Читаем Грехи Матери онлайн бесплатно

Роберт Дж. Хейс

Грехи Матери

Вечная Война – 4

Перевод Александра Вироховского

Меня зовут Эскара Хелсене. Для моих друзей — Эска. Я родилась в лесной деревне Кешин, что на землях Оррана. Мои родители были ничем не примечательными, они собирали травы и плели корзины, но во мне соединились две древние родословные, и я стала могущественным Хранителем Источников. Когда мне было шесть лет, в нашу деревню приехали вербовщики и забрали меня. У меня не было выбора.

Следующие десять лет я провела в Академии магии Оррана. Там я встретила своего лучшего друга Джозефа, и вместе мы выжили. Наставники научили меня пользоваться магией, но они также сделали из меня оружие, которое империя Орран могла бы использовать против своих врагов. А еще там был герой моего детства и серийный придурок Железный легион. Он поставил эксперимент на Джозефе и на мне, введя нам измельченные Источники и пробудив во мне врожденную некромантию.

Когда мне было шестнадцать, война между Орраном и Терреланом достигла апогея. Произошла последняя битва. Нас с Джозефом отправили на передовую. Мы проиграли. Империя Орран была разрушена, а нас схватили и отправили в Яму, подземную тюрьму.

В Яме надсмотрщик пытался сломить мою волю, а бригадиры пытались сломить мое тело. Мы копали, ели кашу, а я лелеяла свои обиды. Там я нашла новых союзников: Хардта и Изена, отважных братьев, и Тамуру, безумного старого Аспекта. Я также встретила Сссеракиса, древнего монстра из Другого Мира, живое воплощение страха. Он владел мной, поселившись в моей тени и моем разуме, пока я не нашла способ отправить его домой.

Затем Джозеф предал меня. Надсмотрщик сломал его, а затем использовал, чтобы сломить меня. У него ничего не вышло. Я разработала план побега и забрала Хардта, Изена и Тамуру с собой. Я оставила Джозефа в Яме. Мы прорыли туннель в подземный город Джиннов (возможно, ты помнишь, что Джинны и Ранд наши боги, хотя большинство из них мертвы, и я молюсь, чтобы так оно и оставалось). Мы с Изеном стали очень близки, и это хороший способ сказать, что у нас был беспорядочный, болезненный секс.

Мы были в нескольких шагах от поверхности, когда нас догнал Джозеф, решив вернуть меня к надзирателю. Он убил Изена. Я проглотила найденный мной Источник хрономантии, вынудив Джозефа сдаться или наблюдать, как я умираю от отторжения Источника. Магия состарила меня на десять лет за одну минуту, но Джозеф сдался. Я оставила его умирать там и вместе с Хардтом и Тамурой наконец выбралась из Ямы.

Мы бежали, а терреланские псы гнались за нами по пятам. Вскоре мне стало ясно, что я ношу ребенка Изена. Мы встретили воровку по имени Имико; она обокрала меня, а потом сильно отлупила. Я возненавидела ее, но мы быстро стали самыми близкими друзьями. Она провела нас на борт летающего города Ро'шан, где правила Мезула, последняя из Ранд.

Именно на Ро'шане я встретила Сильву, дочь и аспект Ранд, любовь всей моей жизни. Я родила свою первую дочь, Кенто, и была уверена, что не готова ее растить. Сильва помогла найти семью, которая согласилась бы удочерить ее, и я больше никогда не видела свою дочь.

Я стала работать на Ранд, исследуя старые руины в поисках древних магических артефактов. Во время одного из таких исследований я была близка к смерти. Я стояла в центре дугошторма, и мое тело поглотило его, став с ним единым целым. Он все еще бушует во мне, благодаря врожденной дугомантии. Столкновение со смертью открыло новые перспективы, и когда я вернулась в Ро'шан, я попыталась найти Кенто. Сильва и Мезула были единственными, кто сообщил мне, что Кенто умерла всего через неделю после того, как я от нее отказалась.

Тогда Мезула дала мне новое задание — забраться в летающий город До'шан и убить последнего оставшегося Джинна. Она отправила со мной Сильву. Я взяла с собой и своих друзей. До'шан открыл мне много истин. Я узнала, что Источники, драгоценные камни, которые наделяют Хранителей Источников нашей магией, — это кристаллические гробы, которые остаются после смерти Ранд или Джинна. Да, мы, Хранители, подпитывали свою магию, поглощая мертвых богов. Я также обнаружила, что боги неразрывно связаны законами этого мира. Когда умирает Ранд, то же самое происходит и с Джинном, и наоборот. И что Аспекты Ранд, такие как Сильва, были созданы, чтобы обойти это правило. Именно тогда я поняла, что Сильва была послана в До'шан, чтобы умереть вместо Мезулы, когда я убью Джинна.

Я отказалась сражаться с Джинном, отказалась быть причиной смерти Сильвы. Сильва напала на Джинна сама, и я попыталась ее остановить. Мы поссорились. Я ее убила. Это был несчастный случай, который преследует меня до сих пор. Тогда я немного обезумела и напала на Джинна. Вся моя ярость была потрачена впустую против жизнестойкости бога.

Джинн предложил мне силу в обмен на свою свободу. Мы заключили три сделки. Сначала на магию, затем на знания и, наконец, на возведение города с нуля, который послужил бы центром империи, которую я стремилась построить.

Я оставила Джинна в До'шане и начала строить свое королевство. Я узнала, что Джозеф все еще жив и находится в плену у этого безжалостного дерьма, Железного легиона. Я также узнала, что император Террелана помогает Железному легиону и собирает армию, чтобы напасть на мое королевство.

С помощью Сссеракиса я собрала свою собственную армию монстров из Другого Мира и выступила навстречу армии Терреланской империи. Мы сражались. Я проиграла, была схвачена и в цепях доставлена в столицу Террелана. Там император Террелана мучил меня несколько месяцев, пытаясь вытянуть из меня все свои крики, пытаясь заставить меня покончить с собой. Он даже отнял у меня левую руку. Он сломал меня, свел с ума.

Я воссоединилась с Сссеракисом в том подземелье, и мы стали ближе, чем когда-либо. Вместе мы вырвались на свободу. Я обезумела и использовала свою врожденную некромантию, чтобы вызвать эпидемию нежити, которая поглотила столицу. Когда город загорелся, я напала на дворец, убила терреланского императора и положила конец всему его роду. Я положила конец империи за одну ночь.

Я вернулась в свое королевство и по дороге встретила барда. Мы провели вместе ночь. Девять месяцев спустя родилась моя вторая дочь, Сирилет.

Это самодовольное потное пятно, Железный легион, был все еще жив и прислал мне сообщение, угрожая всему, что я построила, если я не приду к нему. У него все еще был Джозеф, так что я пошла. Я оставила свою королевство и свою дочь на попечение Имико.

Я была не готова, и Железный легион, да сгниет он заживо, захватил меня в плен. Его эксперименты над Джозефом и надо мной, когда мы были детьми, были попытками превратить нас в сосуды для воскрешения наших мертвых богов. Это сработало. Железный легион использовал нас, чтобы вернуть к жизни Ранд и Джинна. Затем он попросил у воскресших богов помощи, чтобы избавиться от неестественного старения, вызванного хрономантией. Боги переделали его тело, и в этот момент слабости мы напали на ублюдка.

С помощью Сссеракиса и Джозефа я заставила Железный легион использовать слишком много магии. Его тело не выдержало напряжения, и он сломался из-за отторжения своих Источников. В результате взрыва дикой магии остался шрам на самой реальности. Джозеф защитил меня, приняв на себя основной удар магического разряда, и его тело было искалечено силой.

Я прошла через многое, но у меня все еще оставалась одна работа. Сссеракиса нужно было отправить домой, чтобы он сражался с древним врагом в Другом Мире. Я открыла портал в Другой Мир и покончила с собой, чтобы освободить Сссеракиса из тюрьмы внутри меня.

Хардт последовал за мной. Он нашел меня и вернул к жизни. Я немного ненавидела его за это. Мы спасли пару детей, Трис и Ви, над которыми Железный легион проводил эксперименты, и я усыновила их, чтобы растить как своих собственных.

Когда все мои старые враги были уничтожены, а Сссеракис отправлен обратно в Другой Мир, я вернулась в свое королевство, чтобы править и воспитывать Сирилет так, как только могла.

Я была там, когда Второй катаклизм навсегда изменил наш мир. И то, что произошло после него... Что ж, полагаю, это все на моей совести. Неудивительно, что в разгар этих великих событий я оказалась в эпицентре шторма. Или, возможно, я была штормом. Мир вокруг меня изменился. Я изменила мир вокруг себя, потому что без этого изменения мы бы все погибли. С другой стороны, мы все еще можем. Всему приходит конец. Любая жизнь заканчивается. Но будь я проклята, если уйду тихо!

Я была там. Парила над всем этим. Наблюдала за тем, как игра заканчивается. Я видела столб яркого алебастрового пламени на фоне серебристого неба. Река крови окрасила грязную землю в алый цвет. Бледная плоть, вырывающаяся из-под земли, сокрушающая скалы вокруг себя, рвущая небо. Монстры, ужасы и создания, пришедшие прямо из наших ночных кошмаров. Земляне, пахты и даже гарны прекратили свою бесконечную борьбу, чтобы умереть на поле боя, встретив свой конец вместе. Объединенные. Впервые в истории, объединенные. Но не мной.

Я была там. Я видела, как гибли мои друзья, и знала, что ничего не могу для них сделать. У каждого из нас были свои роли, свои битвы, в которых нужно было сражаться. Мы сражались вместе и порознь. Хранители Источников опустошали поле битвы в сотнях разных мест, объединив всю мощь нашего мира в борьбе с противником, с которым никто из нас не мог справиться в одиночку. У нас остались жалкие силы, но это тоже моя вина. Молния вспыхивала, когда один из Хранителей умирал от отторжения. Дугошторм сеял хаос как среди друзей, так и среди врагов. Враг вырывал свою плоть из шторма, оставляя тлеющие куски себя. Но у него была запасная плоть. У нас ее не было.

Я была там. Мои дети сражались в собственных битвах, как внешних, так и внутренних. Я подготовила их, насколько могла, но этого было недостаточно. Этого никогда не могло быть достаточно. Мы никогда не сможем должным образом подготовить наших детей к тому, что мир бросит в них. Их жизни непостижимым образом отличаются от наших, и, в конце концов, все, мы можем только надеяться, что сила, которую мы в них взрастили, окажется сильнее тех слабостей, которые мы им привили. Мои дети сражались в собственных битвах. И я видела, как они падали.

Я была там. Неподалеку открылся портал, и из него выпрыгнул пахт-Хранитель Источников, пронесшийся мимо меня. Аэромант на пике своих способностей, обладающий способностью летать. Два геллиона заметили пахта и устремились за ним, хлопая крыльями, вспенивая дымный воздух. Возможно, я могла бы остановить их, спасти его, но это был не мой бой. На меня не обратили внимания, и я парила над всем этим, собирая силу. Ну, не совсем так. Моя сила всегда была под рукой. Я собиралась с духом, ожидая своего врага.

— Я вижу его, — сказала я, когда наш враг, наконец, проявил себя. Война складывалась неудачно для обеих сторон. Мои войска гибли, раздавленные или еще хуже, под натиском чудовищного врага, которого они не понимали. Не было надежды победить. Но и наш враг понес слишком большой урон. Он больше не мог прятаться под камнями и землей. Наконец-то он показал свою истинную сущность. Наконец-то он открыл свое сердце.

— Я готова. — Ложь, хотя и произнесенная из лучших побуждений. Мы никогда не бываем готовы к важным событиям в нашей жизни, и любой, кто говорит иначе, либо дурак, либо шарлатан. Важные события и поистине знаменательные моменты подкрадываются к нам незаметно, как ассасины в ночи. Ты можешь планировать и готовиться, даже закалять себя перед лицом боли, которая, как ты знаешь, должна наступить, но ты никогда не сможешь быть по-настоящему готовым. Мы рождаемся в этом мире неподготовленными к его ужасам и чудесам, к испытаниям, которые он ставит перед нами, и к жертвам, которые требуются, чтобы пережить их. Мы покидаем его таким же образом. Я знаю. Я говорю по собственному опыту. Однажды я уже умирала, и у меня не было желания проходить через это во второй раз. Но миру наплевать на наши желания.

Я задержалась еще на несколько мгновений, высматривая в поле боя хоть какие-то знаки тех, кого я любила. Они ушли. Все они ушли. Все, кого я любила, пали под сокрушительной массой нашего врага, когда он появился из своего укрытия. Если бы только те, кого я ненавидела, пошли тем же путем, но, конечно, они все выжили.

— Я знаю! — рявкнула я. Время было не на моей стороне. Не на нашей стороне. Я медлила, откладывала на потом, боясь встретить свою судьбу. И с каждым мгновением, когда я колебалась, все больше из нас гибло. У меня не было времени. У нас у всех было мало времени.

Я была там. Я закрыла глаза, сделал глубокий вдох и упала. К земле, к полю битвы. Моему полю битвы. Моей войне. Они назвали это войной Королевы-труп. Что за чушь! Она была не моей, она была нашей, полностью нашей. Это была битва за все. Второй катаклизм. Конец всему. Я не начинала эту войну и сражалась в ней не за себя. Я сражалась за них. За моих друзей и мою семью. За моих детей. За всех жителей Иши. За землян и пахтов, гарнов и муров, и всех остальных. Даже за Про́клятых и Диких. За всех жителей Оваэриса и Севоари. Я сражалась за всех. За всех!

И я собиралась умереть за них всех.

Я начинаю свой рассказ с конца, потому что считаю важным представить этот контекст, но тебе нужно знать гораздо больше. Я надеюсь, что знание о конце покажет мои действия в менее мрачном свете, хотя и сомневаюсь в этом.

На чем я в последний раз закончила свой рассказ? Железный легион был мертв, его уничтожило отторжение Источников. В мире возродились два новых бога: Ранд и Джинн. Две стороны одной и той же отвратительной монеты. Мы скоро доберемся до этих ублюдков. Я покончила с собой, чтобы вернуть Сссеракиса в его мир. Мой ужас. Существо из страха и тени, которое настолько стало частью меня, что я не могла сказать, где заканчивалась я и начинался он. Это был единственный выход. Сссеракис был нужен Севоари для борьбы со своим древним врагом. Я была готова отдать свою жизнь, чтобы дать ему эту возможность. Конечно, в этом был и эгоизм. Я хотела умереть. Я хотела покончить со своей болью.

Но Хардт вернул меня к жизни. Тот большой дурак, который беспрекословно следовал за мной с тех пор, как я помогла ему выбраться из Ямы. Я никогда не заслуживала его преданности или любви, но он дарил мне и то, и другое, без колебаний и оговорок. Он и этот сумасшедший старик, Тамура, напомнили мне, что у меня есть причина жить.