Читаем Имажинисты 1925 онлайн бесплатно

Имажинисты 1925

Рюрик Ивнев , Матвей Давидович Ройзман , Вадим Габриэлевич Шершеневич

Поэзия

Имажинисты 1925

ИМАЖИНИСТЫ1925

РЮРИК ИВНЕВ, АНАТОЛИЙ МАРИЕНГОФ,МАТВЕЙ РОЙЗМАН, ВАДИМ ШЕРШЕНЕВИЧ

ИЗДАНИЕ АВТОРОВМОСКВА

Анатолий Мариенгоф

Анне Никритиной

«Столб полосатый, всадник, камень…»Столб полосатый, всадник, каменьИ пограничная межа.На сердце руку положа,Скажу:Я матюгал тогда ГерманиюИ все чужбинные края.Приятель, дева, комнатушка,Вот все,Что позади осталось.Ах, мы заложим чорту душуЗа эту сладостную малость«Что Русь!» – (смеялись налегкеСадясь в вагон красноперинный)«Плевал я в бороду твою!»А на Монмартре в кабакеЗаказываюС огурцом ботвинью.Вот дурали! вот непоседы!Мальчишье сердце,Синий глаз.Без толку шляемся по светуСобачьей верностью томясь.

Париж 1924

«Степи, звезды и воды…»Степи, звезды и воды –Вот ведь она какая!Ни-за-што, ни-про-штоЕй душу отдал,А тело по Европе таскаюСкоро заговорю по собачьи.ЖруОмаров и крабовЯ по тебе не плачу,Как вологодская баба.На Монмартре светлые ночи,Губы у девчонок в крови.Иноземной последней сволочиПоют цыганеПесни твои.Птицы, звезды и степиЖелтые зориИ трава.Тридцать три переедешь моря,А в сердце:ПепелИ маленькая Москва.

Париж 1924

«Куда бы разумом холодным не ушли…»Куда бы разумом холодным не ушли,На тройках времени куда бы не умчались,(О, сколько есть погибельных дорог)Не пересохнет древний тот истокСомнений,Радостей,Печалей.Коней и ворогов не ловим на арканы,К полярным льдам медведь и лось бежал,Но если сбудется предчувствие обмана,И я заговорюНа языке ножа.О, варварский, о дикий хмель!Как древле покупаем бабуИ умыкаем деву так-жеБежимЗа тридевять земель,Чтоб совершить любовную покражу.С французским сифилисом северную кровьМешают россыВ кабаках Монмартра.Москва! Россия! Ветхий кров!Там девы рассыпают косы,Как листья августовский сад.От радостей, сомнений и скорбейНам не избавить наши души.Осенний день,Осенний чад,Осенний ветр у тополей(Как дед у озорных мальчат)Сердито треплет золотые уши.

1924

«Опять безжизненное поле…»Опять безжизненное поле,Безжизненная вдаль тропа.Верст шесть осталося(Не боле)До пограничного столба.Такой-ли представлялась встреча?Какие грустные края.И огненные (ах!) противоречьяЛюбовь и ненависть таят.Где сердце?В суете-ль проклятой?(Неушто-ж я такая дрянь)Мила-ли:Пенза толстопятаяИ косопузая Рязань?..А вот: и столбИ пограничный домикИ всадник в шлеме на меже.Кто разберет?Чорт ногу сломитВ смешной поэтовой душе.

1924

Матвей Ройзман«О пальмы, убравшие голову…»О пальмы, убравшие головуЗелеными перьями снова,Струите же фиников золотоВ просторы песка голубого!И снова медвяные локоны,Миндаль, расчеши на закате,Пока ночь, – арабка безокая,В колодцы луну перекатит!И снова, спокойное озеро,Раскройся лазоревым оком,И ветер тревожными розамиДыши на долине широкой!Дыши и баюкай рассеянно,Мой верный, веселый наперсник,Меня на серебряном севереСтаринной размеренной песней!О песня, подруга печальная,Скажи мне: какие же строкиРазвеят на сердце нечаянноМечту о библейском востоке?

Январь 1924

Москва

«Ах поймешь ли, моя голубая…»Ах поймешь ли, моя голубая,Отчего так рябины шуршат,И такими глотками хлебаетМолоко золотое душа?Отчего я храню терпеливоНа земле иудейскую скорбь,Как хранят молодую оливуСреди горных горячих песков.Отчего мне больней и отрадней,Что я правнук маонских пустыньЗа курчавый родной виноградникПринимаю чужие кустыВедь никто никогда не узнает,Да и сам ни за что не пойму,Отчего вся дорога земнаяИ трудна, и мудра, как талмуд.Отчего так душа полюбилаНа некошенных русских лугахИ роняет сейчас, как рябина,Непослушную кровь наугад

Август 24 г. Химки.

«В полях огни – огни широко…»

Олесе.

В полях огни – огни широко,Впотьмах навстречу поезда,И вдруг, как золотистый локонВверху рассыпется звезда!И также семафор мигаетЗеленым глазом впереди,И ночь – хмельная и нагая –В упор хохочет и глядит.Эх ночь! безумная подруга,Чего ты хочешь от меня?Иль в этот полутемный уголПришла в измене обвинять?Иль ждешь, пока тяжелой кровьюНальется семафорный глазИ, заколдованный, закроетДорогу новую от нас?Я сам хочу конца такого.Я сам устал желать и сметь.Все суета! все бестолково!И страсть, и месть, и скорбь, и смерть!

Август 1924

«Тополя, тополя золотые…»Тополя, тополя золотые,Хорошо ли вам после дождя,Когда капли на листьях застылиИ жуки заунывно жужжат?Так отраден качающий запах –(Эти вздохи в ночной бирюзе),Что я лапы, зеленые лапыПожимаю, как руки друзей.Ничего, ничего не поделать,Если с детства встречаю враговИ бреду по пути неумелоНеуверенной, робкой ногой.Только нежно слезами обрызнувТополя, вы поймете меня, –Почему я жемчужины жизниНа стекляшки стихов променял.Почему пеплом сердце посыпалИ тихонько в ладонях зажал,И стою под ветвями косымиИ пою о причудах дождя.

Николаевский поселок

Июль 1924

«Не тужи, не плачь о прошлых…»Не тужи, не плачь о прошлых,О пунцовых песнях сентября:Скоро пышные порошиБерега дорог осеребрят.Скоро разметутся листьяГолубыми метлами пурги,И не скажет след огнистый,Отчего на севере погиб.Скоро позабудешь лицаВероломных, молодых подруг,И душа лишь устремится,Как голубка, на библейский луг.Ох ты голову закинешь, –В бирюзе звезду свою искать,Но холодный тонкий инейЗасверкает на твоих висках.И мой друг, мой друг хороший,Твой последний соверши обряд,И тужи, и плачь о прошлых,О пунцовых песнях сентября!

Февраль 1924

«Надоела по горло печаль…»Надоела по горло печальСреди белых, горбатых сугробов,Где сгорит, как в субботу свечаМоя жизнь – тяжело и убого.Виноват-ли, голубка, я в том,Что родился под свисты мятели.И месяц, как перст золотой,Показал на мои же потери.И с тех пор убаюкал меняГолубой перезвон колоколенИ чужую печаль перенялЯ в серебряном ровном покое.И с тех пор полюбил я вино, –Изумрудную кровь винограда, –Но как древний душистый венок,Потерял я на севере радость.Да и кто виноват, что печальЗахотела так душу искомкать,Когда тихо ее на плечахПроносил, как тугую котомку?

Зима 24 г. М.

«Порхай же на холодном сквере…»Порхай же на холодном сквереИ бейся осень о карнизИ грозно золотые перьяРоняй по переулкам внизУже печальными речамиТебя встречают тополяИ брачный пурпур расточаютНа оголенные поля.И вижу: за туманной синьюЕще горбата и рябаПреображенная РоссияСбирает звезды в короба.Я понял все, о призрак вещий,Мне по заслугам ты воздал:Ведь рыбкой в коробе трепещетМоя мятежная звезда.И никогда я не покинуНи этот пурпур сентября,Ни эту синюю равнину,Где ночью росы серебрят.Ах осень, мне о землю битьсяИ эту землю целоватьИ на холодные страницыРонять горячие слова.

28/IX М. 1924.

Вадим Шершеневич«Бесцельно целый день жевать…»Бесцельно целый день жеватьНогами плитку тротуара,Блоху улыбки уловитьВо встречном взоре кавалера.Следить мне как ноябрь – паукВ ветвях плетет тенета снегаИ знать, что полночью в кабакДневная тыкнется дорога.Под крышным черепом ой-ой! –Тоска бредет во всех квартирах,И знать, что у виска скорей,Чем через год, запахнет порох.Итак: итог: ходячий трупСо стихотворною вязанкой!Что ж смотришь, солнечный циклоп,Небесная голубозвонка!?О солнце! Кегельбанный шар!Владыка твой, нацелься в злобеИ кегли дней моих в упорВращающимся солнцем выбей!Но он не хочет выбивать,О понял я, как все усталый:Не то что жить, а умеретьИ то так скучно и постыло.«Другим это странно: влюблен и грусть!..»