Читаем Искры онлайн бесплатно
– Мы, – поправляет Ева.
Она нарочито театрально хлопает ресницами, а я, как кролик перед удавом, завороженно любуюсь ею.
– Мы, – повторяю неохотно.
Ева кивает, ее язык торопливо облизывает губы. И я чертовски близок к тому, чтобы притянуть ее к себе и поцеловать. Даже если получу за это по роже.
– Ну и ладушки. – Она издевательски отклоняется на спинку стула и одаривает меня хитрым взглядом. – Тебе, наверное, пора на работу? А мне нужно готовиться к свиданию. Уложить волосы, накраситься. Может, побрею ноги – кто знает, чем оно закончится.
Я чувствую строгий ошейник на своей шее и почти вижу поводок, которым Ева то притягивает меня к себе, то отталкивает, ослабляя натяжение. Эта игра становится невыносимой. Возбуждение переполняет меня.
– Сколько я тебе должна за обед?
– Нисколько, – отвечаю я, борясь с туманом в голове.
– Вот уж нет, – смеется Ева, встав из-за стола, – знаю я эти приколы. Заплатишь за меня и решишь, что теперь…
Я встаю и делаю к ней шаг, прерывая разом и сумасшедшее напряжение между нами, и ее пламенную речь. Целую Еву, стирая прошлое и вытаскивая наружу все те чувства, что оставались в наших сердцах все эти годы. Она тихо охает и кажется изумленной тем, что мои губы касаются ее губ, но не сопротивляется, а наоборот – подается навстречу. Эта девушка определенно хотела этого поцелуя, она чувствует то же самое, и я продолжаю с еще большей решимостью.
Ее горячее дыхание сливается с моим прерывистым вдохом, и мой пульс уносится к небесам. Я больше не пытаюсь мыслить трезво, с ней я теряю разум окончательно. Ева позволяет ласкать свои губы, осторожно отвечая, пока поцелуй не становится более настойчивым и торопливым. Она прекрасна на вкус, клянусь. Прекрасна настолько, что мне не хочется прерываться, чтобы вдохнуть воздуха. Плевать, если я умру, зато умру счастливым.
Я прижимаю Еву к своей груди и чувствую, как ходит ходуном ее грудная клетка, как отвердели ее соски под кофтой. Боже, да она дрожит всем телом. Притягивает меня сильнее, желая более плотного прикосновения. Черт, да мы оба распалены так, что нам хочется гораздо большего. Ева тихо стонет, и наши языки сплетаются с удвоенной силой и яростью. Но едва в моей голове мелькает мысль о том, чтобы увезти ее к себе, как она аккуратно отстраняется и, тяжело дыша, произносит:
– Обалдел?
Толкает меня в грудь, но это, скорее, поглаживание, чем удар.
– Прости, – говорю я, все еще держа ее за талию. – Всегда жалел, что не сделал этого раньше. Хотелось знать, каким этот поцелуй будет на вкус.
– Ужасный. Фу, – выдыхает Ева мне в губы.
И какой-то инстинкт во мне перебарывает шок от этих слов и прижимает меня лицом к ее лицу. Я обнимаю ее. Держу почти на весу. Развожу своим языком ее припухшие, алые губы. Второй поцелуй выходит порывистым и пугающим. Мое сердце вертится кульбитами в груди. Ева тихо стонет. Но тут же опять отстраняется, разрушая состояние сладкого экстаза, окутавшее нас.
– Мне пора, – она лихорадочно отрывает от себя мои руки. Почти не смотрит мне в глаза. – Нужно собираться на свидание.
– Я не хочу, чтобы ты туда ходила, – признаюсь я, прихватив ее за запястье.
– Теперь я хочу пойти еще сильнее, – произносит Ева, подняв на меня затуманенный возбуждением и опьяненный страстью взгляд.
Затем холодно усмехается, высвобождает руку и уходит.
А я остаюсь стоять в полутемном закутке ресторана с чертовым стояком, сбившимся дыханием и остывшими остатками еды на столе. И почему я не злюсь? Почему тащусь от нее лишь только сильнее? Сумасшедший!
Обожаю эту вредину.
Хочу отшлепать. Наказать ее.
И любить, пока не попросит пощады.
Тридцать минут я сижу под душем с закрытыми глазами. Меня колотит. Кожу по всему телу покалывает от мурашек. Похоже, я перестала проявлять хоть какие-то признаки интеллекта, раз целовала этого подлеца! Технически, конечно, это он был инициатором поцелуя. Но тот факт, что я все время думала о том, что безумно хочу этого, а как только это случилось, отвечала ему со всей страстью, на которую была способна, не отменить.
И да, наш поцелуй был жарким. Чертовски, мать его, жарким!
Но чувства к Даниле приводят меня в ужас. Серьезно. И слава, блин, богу, что у меня хватило сил остановиться и уйти до того, как произошло что-то похуже. А оно точно бы произошло. Потому что у меня отказали тормоза, и я, видимо, совсем тронулась умом, раз допустила подобное развитие событий!
– А-а-а-а! – беспомощно стону я, поливая себя прохладной водой. – Безвольная тупица! Дура! Дура!
Он не заслуживал даже крупицы твоего внимания, а ты чуть не съела его во время вашего поцелуя! Таяла в его руках, постанывала, как тупая сучка. Ненавижу!
И хочу еще.
Обнаженного Адамова в моей постели. С его бесстыжей ухмылкой и сексуальной бородой. Пахнущего своим шикарным гелем для душа и мужчиной. Горячего. Придавливающего меня к кровати, двигающегося во мне. Настойчиво, твердо. Заставляющего смотреть ему в глаза, когда кончаю.
