Читаем Инфер-2 онлайн бесплатно
Планета исцелена. Насколько хватает моего взгляда и информации от местных жителей — джунгли распростерлись очень далеко. Джунгли бескрайни. А там, где они примыкают к океану — полным-полно чистейшей соленой воды, в которой буквально бурлит жизнь. Это же касается рек и озер. Да тут даже ручьи переполнены изнемогающей от собственного изобилия жизни.
Планета исцелена.
Или это я так решил, увидев лишь малую ее часть?
Ведь я пока пигмей, не имеющий крыльев.
Насколько велики шансы, что где-то там, за тысячи километров отсюда, дела на планете по-прежнему обстоят очень хреново.
Насколько велики шансы, что где-то за горами по-прежнему могут идти едкие дожди, а реки полны мертвой серой грязи?
Насколько велики шансы, что где-то в линии пенного ядовитого прибоя лежит вал мертвой отравленной рыбы и птиц, что были только рады сдохнуть — чтобы не мучиться больше.
— Райский сад в комке дерьма? — предположил я вслух.
— Лид?
— Почему планету не вернули гоблинам?
— Вернули. Гоблинов вокруг много, и все они свободны. Могут идти куда хотят.
— Не, — покачал я головой и поднялся, выдернул провода из энерготочки. — Хрен там, Каппа. Тут полным-полно строительных бригад и бродячих племен. И все они живут по строгим правилам, не забывая о еще более строгих табу. Выплюнувший нас мир-опухоль переполнен. Самое время вскрыться и выпустить в джунгли миллионы оттаявших гоблинов. Но этого не происходит.
— Да. Возможно, доверие к людям подорвано навсегда?
— Чье доверие? — буркнул я. — Кто этот бог, чье доверие мы подорвали? Кто решил, что таким, как мы, больше нет веры и нам самое место в замкнутых опухолях, где мы и сгнием. Он?
— Первый Высший.
— Я пытаюсь отыскать разумную причину… Может, опасность для мира еще не миновала? Может, большая часть планеты по-прежнему мертва, и где-то там героические спасатели бьются экологичными сиськами и жопами о колкую стену смерти? М? Может на теле планеты еще остались язвы?
— Возможно. Это разумная причина для ограничения. И…
— И?
— Чем больше гоблинов умрет внутри миров-опухолей… тем меньше их вернется во внешний мир. Тем легче будет планете…
— Меньше говна, меньше срубленных деревьев и меньше закинутых в океаны жадных сетей?
— Да.
— Ну, — качнул я головой, — Может и так. Нам нужен доступ к спутникам, Каппа, — я посмотрел на потрескавшийся потолок со свисающими проводами. — Я хочу увидеть ее.
— Планету?
— Планету. В реальном времени. Со всех сторон.
— Такой доступ так просто нам не дадут.
— Не дадут, — оскалился я. — Да… не дадут. А мы сами возьмем. Двигаем дальше.
— Да, лид. Я пойду первым, — мечник задумчиво оглядел два прихваченных с собой мачете и выбрал то, что казалось чуть прочнее. — Я пойду первым… во мне бурлит странная злость… и я не могу ее унять медитацией…
— А ты не унимай. Вбей ее кому-нибудь в глотку.
— Да, лид.
Мы закончили через два часа.
Следом прозвучал несильный взрыв, и схлопнувшийся коридор перекрыл внутренней хрени выход наружу. Мы неплохо прошлись по уцелевшим помещениям огнем и мечом, но нет никакой гарантии, что чего-то не упустили. Так пусть внутренний мирок, эта крохотная опухоль, малый абсцесс посреди здоровой ткани, будет и дальше запечатан.
Спустив ко дну шахты всю добычу — а ее было немало, пришлось делать пять ходок и еще столько же придется сделать, чтобы все это утащить на базу — мы разделились. Каппа взялся за разведку, выискивая такой путь, чтобы прикрытые тряпками и спрятанные в ящики трофеи не попадались на глаза их потенциальной хозяйке Управляющей. А я вернулся в колодец и начал долгий обстоятельный доклад.
Мне было о чем рассказать.
Мы с сержантом отыскали и попытались запустить нужный терминал, но он оказался безнадежно мертв. Его вырванные останки мы вытащили и принесем сюда — возможно тайный рукастый гремлин Управляющий сможет его оживить.
Мы добрались до объекта №4 и… снова охренели, причем на этот раз куда сильнее.
За дверями с цифрой четыре не было плуксов, лишайника или насекомых. Там вообще не было ничего. И, что самое пугающее, там царил настолько идеальный порядок, насколько это вообще возможно для однажды взорванного и почти целиком обрушившегося комплекса.
От четвертого объекта осталось одно большое и два малых помещения, плюс четыре никуда не ведущих коридора, оканчивающихся завалами. Первое малое помещение было чем-то вроде холла с металлическими креслами вдоль стен и висящими над ними сельскими пейзажами. Вторая малая комната представляла собой врачебный кабинет — кушетка за ширмой, металлический письменный стол, кресло, плакаты с изображением гоблинской анатомии, коричневые шторы, прикрывающие фальш-окно с солнечной долиной «за стеклом». На столе аккуратно разложены ручки, папки, на краю лежит стопка потрепанных книг. Одинаковый во всех помещениях пол в желто-серую клетку идеально чист.
