Читаем Хрупкие плечи онлайн бесплатно
Хрупкие Плечи
Лида
По старенькой асфальтированной дороге среди полей и лесопосадок ехал, громко громыхая на колдобинах, грузовик с прицепом, груженный разнообразными вещами под самый верх. Торчащие ножки столов, стульев и прочая утварь четко давали понять - кто-то куда-то переезжает. В кабине грузовика сидели трое: седовласый коренастый мужчина-водитель, молодой русоволосый парень спортивного телосложения и его жена - улыбчивая худенькая темноволосая девушка. Несмотря на длительную дорогу, на лицах у всех были улыбки, а шутки и разговоры не стихали всю дорогу.
- О, дичь!- вдруг рассмеялся молодой мужчина, отвлекаясь от обсуждения очередной темы и указывая на зайца-русака, выскочившего на дорогу и несущегося во всю прыть перед машиной.
- Куда?! Я тебя уже присмотрел на ужин! - возмутился со смехом водитель, когда косой, спустя пару минут бешеного бега таки сообразил запрыгнуть в кусты у обочины, мелькнув светлым пушистым хвостом.
- Хищники… Обойдетесь. У зверушки явно другие планы - хмыкнула весело девушка. Тем более, что дома Вас ждет шашлык, - рассмеялась она, глядя на обиженное лицо водителя,- сами же рассказывали.
-Не, ну я бы и этому нашел место в холодильнике - рассмеялся в ответ водитель,– А то только хвостом помахал - и в кусты.
- Михалыч, тогда нужно было догнать, немного притормозить и хватать за уши прямо из кабины,- рассмеялась девушка, - а не пытаться его задавить.
- О, Лида, мы уже почти приехали - улыбнулся в пушистые усы муж девушки, отведя взгляд от кустов, в которых скрылась дичь, рассматривая показавшийся с холмика незамысловатый дорожный указатель и виднеющееся за ним довольно большое село.
- Да, Олег, похоже – обрадовалась девушка, увидев приближающееся место назначения. - Что, Кукла, умаялась? Скоро выпустим вас с Муркой на свежий воздух - произнесла она, уже обращаясь к чинно сидящей у нее «в ногах» небольшой собачонке и скрутившейся клубочком на руках полосатой кошке, любопытно приподнявшей усатую мордочку.
- Ты смотри, словно понимают! Не, ну надо же, какие они у вас дрессированные! Так тихо просидели всю дорогу, что я про них почти забыл! – удивленно хмыкнул водитель, поглядывая на примерных животных, которых сначала категорически не хотел пускать в кабину, мотивируя тем, что «загадят же все, а не дай Бог чего испугаются - так вообще, лови бешеную тварь по всей кабине…»
- Я же говорила, что ручаюсь за них – довольно улыбнулась Лида, вспомнив, скольких трудов стоило ей уговорить Ивана Михайловича, довольно грозного и сурового, на первый взгляд, мужичка разрешить ей везти питомцев в кабине.
-Да, с животными Лида умеет договариваться. Она при желании и дикого кабана, наверное, уговорила б тихо сидеть и прикинуться ковриком – улыбнулся муж девушки.
- Не преувеличивай - рассмеялась Лида, переводя взгляд на открывшееся их глазам довольно большое село - их новое место жительства. Смотрелось оно весьма симпатично и цивилизованно, особенно после маленького, затерянного в лесах Харьковской области, лесничества на десяток дворов. Одна дорога чего стоит - новенький асфальт, это вам не разбитая, раскисающая каждую осень и весну до состояния «не проедешь, не пройдешь» глиняно-песчаная «грунтовка» … По такой только на их мотоцикле, «Туле», и проедешь, ну или на тракторе… Здесь же гладенький асфальт, побеленные бордюры, заправка на въезде в село, цветники, ровненько посаженные вдоль дорог стройные молодые тополя, видневшееся вдалеке колесо обозрения, аккуратные домики, убранные огороды … Их новый дом… Как здесь все будет?
Вообще, 1988 год стал для Лиды годом очередной смены места жительства. Брянск, Ростов, Изюм и, вот теперь, это село в Донецкой области, председатель которого пригласил ее на должность агронома-цветовода. Предоставили жилье – квартиру в доме на два хозяина с собственным двором и огородом. Обещали обеспечить работой мужа… Любимого мужа, который после их выпуска из института как перекати-поле сменял места жительства, таская за собой жену и ребенка. И вроде не военный, а озеленитель, лесник, которому полагается быть вполне оседлым и привязанным к своему объекту озеленения, но нет - места работы у него сменялись минимум раз в год. И муж, подхватив жену и дочку, уговорив молочными реками и кисельными берегами на новом месте, снова устремлялся вдаль… Устремлялись-то в светлую вдаль, но оказывались… То в съёмном мини - домике (шаг в длину, два в ширину) на окраине города, то в каком-нибудь глухом лесничестве. И, что факт, каждое новое место жительства все более невыгодно отличалось от предыдущего. Тенденция немного пугала… А, вообще, похоже, Лиде достался в мужья лесник-кочевник - новый вид, чтоб его…
В этот раз вопреки сложившейся традиции, инициатором переезда выступила она, махнув рукой на свою скромную должность при муже (что поделаешь, при одинаковом образовании предпочтение в должностях отдают мужчине) и надеясь увести мужа из-под удара. Олег работал руководителем, однако был с подчиненными мягок и добродушен, старался просто, по-дружески, договориться со всеми, вместо того, чтобы жестко требовать. В результате собственные подчиненные стали его подставлять, втихомолку разбазаривая лес и прикрываясь его именем. В лицо улыбались, а за спиной хихикали и наживались, отвечая на все вопросы – «лесник сказал»… Обидно… А ответственность-то ему нести…
А еще Лиде все же хотелось остановиться, осесть, и, желательно, не в глухом лесничестве, где до ближайшего транспорта - электрички, пять километров лесом. Это конечно красиво, экологично и вообще замечательно, но не тогда, когда в семье есть маленький ребенок, а садик и ближайшая больница за двадцать километров… Да она чуть не поседела, когда у ребенка реакция манту была положительная! И вообще молодой женщине хотелось иметь свой дом, а не съёмную квартиру в лесу у кикиморы на куличках, свой двор, в который не забредают лесные жители, перепутав его со своими владениями, огород, который по весне, когда пора садить картошку, не превращается в озеро из-за разлива Северского Донца. Лида хотела иметь возможность строить какие-то планы на будущее, иметь возможность обеспечить хоть минимальным бытом дочку. Именно поэтому в этот раз переезд устроила и организовала она. И, нужно отметить, получилось у нее очень даже неплохо. Точно лучше, чем в прошлые разы у мужа.
Они приехали на новое место жительства солнечным сентябрьским вечером на «КАМАЗе» с прицепом. Машину для перевозки вещей ей выделил председатель колхоза, в котором она устроилась на работу. В грузовике с прицепом были аккуратно сложены (хоть на первый взгляд так и не выглядело) и закреплены: мебель, посуда, разная утварь, личные вещи, сосновые дрова. Также, к дровам в прицеп были втиснуты десяток овец, куры. Остальная живность в составе кошки и маленькой собаки приехали в кабине грузовика вместе с хозяевами. Дом, в котором им предстояло поселиться, находился на прямой, не так давно построенной улице, состоящей из новеньких одинаковых строений. Лида его уже видела, когда впервые приезжала осматривать возможное место жительства. Ей понравилось. В доме, а точнее квартире в одноэтажном доме на два хозяина, были большие окна и высокие потолки, печное отопление и водопроводный кран во дворе. Также во дворе были построенные из шлакоблока капитальная летняя кухня и сарай, также - на два хозяина. Ворота отсутствовали, но в наличии был забор со стороны улицы и от соседей, а также металлические столбики для ворот и калитки. Ворота председатель обещал выписать в счет зарплаты. Двор был даже частично заасфальтирован! Буквально через несколько дворов село заканчивалось выходом на бескрайнее поле с виднеющейся вдалеке прозрачной посадкой из посаженных в этом году молодых березок.
Пятилетняя дочка в обнимку с кошкой бродила с восторженными глазами по еще пустым, просторным побеленным помещениям, рассматривая свой будущий дом, пока сама Лида, разгружая вещи, прикидывала, что и где будет расположено. Вот здесь можно соорудить сарай для овечек, там - посадить сад, здесь - разбить клумбу с розами, а там - посадить несколько плодовых кустарников, там вишни будут, а здесь яблоня… И, кстати, нужно будет припахать сестру или отца что-то нарисовать на стене дома у входа. На их предыдущем доме были нарисованы красивые белые аисты – достопримечательность практически всего лесничества… Дом должен быть красивым и оригинальным! Это ж ее дом!
Заскочив в помещение с очередной сумкой вещей, Лида невольно засмотрелась в одно из двух огромных окон кухни – вид из них открывался просто замечательный. Огород, на который выходили окна, упирался в бескрайние зеленые поля, вдалеке разделенные лиственными лесополосами, и уходящие в бездонное небо, где кружили птицы… Такой простор… И она сейчас чувствовала себя как птица, вырвавшаяся в безоблачное, бескрайнее небо… Новый просторный дом, с высокими потолками и большими окнами (ее мечта после крохотных окошек и низких потолков предыдущих квартир, от которых чувствуешь себя не человеком, а каким-то подземным зверьком), новая работа, новое место жительства, новые люди… Ворох планов и светлых надежд. Ветер в крыльях и яркое солнце… Прямо как те степные чайки, летящие вдаль… В спину Лиде словно дыхнуло теплым ветром, подталкивая взлететь. Она удивленно обернулась. Вроде неоткуда… Хм, наверное, форточка открылась от хлопающей двери, из-за постоянного хождения туда-сюда людей, разгружающих вещи. Настроение было замечательное.
- Лида, куда кровать Русланы ставим?- послышался голос мужа. В комнату зашел, держа в руках перевязанную «бечёвкой» деревянную разобранную детскую кроватку, Олег. Этот высокий широкоплечий зеленоглазый парень с открытой искренней улыбкой – ее муж, был не то, чтобы писанным, но все же очень даже красавцем. Его даже не портила не совсем умелая стрижка, которую изобразила Лида. Впрочем, эта прическа его не испортила даже на свадьбу, а ведь тогда у Лиды практики парикмахерского искусства вообще не было. Хотя, обчекрыженная челка, с которой он красуется на свадебных фотографиях, до сих пор является предметом семейных шуток. - В спальню, естественно! - рассмеялась девушка, тряхнув темно каштановой густой шевелюрой, постриженной в стиле сессон.
- Ага, а в которую?- ухмыльнулся он пушистые усы.
- Давай в эту, с южными окнами, махнула рукой Лида. А в северной, нашу поставим. Груба - то одна на две стены, обе должны отапливаться зимой одинаково, но солнце ребенку больше нужно.
- Хорошо…- мужчина беспрекословно понес мебель в указанном направлении. Обустройство быта он всецело доверял жене, так как сам в этих вопросах был до безразличия нетребовательным.
- Лида, иди барана своего лови - уже в огород удрал,- позвала заглянувшая в дом мать Лиды,– крупная женщина в зеленом платье в мелкий белый горошек, с такими же темными, как у Лиды, волосами (впрочем, на этом их сходство и заканчивалось).
Родители Лиды тоже участвовали в переезде, сопровождая грузовик на своем солнечно-желтом «москвиче». Помогали молодежи собраться (отец Лиды просто гений упаковки – все, что он укладывает, упаковывает и размещает всегда доезжает целым и невредимым), погрузить все, и по приезду разгрузить, да и обустроиться немного. А потом собирались еще забрать внучку на пару дней, пока дети нормально наладят быт на новом месте.
- Я только за калитку взялась, а он мимо меня шуг, и уже за забором!- возмущалась Нина Петровна.
- Ой… Не, им еще рано здесь бегать! - перепугалась Лида и убежала ловить озорное животное.
- Ну да, вот спустя пару дней, а лучше весной, после того как мы огород посадим, будет можно, - хмыкнул Олег, выходя за следующими вещами из дома и провожая взглядом свою реактивную жену.
Строптивое животное далеко не убежало, а тормознуло тут-таки, за огородом, пощипывая колхозную люцерну на поле, наслаждаясь устойчивой землей под ногами, а не тарахтящим дном кузова и кося одним глазом на приближающихся людей. Ближе чем на пять-шесть метров он никого не подпускал. Но любимую хозяйку баран, естественно, подпустил, хоть пару раз и отбегал «для приличия». Подманив беглеца пучком травы, и мелочи жизни, что такая же росла у него под копытами, Лида повела его в загородку, сооруженную на скорую руку мужем на основе имеющегося загончика. Загородка смотрелась, честно сказать, не очень (кое-как прибитые разнокалиберные доски на вкопанных прежними жителями кривых столбиках), но это ж временно. Вот устроимся, разложим вещи, выпишем в колхозе немного нормальных досок, брусьев, гвоздей и построим хороший сарай для овечек,- так размышляла Лида, запуская свободолюбивое животное в загончик и занося следом небольшую корзину с травой. Овечки тут же набросились на угощение.
- Измучались, проголодались… Бедные. Еще бы, столько в дороге тряслись, - Лида с улыбкой смотрела на свою живность.
- Не, ну ты на них посмотри! Как от меня и Олега - так шарахаются, как от чумных, а ты им - ну просто мать родная,- возмутилась Нина Петровна, наблюдая, как дочь, поглаживает белые морды животных, доверчиво обнюхивающих ее пальцы.
-Ты им просто чужая, и значит - опасна, а Олег, после того как за «шкирку» выкидывал их из кузова, еще долго доверия не вызовет, - рассмеялась дочка.
Леонид
Молодой темноволосый мужчина среднего роста в темных брюках и светлой рубашке зашел в колхозную теплицу, с нескрываемым любопытством осматриваясь по сторонам. Просторное светлое помещение встретило его мягким влажным воздухом и непривычно насыщенным смешанным запахом цветов. Небольшой столик у входа, втиснутый между отопительным баком и стеллажами, был заложен бумагами, возле него стояло несколько больших ведер со срезанными розами. Цветы были разные, но при этом все очень красивые, яркие - от нежно розовых до темно красных, от белых до оранжевых. Справа, вдоль стеклянной стены, постепенно переходящей в полукруглый потолок, возвышался огромный кактус-опунция с большими желто-красными цветами и коварными колючками. Эта красота на ощупь была мягкой и пушистой, но потом руки еще очень долго чесались и зудели, от легких, практически невидимых глазу, но от этого не менее противных иголочек. Леонид это точно знал, так как как-то пытался отросток оторвать - ругался потом… Долго и нудно, но про себя, так как отламывал отросток домой и, естественно, «за спиной» у бывшей работницы оранжереи.
