Читаем Империя Солнца онлайн бесплатно

Данный сборник объединяет в себе тридцать статей разных лет известного итальянского мыслителя–традиционалиста Юлиуса Эволы (1898–1974). Большинство из них публикуются на русском языке впервые. Материалы в сборнике сгруппированы тематически, без соблюдения строгой хронологической последовательности. Это издание является продолжением сборника статей «Традиция и Европа» [1] .

Первая статья данного издания «Туле: загадка доисторической Арктики» посвящена гиперборейской, арктической теме. [2] Анализ древних мифов и современных научных данных подводит к мысли, что легенды о северной прародине многих народов имеют под собой реальную основу. Обращаясь в том числе и к исследованиям Германа Вирта, Юлиус Эвола проводит мысль о северном происхождении большой белой расы. Зародившись в полярных, арктических районах, эта раса затем мигрировала в земли, расположенные в нынешней Атлантике (загадочную Атлантиду, позднее погибшую), а после этого дала жизнь многим цивилизациям Америки, Европы, Африки и Азии. Первые представители этой расы в Европе известны сейчас как кроманьонцы.

Впрочем, не следует искать слишком строгих доказательств этого тезиса. Археологическая культура туле, на которую ссылается Юлиус Эвола, сегодня считается эскимосской и достаточно поздней (в Гренландии она датируется лишь XIII веком, возникнув в Канаде за двести лет до этого). Более древние культуры этого региона также считаются эскимосскими. И если говорить о северной прародине европеоидной расы, то здесь нужно обращаться к гораздо более древним временам и культурам, отстоящим от нас на десятки и, возможно, даже сотни тысяч лет. Конечно, представить убедительное доказательство данной гипотезы невозможно; в то же время любые соображения на этот счёт являются не более чем теориями, ибо построены на конкретных интерпретациях фрагментарных данных.

Продолжает книгу статья «Рим и «солнечное Рождество» североарийской традиции». Здесь сходятся воедино три темы: арктическая прародина, Рождество и Древний Рим. Юлиус Эвола демонстрирует, что зимнее солнцестояние в конце декабря имело глубокий смысл в древних культурах, и многие его рудименты сохранились в современном празднике Рождества, в нынешнюю эпоху во многом потерявшего своё религиозное значение и ставшего лишь одним из многих «праздников», наряду с чисто светским Новым годом.

Не секрет, что нынешние светские «праздники», зачастую совершенно условные и искусственные (достаточно вспомнить всевозможные советские «дни железнодорожника», «дни нефтяника» и проч., по инерции отмечаемые и в современной России) представляют собой только лишь выходные дни и/или поводы для алкогольных возлияний, а иногда и для кратковременного массового «веселья» (впрочем, в некоторых случаях точнее было бы использовать слово «помешательство» — достаточно вспомнить, например, обычай праздновать Новый год на постсоветском пространстве). И если очистить их от новоизобретённой мифологической (в худшем смысле этого слова) шелухи, они могут иметь только «психологический» смысл, в качестве краткого отдыха от серых будней, заполненных для среднестатистического обывателя работой и потреблением. К тому же многие «праздники» давно поставлены на службу политической пропаганде. Примеры подобных «торжественных дат» известны всем.

Тему Древнего Рима продолжает следующая статья под названием «Regnum и духовность Цезаря». Она представляет собой нечто вроде рецензии на книгу Дж. Косты, посвящённую Юлию Цезарю (1934). Но, как это иногда бывает, это больше, чем просто рецензия. Мыслитель пишет о том, что совершенно неверно воспринимать Юлия Цезаря, как это обычно делается, только как политика и полководца, ибо при этом упускается иной и более важный аспект. Юлий Цезарь воспринимал себя как носителя судьбоносной силы свыше, fortuna Caesaris, которая, помимо прочего, проявлялась в его роду Юлиев. Не без внимания Юлиуса Эволы остаётся и принцип Regnum—высший принцип Империи.

Следующая пара статей («Мореплавание как героический символ» и «Символизм орла») посвящена смыслу древней символики. В обеих статьях Юлиус Эвола демонстрирует то глубокое значение, которое эти символы имели в древности. Орёл, согласно автору, является в равной степени и римским, и германским символом. И если говорить о симбиозе римского и германского элементов, нельзя не упомянуть о человеке, в котором, по мнению Юлиуса Эволы, воплотился такой симбиоз. Им был знаменитый принц Евгений Савойский (1663–1736), der EdleRitter, о котором и идёт речь в следующей статье. Он интересен мыслителю прежде всего как великий поборник европейской имперской идеи — идеи, которой во времена его жизни не суждено было осуществиться.

Статья «Преодоление активизма» посвящена рассмотрению вопроса соотношения современного культа действия и традиционного отношения к нему. И по отношению к традиционному идеалу действия и бездействия сегодня превозносится как раз «принцип низкой и пассивной формы действия»: «слепой и инстинктивный порыв, который действует, не зная почему, не имея возможности измениться, овладеть собой, создать в себе центр, предел, свет, абсолютную причину». Хорошим примером современного вырождения культа действия являются Олимпийские игры: шумиха вокруг бессмысленных и искусственно полученных рекордов во имя больших денег и эфемерного «престижа».

Далее мыслитель касается темы неоязычества, довольно актуальной и сегодня. Он демонстрирует «недоразумения нового язычества», имея в виду неоязыческие течения Германии: попытка «вернуться к корням», к религии «крови и земли», «преодолеть христианство» оборачивается падением, скатыванием в пантеизм и племенной культ, в чисто природное существование в бесконечном беге колеса «вечного возвращения», лишённое света и какой–либо трансцендентности — тем более, что такое «язычество» по сути и не существовало, являясь лишь современной интерпретацией деградировавших традиционных форм Северной Европы. Нет сомнения, что такая оценка будет справедлива и при рассмотрении большинства, если не всех, современных неоязыческих течений.

И в то время как попытка возрождения «язычества» в Европе принимает такие уродливые и гротесткные формы, Юлиус Эвола обращает внимание читателя на Восток — там мы можем видеть традиционное в полном смысле государство, при этом воплощающее идеал империи. Речь идёт о Японии, и статья «Основы японской имперской идеи» является кратким очерком духовного фундамента японского государства. В Японии до сих пор живы идеи, одушевлявшие и придававшие форму древним европейским цивилизациям — вот почему именно Япония могла бы стать страной, у которой можно было бы позаимствовать некоторые идеи в настоящее время, и союз с которой является естественным для любого государства, желающего преодолеть упадок современного мира. Не стоит забывать, однако, в какие годы писалась данная статья.

Но что такое настоящая империя? На этот вопрос отвечает следующая статья под названием «Духовные предпосылки империи». Юлиус Эвола выделяет два типа империи: юридическую и духовную. Если юридическая империя представляет собой де–факто империализм, каким мы его знаем — «единство простой политико–административной организации», то духовное решение имперского вопроса, связанное с отсылкой к высшим ценностям, осуществлялось в Европе только в далёком прошлом.

Продолжает имперскую тему статья «Имперская универсальность и националистический партикуляризм», представляющая собой своего рода продолжение статьи «Два лика национализма». [3] Напомним, что в ней автором кратко излагается закон регрессии каст, анализируется современный национализм и делается вывод о возможности национализма, направленного не против традиционного порядка, как это имело место при зарождении европейских национальных государств, а, наоборот, стремящегося к возрождению новой аристократической иерархии. В данной же статье автор подробно объясняет отличия имперской идеи от идеологии национального государства. Имперская идея может быть только универсальной, вышедшей за рамки мелкого национального эгоизма, и такая универсальность обеспечивается преодолением чисто человеческого уровня и обращением к высшему.

В статье, озаглавленной «Напола» по имени учебных заведений национал–социалистической Германии, Юлиус Эвола обращается к немецкому опыту подготовки новой элиты. Естественен переход отсюда к теме «чёрного ордена» СС: в следующей статье мыслитель кратко описывает историю и структуру СС, подробно останавливаясь на этической и духовной основе организации как элитарного сообщества.

Следующий блок статей посвящён расовой теме. Обращаясь к вопросу о расе, Юлиус Эвола никогда не уставал подчёркивать абсолютную недостаточность и неполноценность одностороннего, чисто биологического подхода, сводящего человека до уровня животного. В «Критических замечаниях о национал–социалистическом расизме» мыслитель критически анализирует речь А. Гитлера и приходит к выводу, что расовая доктрина национал–социализма не даёт возможности сделать ясный выбор между духовным и материалистическим расизмом, ибо отсутствует чёткий критерий того, что считать высшим.

Далее разбираются «недоразумения научного расизма»: речь идёт о том, что чисто материалистический подход, игнорирующий наличие у человека души и духа и основанный исключительно на биологии, недостаточен и даже опасен, ибо никакие физические данные ещё не дают достаточных оснований для точного определения внутреннего мира человека, его сущности.

В статье «Муссолини и расизм» Юлиус Эвола подробно рассказывает о своей встрече с Б. Муссолини в 1941 году и о последовавших за ней попытках распространения расового учения, включая сотрудничество с немецкими коллегами. По ряду причин, описанных в статье, эти начинания потерпели крах.

Статья «Расизм и другие ‘ужасы’» продолжает этот рассказ, описывая в большей степени послевоенную ситуацию, сложившуюся вокруг некоторых идей мыслителя. Как известно, Юлиус Эвола почти не затрагивал расовую тему, включая и еврейский вопрос, в послевоенных сочинениях. Причиной тому стала их неактуальность — то есть настолько массовое и катастрофическое обрушение общего уровня, что «сегодня мы видим, как то, что можно осуждать в еврее как характер и менталитет, прорывается повсюду». Когда осуждаемые низшие качества проступают в массовом порядке независимо от этноса, расы и религии, обращение к этим темам во многом утрачивает свой смысл. Для более подробного анализа мы посоветовали бы обратиться к замечательной книге Х. Т. Хансена «Политические устремления Юлиуса Эволы» [4] .

В краткой статье «О молодёжи» Юлиус Эвола высказывает своё мнение, в общем отрицательное, об итальянской молодёжи 60–х, о поколении «битников» и «бунтарей». Но если бы он каким–либо образом смог бы увидеть молодёжь начала XXI века, он бы констатировал, что дела обстоят ещё хуже. Нынешнюю молодёжь подчиняют себе потребительство, выросшие до исполинских размеров привязанности любого рода (включая наркотики, интернет–зависимость и прочие формы), бесчисленное множество убогих «субкультур», а «протест», как и ранее, зачастую сводится к левацким идеям, к стремлению ещё сильнее подтолкнуть катящуюся в пропасть Европу.

Далее мыслитель высказывается об итальянских женщинах. И хотя речь идёт о «средиземноморских женщинах», читатель легко проведёт аналогии — если итальянским девушкам не хватает «искренности, ясности, смелости, внутренней свободы», то, конечно же, не стоит думать, что подобные недостатки свойственны только им, ибо они являются всего лишь следствиями болезни европейской культуры.

Продолжает тему взаимоотношений между полами статья «Религия и пол». Возобладавшая на Западе религия — христианство — несёт в себе идеал, в том числе и в области отношений между полами, подходящий лишь для крайне ограниченного числа людей. Кроме того, оно не знает высшего смысла брака, рассматривая его лишь как необходимое зло. И результат подобной навязанной обществу этики может быть лишь отрицательным.

В следующей статье «Мир и тёмная эпоха» Юлиус Эвола обращается к индийскому документу древней эпохи под названием «Вишну–Пурана» и демонстрирует почти детальное соответствие древних предсказаний современной ситуации.

Статья «Соображения об ускользающем человеке» имеет дело с тонкой материей духовных рас. В дополнение к выделенным ранее типам рас духа[5] Юлиус Эвола пополняет типологию духовных рас ещё один типом — ускользающим, или меркурианским (соответствующим символу ртути): настолько часто стали встречаться бесхребетные и в то же время беспринципные, избегающие любого постоянства и твёрдости люди, независимо от их физического типа.

В короткой статье «Бич персонализма» Юлиус Эвола бичует один из главных недостатков современных ему правых кругов — мелкий эгоизм, стремление любой ценой утвердить значимость своей личности, пусть за счёт всех остальных, создать свою группку, свою газету, увеличить свой личный авторитет. Ив то время как мыслитель приписывает такое проявление низшим качествам итальянского народа, подобное поведение не является совсем уж редким и в других регионах Европы, что, впрочем, в качестве следствия упадка довольно естественно.

На более высоком уровне тема персонализма обсуждается в статье «Личность и безличный принцип». Юлиус Эвола демонстрирует сущность того, что обычно называют индивидом и личностью. Если индивид — это всего лишь безликий атом, то личность — это более высокая ступень, которая, однако, остаётся всего лишь маской, под которой действует высшая сила. И без связи с высшим безличностным принципом начинается деградация концепции личности, в итоге вырождающейся в превознесение мелкого собственного Я. Поэтому не имеет смысла поднимать на щит «ценности личности» как специфически европейские.

Далее следует статья под названием «Чего хочет испанский фалангизм». Мыслитель обозревает программный документ фалангистского движения и даёт свои комментарии. Читатель сам сможет оценить, насколько совпадают описанные в статье идеалы фалангизма и то, что создал в Испании режим Франко.