Читаем Измена с последствиями онлайн бесплатно

— Простите, а вы кто? — застываю, открыв дверь квартиры.

Рука всё еще на дверной ручке, и я чувствую, как холодный металл впивается в мою ладонь. Мгновение назад меня окружал домашний уют, смех родственников, и гордость за младшего сына. Теперь же передо мной незнакомая девушка с уверенным взглядом и нахальной улыбкой. Длинные ухоженные волосы, стильное пальто, дорогая сумка — всё кричит о том, что она привыкла получать желаемое. Щеки у нее слегка разрумянились от холода, но взгляд пылает решимостью.

— Я любовница твоего мужа, — произносит девушка таким тоном, словно сообщает время суток.

Воздух застревает в горле. За спиной слышен гул голосов — наши гости. Родственницы обсуждают успехи моего сына, моя сестра рассказывает о новом рецепте, а свекровь хвалит моего мужа и своего сына Азата за то, что так хорошо обеспечивает семью. Звуки праздника и домашнего уюта сливаются в какофонию, пока я стою, пригвожденная к полу перед этой незнакомкой.

— Девушка, вы ошиблись, — былая радость меркнет, а мой голос становится надтреснутым. — У моего мужа нет любовницы, — пытаюсь убедить то ли ее, то ли себя.

Азат не может так поступить. Двадцать пять лет брака. Азат, который никогда не возвращался домой пьяным. Азат, который звонил, если задерживался на работе более чем на час. Азат, который всегда помнил годовщину нашей свадьбы.

Чувствую, как дрожь начинается где-то в глубине живота и поднимается выше, захватывая грудную клетку.

— Когда родится мой ребенок, — она гладит плоский живот с жирным таким намеком, — то тест на отцовство покажет, что от Азата. Но кроме него у меня никого нет. Мы любим друг друга. А тебе пора отстать от него, наш ребенок должен расти в полной семье.

В глазах темнеет. Перед взором вспыхивают картинки: вот мы на пикнике год назад — Азат обнимает меня за плечи и шепчет, что очень любит; вот он держит на руках нашу трехлетнюю Фатиму в день ее рождения; вот мы все вместе провожаем старшего сына в аэропорту на учебу заграницу, и Азат смотрит на него с такой гордостью...

Девица молодая, лет двадцать пять-двадцать семь. На мгновение вижу себя в зеркале в коридоре: сорок пять лет, тонкие морщинки вокруг глаз, легкая седина в волосах, которую я тщательно закрашиваю каждый месяц. Когда это произошло? Когда я стала недостаточно хороша для него

Меня охватывает странное оцепенение. Как будто я смотрю на всю эту сцену со стороны, наблюдаю за двумя женщинами, одна из которых — я, стоящая в своей собственной квартире в нарядном платье.

Старший сын учится заграницей, младший получил призовое место по математике, маленькой Фатиме всего три года... А мужа и вправду зовут Азат. Значит, она действительно знает его.

Или это все же неправда?

Девица ведет себя нагло и высокомерно. У меня даже дыхание перехватывает от ее тона и манеры общения. От улыбки, которая кривит ее губы, явно накачанные филлерами. От ее уверенного взгляда, который говорит, что выигрыш уже в ее руках.

— Что ты там так долго, Малика? — раздается с коридора.

Гул голосов родственниц приглушен, но я чувствую, как тревога нарастает в воздухе из-за моего долгого отсутствия. А вот сестра мужа, приближающиеся шаги которой я слышу, заставляют меня занервничать. Арана всегда была прямолинейной и резкой. Что она скажет, когда увидит эту... эту женщину на нашем пороге?

— Поговорите на эту тему с Азатом, — прищурившись выдаю наглой девице, — Я его не держу, тем более что у вас любовь.

Мои слова звучат жалко даже для меня самой. Глупо прикидываться сильной, когда внутри все рушится. Но мне хочется избавится от нее как можно скорее.

Я пытаюсь закрыть дверь, но девица рукой и ногой придерживает полотно, а потом едко выплевывает:

— Ты уже старая, отойди в сторону.

От такого заявления я в шоке застываю и пропускаю момент появления рядом родственницы. Мои руки холодеют, а в ушах начинает звенеть. Старая? В глазах Азата я стала просто старой женщиной? Перед глазами проносятся наши ночи, когда он шептал мне комплименты, говорил, что я самая красивая...

— Малика, что случилось? — спрашивает уже вплотную стоя сестра мужа. — И кто это? — а этот вопрос задает, окинув незнакомку пренебрежительным взглядом.

Арана, статная женщина с волевым подбородком и проницательными глазами, становится рядом, словно готовясь защитить меня от этого вторжения. Ее духи, тонкий аромат сандала, смешиваются с запахом праздничных блюд, доносящихся из квартиры.

— Меня Азат любит, у нас будет ребенок, я его любимая женщина, — не успеваю отреагировать, а эта девица выдает триаду, гордо задрав голову.

Ребенок? У них будет ребенок? До меня запоздало доходит этот факт. А он знает об этом? Или это просто ее способ удержать его?

Арана впивается в девушку взглядом, от которого, я знаю, многие съеживаются. Ее тон становится ледяным:

— Прошу прощения, как вас зовут?

— Дилара, — отвечает девушка, явно довольная произведенным эффектом и тем, что теперь у нее больше слушателей.

— Так вот, Дилара, — Арана скрещивает руки на груди, — в этой семье уже есть трое детей и любимая жена. Двадцать пять лет брака — это не шутки. И если вы думаете, что можете просто прийти и заявить свои права на чужого мужа, то вы глубоко заблуждаетесь.

Дилара не выглядит впечатленной:

— Азат сказал, что между ними все кончено. Он просто ищет способ сказать ей об этом.

Комок в горле становится размером с кулак. Он так сказал? Действительно так сказал? Двадцать пять лет... все наши совместные решения, все разговоры о будущем... Всего неделю назад мы обсуждали, где провести следующий отпуск. А он уже планировал новую жизнь с этой... Диларой?

Арана делает шаг вперед, и теперь она частично загораживает меня от Дилары:

— Милочка, я не знаю, что там наплел вам мой брат, но Азат никогда не бросит свою семью. Особенно не ради такой, как вы.

— Какой "такой"? — вспыхивает Дилара.

— Расчетливой. Вы ведь знаете, что он из обеспеченной семьи? Что у него свой бизнес? Что его недавно номинировали на премию "Бизнесмен года"? — голос Араны становится все более жестким. — Интересно, как давно вы "вместе"? Два месяца? Три? И уже беременны? Очень удобно.

Меня тошнит. Я прислоняюсь к дверному косяку, ища опору. Неужели у моего мужа есть женщина на стороне? И меня удивляет как хладнокровно рассуждает сестра мужа.

— Мы любим друг друга! — настаивает Дилара. — И да, я беременна. Тест на отцовство это докажет.

— Проводить тест или нет — решит Азат, а не вы, — жестко отрезает Арана. — А пока, будьте добры, покиньте порог нашего дома. Здесь сегодня праздник в честь достижений сына Азата и Малики. Того самого Азата, которого вы, видимо, плохо знаете, если думаете, что он бросит своих детей.

Ее слова как удар хлыста. Боже, что подумают дети? Что скажет Амир, когда узнает? Он так гордится отцом... А маленькая Фатима? Она же обожает своего папу...

Дилара красивая — этого не отнять. Гладкая кожа, стройная фигура, молодость... Всё то, что было у меня двадцать лет назад. Чувствую, как к горлу подкатывает ком, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки.

— Ваш Азат каждую ночь проводит со мной, — выплевывает Дилара, явно решив играть ва-банк.

Каждую ночь? Но как? Он же... он почти всегда дома. Кроме командировок... Неужели те командировки...?

Арана смеется, и этот смех холодный, как лед:

— Милочка, не позорьтесь. Мой брат ночует дома, а его командировки всегда подтверждены билетами и отчетами. Если вы владеете его временем, то разве что на час-другой между совещаниями. Вы не любимая женщина — вы развлечение.

Дилара бледнеет, затем краснеет от ярости:

— Вы ничего не знаете о наших отношениях! Он говорил, что никогда не любил ее по-настоящему! — она кивает в мою сторону. — Что женился только потому, что так хотели родители!

Перед глазами летают мушки.

Голова кружится. Мысли путаются. "Никогда не любил"? "Женился, потому что хотели родители"?Но ведь родители Азата сначала были против. Они хотели, чтобы он женился на дочери партнера по бизнесу...

Арана качает головой:

— Дорогуша, мой брат боролся за право жениться на Малике. Наши родители были против, они хотели для него другую партию. Но он настоял. Сказал, что любит только ее.

Она помнит. Она помнит, как всё было на самом деле.

— Вы врете! — Дилара повышает голос, и я боюсь, что гости в квартире услышат.

— А вы, кажется, совсем не знаете мужчину, с которым якобы строите отношения, — Арана смотрит на девушку с откровенной жалостью. — Знаете, сколько таких, как вы, было за эти годы? Нет? А я знаю. Ни одной. Потому что Азат действительно любит свою жену.

— Тогда почему он со мной? — выкрикивает Дилара, и в ее голосе слышится отчаяние.

Арана пожимает плечами:

— Возможно, вы и правда спали с ним. Не буду исключать, что мой брат повелся на молодое тело. Мужчины иногда такие слабые создания, — она бросает на меня сочувственный взгляд. — Но знаете, что я вам скажу? Если даже это правда — Азат никогда не оставит свою семью. Он может развлекаться с вами, но домой он всегда возвращается к Малике. И так будет всегда.

Я пытаюсь осознать происходящее. Эта молодая женщина, возможно, действительно была с моим мужем. Возможно, он действительно предал меня... Комната начинает вращаться вокруг меня. Двадцать пять лет брака. Тысячи совместных завтраков. Миллионы разговоров и планов. И все это... ложь?

Я стою как в оцепенении, не в силах понять, что происходит. Тело как будто отказывается реагировать, все внутри будто парализовано. Азат, тот самый человек, с которым я прошла через столько...

Как мог он так поступить? Как мог он пойти на измену с этой женщиной, с Диларой?

Звук её голоса прерывает мои мысли, но я уже не слышу ни её слов, ни интонаций. Все как в тумане, только вижу ее лицо — уверенное, наполненное вызовом, как будто она знает нечто, что не знаю я.

Она знала о нас, знала, что Азат женат, что у него есть семья, и всё равно пришла сюда. Пришла с этим жестким заявлением, с гордостью в глазах, словно победитель. Разве так ведут себя женщины, которых действительно любят?

— Я правда не могу понять, — начинает Дилара, её тон становится злее, — как ты ещё не поняла, что твой муж давно не твой. Он со мной, потому что он во мне нуждается. Я — его будущее.

Её слова, как ножи, режут по живому. Они проникают в меня, отзываясь в глубине, заставляя меня терять силы. Я ощущаю, как комок в горле не даёт мне произнести ни слова, ни мыслей. Я хочу закричать, сказать, что всё это неправда, что Азат не мог бы так поступить, но пустота внутри нарастает. Я чувствую, как будто я теряю себя, скользну в какую-то бездну, откуда не выбраться.

— Ты просто не можешь его удержать, — она продолжает, словно наслаждается, — ты старая, и он это знает. Он устал. Устал от твоей предсказуемости.

Мне становится трудно дышать, взгляд всё мутнеет.

Эти слова звучат как холодный укол в самое сердце. Старая? Я? Это как будто удар по лицу. Почему эти слова так тяжело ложатся? Это же не просто оскорбление, это... Он действительно так думает?

Азат, который когда-то был моим другом, партнёром, любовью всей моей жизни. И вот теперь он уходит... к этой женщине?

Затем на секунду мне кажется, что всё это — просто кошмар, какой-то абсурдный сон. Я закрываю глаза, надеясь, что проснусь, что увижу его — живого, настоящего. Что открою глаза и увижу свой уютный дом, мою семью. Но когда я их открываю, Дилара стоит передо мной, и её слова — это как ещё один удар. Я ощущаю, как по коже бегает дрожь.

В голове мелькают обрывки воспоминаний. Азат, с которым я познакомилась в университете. Азат, который стоял рядом, когда я родила первого сына, который держал меня за руку в больнице и успокаивал, что все будет хорошо. Азат, который говорил мне, что не важны материальные вещи, если есть любовь, если есть семья. И вот теперь...

Я чувствую, как воздух становится тяжёлым, как будто не хватает кислорода. Глаза наполняются слезами, но я сдерживаюсь, стараясь не дать им вырваться. Я не могу позволить себе плакать, не могу позволить себе показать слабость.

— Я не могу поверить, что он мог так поступить... — голос выходит сдавленным, я едва слышу сама себя.

Я ощущаю, как Арана стоит между мной и Диларой, как преграда, как барьер. Она защитница.

Дилара вдруг пытается что-то возразить, но Арана не даёт ей говорить.

— Послушай, — говорит она, ее голос теперь тихий, но полный силы, — ты не одна в этой истории. У тебя есть ещё жена, которая будет бороться за свою семью. И эта борьба не окончена. Ты ошибаешься, если думаешь, что всё решено. Азат, если он мужчина, если он хоть немного уважает себя, сделает выбор. И этот выбор будет не в твою пользу.

Глаза Дилары сверкают ещё ярче, а на её губах появляется ухмылка. Она победила, и она это знает. Её уверенность пугает меня, но я всё равно чувствую, как в груди нарастает невыносимая тяжесть.

Я чувствую, как в груди нарастает невыносимая тяжесть. Проклятые вопросы без ответов.

Азат? Почему? За что? Я, наверное, уже не смогу жить в этом доме, как раньше. Мой взгляд снова скользит по комнате, по обстановке, которая когда-то была олицетворением нашего счастья. Всё это теперь кажется каким-то фальшивым, ненастоящим.

— Я не хочу больше слушать эту ложь, — вдруг говорю я, не находя сил сдерживаться. — Если он решил уйти, то пусть уходит. А теперь уходите.

На мгновение комната замирает. Я стараюсь собраться с силами, хотя в голове буря. Уходить? Оставить всё позади? Это слишком тяжело, слишком болезненно. Я не могу позволить себе сдаться. Азат, может, и ушел, но я ещё могу его вернуть. И если я сделаю это, то не для него, а ради себя. Ради своих детей.

— Я уйду, — говорит Дилара, словно вишенка на торте, — но только потому, что ты слишком стара для него. И с тобой он не будет счастлив.

Эти последние её слова звучат, как искра, разжигающая огонь в моей душе. И в этот момент я знаю одно: если не для меня, то хотя бы ради детей я должна узнать правду - почему он это сделал? Почему предал нас? И когда это случилось? Почему я не увидела перемен в нем?

Пусть окажется, что эта девка все придумала. Что она просто задумала своим внезапным появлением и шокирующим заявлением рассорить меня с мужем. Пусть это мне скажет Азат. Я пойму по его мимике, словам, поведи, что он говорит правду... или лжет.

Если он заверит меня, что ничего такого не было, поклянется нашим браком и нашей любовью, что не было у него любовницы, то я забуду об этой девицу, закрою глаза на это представление. Хотя я уверена, что Азат это не оставит без внимания. Он может и написать заявление на клевету... и я могу. Но в нашей семье главный мой муж. Всегда заботливый, работает, чтобы мы нив чем не нуждались, а я обеспечиваю уют в доме, создаю спокойствие и уют дома.

Азат все прояснит. Только остается дождаться его.

— Что здесь происходит? – звучит до боли знакомый голос. Это пришел Азат.

Я выглядываю из-за плеча Араны, которая все еще служит мне преградой от той грязи, которую готова на меня вылить Дилара...