Читаем Я бог. Книга XXXIX онлайн бесплатно

Рим.

Квартал Тестаччо.

Бар «У старого Луиджи».

Валера сидел за дальним столиком и третий раз подряд сдувал пенку с бокала. Пиво тут было на удивление приличное, хотя местные упорно пытались убедить его, что лучший напиток страны — это вино. Никакое вино Валеру не интересовало. От вина у него только зубы ныли и настроение портилось.

Бар был узкий, длинный, с низким потолком и вечным запахом жареного чеснока с кухни. Над стойкой висели связки колбас и сушеной травы. У окна спорили двое стариков. В углу музыкант настраивал мандолину и делал это так, что лучше бы не настраивал вовсе.

— Синьор, еще пива? — рядом возник полный официант в белом фартуке.

— Неси, — кивнул Валера. — И ту штуку с сыром.

— Фокаччу?

— Которую в прошлый раз. С дырочками.

Официант кивнул и унесся. Валера проводил его взглядом и вернулся к своим мыслям.

Мысли были простые. Божок с иглами в голове прятался где-то в Риме уже четвертый день. Они с Тари сели ему на хвост еще в Вене, потом преследовали его в Цюрихе, потом в Милане, и всякий раз тварь уходила в последний момент. Хитрая попалась. Не из тех, что сразу бросаются в драку. Эта пряталась, перемещалась и собирала вокруг себя людишек, которые считали ее чуть ли не спасителем. Поди подберись к такой в лоб, если она чует любой всплеск силы за пять километров.

С Тари они разделились — она со своими жучками исследовала Рим снизу и на окраинах. Валера взял на себя центр. Вот потому он и сидел в баре. В гавайской рубашке поверх свитера, в сланцах на босу ногу, с сигарой в нагрудном кармане. Со стороны — обычный турист, пропивающий отпускные. Силу он прижал в себе так, что даже Лора, будь она рядом, приняла бы его за среднего Магистра со слабыми каналами. Не больше. Любой уважающий себя божок поглядел бы на такого и зевнул.

Именно этого Валера и добивался.

Плюс у него была еще одна забота. Фанеров-старший. Эта тварь умудрилась исчезнуть у него из-под носа. Конечно, это он про божка.

Из этих мыслей его вырвали пятеро.

Вошли они кучно, столик выбрали в углу — подальше от окон и поближе к черному ходу. И это было подозрительно. Обычные посетители садятся лицом в зал, а эти лицом к выходу, чтобы видеть всех входящих, и, в случае чего, сразу дернуть. Валера отметил это равнодушно, как отмечают приметы погоды.

— Миша, дружок, если бы ты сейчас меня видел, ты бы подтвердил, что я хорошо замаскировался, — пробубнил он себе в воротник. Маскировке мешала разве что гавайская рубашка. Но ее не заметил бы только слепой, так что бонус был минусом одновременно.

Один из пятерки подошел к стойке и заговорил с хозяином. Говорил тихо, по-итальянски, так что Валера разобрал только фамилию: «Джордано». Хозяин помотал головой, парень нахмурился и вернулся к своим.

Заказали вина.

Ждали чего-то.

Валера терпеливо жевал фокаччу и наблюдал.

Прошло минут пятнадцать. Пятерка уже дважды оглядела зал. На Валере глаза каждого из них задерживались чуть дольше, чем на других посетителях. Крупный мужик в гавайке в Риме зимой — штука заметная. Не заметить его было нельзя, а сделать вид, что не заметил — сложно.

Наконец самый молодой из них, щуплый паренек с длинной шеей и большими ушами, встал и направился к столику.

— Синьор, — произнес он по-русски с ощутимым акцентом. — Извините. Я слышал ваш голос. Вы из России?

— Угу.

— А могу присесть?

— Угу.

Парень сел. Глаза у него были серьезные, немного воспаленные, будто он уже несколько суток толком не спал. Под левым ухом засохшая царапина, свежая.

— Меня зовут Антонио, — представился он. — Я ищу… ну, скажем так, людей. Которые не боятся помочь в одном деле. Бармен сказал, что у нас с вами одна забота. Лишние люди нам не помешают.

— Людей полно, — Валера отпил пива. — Что за дело?

Антонио помялся. Оглянулся на своих. Те кивнули, мол, говори.

— Дело плохое, — произнес он тише. — Мы охотимся на одну секту.

— Секту? — Валера постарался, чтобы в голосе прозвучало ровно столько удивления, сколько положено обычному работяге из Твери. — Это как?

— Секта, — повторил Антонио. — Жертвоприношения, черные обряды, и все такое. У нас у каждого они забрали кого-то. У меня — сестру. У Марко — отца. У Беатриче — жениха. Карабинеры ищут их, но от них толку нет. И времени нет. Поэтому мы нашли секту сами.

Валера медленно поставил бокал на стол. Вот это уже было интересно. В такие команды обычно стекаются те, кому нечего терять. А значит, на них можно положиться.

— И чего ты от меня хочешь, Антонио?

— У нас в группе не хватает людей. Мы узнали, где логово этих тварей. Сегодня ночью идем за их головами. Но нас всего пятеро, а их очень много. Если среди нас будет еще один маг, то шанс победить будет больше. Мы вам заплатим.

— Не надо платить, — махнул рукой Валера. — Я, знаешь ли, и сам от сектантов не в восторге. У меня с ними свои счеты.

Антонио подался вперед.

— У вас тоже забрали кого-то?

Валера помолчал. Подумал, как бы попонятнее объяснить, и выдал:

— Скажем так. Они забрали одного моего знакомого. Хороший дядька был. Пироги умел делать, наверное. Я человек простой, у меня понятия разные иногда путаются.

— Пироги?

— Ну, с начинками всякими. Короче, дядьку жалко.

Антонио покивал с такой серьезной миной, будто ему зачитали приговор. В его мире трагедии измерялись людьми. В мире Валеры — тоже, но последние три тысячи лет к этому прибавились планеты, галактики и пара-тройка измерений. Объяснять все это щуплому римлянину смысла не было.

— Садитесь к нашему столу, — предложил Антонио. — Познакомлю с остальными.

— Пошли.

Валера подхватил бокал и тарелку с фокаччей, достал сигару из кармана и двинулся к ним в угол. По дороге едва не снес плечом официанта, который нес поднос, но вовремя ушел в сторону. Официант все равно побледнел и перекрестился, хотя ничего особенного не произошло.

— Привычка у местных, — хмыкнул про себя Валера. — Чуть что, сразу к небу.

За столом сидели четверо. Крепкий бородач лет сорока с тяжелым взглядом — Марко. Девушка с короткими темными волосами и злыми зелеными глазами — Беатриче. Невысокий кудрявый парень, которого называли Лука, с перебинтованной левой рукой. И последний — длинный худой дядька с лицом учителя математики в отставке. Его представили как Рикардо.

Валера занял сразу два стула. Один взял под себя, а второй под ноги. Оба жалобно скрипнули. Устроившись поудобней, он обвел пятерку внимательным взглядом.

— Значит, охотники за сектантами, — подытожил он. — Приятно. А почему карабинеры не помогают?

— Карабинеры! — процедила Беатриче. — Кое-кого из них купили. Кое-кого запугали. А остальные сказали, что у нас нет доказательств.

— А Римская армия? Вроде, генерал Юлий всегда топит за народ, — хмыкнул Валера.

— Да, генерал Юлий, верно, — кивнула девушка. — Вот только кто же нас к нему пустит? Мы простые маги без выдающихся способностей. Вот, что осталось у меня от мужа.

Она вытащила из сумки сложенный листок и положила на стол. Это был обрывок какого-то ритуального рисунка — круг и руны, нарисованные кровью. Валера скосил глаза и мысленно хмыкнул. Руны были настоящие. Кто-то чертил их вручную, и руки у этого кого-то дрожали. Вышло такое убожество, что они могли призвать разве что изжогу. Хотя, может, цель и была таковой…

— Мой жених ушел в их храм месяц назад, — голос у Беатриче стал ровным, как у человека, который давно отплакал свое. — Его уговорили. Он был слабым и убедить его было раз плюнуть. Через неделю я получила этот листок в конверте без обратного адреса. Больше никаких вестей.

— Жених жив?

— Не знаю.

— Будем надеяться, что жив, — кивнул Валера. — Хотя, если по-честному, со счетов лучше не списывать и плохие варианты.

Беатриче заглянула ему в глаза. В них не было ни слез, ни обиды.

Марко положил на стол карту. Обычную, туристическую, купленную в киоске у Колизея, с обведенной шариковой ручкой точкой на окраине города.

— Катакомбы, — проговорил он хриплым низким голосом. — Вход вот здесь, под старой пекарней. Мы две недели следили. Они туда ходят ночами, по одному, маленькими группами. Несут еду, масла, свечи. Возвращается меньше, чем заходит.

— И вы хотите завалиться туда впятером?

— Вшестером, — поправил Антонио. — С вами.

Валера поднял бокал и сделал медленный глоток.

Катакомбы. Подземелье с колоннами, людишки с ножами, а в центре — божок с иглами. Идеальное завершение погони. Валера обрадовался.

— А что у вас с магией? — уточнил он. — Я сам-то, признаюсь, не Архимаг. Не помню точно, давно не сдавал экзамены.

Рикардо впервые подал голос. Говорил он тихо, почти шепотом.

— У меня предрасположенность к огню. Могу держать щит минут десять.

— Предрасположенность к магии земли, — Марко потер бороду. — Толком ничего не могу, кроме как швырнуть камнем в лицо.

— Лекарь, — сказала Беатриче. — Могу залечить серьезную рану. Или ослепить. Один раз получилось.

— Один раз не считается, — буркнул Лука. — Предрасположенность к магии воды. Могу заморозить кружку и сделать из нее холодный компресс.

— Менталист, — кивнул Антонио. — В бою не очень, но на расстоянии могу держать человека пару минут.

Валера молча оглядел всех пятерых. Самый сильный — Рикардо. В настоящем бою такой продержится секунд сорок, если повезет. Остальные, вообще еле-еле. Армия мечты.

— А вы понимаете, что против хорошо подготовленной секты с магами этого мало?

— Понимаем, — ответил Марко. — Но больше никого нет.

— И сколько их там?

— Мы насчитали двадцать человек. Может, больше.

— Двадцать один, — поправила Беатриче. — Я видела, как вчера зашел еще один. Высокий, в черном плаще, с капюшоном. Лица не разглядела.

Двадцать один приспешник и божок с иглами. Валера мысленно пересчитал и остался доволен. Хороший вечер намечался.

— Ну что ж, — он снова отпил пива. — Пойдемте ваших балбесов вынимать. Только у меня условие.

— Какое? — насторожился Антонио.

— Как только мы выберемся, с вас пиво.

— Если выберемся…

— Запомните, — Валера поставил бокал, — что нередко люди умные отходят на пару шагов назад и просто наблюдают за умными. А люди глупые лезут на рожон и мешают умным. Я прошу вас сегодня быть умными.

Марко хмыкнул в бороду.

— Договорились, — кивнул Антонио.

— Вот и славно. Закажу-ка я еще пивка. На посошок.

Окраина Рима.

Под старой пекарней.

Полночь.

Вход в катакомбы обнаружился там, где и обещал Марко — под полуразвалившейся пекарней на окраине. Сама пекарня уже лет двадцать никого ничем не кормила. Окна заколочены, вывеска «Panetteria da Paolo» висит криво, дверь забита двумя досками крест-накрест. Марко подвел группу к кованой решетке в боковой стене, сдвинул и открыл темный проход.

— Оттуда идет наклонный тоннель, — шепнул он. — Метров сто. Дальше будет развилка. Нам налево.

— Датчики? — уточнил Валера.

— Мы убрали, — Лука поднял левую руку с бинтом. — Дорого обошлось, но все чисто.

— Молодцы. Двигаемся.

Они пошли гуськом. Впереди Марко со своим каменным фонарем — кусок обычной гальки, который он умел подсвечивать тусклым желтым светом. Следом Беатриче, потом Антонио, Лука и Рикардо. Валера шел замыкающим. В тоннеле пахло сыростью, старыми костями и чем-то сладковатым, что Валера узнал сразу. Запах жертвенной крови. Не самой свежей, но и не очень давней.

— Приятно, — пробормотал он в темноту. — По крайней мере, по нюху мы точно пришли правильно.

Антонио впереди обернулся.

— Что?

— Говорю, хорошо идем.

Прошли метров двести. Развилка. Налево. Еще метров триста. Ход постепенно расширялся. Стены покрылись пятнами плесени, под ногами хрустела каменная крошка. Валера наклонился и подобрал кусочек. Это была кость. Мелкая, птичья.

Дальше он чувствовал впереди давление. Не сильное, аккуратно спрятанное, но неоспоримое. Божок был там.

— Команда, — тихо позвал Валера. — Стоп.

Все остановились. В тишине было слышно, как где-то впереди капает вода и слышались голоса.

— Слушайте меня внимательно, — продолжил он. — Когда мы выйдем в зал, не двигайтесь первые тридцать секунд. Просто стойте. Что бы ни происходило. Если среди них начнется паника — это нормально. Ваша задача — ждать. Сразу к родственникам не бегите. Сначала поле должно успокоиться. Поняли?

— Поле? — не понял Марко. — Какое поле?

— Любое. Магическое, физическое, обонятельное. Любое. Потерпите полминуты.

— Странный вы, синьор, — буркнул Рикардо.

— Это да, — согласился Валера. — Но я же предупреждал.

И первым шагнул дальше.

Через сорок метров проход обрывался, и они оказались на краю огромного зала. Валера остановился. Остановились и остальные.

Зал был действительно огромным. Потолок терялся в темноте метрах в тридцати. Толстые каменные колонны выстроились рядами — двенадцать штук с каждой стороны: гладкие, покрытые резьбой, напоминающей переплетение корней. Пол усыпан песком, и местами темным.

По краям зала стояли люди. Двадцать один, как и обещала Беатриче. В черных балахонах с капюшонами, с длинными ножами у пояса. Половина что-то чертили на камне, что-то жгли, что-то бормотали. Другая половина охраняла периметр.

А в самом конце зала на возвышении стоял он. Высокий, тощий, в плаще песочного цвета. Капюшон откинут. Голова вытянутая, кожа серая, восковая, а из черепа торчат тонкие черные иглы. Они росли как иголки из ежа, только подлиннее и поострее. Глаза у него были пустые, лишенные зрачков, как две выжженные точки. И смотрел он куда угодно, только не в сторону входа.

Значит, не почуял. Пока не почуял.

— Это он, — выдохнула Беатриче очень тихо. — Главный. В плаще с капюшоном, которого я видела.

— Он, — подтвердил Валера. — Стоим.

Простояли секунд тридцать. Беатриче у него за плечом вдруг дернулась.

— Лука! — прошептала она с ужасом. — Лука! Это же…

У одной из колонн сидел худой парень со связанными руками. С той же кудрявой макушкой, что и у Луки рядом. Брат, похоже. У Марко застыло лицо, когда он углядел у другой колонны еще одного мужчину — пожилого, явно отца. Антонио дрожащим пальцем ткнул в третью фигуру — там, спиной к ним, сидела девушка с длинной косой. Видимо, сестра.

Валера успел всех пересчитать. Пятеро, и все связаны. Своего родственника не нашла только Беатриче — ее жениха видно не было.

— Стоим, — повторил Валера.

Но тут, как назло, один из сектантов в балахоне обернулся.

Тишина стояла недолго. Балахоны бросились во все стороны, и все двадцать один человек закричали на неведомом языке. В воздухе зажглись защитные знаки. Пятеро магов подняли руки, между ладонями появились шары из черного пламени.

А иглоголовый на возвышении посмотрел прямо на них.

— Вот и здрасьте, — пробормотал Валера.

Пятерка его новых знакомых среагировала именно так, как он и опасался. Они кинулись вперед.

Марко выбросил перед собой ладонь, и из пола перед ним вырос каменный шип. Рикардо поднял руки, и перед группой вспыхнул огненный щит — красивый, в общем-то, и целиком бесполезный, потому что колебался, как листок на ветру. Беатриче закрыла глаза и выдала слепящую вспышку. На двадцать одного мага она подействовала примерно так же, как включенный фонарик на толпу людей в солнцезащитных очках. Лука заморозил небольшую лужу на полу. Антонио побледнел и схватился руками за голову, пытаясь кого-то удержать ментально. Но не смог удержать даже себя — закричал.