Читаем GROND I: Блицкриг онлайн бесплатно

Шесть вертикальных полосок, и седьмая по диагонали. Неделя. Еще одна неделя позади. Ольга прячет скребок в карман, отходит от стены и вглядывается в импровизированный календарь. Недельных отметок теперь сорок семь.

Конечно, это очень романтичный способ отмечать время, в духе старых приключенческих фильмов, но ничего лучшего Ольга придумать не смогла. Встроенные часы безукоризненно точно отмечают пройденное время, но ей хочется видеть перед собой простой настенный календарь как наглядное доказательство того, что проведенный в камере срок не является иллюзорным. Она здесь уже сорок семь недель, почти одиннадцать месяцев. Времени более чем достаточно, чтобы зачать и родить ребенка.

С определением дат закончили, наступает время очередного радиоэфира, внутренние батареи уже зарядились. Поехали…

– Энсин Ольга Воронова, торговый флот корпорации Сверхновая, личный номер 294770, место службы – орбитальная станция Высокий Дом 8. Меня похитили второго января две тысячи девяносто второго года и удерживают здесь уже одиннадцать месяцев. Всем, кто меня слышит – прощу помощи; сообщите в штаб-квартиру или в Агентство Космической Безопасности, они ищут меня. На своем заводе я зарабатываю огромные деньги, полтора миллиарда ежемесячно, за мое спасение вам выплатят любую награду, какую пожелаете. Повторяю – энсин Ольга Воронова, торговый флот корпорации Сверхновая, личный номер 294770, место службы – орбитальная станция Высокий Дом 8. Прошу помощи. Меня похитили и удерживают здесь уже одиннадцать месяцев…

Девушка транслирует это короткое сообщение десятки раз в день на тысячах известных ей языков, надеясь, что направленный сигнал преодолеет толстые стены и кто-нибудь услышит ее. Кто-нибудь узнает, что ее держат здесь уже почти год.

Здесь это кубическая комната со стороной три с половиной метра. Стены, пол и потолок из тускло-красного камня, камера, судя по всему, вырублена целиком в скальном массиве.

Камень темный, гладкий и прочный: базальт с прожилками кварца и оливина, похожими на мутное стекло. Ольга не настолько сильна в геологии, чтобы понять по косвенным признакам, где именно на Земле она находится, такие породы встречаются по всему миру. Ясно одно – сделать подкоп в стиле тюрьмы Шоушенк не получится.

Тщательно осмотрев стены в первый день, ей удалось найти небольшую выбоину и с большим трудом отломить маленький заостренный осколок, которым девушка затем чертила календарь, на чем ее успехи и ограничились.

Дверь – высокая, стальная, на мощных петлях, без глазка или решетчатого окна, должна открываться вовнутрь, но не хочет – за сорок семь недель дверь ни разу не открывали. Еще есть вентиляционные пазы по углам на потолке, такие узкие, что в них не пролезет и полевая мышь. Там же, наверху имеется небольшое отверстие, в данный момент наглухо закрытое стальным лючком, что-то вроде пневматической почты, через которую два раза в неделю сбрасывают пакет с пайком. Обычной еды и воды не было ни разу за все сорок семь недель, неизвестные тюремщики снабжают узницу питательными капсулами космического рациона, содержащими все необходимое для организма. Раньше она крайне редко потребляла такие таблетки, ибо в Высоком Доме не было недостатка в настоящей еде, и поначалу эрзац питание сильно раздражало. Но со временем привыкла, благо рацион высшего класса, таким снабжают экипажи боевых кораблей.

Закинуться капсулами надо быстро – через час после раздачи они распадаются в невесомую пыль, которую тут же уносит вентиляторами. Умыться негде, но два раза в неделю вместе с пайком Ольга получает гигиенические салфетки, которыми надо быстро протереть все тело до того, как и они распадутся в пыль. Наблюдают ли за ней в момент импровизированной ванны – естественно, наблюдают, наблюдают круглосуточно, она уверена несмотря на то, что до сих пор ей не удалось обнаружить ни единого следящего устройства.

Обстановка спартанская – лампы на потолке, которые отключаются на двенадцать часов, оставив крошечный синий фонарь, абсолютно пустой откидной стол, привинченная к стене койка, многофункциональный турник, зеркало и проекционный экран, который Ольга рассматривает как свое главное сокровище.

Время здесь тянется долго, как вязкая, грязная вода, заняться особо нечем. Чтобы не потерять форму, девушка часы напролет выполняет упражнения на турнике, подтягиваясь и качая пресс до тех пор, пока буквально не падает от усталости, а когда переведет дух, смотрит на экране старые записи. Текущих передач нет, но в памяти экрана десятки и сотни тысячи фильмов и телепрограмм столетней давности. От нечего делать просматривая старые фильмы, Воронова, к своему удивлению, обнаруживает, что ей нравится голливудский кинематограф тридцатых-сороковых годов двадцатого века, а также телесериалы, чем длиннее, тем лучше.

Очередной радиосеанс ответа, как обычно, не дал. Через десять минут можно будет попробовать еще раз. Ну а пока узница падает на кровать, закидывает руки за голову, и начинает размышлять вслух о текущей ситуации.

– Ольга Воронова выходит в эфир, начинаем нашу триста двадцать девятую ежедневную передачу для лиц, временно находящихся в местах лишения свободы. Итак, еще один день позади, ситуация не изменилась. Я по-прежнему в заключении – это минус, но с другой стороны, я по-прежнему жива – это плюс. Если они не убили меня за все триста двадцать девять дней, то можно сделать вывод, что я нужна своим неизвестным похитителям с той или иной целью, значит, у меня еще есть шанс прожить жизнь свободно, долго и счастливо. С чем я себя и поздравляю.

Этой своеобразной мантрой Оля успокаивает себя уже несколько месяцев, но от сомнений она помогает не сильно. Кто те «они», нехорошие, заточившие ее в темницу? Зачем «им» это понадобилось? Как она оказалась в тюремной камере? Нет ответа…

Воронова не помнит вообще ничего с момента прибытия спасателей на разрушенную космическую станцию Высокий Дом 8. Вроде она делала какой-то доклад командиру спасательного корабля, вот последнее, что девушка помнит наверняка, а затем все как-то потускнело и вновь обрело яркость только здесь, на койке в тюремной камере. Сколько прошло времени между этими двумя моментами сказать затруднительно, внутренние часы были сброшены на ноль и пошли снова только после того, как она очнулась. По всей видимости, достаточно много.

Где она находится? Неизвестно, какое-то подземелье, больше она ничего не знает. Поначалу, попав сюда, Ольга часами лежала на полу, прижавшись ухом к камню, пытаясь услышать шаги, гул машин, шум подземных вод – что угодно, но так ничего и не услышала. Царила полная тишина, но пару раз случались подземные толчки, камеру трясло от близких землетрясений, что ей сильно не понравилось. Больше не происходило ничего вообще, оставляя только тягучее время.

В первые дни и недели Ольга боялась, что дверь камеры может распахнуться в любой момент, после чего ее выведут в какой-нибудь заканчивающийся тупиком коридор и там выстрелят в затылок. Но этот страх давно ушел, растворился в длинной череде идентичных дней. Теперь она боится, что будет сидеть здесь до тех пор, пока не сойдет с ума.

Каждодневные размышления на протяжении сорока семи недель не вносят ясности происходящему. Девушка не знает, где находиться, не знает, как попала сюда и не знает, сколько еще предстоит провести в комнате из темного камня наедине с телевидением вековой давности. Но это не главное. Главное – она не понимает, почему оказалась здесь.

Ольга раздумывает о причине своего заточения с того момента, как проснулась на жесткой койке без одеяла и подушки, все равно больше заняться нечем. Ее держат здесь потому, что обвинили в каком-то преступлении? Вполне возможно, подходящая статья найдется, ей запросто могли предъявить обвинение в убийстве Электры Донован и ее друзей, которые нагрянули на Высокий Дом в ночь со второго на третье января 2092 года под видом терпящих бедствие. На самом деле отряд золотой молодежи на роскошной яхте решил поиграть в террористов и уничтожить важнейший орбитальный завод вместе с единственным управляющим – Ольгой Вороновой, которая несла там бессменную вахту с трехмесячного возраста. Второго января ей исполнилось двенадцать, она была самой молодой из всех хозяев Высоких Домов, видимо, потому нападавшие и выбрали именно ее завод, посчитав, что справятся с юной хозяйкой без всяких проблем.

События нескольких последующих часов показали всю ошибочность их расчета, Воронова оказала отчаянное сопротивление захватчикам, покусившимся на ее владения. В одиночку она бы не справилась, но верный товарищ, куратор Михаил Петров поддержал осажденный Высокий Дом метким артиллерийским огнем, уничтожив яхту и вместе с ней половину банды. С остальными пришлось разбираться уже самой Ольге, обороняя свой гражданский объект всем, что попадется под руку. Ей удалось уничтожить террористов, всех, кроме одного, самого главного – Электры. Воронова не убивала ее, Электру убил старший помощник Док, универсальный корабельный робот. Убил, защищая своего капитана, сознательно пойдя на тягчащее нарушение Первого Закона и затем навсегда стерев свое сознание в наказание за небывалое преступление. Вот что действительно произошло в ту ночь.

На Земле о случившемся узнали не все. Ольга в своем рапорте подробно рассказала об инциденте и своих действиях, солгав только в одной, но самой важной детали. Она не стала раскрывать правду о том, кто убил Электру, ибо не хотела, чтобы инженеры Корпорации накинулись на погибшего ради нее старшего помощника. Они наверняка попытались бы его восстановить и выяснить, как именно Док смог обойти всесильный Первый Закон, ведь если у одного робота получилось, то может получиться и у других. Несколько раз в прошлом подобные случаи уже происходили, каждый раз сопровождаясь самым тщательным расследованием, которое Вороновой было совсем не нужным по личным причинам. Так что она взяла смерть Электры на себя, сочинив версию о том, как убила дочь президента в рукопашной схватке, и о том, как корабельный робот погиб в бою, для пущей убедительности переписав остатки его памяти.

Хозяйка выполнила свой долг, в тяжелейшем сражении отстояв родной завод который был для нее всем. Так как же так вышло, что наградой за победу стала бесплатная путевка в тюремную камеру почти на год?

Допустим, всесильный папочка Электры решил отомстить за смерть любимой дочки и ее подельников, которые все как один происходили из кланов современной аристократии, данное предположение кажется вполне логичным. Но отдать Ольгу под трибунал он не мог, ибо на суде вскроется вся правда про нападение на Высокий Дом, значит, ее надо бросить в тюрьму тайно, без расследования и приговора, именно так она и оказалась здесь. Тоже вроде бы логично, но есть одно но – зачем такие сложности, почему было просто ее не убить каким-нибудь особенно изощренным способом? Проживание в комфортной одиночке не кажется ей особо страшной местью, хотя, возможно, все самое интересное еще впереди.

А что, если не было никакой мести? Что, если ее отправили в тюрьму по какой-то другой причине? По какой? Деньги? Вложенные в нее знания и умения стоят миллиарды, но без завода они бесполезны. Работа? Да, она отлично умеет работать, ее приучали к упорному труду с раннего детства, только вот здесь работы нет – качай бицепсы, смотри старые сериалы да потребляй дорогие пайки, вот и все обязанности.

Факт отсутствия работы еще более странен, чем отсутствие суда. Дни, когда преступники просто сидели в камерах, день за днем в безделье мотая срока, миновали задолго до ее рождения. Тюрьмы повсеместно превращены в трудовые лагеря, где заключенные должны тяжелым трудом отрабатывать миску баланды и стакан воды, а на других планетах еще и каждодневный лимит кислорода. Не только отрабатывать, но и приносить стабильную прибыль хозяевам данных предприятий, соревнуясь в эффективности с машинами.

Ольга помнит каждую серию любимого в детстве сериала «Духовка» про тяжелую жизнь женской исправительной колонии на окраине Земли Иштар, недалеко от северного полюса Венеры. Она помнит, как в свои пять лет с замиранием сердца следила за увлекательнейшими приключениями отважных героинь, противостоящих адским природным условиям второй планеты от солнца, опасностям труда на рудниках и жестокости тюремной системы. Уже потом, пообщавшись с товарищем Петровым, который во времена своей академической практики возил заключенных на Венеру, а затем самостоятельно узнав в матрице интересовавшие ее факты, Ольга поняла, что любимый сериал был красивой сказкой, а реальность подневольного труда на других планетах гораздо более сурова. Опаснейшие условия и тяжелейший труд, создание капиталов для хозяев рудников и заводов семь дней в неделю, триста шестьдесят пять дней в году.

А она сидит здесь одиннадцать месяцев и не заработала за это время ни рубля? Как такое может быть, когда еще год назад Ольга приносила прибыль в полтора миллиарда ежемесячно? Даже если у нее больше не будет любимого завода, то Измененной ее уровня, отлично обученному оператору всегда найдется другая работа. В любой тюрьме на Земле и за ее пределами Вороновой бы уже давно нашлась должность – заключенный должен делать деньги, и она отлично умеет их делать. А приходится сидеть без дела, словно Робинзон на необитаемом острове. Поправка – Робинзон времени даром не терял, работал сам на себя и многого добился, а она же просто проводит дни и ночи в ожидании неизвестно чего.

В первые дни и недели заключения девушка пыталась сыграть на финансовом интересе, подолгу обращаясь к стенам и потолку камеры, зная, что ее видят и слышат. Ольга выступала с заранее продуманными и хорошо поставленными речами, предлагая своим похитителям предоставить ей чуть больше свободы в обмен на работу, которую она будет для них делать, в обмен на деньги, которые она будет для них зарабатывать. Ответа не последовало.