Читаем Игра на острие онлайн бесплатно

Августовский вечер таял как сливочное мороженое, размазывая копченые блики солнца по линии горизонта. Сумрачная тьма со стороны моря подбиралась все ближе и ближе, обволакивая песчаный берег плотным покрывалом. Лика сунула ноги в песок, как бы гася свою безумную решимость. Она пришла на берег не случайно. Некрасивое слово «суицид» барабанило в мозгу, обещая одним махом прекратить все страдания. Потемневшая вода тихим шелестом прибоя зазывала жертву в свои пленительные сети. Женщина пыталась вспомнить, когда в последний раз наблюдала природную красоту уходящего на покой огненного шара, и не смогла.

– Вставай, тряпка! – скомандовала она самой себе, – хватит ныть! В этом только твоя вина!

Лика поднялась, отряхнула песок и словно под гипнозом шагнула в ласковую теплую воду. Шаг. Еще шаг. Еще один. Взгляд застыл над водой, где еще угадывались очертания облаков и темно-оранжевые блики закатного солнца. Выдох, вдох. Вдох, выдох. Вода щекотала губы… Остался последний рывок. Как в детстве, когда учишься нырять. Она крепко зажмурила глаза и бросилась в свое последнее пристанище, вечную постель, в объятия моря.

Беспамятство. Покой. Самое лучшее чувство. Лика распростилась с жизнью осознанно, не оставив следа и никаких ответов. Она знала, что умерла, захлебнулась соленой водой, внезапно ставшей невыносимо жгучей и жесткой. Она помнила, как яростно глотала воду и погружалась на дно. А теперь за ней придут ангелы и заберут на небо. Там белые пуховые перинки из облаков, синяя гладь бесконечности, добрые улыбчивые создания и всеобщая любовь. Там хорошо, лучше, чем на грешной земле.

Но ангелы не появились. Вместо этого в груди разрастался жгучий шар, разрывающий ткани, болели губы и сотрясалось тело. Она попыталась разлепить веки, но зашлась неудержимым кашлем, изрыгая морскую воду.

– Давай, дыши!

– Переверни ее на бок, Денис! Она приходит в себя!

Где-то под небом эхом раздавались голоса. Мужской и женский. Лику трясло, но она твердо решила не открывать глаза.

– Все, жить будет!

– Надо вызвать «скорую».

Голоса решали ее судьбу, и это были не ангелы. Она разлепила глаза и уставилась в небритый подбородок мужчины. Это никак не вязалось с ее представлениями о рае.

«Кто ты?» – хотела спросить Лика, но смогла лишь открыть рот и закашляться.

– Потом поблагодаришь, – улыбнулся щетинистыми щеками незнакомый мужик.

Лика хотела оттолкнуть руки, сжимающие ее в объятиях, но смогла лишь еле заметно пошевелить пальцами.

– Она открыла глаза! – закричал звонкий женский голос, вынырнув из темноты ночи. – «Скорая» уже в пути. Ты жива, девочка, Дэн тебя спас.

Макс Петров работал фельдшером на «скорой» второй год. После учебы в медицинском мечтал стать пластическим хирургом. Это прибыльно, модно и всегда будет востребовано. Мысли о безбедном будущем помогали пережить ночные дежурства и тряску в старой колымаге по неровным дорогам Одесской области. Каждый раз, когда Макс заступал на смену, по номеру «103» беспрерывно звонили, не давая парню отоспаться. Вот и сейчас, только он пристроился на неудобной кушетке, подложив под голову скомканный белый халат, и предался воспоминаниям о недавнем свидании с Маринкой, забренчал телефон. Аппарат был старый, как и само здание больницы, поэтому трещал противно и звонко. Макс выругался, снял трубку и промычал стандартную фразу.

– Здесь девушка на пляже, утопленница!

– Звоните в полицию, – Макс смачно зевнул.

– Да она живая! Мы ее оживили, Денис оживил. Приезжайте! Слева от пляжа Аркадия.

Макс понял, что поспать этой ночью не удастся. Завтра опять в институт, а вечером его будет ждать Маринка. При воспоминании об ее упругом и податливом теле настроение улучшилось.

Дорогу нашли на удивление быстро. Молодые люди, обнаружившие в море тело, разожгли на берегу небольшой костер. Машина раскачивалась по грунтовой дороге, дребезжа стеклами, в свете фар прыгала женская фигура. Макс выпрыгнул с чемоданом в руке на холодный песок.

– Сюда! Сюда!

Девушка нервно подпрыгивала на месте и тыкала пальцем в сторону костра.

– Вот здесь, мы ее покрывалом прикрыли, она без сознания. Это Денис ее вытащил! Он настоящий герой!

Макс коротко кивнул, мельком взглянул на героя и понял, почему эти двое находились в позднее время на пустынном пляже с покрывалом. Мужчина подошел ближе:

– Давай погрузим ее в твою машину, доктор.

Сознание Лики снова сыграло с ней злую шутку. Вместо ангела перед помутневшим взором появилось молодое лицо практиканта, тыкающего ей в рот резиновые трубки. Этот был брит, молод и местами прыщав. Предыдущие видения исчезли.

– Миш, подъедь ко мне в больницу… Да, утопленницу выловили… Не, живая… Отвечать на вопросы? Думаю, сможет… Давай.

Голос тоже исчез.

«Я в больнице. Но зачем? Кто посмел?..»

Женщина беззвучно зарыдала.

«Потом меня благодарить будет», – подумал Макс, оглядывая красивое тело незнакомки в мокрой одежде.

Он достал журнал и сделал запись:

«Пол – женский. Возраст – 35–40, была одета в летнее платье, при себе ни денег, ни документов».

Макс замер, перевел взгляд на золотые кольца на пальцах потерпевшей. До приезда полиции оставалось немного времени. И парень решился на отчаянный шаг. Вцепившись в руку женщины, начал стягивать одно за одним все кольца. Это дело оказалось не из легких, так как пальцы опухли и стянуть кольца без усилий было невозможно. Макс пыхтел, старался не повредить кожные покровы, вспоминал свою Маринку, которой подарит кольца, и представлял, как она его отблагодарит. От предвкушения приятно покалывало в паху. Закончив дело, Макс поднялся и уперся взглядом в широко распахнутые голубые глаза «утопленницы».

От неожиданности замер, резко засуетился, выронил кольца и уставился в глаза незнакомки. Начинающаяся эрекция спала. Макс лихорадочно думал, что делать дальше, как вдруг женщина схватила его за руку.

– В…врни обгу-ча-ку, – промычало сквозь трубки «утопленное» создание.

Макс вырвал руку, глянул на белый плиточный пол. Под его ногами валялись золотые кольца, среди них обручальное. Наверное, речь шла о нем. Макс присел, поднял кольцо и спешно попытался вернуть его на безымянный палец.

– Кто это над трупом издевается? – пробасил у входной двери мужчина исполинского роста в полицейской форме, смахивающий на переодетую гориллу.

– Миха! Испугал, черт. Заходи.

Максим успел взять себя в руки и улыбнулся.

– Ты что, этой сумасшедшей предложение решил сделать? – расхохотался Михаил.

Макс покосился в сторону кушетки. Избегая пронизывающего взгляда синих глаз, наблюдавших за ним поверх трубок, фельдшер криво усмехнулся, представив картину, увиденную Михаилом.

– Тренировался, – криво усмехнулся Макс, – хочу Маринке предложение сделать.

– Э, не спешил бы ты, – Михаил пододвинул стул ближе к кушетке и посмотрел на Лику. – Ну что, дамочка, расскажем дяде свою историю?

Михаил склонился над Ликой, в лицо ударил запах пота и сигарет.

– Может, она еще не в состоянии разговаривать, – замялся Макс. Ему не хотелось, чтоб неприятная история с кольцами получила огласку.

– А ты ей трубки изо рта повыдергивай, и мы посмотрим, в состоянии она или нет.

После неприятной процедуры Лика смогла сомкнуть онемевший рот и ответить на вопросы.

– Зря ты меня потревожил, – пробасил Михаил, удаляясь к двери и забирая с собой папку с бумагами. – Никакого криминала здесь нет. Этой сумасшедшей место в дурдоме, раз жить надоело. О каких ангелах она лепечет? Умом тронулась.

– Ее парочка на пляже из воды выловила, она решила, что на небо попала, – засмеялся Макс.

Он радовался, что дама умолчала об инциденте с кольцами.

– Бывай, Макс. Утром отправь ее в поликлинику, пусть память подлечат. Тоже мне, Анжелика. А я – царь Соломон!

И посетитель ушел, оставив за собой звонкое раскатистое эхо. Оно ударялось о крашеные коридорные стены и смеялось над ней, над неудавшейся попыткой суицида, над всей ее жизнью:

– Ха-ха-ха…

Вечером следующего дня Макс переступил порог больницы, в которой работал. Навстречу шел шофер Витька:

– Вчерашней утопленницей интересовались, – сказал он вместо приветствия.

Какой-то мужик приходил днем, спрашивал, где она, куда отправили. Виктор Михайлович сообщил, что обо всех передвижениях дамы знает Максим Петров, дежурный фельдшер, и его смена начнется с 22.00.

Макс, проклиная водителя, побрел по коридорам больницы, придумывая, что сказать, когда появится этот мужик. Кто он? Вдруг муж? Она рассказала ему о пропаже золотых колец, и тот пришел разбираться. Других версий не было. Утром эту Анжелику перевезли в больницу. Что было с ней дальше, Макс не знал. Видел три пути: первый – во всем сознаться, вернуть кольца и раскаяться, второй – отрицать свою причастность к пропаже, третий – вынудить мужчину благодарить Макса за спасенную жизнь жены.

Первый вариант отметался сразу. Сегодня после занятий Макс успел подарить одно кольцо Маринке. Она радовалась как ребенок и даже не спросила, откуда у бедного студента могли взяться деньги на такой дорогой подарок.

Неожиданно дверь каморки распахнулась, прервав мысли фельдшера на самом интересном месте.

Без стука зашел незнакомец.

– Значит, ты Максим Петров?

Макс напрягся, секунду соображал, что лучше сделать – выпрыгнуть в окно или остаться, как вдруг понял, что мужика этого видел раньше. Так это спаситель! Герой-любовник, который даму из воды выловил.

– Добрый вечер, – обрадовался Макс. – Это вы меня сегодня спрашивали? Знаете, не привык я как-то благодарность от людей принимать. Это моя работа – людям жизнь спасать.

– А я не благодарить тебя пришел, – заявил мужчина. – Куда эта девушка отправилась, знаешь? Данные о себе оставила?

– Да… Ну, в общем, я так и подумал… – Макс спрятал радостную улыбку, схватил со стола журнал. – Анжелика, вот здесь написано. – Макс протянул мужчине журнал.

– Зачем вам эта сумасшедшая?

Он смотрел, как посетитель внимательно изучает запись.

Мужчина молча, не прощаясь, направился к выходу. Макс застыл с журналом в руках. Ситуация ему совсем не нравилась.

– Эй, что происходит?

Мужчина резко обернулся, в руке мелькнул черный ствол пистолета с глушителем. В следующую секунду в голове Макса появилась маленькая дырочка. Тело фельдшера рухнуло на плиточный пол возле старой кушетки, еще недавно служившей ему койкой.

В Киев пришла осень. Небо налилось сизой грустью, падая каплями на брусчатку, оплакивало уходящее лето. На совещании в центральном округе собрались главные чины, допущенные к обсуждению закрытой «дьявольской» темы. В деле о серии крупных хищений в коммерческих банках не было подозреваемого. Человек, совершавший эти немыслимые преступления, до сих пор не найден. Его почерк и стиль краж вычислили давно, вот только поймать злоумышленника мешала какая-то мистика. Казалось, он наделен нечеловеческими способностями. Словно сам дьявол помогал ему воровать и оставаться безнаказанным.

И вот впервые в деле таинственного вора, которого правоохранители окрестили «невидимкой», появился след. Наконец сверхчувствительные камеры главного банка страны и новейшая инфракрасная аппаратура смогли «срисовать» образ похитителя. Снимок был смазан из-за слишком большой скорости движения объекта. Но это уже было что-то. Картинку отредактировали, и теперь Степан Петрович держал в руках вполне реальную фотографию самого странного и мистического вора. За всю свою жизнь он никогда не сталкивался ни с чем подобным.

«Ничего, – подумал полковник, – и тебя поймаем».

С «золотой темой» Степан Петрович был знаком еще со времен Союза. В годы активной коммерциализации различных отраслей экономики преступные группировки принимали участие в организации различных акционерных обществ. Вкладывая деньги в разработку перспективных месторождений, они получали доступ к добыче драгоценных металлов. Это, во-первых, позволяло им вкладывать криминальные средства в легальный бизнес, а во-вторых, давало весьма и весьма существенный источник финансирования. Исходя из того, что золото и другие драгоценные металлы являются существенным поступлением в госказну, лидеры группировок совершенно обоснованно считали, что, добывая золото, они действуют в интересах государства, которое, следовательно, обязано с ними считаться, рассматривая и удовлетворяя их требования в различных сферах. Таким образом, организуя АО по добыче золота, группировка «поднимается» и становится на один уровень с госаппаратом и важными отраслями экономики, такими как добыча энергоносителей и оборонная промышленность.

Такое АО в Хабаровском крае за год добывало в среднем 17 тонн золота и платины. Теневой рынок сбыта золота существовал всегда. В советские времена золото в слитках, составлявшее золотой запас страны, содержалось лишь в одном месте – в хранилище государственного центрального банка. Сегодня любой желающий может создать собственный золотой запас. Банки получают лицензию на осуществление операций с драгоценными металлами и инвестируют деньги в золото. Верхушка власти и бандюки давно хранят свои сокровища в слитках. И то, что этот вор-невидимка позарился на банк «Аванта», владельцем которого был сам Сан Саныч, а потом на госзапас, за который отвечал головой тот же Сан Саныч, казалось очень неслучайным. Либо у него какие-то личные счеты с самим министром, либо вор действует по наводке и выполняет спецзаказ.

Сан Саныч второй месяц лежал в больнице. Его сердце не выдержало страшного удара и дало сбой. Могучий и крепкий человек, который держал в кулаке все сокровища страны и дергал за ниточки людей, города и страны, владел недвижимостью за рубежом, яхтами, самолетами, машинами и имел собственный станок по производству денег – банк, находился сейчас между жизнью и смертью.

– Степан Петрович, какие новости в деле вора-невидимки? Я был вчера в больнице у Сан Саныча. Плохи дела. Сын жаждет мести. Надо что-то решать, сам знаешь, что может начаться, если мы будем и дальше играть в прятки. А я не хочу лишиться головы только потому, что вы решили сделать его неуловимым.

Замминистра гневно сверкал глазами и требовал ясности.

– Вот его примерный портрет, – Петрович протянул пачку размноженных картинок всем участникам заседания.

– Нам удалось установить, что во всех случаях он действовал в одиночку. У него не было сообщников ни внутри зданий, ни снаружи. Мало того, замки не повреждены. Ни в банках, ни в хранилищах, ни в кассах, ни в частных квартирах, где побывал «невидимка». Замки он не трогал и сейфы не вскрывал…

– Так, а как же..?

– Он действовал до невероятного просто – приходил и брал то, что лежит.

– Прекратите пороть чепуху! И прекратите называть его «невидимкой»!

Степан Петрович сжал губы, прокашлялся и продолжил, не обращая внимания на выпады замминистра:

– Сейчас поясню. Наш вор выбирал для операции такой временной промежуток, чтобы сейфы, двери, окна были открыты на этот момент. Ему только надо было подойти и взять содержимое из открытого ларца. Никаких тайных комбинаций и взломов. Конечно, он действует в перчатках и не оставляет следов…

– Погодите, почему же тогда мы его не можем поймать?