Читаем Клетка для души онлайн бесплатно

Разочарована душа и сердце в дребезги разбито,

глаза все видят, а душа– разочарована, убита,

она ждала, надеялась, была,

и сердце целое забило,

но был погром, жестоко слово,

нет в теле целого теперь.

Теперь там шрамы и осколки,

Разочарована душа и сердце в дребезги разбито.

Е.Т.

Валерия.

Веду рукой по одежде, равнодушно осматривая модельный ряд. Сегодня суббота. Встреча с моим благоверным. Благо верный. Благо для кого? Надо наряд купить для интимного вечера. Он любит, чтобы было все идеально, даже делаю укладку и макияж у стилиста. И волос не помнет, помаду по губам не размажет, и кончит идеально в идеальный презерватив. Закатываю глаза у себя в уме от скуки своей жизни. Мне не важно изменяет мой муж или нет, зачем эта суета вокруг секса? Ну трахает кого-то на стороне, к тебе же возвращается. Главное- я ему верна. Это дело чести. За столько лет и мысли не возникало об измене. Любовь. Я не знаю, что это такое. За двадцать девять лет я никого не любила. Так даже спокойнее живется. Ведь любовь – это лишь контраст. К мужу у меня скорее уважение и благодарность, а это не менее важные чувства в отношениях. Благодарность за мою обеспеченную и беззаботную жизнь, уважение, что терпит мои капризы, которых у меня не много, кстати. В целом, я делаю все, что он просит, а он, в свою очередь, исполняет мои просьбы. Они в основном материальные почему-то. Да у меня нет особых желаний. Может потому что, всю жизнь как сыр в масле? Не знаю. Я вообще бесцельно живу. В последнее время все чаще посещает эта мысль. Найди работу, скажите вы. Она у меня есть. Сеть ресторанов и клуб. Правда, тоже благодаря Виктору, мужу. Руковожу ими я вполне сносно, прибыль есть. Он не касается переданного мне бизнеса. Сказал: «Это тебе. Делай что хочешь». Я и делаю. Что хочу. В переводе с мужского на нормальный: «Вот, займись хоть этим, только не бездельничай, а то тупеешь» или «Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало». Как то так.

В мыслях дошла до бутика нижнего белья. Рассматривая ассортимент, кручу перед носом маленькую вешалку с ма-аленькими трусами. Сквозь кружевную ткань замечаю нестандартную персону в чисто женском магазине. Мужчина в магазине нижнего белья, тоже самое, если бы зашел в женский туалет. Правда, конкретно к этому, почему-то прилипли все продавщицы. Я продолжала его рассматривать сквозь трусы. Ну привлекательный. Ну симпатичный. Ну ладно, красивый. Очень правильные черты лица, длинные вьющиеся волосы, прямой нос, пухлые губы и очень обаятельная улыбка…еще высокий и спортивного телосложения. Исходя из внешних данных, понятно, почему продавщицы-консультантки не отлипают от него, но, думаю тут еще что-то есть. Пока мне неизвестное. Тут, он бросает свой взгляд на меня, а я резко делаю вид, что очень внимательно рассматриваю те три полоски у меня в руках. Быстро смотрю на него, идет ко мне. Черт. Черт, почему я так разволновалась?

– Интересный выбор. – констатирует незнакомец.

– Вам не кажется странным Ваш комментарий незнакомой девушке, да еще в таком месте?

– В каком таком? – удивляется вполне искренне. Я поднимаю брови.

– И часто Вы по магазинам женского нижнего белья ходите? – зачем я задаю ему этот вопрос. Мысленно закатила глаза. Вспомнила, что сама то еще ничего на вечер не выбрала.

– Впервые.

– О. – продолжаю перебирать вешалки, параллельно осматривая зал на подходящий предмет эротических фантазий моего мужа.

– Может подскажите, что лучше приобрести? – поворачиваюсь к нему всем телом, с поднятыми бровями вверх и удивленными глазами.

– Мне кажется, все те девушки, – указываю пальцем на консультанток позади него, – будут в восторге, если Вы к ним обратитесь. – в этот момент мой взгляд цепляется за прозрачный халатик с обрамлением из перьев страуса- то, что надо. Снова перевожу глаза на этого странного парня. Карие глаза уставились на меня. Всегда хотела, чтобы у меня были карие глаза, но природа решила- зеленые. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я опережаю его. Нет смысла в этой бестолковой беседе. – Мне пора.

Обхожу его, всучив вешалки ему в руки, которые я вертела, и иду в направлении халата. Выбираю свой размер и иду на кассу. Остальные атрибуты у меня уже есть, не хватало только этого прозрачного куска шелка за «триллион» рублей. Выходя из магазина, оборачиваюсь. Вокруг незнакомца уже суетились девицы-продавщицы. Они захватили все его внимание. Качаю головой в стороны. Ощущение разочарования. Почему? Не знаю.

Поправляю волосы, уложенные волнами и спадающие на плечи, осматриваю себя в зеркало. Прозрачный халатик, ниспадает по моим округлым бедрам, легкая ткань немного прикрывает грудь, кожаные ремни портупеи идут вдоль груди, по талии и обвивают шею, рискованный выбор с моей стороны, но все остальное смертная скука. Виктор предпочитает классику. Классику во всем. Даже в сексе. Все прекрасно. Как всегда, в такие субботы. Делаю глоток шампанского из бокала, стоящего на столе, возле раковины. Для блеска грустных глаз. Надо сделать глоток еще. Вот уже повеселее. Пора выходить из ванной. Открываю дверь, ставлю одну руку на проем, другая висит вдоль талии и бедра. Медленно направляюсь на шпильках в сторону кровати, где уже лежит Виктор. Замечаю скептический взгляд с примесью недовольства. Черт. Не нравиться образ. Все также продолжаю идти, как кошка заползаю на кровать, потом на мужа. Замечаю смягчение от моих интимных ласк. Он ни слова не говорит. Просто закрыл глаза и получает удовольствие. Как всегда. Надеваю презерватив и сажусь сверху, начинаю неторопливые движения, Виктор тихо стонет, двигаюсь чуть быстрее, сжимает мои бедра, кончает. Встаю с его бедер, сажусь рядом. Он открывает глаза.

– Больше так не одевайся. – встает, целует меня в лоб и уходит сначала в ванную, потом к себе в спальню.

Я лежу, распластавшись на кровати. Заканчиваю даже не начатое дело. Все как обычно.

Лежу в кровати. Не хочу вставать, но встаю и собираюсь. Спустившись в столовую на первом этаже нашей квартиры, вижу, что Виктор уже проверяет почту и пьет кофе. К завтраку еще не прикасался. Это у нас традиция такая: завтракать всегда вместе. Другие приемы пищи обычно по отдельности.

– Доброе утро! – с сияющей улыбкой, подхожу к мужу, кладу руку на плечо, целую щеку, сажусь рядом. Кидаю оливку в рот, наливая себе чай.

– Доброе утро. – продолжает листать письма в телефоне. – Мне прислали отчет по прошлому году за клуб.

– Ты же говорил, что не вмешиваешься в мой бизнес? – на слове «мой» делаю ударение, немного обидно, но ожидаемо. Вряд ли Виктор пустил бы все на самотек.

– Я и не вмешиваюсь. Ты делаешь все сама. Просто немного опытного контроля. Ты молодец. Хорошая прибыль. – улыбаюсь, приятно, что оценил все-таки.

– Вить, – неожиданно для самой себя возникла мысль.

– М-м. – не отрывается от почты в телефоне, отправляет кусочек яичницы в рот.

– Может нам завести ребенка? – откладывает сотовый, смотрит на меня уставшими глазами. Все понятно, сейчас будет отказ.

– Лер, мне уже почти шестьдесят, какой ребенок? – так себе отмазка, так как он здоров как бык и выглядит соответствующе.

– Какой, какой, человеческий. Мне то двадцать девять, самое время, не находишь?

– Ты еще молода. Думаю, можешь немного подождать. – ковыряю вилкой в тарелке, пью чай. Зачем спрашивала, когда заранее знала ответ? Да и правда, зачем мне сейчас ребенок. Бизнес, вот мое дитя.

– В будущую субботу будет концерт в клубе. Придешь?

– В четверг улетаю в Швейцарию, – снова уткнулся в телефон, – Планировал вернуться в воскресенье, но если успею сделать все дела, то, постараюсь заглянуть.

– Хорошо. – Виктор встает, целует меня в макушку, уезжает. Чем мне заняться? Тоже поеду на работу…

Кастинг это очень скучно. Приходит столько бестолковых людей, а ты из этой массы должна выбрать более-менее годное для выступления. Очередной парень встает передо мной, делаю пометки в планшете, даже не смотря на него.

– Раздевайтесь и на сцену. – продолжаю смотреть в планшет, изучая следующие дела на сегодня.

– Что? – слышу в ответ. Супер. Этот еще и глухой. И как танцевать будет?

– Раздевайтесь по пояс и на сцену, сейчас включат музыку. – не поднимая глаз, объясняю этому недотепе. Еще смотреть, как пляшет…то еще действо небось… слышу, сквозь свои мысли, что он забрался на сцену. Поворачиваюсь в сторону диджея, позади меня, машу рукой, чтобы включил музыку, но слышу, как кто-то начинает петь…медленно разворачиваю голову на сцену и вижу этого недотепу. Знакомое лицо. Да ну, они все на одно лицо сейчас. Со скептическим видом дослушиваю его соло, сложив руки вместе на планшете, который лежит на моих коленях, заключая, что парень очень хорош собой, откровенно его рассмотрев. Он все таки еще и по пояс разделся, ухмыляюсь. Последний куплет…– Закончили?

– Да. – его бархатный голос ласкает слух, улыбается во все тридцать два белых ровных зуба.

– Отлично. Только нужно было танцевать. – машу пальцем по кругу. Тут ко мне подходит диджей.

– Я могу и танцевать, только петь в живую будет сложновато…

– А Вам и не надо петь, за Вас это сделает профессионал…

–Лер, Лер… – тараторит Костя, он же диджей.

– Что?! – уже в раздражении на него повышаю голос.

– Это и есть тот профессионал…

– Ты можешь говорить яснее?! Какой профессионал?

– Андрей Болконский. – слышу со сцены голос этого парня.

– Наташа Ростова, – на автомате отвечаю и возвращаю свое внимание Косте. – О чем ты?

Костя не успевает ответить, певец-танцор спрыгивает со сцены: сначала он сел на пол, потом оперся рукой и подпрыгнул так, что все его мышцы на руке и теле заиграли. Натягивая на ходу футболку на свой великолепный торс и направляется к нам. Я и Костя завороженно смотрели, у меня даже рот приоткрылся.

– Я со своей группой буду выступать в грядущую субботу тут. Андрей Болконский. – этот наглец протягивает мне руку, я подаю свою. Мелькает перед глазами магазин нижнего белья…парень, перед которым все девицы вились…

– А-а, любитель нижнего белья… – тут мои воспоминания начинаю возрождаться. Точно. Это он.

– Так. Ну я пошел. – Костя ретировался. – Удачи тебе. – хмурюсь ему в след. Что имел ввиду?

– Так себе псевдоним. – убираю свою руку из его.

– Это мое настоящее имя. – смотрю на него с прищуром.

– Родители шутники, да?

– Для истинных ценителей. – улыбаюсь, может он не такой уж и кретин. Эти женские предубеждения…

– Так что ты сегодня тут делаешь, Андрей Болконский?

– Ты не представилась.

– Точно. Прошу прощения, молодой князь, – кланяюсь, делаю реверанс, представляюсь, – Дворянка, не по рождению, а по приобретению, великая содержанка Валерия Оболенская. – снова кланяюсь, делаю реверанс, пытаясь оттащить края юбки-карандаш на бедрах как, если бы это была пышная юбка. Возвращаюсь в нормальное вертикальное положение, Андрей откровенно усмехается. – Повторю вопрос: что ты тут делаешь сегодня?

– Хотел посмотреть, где выступать придется.

– Придется? – задел таким глаголом. – Этот клуб, между прочим, один из лучших в Москве. – тычу пальцем в потолок, но, достаточно развлечений на сегодня, мне пора по другим не менее важным делам. – Я сейчас позову евент-менеджера, она тебе все покажет.

Тут он хватает меня за руку, опускаю глаза на его крепкие руки, надо же, только сейчас заметила, что они все в татуировках.

– Может сама?

– У меня дела. Руку отпустишь? – поднимаю бровь вверх, его поведение…слишком…слишком наглое? Нахальное? Со мной так еще никто не смел обращаться, все знают чья я жена. А этот, что бессмертный? – У тебя смерть в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка на дереве, дерево на острове, остров в океане?

– Что? – смотрит на меня изумленными глазами. Я бы тоже так смотрела, если бы такой бред по среди нормального разговора услышала.

– Ты руку мою отпусти. – дергаю сильнее, он не отпускает. Ухмыляется. Вот же настырный…

– У тебя молодой человек есть? – интересуется, как будто мы мило беседуем за чашечкой чая.

– Молодого нет, есть старый…– снова дергаю руку, зачем я так сказала…закрываю глаза на миг, качаю головой.

– Иронично.

– Цинично. – беру свой планшет и направляюсь в сторону своего кабинета за сумкой.

– Валерия! – Андрей меня окликает как какую- то девку, а я еще и обернулась, прижимая планшет к груди. Этот нахалец, сложил руки в карманы джинс и подмигнул мне, улыбаясь своей обворожительной улыбкой. – До встречи.

Закатываю глаза и направляюсь, куда шла. В кабинете села в кресло, сложила ногу на ногу, позвонила водителю, чтобы был готов, сейчас уезжаем. Позвонила евент-менеджеру, чтобы вышла к этому…этому…все таки кретину. Черт. Что же я так завелась во всех смыслах, ерзаю на стуле. Вдруг, без стука, входит кретин, озаряя своей улыбкой мой кабинет, я почти ослепла от его нахальства, протягивает мне ручку, кладет на стол и говорит:

– Вот. Ты забыла. – снова улыбается и уходит.

Я как рыба: рот открываю, звук не идет.

Сидя в машине, на заднем сидении, подперев подбородок ладонью, думаю об это неотесанном наглеце. Почему он занимает столько моих мыслей? Интересно. Странно. Забавно. Он мне нравится? Не-еет. Он слишком красив, чтобы в него влюбится. Зачем мне это. Я разумное существо.

Просуществовала я так до субботы. Сидя вечером в клубе, у себя в кабинете, получила от Виктора сообщение, что он не успевает и скорее будет во вторник, позже, чем планировал. Я несколько расстроилась, что он не увидит клуб в действии, но старалась не унывать. Решила пройтись по заведению, посмотреть, как другим весело.

Пройдя почти весь клуб, облокотилась плечом на колону возле бара, оттуда открывался прекрасный вид на сцену, где выступал Болконский. Очень хорош. А голос…говори, говори, я все слышу, но не слушаю. Таким голосом нужно кредиты продавать, подпишешь не глядя. В своих размышлениях, я не заметила, как концерт закончился и сцена опустела. Костя завел свои сеты для гостей заведения.

– Подглядываешь? – я вздрогнула от голоса за спиной, обернулась. Ну конечно, наглец.

– Ты. – равнодушно произнесла, очень устала.

– Я. – осматривает меня с интересом. – Выпьем? – и указывает на бар.

А почему бы и нет, черт возьми?!

– А почему бы и нет. – садимся за барную стойку. – Саш, мне как обычно. Ты что будешь? – уже адресую вопрос Андрею.

– Тоже, что и ты.

– Повтори. – бармен приносит нам односолодовый виски. Протягиваю Андрею его рокс. – За счет заведения. – поднимаю свой бокал, он в ответ свой.

– Я и сам могу заплатить.

– Не сомневаюсь. – снова делаю глоток. Некоторое количество виски делает меня храбрее, но не веселее. – Ты чего так себя вел?

– Когда?