Читаем Хрустальный мальчик онлайн бесплатно
В самую последнюю очередь встревожился воздух, хотя именно он и напитался холодом зимы в первую очередь. Где-то далеко-далеко на севере листья уже желтели, сворачивались трубочками и отмирали, и дожди поливали землю нещадно, как из бездонных бочек, размывая её вплоть до слоёв с припрятанными питательными богатствами. Беспокойно зачирикали птицы.
Недобрые вести слетались отовсюду к могучему Дереву, на котором держался лес. Госпожа Древоборица сидела в самом широком сплетении узловатых старых ветвей, откинувшись на одну руку. Другой рукой она без помощи гребешка расчёсывала свои густые волосы, такие длинные, что доставали они до земли и стелились по ней, смешиваясь с молодыми ростками травы, опавшими листьями и комьями почвы. У корней дерева собралось не меньше восьми старейших духов в обличьях молоденьких зеленокожих девушек с большими золотистыми глазами и точёными чертами лица, в лёгких белых сарафанчиках и босоногих. В левой руке каждая из них сжимала по тоненькому алому гребешку и аккуратно расчёсывала роскошные волосы Древоборицы. Древоборица сидела так, что длинная чёлка падала ей на белое, как алебастр, лицо, совершенно скрывая его от чужого любопытного взора. Только глаза её можно было рассмотреть: они сияли изумрудными искрами, как у кошки, крадущейся в ночной темноте.
Ветер коснулся расправленных плеч Древоборицы и колыхнул полы её свободного зелёного балахона, ниспадавшие до самых корней. Древоборица тотчас насторожилась и медленно повернулась чуть вправо. Тремя ветвями выше неё сидел, свесив ноги, угрюмый юноша со снежно-белыми волосами и грустными прозрачно-серыми глазами. Юноша в упор смотрел на неё, и руки его были скрещены на груди. Острые когти впивались в лёгкую ткань светлой рубашки.
– Снова печальные вести приносишь ты мне, Землерой, – мягким голосом произнесла госпожа Древоборица.
Она не говорила даже, а шелестела, как шелестит опавший сухой лист, когда ласковый ветер подталкивает его по течению реки. Если бы человеку довелось услышать голос госпожи Древоборицы, не понял бы он, что это речь духа: посчитал бы, будто это ветви и листья друг с другом переговариваются, перешёптываются, жалуются на что-то.
Землерой отодвинулся чуть дальше и подобрал под себя ноги.
– Не хотел я тебя гневить, госпожа, – тихо сказал он, – и не знаю я, почто ты нынче на меня сердита.
Древоборица изящно повела плечами, и шея её в мгновение ока вдруг удлинилась. Голова её, покачиваясь на этой шее, как на стебельке, плавно взмыла выше и очутилась точно напротив головы Землероя. Древоборица загадочно сверкнула изумрудными глазами из-за завесы волос.
– Неужели же и вправду не известна тебе, Землерой, причина моего гнева и моего отчаяния? – прошептала она.
Деревья кругом неё задрожали, и мёртвые листья серыми грузиками обрушились на землю. Промеж двух корней вдруг появился высокий земляной холмик, и из центра его вынырнула растрёпанная рыжая голова. Корневод, над всеми лесными корнями великий начальник, стрельнул в Землероя пронзительным взглядом треугольных золотисто-серых глаз, полных осуждения. Корневод совсем как человек выглядел, и его легко было бы с обычным праздным гулякой спутать, если бы уши его не были огромными, оттопыренными, с причудливыми отвисшими мочками, если бы промеж пальцев у него не были натянуты самые настоящие земляные перепонки. Корневод приставил одну руку козырьком ко лбу и медленно произнёс:
– Землерой, уж стыдно такое не знать. Это ты ведь человека сюда привёл, и нынче всё стало неладно в нашем лесу.
Заволновались тотчас восемь старейших духов, расчёсывающих госпоже Древоборице волосы. Побросали они гребни и закрыли зелёные лица тонкими руками. Их вздохи и вой смешались с обеспокоенными порывами ветра.
– Человека… человека…
– Привёл сюда человека…
– Теперь весь наш лес покою не знает… – шептали они десятками различных голосов и на разные лады.
Землерой не двигался с места и всё госпоже Древоборице в глаза смотрел, будто зачарованный.
– Многое ты повидал, хотя ты очень юн, – шепнула она. Медленно и торжественно поднялась она ноги и воспарила в воздух. Шея её сразу стала короче. – И видел ты, как жестоки и беспощадны с нами люди.
Землерой тяжело сглотнул.
– Не нарушал я ни разу наших обетов, – прошептал он, – не отдавал Анне своей силы, не выполнял безумных просьб её, да и ничего такого уж неправильного она у меня не требовала…
Восемь старейших духов и господин Корневод заахали и завздыхали внизу. Госпожа Дароносица выползла из крупного муравейника, что высился поодаль от Дерева, сложила руки на груди и покачала головой. Муравьи, пауки и мокрицы копошились в складках кожи у неё на лице и порой падали на землю. Ноги духов постепенно принакрыло плотным серым одеялом тумана.
– Землерой, Землерой! – госпожа Древоборица осуждающе цокнула языком. – Ужели мне не знать, что происходит в моих собственных владеньях? Неужели ты считаешь, я не слышала, не видела, не почувствовала, как тебя столкнули с пути?
– Я ничего не сделал!
