Читаем Игра онлайн бесплатно

Действующие лица:

МИЛЕДИ — 25 лет, современная девушка с разнообразными талантами. Сопрано.

КИНГ (Николай Ласточкин) — 35 лет, супер–звезда шоу. Вокал.

ФЕЛИКС Черемухин — 40–45, режиссер рекламных роликов, далее- администратор отеля. Вокал.

БАРМЕН Гарик — 45 — 50- тучный господин. Вокал

ВАЛЬКА — помощник бармена — модный юноша. Вокал

Девушка Вальки. Вокал.

ЭНН ТАРЛТОН — кинозвезда отечественного происхождения с украинским произношением.

ЕЕ СПУТНИК — солидный, холеный господин.

АССИСТЕНТКА режиссера Черемухина.

ПОРТЬЕ отеля

Балет, вокал, трюки.

Действии происходит в наши дни в крупном приморском курортном городе.

Шоссе близ большого курортного город на берегу Черного моря. Скромное кафе–бар у автозаправки. Ранняя весна, полдень, отсутствие клиентов. За стойкой толстый немолодой Бармен — Гарик. Помощник бармена Валька таскает ящики с бутылками на кухню. У окна стремянка, обвешанная частью ждущих своей очереди штор. Стройная девушка (Миледи) в платье официантки подвешивает полотно тюля.

Работает телевизор. Ведущий передачи радостно сообщает: «А теперь — для всех своих поклонников неподражаемый Кинг исполнит шлягер из новой роли в боевике «Трюкач»…

Миледи молнией спускается, включает звук на всю катушку. Садиться за столик в углу, где громоздятся стопки газет, журналов и брошен ею заряженный сливками миксер.

В ее воображении то, что было на экране, переносится на сцену.

Свет гаснет. Зажигается — супер–звезда Кинг исполняет свой номер в интерьере кафе:

КИНГ:

— Стекло в осколках, визжат тормоза,

губа разбита и кровь солона,

Башку окутал закатный туман:

Тебя подставили, парень — обман!

И ворон хрипло картавит: «Обман! Загнал Лихого в капан бандюган!»

Эх–ма!

Но скалю зубы, затравленный зверь,

Хоть беззащитен и жалок теперь.

С ухмылкой гнусной красавчик брюнет,

Ко мне шагнул и достал пистолет…

С дырой в груди я свалился на снег…. Закончен бег, эх, закончен мой бег!

Но мы ведь знаем, мы знаем -

что это — игра, да только игра, конечно, игра.

Вопросов нету — зачем нам она-

— дана так дана.

Мы грим небрежно стираем,

сыграв свою роль.

Но весь этот страх…

и вся эта боль… —

только игра, всего лишь игра….!?

Эх–ма!

Он рядом с детства, единственный друг,

Плечо подставит, разделит досуг.

Но что случилось, бодрее, старик!

Глаза отводишь и странно поник?

«— Сдавайся лучше без шума, братан.

У этих бритых широкий карман.

Сам понимаешь: такой уж расклад -

и друг не друг мне, и брат мне не брат»,

он говорит мне — предатель и гад!

Но мы ведь знаем, мы знаем -

что это — игра, да только игра, конечно, игра.

Вопросов нету — зачем нам она-

— дана так дана.

Мы грим небрежно стираем,

сыграв свою роль.

Но весь этот страх…

и вся эта боль… —

только игра, всего лишь игра….!?

Эх–ма!

(Кинг подсаживается к Мидели)

— Ты дышишь жарко, ты смотришь в глаза,

Над ветхим домом бушует гроза.

Вот оказались вдвоем мы с тобой

ОНА:

И нежность — хоть вой!

А радость — хоть пой!

ОН:

Но нам нельзя, нам быть вместе нельзя!

Пусть хлещет дождь и бушует гроза.

Пусть рыщет страсть словно алчущий зверь.

Ты шепчешь: «Твоя!», ты просишь: «Поверь!..»

ОНА:

Что будет теперь!? Как расстаться теперь?

ОБА:

Но мы ведь знаем, мы знаем -

что это — игра, да только игра, конечно, игра.

Вопросов нету — зачем нам она-

— дана так дана.

Мы грим устало стираем,

сыграв свою роль.

Но весь этот страх…

и вся эта боль…!?

Она: — А любовь?….

Он: — Прости, но только игра, всего лишь игра,

Вот так…

(видение исчезает, на сцене полный свет. На экране Кинг поет следующую песню — «Золотая девочка» — она прозвучит полностью в Действии втором, сцене 1. Миледи механически включает миксер, как завороженная смотрит на экран, не замечая, как летят вокруг хлопья крема.

Молодой парень — помощник бармен Валька, убавляет звук:

— Очнись, Миледи! Кто бы от меня так млел. Обрати внимание: для тебя у ГАИшников увел — по спец заказу.

Прикрепляет к стене рядом с входом афишу с изображением Кинга в обнимку с красоткой. Крупным шрифтом надпись: «Кинг и Энн Тарлтон в боевике «Трюкач»» Миледи разглядывает изображение со сдержанным стоном.

Звонок телефона. Миледи спохватывается, выключает миксер, фартуком утирает лицо, размазывая крем.

Бармен, берет трубку. Зовет размечтавшуюся девушку: — Эй, мисс Монро! Спилберг на проводе.

Миледиснова присаживается к столику, на котором лежит пачка прессы, берет трубку:

— Вас слушает Миледи. Мила Крайнева…

Бармен ей: — Я же просил не давать этот телефон!

Она,огрызается: — Спасибо, Гарри! Буду давать твой мобильник. (в трубку) — Да! Я! Это мое объявление. Разумеется!.. Верхом? Прекрасно держусь в седле. Фехтую отлично… Актерский стаж? Миледи… Да, большая роль. В школьном театре. Почему же только в школе? Я и в настоящем работала…. помощником гримера… Нет… Нет, не пробовала… нет. Но ведь я готова к прослушиванию… Подождите пожалуйста… — (Бросает трубку). — Змея с плохим дантистом — сплошной шипение!

Бармен: — Сорок нокаутов за этот месяц. Настырная ты, детка. Рвешься затмить Энн Тарлтон.

Миледи: — Хочешь сказать — Анюту Сушко? Вульгарная, наглая корова. Изображает принцессу Диану. Видите ли, она выросла в Америке, училась в Лос — Анджелесе! Звучит конечно — Тарлон! Но все остальное — силикон и раскрутка!..

Валька: — Одно слово пиар.

Миледи: — Два: — пи — ар. Паблик релайшенс. Вот тебе общественное мнение!

(Миледи так, что бы не заметил бармен, с отвращением протыкает ручкой глаза на фотопортрете кинодивы). Снова садиться за столик у двери в кухню, листает газеты, где некоторые объявления обведены фломастером. Зачеркивает обведенные агентства.

(Трио и танец): —

Миледи: — «Нет… Нет… Нет…

Не гожусь, не подхожу, не нужна…

Просмотры, кастинги и прочая мура -

Ответ один: — «Все занято. Вот если бы вчера…

Свободны… Не толпитесь…» Не нужна…

А как же: Карл, что у Клары украл кораллы…

На дворе трава и на траве дрова…

А как же голос мой, что покорить способен залы,

А смех волшебный той, что миру не нужна?..

Бармен:

Ну если, разумеется, не быть монашкой

И обзавестись солидненьким папашкой,

Таким как я…

То можно было бы улучшить положение,

и материальное обеспечение…

Миледи: (обматывается шторой, как шикарным шарфом, танцует с барменом, Валькой и миксером)

«Да! Да! Да!» — забудьте вы про «Но»!

Ах, вашими талантам жюри покорено!

Пожалуйста, мы ждем вас! Ах, право, ерунда!

Автомобиль подать в постель уже с утра!»

Кивок с презрением и легкая улыбка:

«Вас много — я одна! Немножечко усталая,

но вовсе не капризная — чрезвычайно милая -

прелестная, игривая, изящная, красивая

— супер — гранд — брависсимо — звездющая звезда!»

Бармен и Валька повторяют:

«… немножечко усталая,

но вовсе не капризная — чрезвычайно милая -

прелестная, игривая, изящная, красивая

— супер — гранд — брависсимо — звездющая звезда!»

Миледи: — И тут же Карл несет в зубах кораллы…

В газоне у бассейна в траве дрожит роса

от голоса, что ждут с волнение все залы,

и смеха той одной, что всем теперь нужна…

Бармен:

— Ах, милая, так не пойдет, уж ты поверь.

Где хватка? Кулаки? Где крепкая рука?

Где выучка толкаться, стучать в любую дверь,

и брать на абордаж, причем — наверняка?

Валька:

А наша крошка моет, драит тут в две смены,

усердьем фору даст любому черному рабу,

а бабки тратит на журналы, мемуары,

портфолио, танц–класс, уроки ля–ля–ля и прочую муру.

Миледи:

— Как мучит и ласкает бремя славы

Кругом поклонники, завистницы, цветы,

Подарки, обещания, круизы,

Ко дню рождения со всех сторон сюрпризы…

«Для вас…», «Молю…», «Без памяти люблю…»

А честный Карл несет в зубах кораллы…

В газоне у бассейна искрясь дрожит роса

от голоса, что ждут с волнение все залы,

и смеха той одной, что всем теперь нужна…

Бармен и Валька повторяют:

«… немножечко усталая,

но вовсе не капризная и чрезвычайно милая -

прелестная, игривая, изящная, красивая -

— супер — гранд — брависсимо — звездющая звезда!»

(Расходятся по местам)

Бармен:

— Ну что тут говорить — у крошки в голове — сплошная ерунда!

С таким воображением в министры либо бомжевать. А вот по делу… По делу, извините — никуда. Другим в Фоли Бержер придется гарцевать.

Валька: — Миледи ждет, что к нам на кофеек заглянет

Кинг Балуев! Я не ошибся, детка? Пора спасать беднягу. Ну видно ж сразу (взгляд на фото) — он совсем зачах без жарких поцелуев.

Миледив гневе швыряет окутавшую ее занавеску, садится за столик читает объявление: «Агентству «Модел Фарбс» требуются уроды для участия в рекламном ролике….» Черт побери! Им нужна косая каракатица на костылях. И совершенно некуда деть красотку, смахивающую на Ким Бессингер.

(Дорисовывает портрету Энн на стене косоглазие и клыки).

Вальке: — А вот не сомневаюсь, что ОН непременно заглянет! Давай на спор?

В кафе вбегаетподростокв комбинезоне автозаправки, кричит: — Шеф меняет покрышку самой американке! Той самой, что недавно приз по кино взяла. Она идет сюда! И с ней господин — такой шикарный! Бабки во взгляде так и шуршат..

Бармен: — Сбрендил, парень! Мое заведение не на голливудском бульваре. И даже не на Мосфильме.

Парень выскакивает, что бы почтительно распахнуть двери перед посетителями.

Миледи: — ОН!!!

Заходит унылая, супер–элегантная молодая дама с брезгливым лицом — та, что на афише (Энн Тарлтон) С ней полный, потный, представительный мужчин.

Бармен: — О…добрый день, госпожа Тарлтон! Знаем, преклоняемся… Какая радость для всех нас!(делает знаки, что бы ушла выпачканная в креме Миледи. Торопливо включает кофеварку, достает коробку с зернами): — — Настоящий бразильский кофе высшего класса. Лично приобрел в Рио–де–Жанейро. Исключительно для ВИП персон.

Миледи поправляет волосы, старается попасть на глаза прибывшим. Бармен показывает ей, что бы скрылась на кухне и убрала прессу. Она собирает газеты и журналы, но не в силах уйти, разглядывая знаменитость.

Спутник актрисе: — Не капризничай, радость моя. Тебе полезно взглянуть как все это выглядит на самом деле. У нас как и у вас. Ну, то есть, как в этом задрыганном Городе Ангелов. Мир жесток к маленьким людям. Скверное место, убожество, дикая вонь, жуткие лица,… Обрати внимание на эту особу… нечто подобное тебе предстоит изобразить в начале нашего нового фильма…

Помощник бармена угодливо протирает стул и пододвигает его звезде. (Гости садятся)

Барменставит чашечки кофе: — От меня лично — поклонника вашего цветущего таланта.

Актриса, небрежно кивнув в знак благодарности, прислушалась к пению по ТВ — там Кинг поет про «Золотую девочку». Говорит с акцентом: — Мой Бог, и здесь я слышать его голос!

Спутник: — Феномен глобальной популярности. Твоего мужа крутят по всей стране и президенты и всякая шваль. Пардон, народ.

Энн Тарлтон, (живо переходя на украинский говорок): — А моему такой народ до фени! Он без понтов по всему миру бабки сшибает. Гребет по высшему разряду! И совершенно не нуждается в дешевой популярности…

Спутник: — Увы, широкий пипл далек от настоящего искусства! Слушают великого актера, при этом принимают внутрь всякую дрянь, свински упиваются и бьют друг другу лица. Смотри, какие типажи — боров и его телочка. (показывает на Бармена и Миледи. Обращается к девушке:) — Иди сюда, детка. Он трахает тебя, эта скотина? (Берет у нее журнал). А что мы читаем? «Мир кино»! Недурно, для этой забегаловки. (Оглядывается, видит изуродованный портрет Энн на стене, меняется в лице. Энн тоже багровеет. Спутник, спешно вставая, обращается к ней:) — Вот именно то, о чем я говорю тебе, милая, — полная нравственная деградация в массе!

Миледи торопливо сдирает афишу, прячет за спиной. Бармен делает ей ужасные глаза. Гости в боевой готовности надвигаются на виновницу. Та изображает нервный тик.

Валькаобъясняет гостям: — Она инвалид с детства. От волнения пошли судороги.

Энн, снова изображая леди: — Это тяжело смотреть… И ее духи, святой Патрик! Воздух! Мне надо иметь свежий воздух! Я буду говорить президент! Пусть запрещайт слушать мой муж в грязных местах.

Спутник: — Именно! Я немедля сообщу в Санэпид станцию, что видел на продуктах питания энергичных, хорошо упитанных тараканов.

Уходят.

Бармен кМиледи с глубоким вздохом: — Ты уволена, детка. В третий и в последний раз. И никогда, никогда больше добренький Гарри не пустит даже на порог…

Миледи: — К чертям тебя и твое заведение! Развел тараканов, бразильский шпион!

Берет телефон, решительно набирает номер.