Читаем Капо Ди Белл онлайн бесплатно

Капо Ди Белл – самостоятельная история, которую можно читать отдельно. Книга повествует о детях главных героев трилогии “Love is…” и дилогии “Порочный выстрел”.

Действующие лица:

Джессика – дочь Ханны и Макса, сестра Рика, 18 лет

Майкл – сын Марка и Мэри, 20 лет

Эшли – дочь Энди и Бэт, 19 лет

Тони – сын Джейса и Аманды, 20 лет

Нейтан – сын Кэйт и Дена, брат Кэлли, 24 года

Кэлли – дочь Кэйт и Дена, сестра Нейтана, 26 лет

Рик – приёмный сын Ханны и Макса, брат Джессики, 26 лет

Ариана – дочь Роберта, 21 год

Визуализация героев в инстаграме автора – @annakotlyrevskawriter

Главный саундтрек книги – Скриптонит “Космос”, полный плейлист в Spotify под названием “Капо Ди Белл”. Приятного чтения и прослушивания!Посвящается

Самым лучшим читателям и поклонникам историй любви Ханны и Макса, Мэри и Марка, а также их друзей. Всем вам, умеющим любить всем сердцем! Потому что лишь благодаря вашей любви и поддержке родилось это невероятное продолжение!

Эта книга для тебя. Того, кто нуждается в любви прямо сейчас.

За пределами понятий о правильных и неправильных деяниях есть пространство. Я встречу тебя там.

– Джалаладдин Руми

У ребенка есть красивая кукла, он любит её, но ему хочется ее сломать, чтобы узнать, что внутри. Мы ведем себя так же.

– Моника Белуччи

Я твой. Не отдавай меня обратно мне.

– Джалаладдин Руми

Если смотреть сердцем, то я всегда буду с тобой.

– Антуан де Сент-Экзюпери

Майкл

– Какого хрена, они уехали без меня?! – я врываюсь в кабинет отца с разъяренным выражением лица.

Моё обезумевшее от негодования сердце качает кровь, выталкивая её в мои глазные яблоки. А Марк Кано – мой отец, с чувством полнейшего спокойствия закрывает крышку макбука, не торопясь объясниться передо мной.

– О чём ты, сын? – наконец-то наши взгляды встречаются. И несмотря на его идиотский вопрос, наши взгляды пересекаются как молнии.

В этих стенах аномалии не впервые. Два Кано на один квадратный метр – это всегда было слишком.

– Твою мать, отец, почему меня опять не допустили к «операции»?! – меня трясёт.

Я не могу ждать вечно. Я заебался отсиживаться как малолетка на скамейке запасных. Мне двадцать, блять, уже лет. И я часть мафии. Да, черт побери, я будущее этой мафии! Я будущий дон, босс и капо ди капи. Я – единственный наследник, но какого-то хуя отец маринует меня по сей день, не допуская участвовать в крупных сделках.

– Тебе нужно успокоиться, – ни одна волосинка на уже поседевшей бороде отца не вздрогнула.

– Я СПОКОЕН! – ору и сглатываю. Блять.

Брови Кано старшего предупредительно ползут вверх.

– Ты не допущен. Еще рано. На этом все, Майкл, – подчеркивает он. – Приказы капо ди капи не обсуждаются. И я тебе напомню, что капо ди капи здесь всё еще я.

С ноги бью в кожаное кресло, которое стоит перед письменным столом. Из-за удара кресло сдвигается, а стол вздрагивает. Отец поджимает губу. Встаёт. Чертыхаюсь про себя. Он обходит стол и приближается ко мне.

– Ну, давай, – фыркаю. – Укажи мне на моё место, – язвлю на эмоциях, это все, что мне остаётся. – Только вот… – ухмыляюсь. – …не так долго осталось быть тебе боссом, как ты думаешь.

Отец резко притягивает меня за затылок. Мы сталкиваемся лбами как два быка. Выжигаем взглядами друг друга. Кровь к крови.

– Ты отправляешься в Санта-Монику на месяц, – он сдержанно пропускает рык сквозь зубы. – К Джессике и её друзьям. Проведешь остаток лета там.

Ебать, что?

Дёргаюсь, но меня удерживают. Отец остался крепким мужчиной даже после пятидесяти.

– На хуя?! – не сдерживаюсь. Хотя, честно признаться, это наша привычная манера общения с отцом. Мама против, но между двух огней уже устала встревать.

– Приказы. Капо ди капи. Не обсуждаются. Ма-айкл, – тоном дона повторяет Кано.

Я вырываюсь из его хвата, чтобы в прямом смысле слова плюнуть ему в лицо, но едкие слова рвутся наружу вперед:

– Супер, босс. А я ни хуя с тобой обсуждать и не собираюсь! И Я НИКУДА НЕ ПОЛЕЧУ!

Кано старший сжимает кулак, чтобы в прямом смысле слова зарядить мне, но в последний момент сдерживается и разжимает его, чтобы потереть переносицу.

– Ты летишь, сын, – наши взгляды снова сталкиваются. Отец пытается смягчиться, хоть и знает, что никакие методы на меня не повлияют. – Это поможет тебе прийти в себя. И успокоиться, как я уже и говорил.

Он идёт обратно в своё кресло. Второпях, пока ему еще удаётся себя сдерживать. Всё ради любимой Мэри Лен – моей матери. Отец знает, как сильно она расстроится, если… мы перейдём черту.

– Если ты и вправду хочешь однажды занять это место, – продолжает Кано старший, когда садится в кресло, – тебе нужно научиться быть хладнокровным. А хладнокровие не существует в отдельности от спокойствия.

Бла-бла-бла. Кумарит. Весь этот монолог ни о чем. Просто сраная поебень, вот что я думаю!

– Отец, ты реально считаешь что время проведённое с кучкой тупых мелких уёбков как-то поможет мне?? Ты издеваешься?!

Я не часть мира, в который меня хотят отправить. Когда-то в молодости у отца была компания друзей, которые впоследствии нарожали выродков себе подобных. Я видел этих мудаков два раза в жизни. И буду счастлив не видеть дальше! Потому что не собираюсь играть в малолетнюю хуйню под названием “дружба”. На фига она мне нужна??

– Да, сын. Определенно, – вздыхает, поехавший на хрен на всю башку, Кано старший. – Всё, во что ты так отчаянно рвёшься… еще успеется. А пока что, Майк, побудь немного… пацаном, понимаешь? Кури косяк, напивайся до тошноты пивом, трахай студенток, а не шлюх… Поживи жизнью, которой должен жить. Как тебе такое?

Капо ди капи ухмыляется, по-видимому, предаваясь муторным воспоминаниям прошлого. А я лишь ошарашено пялюсь на него.

– Ты ёбнулся, отец!

Нет, ну правда же.

Его губы сжимаются в тонкую линию. Сколько бы мама не рисовала черту между нами – мы как слепые ослы её постоянно переходим. Но что мне остаётся, если я в корне с ним не согласен?!

– Ты летишь завтра. Желаю хорошо провести каникулы.

Отец резко открывает ящик стола и достаёт сигару.

– Не полечу! – отрезаю, сложив руки на груди.

– Полетишь, – закидывает ноги на стол, больше не глядя на меня.

– Нет! – безысходный рык оглушает меня самого.

– Да, – босс поджигает сигару.

– Бля-я… – сжимаю кулаки, разведя руки. – Это из-за мамы, да?! Потому что она против моего участия в жизни мафии?! Так она до конца своих дней будет против! И что из этого?!! Ты же понимаешь… – почти скулю, как волк в отчаянии. – …что я должен. И этого не избежать. Я готов, отец… – голос срывается. – Готов, слышишь?

Его ресницы, по-видимому, весят тонну сейчас, настолько тяжело они поднимаются. Я вновь удостоен чести быть увиденным. Марк Кано выпускает дым, оценивающе разглядывая меня. Неужели он не видит моего потенциала? Он ведь сам учил меня всему. Он, блять, как не крути… мой пример. И я почти умоляю его… довериться мне. Я заслужил на это доверие. Я же его единственный сын. Я его наследник, сука.

Увы, вопреки тому, что отец буквально считывает каждую мысль пролетающую в моей голове, он говорит то, что ранит меня больше всего. И он – знает, как сильно ударят меня эти слова.

– Дело не в твоей матери. Ты не готов. Прости.

Да, лучше бы меня в жопу выебали, чем сказали это.

Ёбаное разочарование внутри. У меня. И, получается, у него.

– Надеюсь, ты сдохнешь до моего возвращения, отец, – отрезаю с ненавистью через целую разочарованную вечность. – Потому что единственное место, где я хочу увидеть тебя в следующий раз – в могиле.

Сглатываю сухие крупицы, в которые превратилась слюна. Они раздирают мою глотку, потому что я не должен был этого говорить. Но я его ненавижу. Как будто бы я хочу ненавидеть собственного отца?! Как будто бы он хочет ненавидеть собственного сына…

Не хотим. Но заставляем друг друга.

Я разворачиваюсь, чтобы свалить отсюда на хуй. И лишь прощальные слова капо ди капи заставляют меня застыть на секунду у двери:

– И чтобы у тебя не было соблазнов, сын, пойти мне наперекор. У тебя запрет на въезд на территорию Кубы с завтрашнего дня. Увидимся через месяц.

Лёгкие разрываются от злости, но мозг знает, что решение отца – это всегда окончательное решение. Поэтому я вылетаю твёрдой походкой из кабинета, ни сказав больше ни слова.

Окей, отец. Санта-Моника, говоришь? Грёбанная Джесс и кучка сопляков… Просто прекрасно, отец. Ты еще об этом пожалеешь. Я ухмыляюсь, молниеносно составляя план в голове. Ты еще очень сильно об этом пожалеешь!

Мне не нужен въезд на Кубу, чтобы сыграть свою партию в Мафию…

______

Капо – босс мафии.

Капо ди капи – означает «Босс всех боссов».

Джессика

Испачканный черной и бежевой краской палец размазывает линии на холсте, предавая силуэту эффект тени. Хрипловатый голос исполнителя в наушниках убаюкивает моё сознание, заставляя творить глубинами моего подсознания. Веки застыли в приоткрытом состоянии, а палец возбужденно дрожит, ощущая шероховатость слоев, нанесенных мной повторно. Губы пересыхают практически в панике, потому что порой мне кажется, что холст знает всё. Настоящую меня. Все самое сокровенное. Спрашивает незримо, а я отвечаю… Мой личный дневник, который мне подарила мама. Этот талант достался мне от неё. Я улыбнулась и тут же вздрогнула.

Резко вытащила наушники, потому что мне показалось, что дверь моей спальни приоткрылась. Обернулась, ощущая как ветер лохматит мои белокурые волнистые пряди. И вправду дверь приоткрыта. Наверное, сквозняк, окно ведь открыто. Безмолвно смеюсь с самой себя. Нельзя быть такой перепуганной, Джессика Ди Белл.

Я откладываю наушники на высокий узкий столик круглой формы рядом с красками. Поворачиваю лицо к окну, навстречу утренним лучам и воздуху, пропитанному океанским бризом. Я в Санта-Монике. Вчера прилетела с братом Риком и его девушкой Кэлли. Сегодня должны приехать все остальные друзья, чтобы провести окончание лета вместе. В этом доме, который мне подарили родители на моё восемнадцатилетие. Совсем недавно. И сейчас меня переполняет чувство необъятной благодарности, которой меня научили мама и папа. И дело не в доме или этом городе. Дело в моменте. В возможности проживать именно такой мой момент.

Да, фамилия у меня мамина. Яковлева, звучало бы сложновато для Америки, согласны? Поэтому мама Ханна и папа Макс решили не обременять свою малышку подобными заботами. И нет, мои родители не какие-то там короли с приставкой «Ди». Таково моё второе имя, в честь бабули Ди (Дианы), которая умерла задолго до моего рождения, но очень многое значила для моих родителей. А значит и для меня. И я так искренне считаю, потому что в нашей семье абсолютно все чувства мы разделяем вместе. Я очень сильно люблю свою семью. Не помню, чтобы я ругалась с родителями или братом. В это сложно поверить, знаю, но… это правда. И, мне кажется, что это не так уж и сложно, если поддерживать взаимосвязь, которую подарила вам Вселенная.

Кстати, от бабули Ди мне досталось не только имя, но и белокурая грива, которую я отрастила до поясницы. Начинаю стягивать резинку с руки и закручивать волосы в пучок на затылке.

– Черт… – ругаюсь на себя, потому что слишком поздно вспоминаю, что мои руки по-прежнему в краске. А теперь и волосы…

– Очаровательная грязнуля! – мужской голос с нотками дружественного подстегивания врывается в мои уши так неожиданно, что я вскрикиваю.

Тут же прикрываю рот рукой, потому что источником звука оказывается Нейтан. Его голова выплывает из-за холста. Улыбается, господи. Испугал до смерти.

– Нейт…

Мои голубые глаза округляются от радости и восторга, но уже через секунду я как безумная буквально срываю лист с наброском с холста и прижимаю к своей груди. Отлично, теперь и сарафан запачкала. Мои действия такие неловкие и лишенные смысла, что я краснею. Ну, почему, когда красавчик Нейтан рядом… я такая странная всегда?!

– И тебе привет, – посмеивается он.

– Прости, боже, – я выдыхаю и кручу еле заметно головой. – За это… – кидаю взгляд на холст. – Я испугалась…

– Расслабься, мы же знаем, что твои рисунки – это запретная зона, – по-доброму ухмыляется друг. – Я не подглядывал, честно, – он мило выгибает брови.

Я таю, честно признаться.

– Да, конечно… – еще слегка растерянно отвечаю и сворачиваю полотно трубой. Закрепляю скрепкой и откладываю. Меня наконец-то отпускает. – Так значит, вы уже приехали? – счастливая улыбка расцветает на моём лице.

– Да, детка, – парень обходит меня и раскрывает объятия. – Я и Тони.

Я с огромным желанием попадаю в объятия друга, утыкаясь носом ему в грудь. В нашей компании он самый высокий. Темноволосый и невероятно обаятельный.

– Я о-очень рада те… – почти глуплю. – …ва-ас видеть!

– Взаимно, – он поглаживает мою спину. – Девочки уже тоже почти доехали.

– Замечательно, – я нехотя отстраняюсь. – Тогда приведу себя в порядок и спущусь к вам.

– Давай, – подмигивает Нейт. – Ибо Тони уже заполняет твой веганский холодильник всякими «безобразиями».

Я вздыхаю, но скорее театрально. У нас очень разношерстная компания. Не все веганы, но мы уживаемся.

Парень уходит, а я как бабочка порхаю в ванную. Отмыть краску до конца так и не получается, но зато теперь мои пальцы не выглядят одинокими. Симметрично так сказать. Да, позитив, чтоб его!

Натягиваю светло-розовый топ-футболку и рваные джинсовые шорты. Обуваю белые кеды и вылетаю из спальни. На ходу заплетаю косу, спускаясь по лестнице на первый этаж. Слышу знакомые голоса и на душе теплеет.

Я оказываюсь на большой светлой кухне в прованском стиле, где все столпились. Ариана и Эшли, по-видимому, только зашли. Потому что Эшли жадно пьет воду прямо с графина после дороги, а Ари лохматит отросшие волосы моего брата. Кэлли готовит завтрак, пританцовывая возле плиты. Я смотрю на своих друзей и почти плачу от счастья.

– Она просто заглохла! – Эшли резко ставит графин с водой на кухонный островок. – Я же сказала, Нейт!

Друг затягивается вэйпом и вместе с выдохом и кучей дыма, начинает хохотать:

– Если заглох автомат, Эш, то есть еще механика, – подмигивает он.

Русоволосая подруга с невероятным рыжим отливом открывает рот от возмущения. Ставит руки в боки, но не успевает высказаться, потому что Ари ловко запихивает ей в рот черешенку и буквально умоляет нашу мисс Вспыльчивость:

– Забей, крошка.

– Боже ж мой, Нейт, зачем так дымить! – взмолилась в этот самый момент его старшая сестра Кэлли. – Я уж подумала, что мы горим!

– Понимаю, сестрёнка, твои завтраки больно часто сгорают, – ухмыляется Нейт, выпуская новую порцию. – Рик, и как ты вообще на это купился? Не понимаю…