Читаем Кофе с молоком онлайн бесплатно

1. Коровка

— Майя, Даниил идите кушать! — голос мамы заставляет меня вздрогнуть и оторваться от альбома, в котором я рисую.

Готова поспорить Дан опять слушает свой рок, поэтому не слышит голос мамы. Я решаю сразу зайти за ним и потом уже спуститься вниз.

Выхожу из своей комнаты и подхожу к комнате брата. На двери висит табличка: "Не входить — убьет". Усмехаюсь и толкаю дверь.

Так и есть, брат лежит на кровати в наушниках и ритмично двигает головой в такт музыке. Она звучит так громко, что я слышу ее даже не входя в комнату. Увидев меня он встает и снимает наушники с головы, переместив их на шею.

— Чего хотела, коровка? — улыбаясь спрашивает он.

Коровка. Опять это дурацкое прозвище. Дан постоянно называет меня так, потому что мое имя напоминает ему кличку коровы. Придурок. Но я на него не злюсь. Он хороший добрый парень, и иногда я жалею о том, что он мой брат. Возможно, я бы хотела встречаться с таким парнем, с ним не скучно.

— Мама зовет на ужин — ответила я — поправляя кофту. Иногда Дан смотрел на меня таким взглядом, что мне становилось не по себе. Мы выросли и перестали быть детьми, и его взгляд уже не был таким невинным.

Тут думаю надо рассказать о моей семье подробнее. Мы с братом родились в Италии 17 лет назад. Мы близнецы, поэтому привыкли всегда быть вместе. Первым родился Дан, а потом через пару минут я. Наши родители родом из России. За эти годы мы лишь пару раз были в этой холодной стране и оба раза нам с братом там не понравилось. В России у нас есть бабушка, к которой мы и ездили. Странная женщина. Очень активная и эксцентричная. Что-то в ней было отталкивающее. Не знаю. Еще в России у нас есть семья папиного брата, но мы с ними не общаемся. Видели фотки только и всё. Без понятия почему папа не общается со своим братом. Он не хочет об этом говорить. Мама тоже молчит. Хотя брат отца женат на её сестре, мама тоже с ней не поддерживает связь. Странно это.

У наших родителей необычная история любви. Они познакомились в России, а полюбили друг друга в Италии. Папа был женат, мама замужем, и сначала это послужило преградой их любви. Но, чувства оказались сильнее и они просто не смогли не быть вместе. Так романтично.

— Майя, опять ты витаешь в облаках — улыбается отец, замечая, что я почти ничего не ем.

Его серые глаза смотрят на меня с улыбкой, в уголках уже появились первые морщинки, и седина слегка тронула его непослушные волосы. Папа всегда выглядит безукоризненно: белая рубашка, темные брюки. Даже не скажешь, что в юности он занимался боксом и носил только спортивную одежду.

— Коровка просто сыта — подкалывает брат, шутливо пихая меня локтем.

Я закатываю глаза, иногда он невыносим. Может целыми днями дразнить меня коровкой.

Даниил очень симпатичный молодой человек. У него пронзительные голубые глаза, как у мамы и темные короткие волосы как у отца. Мы с братом не очень похожи, и не все поэтому верят, что мы близнецы. Он брюнет, я блондинка. В школе нас часто называли кофе с молоком. У меня, в отличие от него, серые папины глаза, мама любит называть их дымчатыми.

Мама. Раньше в детстве я думала, что она сказочная фея или волшебница. Большие голубые глаза, пышные светлые волосы. Её добрая мягкая улыбка это первое мое воспоминание из глубокого детства. Колыбельные, что она нам с братом пела, подтолкнули меня к изучению русского языка, который я теперь знаю в совершенстве.

Казалось, время не тронуло маму. Я бы никогда не дала ей её годы. Хотя ей уже больше 50-ти, она выглядит не старше 35-ти. Стройная, красивая… Вместе с отцом они очень яркая пара.

Стоит нам с братом уйти, закончив ужин, и оставить их одних, они начинают целоваться. Я однажды забыла телефон на столе и вернулась за ним, застав родителей наедине друг с другом. Они не слышали моих шагов, полностью отдавшись чувствам. Я не стала им мешать и тихонечко ушла, радуясь за их семейное счастье.

Я еще ни разу не целовалась. Многие мои одногруппницы уже вовсю спали с парнями, а я краснела и смущалась даже от невинных фраз. Да и Дан всегда был рядом. Он словно охранял меня от парней, не позволяя им приблизиться ко мне.

Мы уже закончили школу и учились в колледже, собираясь потом поступать в универ. Брат мечтал стать архитектором, а я дизайнером. Любовь к чертежам и рисованию была у нас общей. Дан говорил, что он будет проектировать здания, а я буду делать в них дизайн.

В принципе, неплохой план. Меня смущало только одно: мы опять будем вместе. Не разлей вода. Кофе с молоком. Коровка и Дан. Раньше подобное вызывало у меня улыбку. Но не сейчас. Что-то изменилось. Во мне. В нем. Я больше не чувствовала себя рядом с ним комфортно. Не знаю как объяснить это чувство. Я четко понимала, что он парень, а я девушка. И время детских игр давно прошло.

Я по-прежнему была для него любимой сестренкой, он мог войти в мою комнату без стука и завалиться на кровать, щекотать меня и передразнивать… Но мне больше не было смешно. Его пальцы разжигали во мне огонь, дразнили и искушали, а мысль о том, что это со мной делает брат убивала меня. Я не должна чувствовать такое к нему. Это неправильно. Мне просто нужно найти парня. Влюбиться. Я понимала это умом, но сердце отказывалось верить. И я раз за разом млела от его прикосновений и дурацкого прозвища "коровка".

В тот день родители были на работе, я должна была гулять с подружкой по тц, но у нее начались месячные и она отменила нашу встречу. Я пошла домой, думая, что Дан еще на тренировке. То, что это не так, я поняла почти сразу.

Стоны. Какая-то девушка порочно стонала на весь дом. Я застыла на пороге, понимая, что брат явно не дыхательную гимнастику с ней изучает. Помчалась наверх бесшумно прыгая через ступеньки. Зачем? Хотела убедиться, а может гимнастика? Я видела фильмы для взрослых и это точно было именно то самое… А вдруг он решил посмотреть подобный фильм? Эта мысль меня немного успокоила.

Дверь в его комнату была открыта и я уже было собиралась сказать что-то типа: "Вот ты и попался братец". Но слова так и остались несказанными. Мои ноги приросли к полу, я жадно вглядываясь в то, как мой Дан брал какую-то блондинку сзади, намотав ее длинные волосы на кулак. Хотя постойте, почему какую-то, это Николь его одногруппница. Боже, мне не стоит на это смотреть! Но я не могла двинуться с места. Я любовалась своим братом… Его идеальным телом, его силой, с которой он вколачивался в тело этой девушки. Капельками пота, что скатывались по его спине, напряженными мышцами, упругими ягодицами… Николь стонала так громко, что я не могла расслышать его слов. Брат что-то говорил, повторял какую-то фразу раз за разом, негромко на выдохе.

Я должна уйти, как можно дальше, как можно быстрее… Сердце сжалось внутри болезненно отозвавшись в каждой моей клеточке… Я не могла сделать ни шага, не могла отвести глаз. Я горела и покрывалось льдом одновременно.

Не знаю сколько длилась эта пытка, может несколько минут, но они показались мне вечностью. Дан… брат, почему мне так больно?

Когда Николь как-то по особенному вскрикнула, и потом затихла, я смогла услышать слова, которые произносил брат. Они острыми пиками врезались в мое сознание и заставили меня буквально сорваться с места и не разбирая дороги бежать из дома.

— Коровка, моя коровка…

Я выскочила на улицу и чуть не угодила под машину. Рассерженный водитель громко просигналил мне, но я не обратила на него внимания, продолжая нестись как будто за мной гонятся адские псы. Хуже. Я услышала то, после чего моя жизнь уже никогда не будет прежней. Мой мир рассыпался на тысячи острых осколков по которым я сейчас бежала…

В голове крутились его слова на бесконечном повторе. Дан, что же ты делаешь, брат?!

— Коровка, моя коровка…

Он был с другой, но мечтал обо мне. Нет, ты сошла с ума Майя! Дан наверное всех девушек называет коровками. Не только меня.

Я остановилась посреди улицы с трудом переводя дух. Эта мысль привела меня в чувство. Ну, правильно, раньше мама рассказывала, девушек называли телками, а сейчас видимо коровками. И зачем я убежала?

Какая же я глупая! Дан не может мечтать обо мне, это невозможно. Тем более, раз у него всё так серьезно с Николь. А я и не знала, что у него появилась девушка. Раньше между нами не было тайн, мы делились друг с другом всем.

Я пошла домой с чувством глубокого стыда перед братом. Издалека увидела, как он прощается с Николь, целуя ее в губы и прижимая к себе. Опять стало больно. Черт, что со мной такое? Я должна быть за него рада…

Девушка скрылась за поворотом, Дан стоял ко мне спиной, провожая ее взглядом.

— Не знала, что у тебя есть девушка — сказала я, заставив брата вздрогнуть и обернуться.

— Майя… — улыбнулся он — Как поход по магазинам?

— А почему не коровка? Майя вдруг. Скажи, ты всех девушек называешь коровками? — иронизирую я.

— Нет. Только тебя.

2. Первый

Я проснулась от того, что рядом со мной кто-то был. Гладил меня по волосам, целовал шею, спускаясь всё ниже… Прогоняя остатки сна я открыла глаза и смогла увидеть темную фигуру, что склонилась надо мной.

— Дан — хриплым ото сна голосом сказала я.

Он остановился и накрыл мои губы, целуя меня совсем не по-братски. Я слабо дернулась и попыталась оттолкнуть его, но он лишь сильнее прижался ко мне, углубляя поцелуй.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда он залез своими наглыми руками под мою майку — Нам нельзя…

Дан не слушал меня, одним рывком разорвав на мне майку. Припал к груди жадно терзая мои соски покусывая и посасывая острые вершины. Я еле сдерживала стоны, и слабо пыталась его оттолкнуть, понимая, что наши силы далеко не равны. В глубине души я не хотела, чтобы он останавливался…

Поэтому позволила стянуть с себя шортики вместе с трусами и теперь была перед ним полностью обнаженной… От смущения я скрестила на груди руки, наблюдая за тем, как он снял с себя футболку и приспустил боксеры, доставая член…

— Не надо, пожалуйста — испугалась я, когда Дан навалился сверху.

— Коровка — прошептал он на ухо — Будет немного больно…

Я попыталась сжать ноги, но он без труда раздвинул их, и перехватил мои руки, удерживая их над моей головой.

— Я люблю тебя, сестренка… С ума схожу, когда вижу тебя…

Снова поцелуи порочные, сладкие, сводящие с ума и пугающие тем, что будет после.

— Остановись — всхлипнула я — Не надо.

— Я не могу, больше не могу терпеть — признался Дан — Я ведь тоже тебе нравлюсь, так в чем же дело? Мы никому не скажем. Никто не узнает.

— Так нельзя… Это грех. Мы будем прокляты…

— Я уже проклят с того самого дня, когда понял, что хочу тебя, Майя — он отпустил мои руки, что безвольно упали на кровать, а дальше меня пронзила боль острая и жгучая…

Он заглушил мой крик поцелуем и сделал плавное движение, которое причинило мне еще большую боль. Замер. Оторвался от моих губ, собирая соленые дорожки слез…

Я чувствовала себя так, как будто в меня вставили раскаленную палку. В горле пересохло, было нечем дышать.

— Не плачь, пожалуйста — его голос дрогнул — Прости меня…

Я вдохнула побольше воздуха и закричала.

Секунда и я лежу на полу, болит бедро. Похоже, я упала с кровати. В комнате никого нет, я одна. Одетая. Пытаюсь встать, дверь открывается кто-то заходит и включает свет.

— Майя, ты кричала? — Дан выглядит взволнованным и помогает мне встать — Опять кошмары?

— Да, не стоило приходить — бурчу я, ложась в кровать и натягивая одеяло до подбородка — Уходи.

Брат присаживается на мою кровать.

— Что случилось? — его голубые глаза ищут ответ на моем лице — Тебя что-то беспокоит?

— Уходи — пискнула я как мышь, попавшая в лапы коту.

Дан нахмурился.

— Я хочу спать — сказала я спокойнее, стараясь не смотреть на него.

Он вздохнул и пожелав мне доброй ночи, ушел. Я тут же подскочила с кровати и дрожащими руками закрыла дверь изнутри. Выдохнула. Теперь он не сможет заходить в мою комнату когда захочет. С той ночи я больше не держала дверь открытой.

Хотя это и был всего лишь сон, ощущения того, что Дан стал моим первым еще долго не покидало меня. Я винила себя за то, что поддалась ему, позволила взять себя, не закричала раньше, не остановила его… Я позорно сдалась под его натиском, растаяла от поцелуев, от близости его сильного тела… Черт. Это было так запретно мечтать о брате. Но я не могла перестать о нем думать, тем более, что иногда ощущала его обжигающие взгляды на себе. Дан думал я не вижу, но я чувствовала всё, видела, как он сдерживается рядом со мной, старательно не смотрит в мою сторону, пока находится в поле моего зрения. Стоит мне отвернуться, как он скользит по мне взглядом.

И сны. Их стало больше. Почти каждую ночь я таяла в его объятиях. Если в первый раз мне было страшно и больно, то потом я испытывала ни с чем не сравнить ощущения… Не знаю похоже ли это на настоящий секс, но если это так, то я многое теряю оставаясь невинной… А утром я испытывала стыд и смущение, казалось мое тело до сих пор горело от его прикосновений…

С этим нужно было что-то делать. И я нашла выход, как мне тогда казалось. Родители вроде бы не о чем не догадывалась, хотя мама думаю заметила перемену в наших отношениях. Я поняла это, когда она попросила меня остаться после ужина. Дан ушел вместе с отцом наверх, и мы остались вдвоем.

— Я хочу знать, что тебя беспокоит — сразу сказала мама внимательно смотря на меня — Ты изменилась. Стала какой-то мрачной и задумчивой.

Я убирала тарелки со стола и мои руки дрогнули.

— Расскажи мне, дочка — она приобняла меня за плечи — Ты же знаешь, я всегда буду на твоей стороне.

— Всегда? — переспросила я — Чтобы я не сделала?

— Конечно — улыбнулась мама — Можешь даже не сомневаться.

Я поставила тарелки на стол, и развернулась к ней лицом. Закусила губу, обдумывая всё, а потом тихо сказала: "Я хочу перевестись в другой колледж".

— Почему? — мама смотрела на меня с подозрением.

— Мне здесь не нравится — ответила я — Я уже узнавала, у меня хорошая успеваемость меня переведут без проблем.

— Где ты хочешь учится?

— В Турине.

Мама удивленно вскинула брови.

— Ты уверена, дочка? Тебе придется жить в общежитии, конечно мы можем дать тебе денег на съем…

— Не нужно. Я буду работать. Я неплохо рисую, и могу этим зарабатывать.

Мама прищурилась. Похоже моя ложь не выглядела убедительной. Конечно, я ведь совсем не умею врать.

— Что-то здесь не так… — задумчиво сказала она, забирая грязные тарелки со стола и загружая их в посудомойку.

Я прикусила губу, боясь ляпнуть что-нибудь про Дана. Он не виноват, что вызывает у меня непристойные мысли, хотя блин, если бы он не вырос таким сексуальным красавчиком… И я не увидела бы его с Николь, тогда может быть он по-прежнему был бы просто моим братом, а не ходячим искушением…

— Майя, что-то мне подсказывает, ты бежишь отчего-то — мама была как всегда проницательна — И учеба здесь совсем не причем.

Я покраснела и опустила глаза. Да, быстро же меня раскусили.

— Я помню себя в 17… Первая любовь. Какая уж тут учеба! — улыбнулась она.