Читаем Инфер-2 онлайн бесплатно
— А вот это, сука, не факт, — произнес я, медленно шагая по почти пустому коридору, с редкими кучками костей, покрытых умершим лишайником. — Даже в нашей родной опухоли давно решена проблема бессмертия. Богатые гоблины с рюкзаком власти за плечами больше не умирают, Каппа. Они живут вечно. И те, кто в свое время отдал приказ взорвать этот клоповник вместе со всем персоналом и штатом ученых, вполне может быть здоровехоньким и вовсю орудовать своим седеньким хером над очередной малолеткой. Настоящей малолеткой, а не искусственно омоложенной старпершей. И спроси ты сейчас такого бессмертного упыря с хером, торчащим из ширинки дорогих штанов, про взорванных гоблинов — он ведь искренне удивится, потому что даже не вспомнит.
— А ты помнишь всех своих мертвецов, лид?
— Нет. Нахрена блуждать по личному кладбищу?
— Глупая трата времени и эмоций.
— Почему здесь все подорвали? Слишком большая трата. Слишком все быстро зачищено. Так быстро, что не сработали системы особой глубокой зачистки.
Я покосился на стальную решетку в полу, затем перевел взгляд на ряд мелких отверстий в стене.
В подобных лабораториях, что работали с биологическим материалом, даже самоликвидация проводится по особым жестким правилам. Тут нельзя просто взять и взорвать все это вирусное, генное и прочее дерьмо — ведь разлетится по окрестностям и выживет. Как здесь и случилось, судя по странному лишайнику, паукам, бегающим в этом дерьме плуксам и хрен его знает, что нам встретится еще. Тут все проделано неправильно — и это странно. Перед взрывами тут должна была сначала произойти зачистка особым газом, гарантированно убивающим все живое, после чего в этих коридорах должен был разверзнуться огненный ад, и уже только затем должны были прозвучать взрывы, которые предназначены для уничтожения оборудования и самой постройки, чтобы не достались потенциальному противнику. К моменту взрывов все реально самое ценное и опасное давно уже мертво и обуглено.
Я не знаю, что случилось на гигафабрике ВестПик, но в одном уверен на сто процентов — самоликвидация тут прошла не по плану.
Каппа трижды выстрелил. Я, отступив чуть в сторону, добавил одиночным, перешибая хребет крупному и вялому белому плуксу. Медлительные твари с белой кровью.
А ведь у хорошо известных мне плуксов родного мира-опухоли изначально кровь вроде как зеленая. Но она меняет свой цвет на привычный красный после того, как плунарный ксарл отведает гоблинского мяса. Что странно и никак не вяжется с их логовом — мясным пульсирующим гнездом, куда плуксы стаскивают в желудках награбленную в стальных коридорах кроваво-мясную пюрешку.
— Охренеть, — выдохнул я, глядя на высветившиеся на внутреннем экране забрала красные цифры.
— Лид?
— Кислород.
— Его мало?
— Его до жопы. Содержание — тридцать семь процентов на текущий момент и продолжает повышаться. В тех лишайниках, через которые мы продрались в шахте, кислорода было под тридцать, что тоже, сука, странно — там ноль солнечного света, с какого перепугу лишайники выделяют кислород?
— Ты мудр, лид. Имеешь глубокие познания…
— Да в жопу все эти глубокие познания! Это она мне вбила в голову в свое время кучу ненужной хрени!
— Госпожа?
— Кислорода дохрена.
Вскинув руку, я чертыхнулся, вспомнив, что игстрела больше нет, и шарахнул пулей, вбив ее в бок попытавшегося одним прыжком пересечь коридор белого крупного плукса. Тварь сумела довершить прыжок и рухнула во внутреннем помещении, со звоном и треском забившись там среди мусора.
— Кислорода дохрена, — повторил я, поднимая голову и глядя на ползущий по потолку буро-белый лишайник, покрытый частыми желтыми крохотными цветочками. — Нам этим долго дышать нельзя. А дозировка повышается. Проверь работу фильтров. Не вздумай поднять забрало. Нас такая доза сведет с ума, а затем мы ослепнем и сдохнем от рвоты и судорог. Если перед этим не умрем от дикой головной боли, безумной раздражительности и невероятной злобы.
— Кислород — самый страшный яд, — согласился Каппа. — Мы проходили это в школе. Я смутно помню детские годы. Уроки экологии. И уроки любви к природе. Для насекомых здесь рай, лид.
— Ага, — ответил я, награждая вспучившийся потолочный пласт лишайника выстрелом картечи — Дерьмо!
В брызгах желтой слизи на пол рухнуло огромное насекомое, по размеру и форме похожее на канализационный люк с ножками. Жвала-секаторы судорожно сокращались, длинный плоский хвост колотился по полу, а в центре почти круглого туловища зияла здоровенная дыра, пробитая моим выстрелом. Полосни такие жвала по незащищенному горлу…
Шагнув в сторону, Каппа перечеркнул тесаком вздутие на потолке и на пол шлепнулась еще одна такая же тварь — только крупнее. Белесая, с десятком пущенных по кругу глаз, с более короткими жвалами, но при этом с крабьими плоскими зазубренными клешнями, в одной из которых бился почти разрезанный паук со скорпионьим хвостом.
— Для насекомых здесь рай.
