Читаем Dislike от Цербера онлайн бесплатно

Переехать из Нью-Йорка в ничтожно маленький городок Парк Сити в штате Юта – звучит, как страшный сон. Но это, факинг битч, действительно происходит со мной! Я с ужасом листаю информацию в Википедии, пока мы въезжаем в город. Пол страницы – это все, чем славится город. Нудное шахтерское прошлое и современные горнолыжные курорты. Офигеть, блин! Понятия не имею, кто такие шахтеры и меня совершенно не интересует ничто горнолыжное, даже если приставить к этому слову «курорт». Но самое страшное – это население числом в 7558 нещастных людишек. Боже мой, да у нас больше соседей было в многоэтажке NY!

Это просто какой-то кошмар… Но Кэтлин – моя приемная мать – на полном серьезе заявила, что мы переезжаем к ее новоиспеченному муженьку Брайану. Переезжаем в эту холодрыгу! Господи… на градуснике ноль, вокруг снег, а я в шубе! Нет, шуба, конечно, красивая! Белая, с длинным ворсом, выкусите! Но даже она не стоит таких страданий!

– Нельзя было найти муженька хотя бы в Аризоне? – едко бросаю Кэтлин, которая сидит рядом со мной на заднем сидении.

– Ты же знаешь, дорогая, у Брайана здесь горнолыжный комплекс. Это его бизнес и он не может переехать, – терпимо отвечает женщина.

– А я тут причем? – в который раз взрываюсь.

– Тебе нужно окончить школу, Эйми как минимум. Поэтому ты здесь со мной, – напоминает Кэтлин.

Еще одна причина ненавидеть все происходящее – это перевод в новую школу. Да мне последние пол года осталось доучиться, и такой сюрприз… я годами пахала, чтобы создать образ и заполучить статус queen школы! Спасибо, мамочка, за такую подлянку! И, что самое интересное, мне уже стукнуло восемнадцать – неделю назад. Если бы не школа, то я бы никогда не приехала в это «село». Мой покойный приемный отец оставил достаточно средств, чтобы я смогла начать свою собственную жизнь… но вся эта прелесть начнется лишь через пол года. Хочется выть и рыдать. Ну как я здесь выдержу?

Так шумно вздыхаю, что даже водитель обращает на меня внимание. Пофиг.

– Эйми, вот увидишь, тебе тут понравится, малышка! Здесь так красиво – горы, свежий воздух, раздолье… – не унимается Кэтлин. Бесит.

– И тебе этого достаточно? – поднимаю брови.

– Мне достаточно Брайана, – прячет взгляд женщина. Господи, неужели в пятьдесят пять еще реально можно втюхаться вот так как школьница? Совсем голову потеряла…

– А ему тебя достаточно? – язвлю, такая привычка.

– Детка, не груби мне, пожалуйста… – хмурится Кэтлин, сводя морщины.

– Не пойми меня неправильно, но если мужчина на десять лет младше тебя, да еще и готов перевезти тебя через всю страну, видимо у них тут совсем с бабами туго, – смеюсь я.

Кэтлин молчит, отворачиваясь к окну. Возможно даже утирает слезы. Надеюсь нет, ибо вечно она из меня монстра делает.

– Однажды, Эйми, ти влюбишься… – тихо говорит моя приемная мать. – И ты поймешь, что у любви нет никаких границ. Однажды это обязательно случится…

Машина останавливается возле огромного двухэтажного дома з панорамными окнами во всю высоту. Они зеркалят горы и территорию, усыпанную снегом. Впечатляет, как в фильме про выживание. Пф. Я натягиваю черные очки на глаза и распрямляю длинный хвост на макушке, прежде чем ответить матери:

– Не в этой жизни.

Водитель открывает двери с моей стороны, и я выхожу. Щеки сразу же обдувает холодный ветер. Бррр. Мне срочно нужны все крема мира!

Мама тоже выходит, ей подает руку Брайан. Оба улыбаются так, словно выиграли миллион. Целуются и меня начинает тошнить. Кашляю, чтобы это безобразие поскорее прекратилось. Старики смущаются и отлипают друг от друга. Ну, наконец-то!

Мужчина идет ко мне, и я успеваю его рассмотреть. Такой же, как и на фото. Уже слегка седеет. На гладко выбритой бороде темные следы от частого бритья. Моложе за Кэтлин он не выглядит, потому что женщина хорошо следит за собой. Косметологи, макияжи, регулярное закрашивание седины. И вуаля нашелся рыбак даже на пятидесяти пятилетнюю приманку.

– Эйми, рад, что наконец-то мы можем познакомиться лично! – добродушно восклицает мой новый «папа». Очередной, какая прелесть. – Кэтлин была права, ты – красотка!

– Сенкс, Брайан, – наиграно улыбаюсь ему.

Он тянется, чтобы обнять меня. Вот зачем? Отмахнуться не успеваю, оказавшись в теплых объятиях. Мои губы оказываются возле его уха и я не стесняясь, начинаю активно жевать жвачку. Он что-то втирает про то, что мы обязательно поладим. Мне так скучно, что придумываю шутку:

– Знаете, Брайан, вы тоже красавчик! Особенно на фотке с фильтром Snapchat! Ух, проказник!

Я выдуваю пузырь из розовой жвачки. Он лопается прямо возле его уха. Мужчина в шоке. Наконец-то отпускает меня.

– Эйми, я тебя прошу… – начинает Кэтлин.

– Да боже мой, это же просто шутка! – закатываю глаза. Конечно, никакого фильтра на фотке не было. Просто намекнула Брайану, что он переоценивает себя. Пф.

Боковым зрением замечаю еще одного персонажа этой многосерийной истории. Высокий парень, серо-голубые глаза, светлые волосы с пшеничным оттенком. Красавчик с отстойной шапкой на голове. Шапка – это вообще не мужской элемент одежды, честное слово. Разглядываю его две секунды, играя жвачкой во рту. Его руки сложены на груди и он тоже разглядывает меня. Заинтересовано. К такому малышка Эйми привыкла. Я всегда в центре внимания.

– А это кто? – уточняю у Брайана. – Садовник?

На удивление мужчина начинает смеяться. Шутку заценил, ведь садовник в этих краях не нужен.

– Это мой сын, Эйми, – наконец-то успокаивается Брайан. – Твой… получается, – мужчина переглядывается с Кэтлин… – …сводный брат.

Я фигею. И даже не от того, что он может быть моим братом (даже сводным) в самом фантастическом смысле. У нас с Кэтлин не общая кровь. Так что фигушки вам. Но бог с этим. У меня шок от другого… меня, конечно, предупреждали, что будет еще какой-то чудак, но я думала, что ему лет пять (а не двадцать пять!) и он еще писается в трусы! Серьезно…

Растерянного вида, конечно же, не подаю. Иду к новоиспеченному братишке. Высокие каблуки грузнут в снегу. Убиться можно! А я так люблю каблуки… ни на что их не променяю! Подхожу и осознаю, что даже на двенадцатисантиметровом каблуке я достаю носом лишь до его ключицы… Великан какой-то!

– Кристофер, – называет он свое имя и протягивает мне руку в обрезанной кожаной перчатке.

Игнорирую жест парня и гордо поднимаю на него взгляд. Пускай сразу уяснит как будут обстоять дела. Снимаю свои темные очки и прищуриваю взгляд, накручивая локон темно-русых волос на палец. Он тут же меняется в лице, разглядывая мои насыщенного оттенка карие глаза. Хмурится и приоткрывает порозовевшие от холода уста. Чего он так уставился?

– Какие-то problems, братик? – фыркаю.

Молчит. Вот дебил.

– Оокеей, молчун, – закатываю глаза. – Тогда мои чемоданы в багажнике, а моя спальня на втором этаже. Думаю, ты знаешь, что делать, – подмигиваю ему и уверенной походкой направляюсь в свой новый дом…

…в дом, который всегда будет звучать в кавычках, как и все предыдущие.

Наверное, со стороны можно подумать, что я охренел от тона и манеры общения своей новоявленной сестренки. Но у нас тут подъехала проблемка совсем другого уровня, блять. И если это правда, то, по-видимому, произойти такое могло только с Кристофером Бейкером. Нет, чушь…

И все же я быстро достаю телефон из кармана и открываю Tinder. Последняя переписка с baby. Была в сети вчера. Подозрительно. Все еще думаю, что все это совпадение… Увеличиваю фото девушки, на котором она в черной маске с ушками, очень сексуально… лицо в кадре только на половину и, собственно, из-за маски можно разглядеть только ее длинные ресницы и… твою ж мать, карие глаза. Да, карие. С золотым отблеском из-за света. Притягательные и… , черт побери, очень похожие на глаза Эйми Фрай – моей сестры. Не дышу. Надо подумать…

– Крис, подойди, пожалуйста, – отец вырывает меня из внутреннего шока.

Иду к машине, понимая, что надо бы познакомиться с его новой женой. Расписались они месяц назад в Нью-Йорке. Свадьбы еще не было и, честно признаться, не знаю, что они себе там планируют. Но за отца я рад. Он двадцать лет был одиноким, после смерти моей мамы так никого и не встретил. И вот – это произошло. Я практически ничего не знаю о миссис Фрай, но если отец выбрал ее – значит, она хорошая женщина. Скорее всего, просто невероятная.

– Миссис Фрай, рад знакомству, – говорю искренне. Пожимать руку или целовать, в этом я не уверен. Поэтому решаю, что лучше ничего не делать.

– И я, – мягко улыбается брюнетка с приятными чертами лица. – Очень ждала нашей встречи!

Голос женщины неловко дрожит, демонстрируя, что она не лукавит.

– Можешь звать меня просто Кэтлин… – предлагает она.

– Если вы не против, то миссис Фрай мне будет комфортней, – отвечаю я. Она намного старше меня.

– Конечно…

– Это не надолго, – игриво хмурится отец. И, поверьте, видеть его игривым капец как странно. – Жду не дождусь, когда мы закончим бумажную волокиту и ты официально станешь миссис Бейкер!

Мужчина и женщина улыбаются так, что даже снег вокруг меркнет на фоне этих улыбок. Чувствую себя здесь лишним.

– Милая, проходи в дом. Ты теперь здесь хозяйка, так что приказываю отменить любые неловкости! – посмеивается отец и целует коротко Кэтлин в губы. – Мы с Крисом занесем чемоданы.

– Спасибо, дорогой, – счастливо улыбается новая жена отца и идет в дом, даря мне еще один теплый взгляд.

Машина с вещами приехала вчера, но женщины такие женщины… еще несколько «косметичек» привезли с собой.

– Она кажется милой, – обращаюсь к отцу.

– Ты про Кэтлин или Эйми? – посмеивается он. Я хмыкаю.

– Сам понимаешь, – достаю розовый чемодан, уже зная кому он принадлежит.

– Сынок… насчет Эйми, – мужчина поворачивается ко мне. – Надеюсь на твоё терпение, хорошо? Кэтлин говорила, что ее дочь – непростой ребенок…

– Она уже не ребенок, – подмечаю я, и достаю еще один чемодан. Весь в блестках, сверкает так, что глаза режет. Мда.

– И все же… у нее все еще непростой период, – объясняет отец. – Твоя мама умерла, когда ты был еще ребенком… а отец Эйми… скончался на ее глазах, понимаешь? Говорят ужасная авария была… времени прошло не так много и…

– … ее это раздражает. Все это, – подчеркиваю я. – Заметно, – хмыкаю.

– Да, и поэтому, – папа закрывает багажник. – Просто будь снисходителен. Она освоится.

Совсем не уверен, но спорить не стал.

– За меня не волнуйся, у меня крепкие нервы, – уверяю отца. – И не таких видали.

– Вот и отлично, – радуется Брайан.

Мы несем чемоданы в дом. Кэтлин все еще на первом этаже, рассматривает скромно гостиную. Я тащу пипец какие тяжелые «косметички» на второй этаж. И судя потому как они тарахтят, там реально косметика. Закатываю глаза. Зачем в восемнадцать лет вообще столько косметики? Что там можно красить? Как мужчине мне этого никогда не понять.

Останавливаюсь возле своей комнаты и закидываю в нее куртку с шапкой. Несу чемоданы в спальню Эйми, понимая, что сейчас мне вновь придется столкнуться с ней. Непонятное волнение охватывает меня, потому что я очень хочу понять… она ли та самая baby. И я готов молиться всем богам, лишь бы это была не она… Слышите, боги, вы же видели эти переписки? Мы, бляха, не можем быть братом и сестрой… Не шутите так, молю.

Скидываю свою шубу прямо на пол. Тут же есть прислуга, надеюсь? Поднимут. Разглядываю спальню, оформленную в спокойных бежевых оттенках. Скучновато. Здесь явно не хватает блесток, исправим.

Большое зеркало в пол радует меня. Рассматриваю свой шикарный образ с дороги. Светло-серые ботфорты, свободная нежно-розовая юбка, белый топ и серый чокер с блестками. И не скажешь, что летела через всю страну. Идеально, подмигиваю себе. И в этот момент замечаю в отражении молчуна Кристофера.

– Подглядывать, братишка, ой как не хорошо! – поворачиваюсь к нему и ставлю руки в боки.

Он заносит чемоданы и подозрительно коситься на меня. Он что немой?

– Это все, можешь быть свободным, – говорю я, если ему самому непонятно.

Иду в противоположную сторону, чтобы посмотреть размеры гардеробной. Захожу внутрь и слышу шаги позади себя. У парня грубые ботинки.

– Что-то еще?! – раздражительно спрашиваю, резко развернувшись к нему.

Он стоит в шаге от меня, скрестив руки на груди. Мышцы под черной футболкой напряглись, светлые волосы взъерошились из-за шапки, которую он снял. Без нее ему лучше. Дам парнишке 9 из 10, как-то так.

– Ты забыла сказать «спасибо», – поднимает брови они.

Пф. Откровенно фыркаю и закатываю глаза.

– Я пропустила школьный урок, на котором мы учили это слово, – подмигиваю и начинаю исследовать гардеробную.

Она мне нравится – просторная, много полочек и отсеков. Сразу на шоппинг захотелось.

– Давай так, – мужские руки резко, но очень мягко разворачивают к себе, пригвождая к стене. – Ты оставляешь весь свой нью-йоркский “гламур” там, от куда приехала. И тогда мы попробуем поладить.

Руки брата в полуперчатках упираются в стену, не давая мне пространства. Такой вежливый, но все равно пытается давить на меня. Смешной.

– Я открою тебе большой секрет, хочешь? – растягиваю клубничные губы в лукавой улыбке. – Мы с тобой никогда не поладим, – встречаюсь взглядом с серо-голубыми глазами. – Надеюсь, ты не сильно расстроился?

Молчит. Виски начинают пульсировать, но делает вид, что спокоен. Надолго ли, братец? У меня талант доводить людей! Его пронизывающий взгляд начинает раздражать. Почему он постоянно так пялится? Извращенец что ли?!

– А теперь вали, – командую я. – И хватит так пялиться. Не имеешь права.

Даже не знаю какое предложение особенно не понравилось этому типу, но он обхватил мой подбородок пальцами и вздернул мою голову выше. Наклонился слишком близко, в прямом смысле, изучая мои зрачки. Прерывисто задышал мне в лицо и просто ошарашил своим ответом:

– С удовольствием свалю, только сначала кое-что проверю…

Карий цвет глаз – самый популярный в мире. Какова вероятность, что глаза моей новоявленной сестренки – это глаза моей baby? Ничтожно малая, знаю. Но этот взгляд… томный из-под густых ресниц. Кричащий о дерзости, но в глубине своих отблесков, раскрывающий нежность. Черт… я вижу это. Блять, вижу и сейчас и последнюю долбанную неделю в своем телефоне. Вижу и все! Хоть и понимаю, что такого не может быть… нет, такого не должно, мать его, быть.

– Не узнаешь? – самая большая глупость вырывается из меня. Это получается рефлекторно. Возможно даже в надежде. Черт, в надежде, Крис? Офигенно, конечно…