поняла, что безопаснее ни на кого не смотреть.
Стюардессы открыли двери, и люди двинулись к выходу. Сердце моё отчаянно стучало, тут-то я и осознала все свои ошибки, когда планировала триумфальное возвращение. Я не готова вернуться. Я не готова встретиться с городом и своими друзьями. Есть ли ещё у меня эти друзья? Кто-то дышал мне в спину, и кожа на затылке покрылась мурашками от плохого предчувствия. Мне сделают больно. Я буду страдать здесь. Так же, как страдала десять лет назад, когда была девочкой, глупой и наивной. Только что теперь сделать, когда ты уже между людей, двигающихся вперёд, и вдобавок пролетела тысячи километров? Куда теперь бежать и как позорно это будет выглядеть? Да это будет похлеще, чем феерический выкат по трапу! Вот посмеются горожане, узнав, что по только что приземлившемуся самолёту из Москвы мечется, словно дикий зверь, двадцатишестилетняя пассажирка. Рост метр семьдесят два, волосы русые, глаза бешеные, но цвет серый, телосложение… ээм, тут скорее всего журналисты не придут к общему решению, одним покажется, что я тощая, другим наоборот. В общем, позор, как ни крути, хоть толстая я, хоть худая. Пришлось идти вперёд вместе со всеми.
Тёплый весенний ветерок встретил меня первым в родном городе, и я чуть не задохнулась от счастья. Такой знакомый запах, хотя, казалось бы, разве отличаются ароматы весны? А ведь отличаются, ещё как. Стоя на верхней ступеньке трапа, я вглядывалась в толпу встречающих за высокими металлическими воротами. Увидеть с такого расстояния среди этих людей старшего брата - задача трудновыполнимая, особенно с моим зрением. Но у меня, кажется, получилось, и в толпе тёмно-курточных мужчин я заметила Сашу. Не отдавая отчета в действиях, подняла руку и помахала, а когда этот мужчина тут же ответил мне, просто прыснула от смеха. И вдруг поняла, что готова расплакаться от всех этих эмоций. Как прийти в равновесие, чтобы не реветь и не хохотать от нервного напряжения? Всё рано или поздно закончится взрывом маленькой вселенной по имени Леся Фомина.
Едва автобус с пассажирами подъехал к зданию аэропорта, ворота открылись, выпуская людей в объятья встречающих. И я сама оглянуться не успела, как уже обнималась со старшим братом. Какой он большой! За шесть лет, что мы не виделись, он стал крупнее и солиднее.
- Сколько лет ты не приезжала, Лисёна? - спросил Саша, заводя автомобиль.
- Почти десять, - не задумываясь, ответила я. - Ну, расскажи мне, какой у вас план на завтра?
- План минималистический: роспись в четырнадцать часов, на шестнадцать заказан столик в ресторане, а в двадцать три тридцать у нас самолёт в Москву. Так что, ребёнок, ты и заметить не успеешь, как мы исчезнем!
Пока Санёк говорил, глядя на дорогу и лишь изредка бросая на меня взгляд, я следила за его мимикой. Как своевольничают брови, взлетая вверх, словно по собственному решению. Как хмурится лоб на некоторых словах и шевелятся полные губы, а от улыбки на шершавых щеках появляются ямочки. Спустя столько лет разлуки его лицо по-прежнему оставалось родным, видно, что он повзрослел и стал ещё больше похож на отца, который однажды просто забыл о своих детях. А теперь его большие карие глаза, которые так пронзительно смотрят на меня со всех фотографий с отцом, ожили. Как я его люблю, этого смешного стареющего Сашку!
- Ты похож на папу, - просто сказала я, глядя на брата. На мгновенье брови его поднялись от удивления, а затем улыбка вернулась на лицо.
- А ты теперь ещё больше стала похожа на маму. Забавно, правда, что ни один из них не может этого увидеть своими глазами?
- Забавно, да.
Да уж. Ирония судьбы. Только вот пар был совсем не лёгким.
Мама вышла замуж второй раз и уже восемь лет жила в пригороде Магадана, за многие тысячи километров от родных мест и детей. И ведь даже не было ощущения, что она забыла о нас или променяла на кого-то другого. Просто дети выросли. Удивительно, но это случается. Санька тогда уже несколько лет жил своей семьёй, и, возможно даже, маме казалось, что она лишняя рядом с ними. Я поступила в университет в Мурманске и два года жила отдельно. А у нового маминого мужа престарелые родители в Магадане совсем одни, и им требовался уход и забота в отличие от детей. С мамой мы виделись теперь только по скайпу. Печальная история о дешёвом интернете и дорогих билетах.
А лично меня всегда удивляло, как легко развалилась на части наша семья после ухода отца. Все просто зажили своей жизнью, погрузившись в неё настолько глубоко, что растеряли из вида самых родных и близких, заменив их кем-то новым. Мама встретила Петра Михалыча. У Сани появилась Света, которую он караулил со старших классов школы. Я тогда совсем маленькая была, но помню, как ругались с ним мама и бабушка, требуя больше внимания уделять учебе и девочке дать доучиться спокойно, а он им только твердил сердито «она моя». Саша ходил за ней по пятам, встречал и провожал отовсюду, ограждал от всего в течение двух лет и трёх месяцев, пока Свету не накрыло совершеннолетием. Только тогда родители разрешили ей жить у нас. И, видимо, не зря удерживали дочь до этого, потому что не прошло и года, как появилась Лёля.
А я… А я просто росла. У всех перед глазами и при этом никем не контролируемая должным образом. Тогда я и поняла, что можно быть одной в толпе, стоять рядом со всеми и быть невидимой среди множества жизненных ситуаций. Мама считала, что волноваться не о чем, потому что я хорошо училась, дружила с «правильными» детьми и вела себя именно так, как этого обычно хочется родителям. А Санька просто был старшим братом, который приходил на помощь, когда это требовалось, но в целом лишь наблюдал издалека. Если бы кто-то из них тогда проявил больше настойчивости в вопросах о моих делах или поинтересовался, с кем я гуляю и где, всё сложилось бы иначе. Но формула проста: правильная Леся не способна на глупости и точка. А доверие способно победить здравый смысл.
- Итак, ты, наконец, женишься! Как говорится, ничто не предвещало беды.
- Да, - задорно ответил Саня, - подумал, что достаточно мариновать невесту. Проявила она себя положительно за время испытательного срока, так что можно брать на «постоянку».
Окончив среднюю школу, Света поступила на лечебный факультет. Несмотря на разрешение сожительствовать с возлюбленным, от создания полноценной семьи по всем правилам старшее поколение продолжало детей отговаривать. Сначала они говорили, что Саша должен закончить институт, потом требовали дать возможность девочке получить профессию. А девочка у брата оказалась неугомонная. Она, словно заводная игрушка, у которой ключик повернули по максимуму, как поступила в семнадцать, так почти десять лет из университета не вылезала со всеми интернатурами, ординатурами и прочим. А Саня ждал. И только Лёлька никого ждать не стала и с планами чужими считаться. А потом работа, работа, работа. И вот ребёнок у них уже в десятом классе, а родители до сих пор до ЗАГСа так и не дошли.
- И в самом деле, давно пора.
- Ты сама как, замуж не собираешься? - спросил Саша.
- Нет, не собираюсь. Было бы за кого…
- А как же этот твой, белобрысый такой, с новогодних снимков?
Я рассмеялась. «Белобрысый с новогодних снимков» это Инджимарр. Он норвег, и в прошлый раз, когда Санька пытался произнести его имя, Света велела ему замолчать. Мы с Марио, как называют его друзья, встречались некоторое время и расстались два месяца назад.
- Или не сложилось?
- Да, будем считать, что не сложилось. Белобрысые не в моём вкусе, - с улыбкой добавила я, откинув за плечо волосы.
- Значит, там тебя никто не ждёт? - оглядывая перекрёсток, спросил брат, и заметив, как я отрицательно мотнула головой, добавил: - Так оставайся здесь.
Ох.
Я не могу, брат. Просто не могу.
Интересно, известно ли ему что-нибудь о том времени? Вообще-то Санька видел меня тогда с Владиком, я ещё удивлялась, что он не задал ни единого вопроса о нём. И меньше всего хотелось, чтобы он о чём-то спрашивал меня сейчас. Или ещё хуже будет наткнуться где-нибудь на самого Владика. Вот уж тут я за себя не ручаюсь, даже представить себе не могу, как себя поведу - буду рыдать или плюну в лицо. Как объяснить своим близким, почему я скоро снова уеду? Даже если не наткнусь на самого Владика, наверняка встречу его друзей или тех мерзких девок, которые ржали надо мной громче парней. И само ожидание этой встречи вытреплет мне все нервы.
От неприятных мыслей мурашки побежали по спине, и меня передёрнуло от отвращения. В эту секунду я поняла, что мы остановились на светофоре, я снова кусаю губы, а Саня смотрит на меня напряженным взглядом. «
- Мне иногда кажется, что это я где-то недоглядел, - глухо произнёс он, продолжив движение. - Не увидел чего-то яркого и заметного на блеклом фоне. Тебя ранило. Глубоко. А я не узнал об этом вовремя, - брат со всей силы ударил руками по рулю и тут же взял над эмоциями контроль. - Леся? - я повернула к нему голову, не говоря ни слова. - Если тебе потребуется помощь, просто скажи. Я не хочу снова ни о чём не узнать.
- Хорошо, - тихо ответила я спустя пару мгновений.
