Читаем Гоблин Том 6 онлайн бесплатно

Подземелье.

Ярус Первопредков. Область мертвых

Паргон застыл в неподвижности около так называемого яруса Первопредков. Его цель, его заготовка была там, внизу.

Он вздохнул.

Три года. Столько времени он добирался сюда по этому сраному Подземелью.

Казалось бы, ничего сложного нет — просто спуститься в Подземелье и найти меченого его знаком Практика-заготовку, постигшего какой-то Закон. Звучало всё просто. Но с самого начала всё пошло не по плану. Подобные сложности Паргон и представить себе не мог. Конечно, в чем-то виноват и он сам, но всё же….

Мысли вернулись к событиям трехлетней давности.

Всё началось с обвала, вернее, с землетрясения, которое его вызвало. Едва Паргон вошел в Подземелье, как толчки, идущие из глубин, начали сотрясать этот подземный мир, и отовсюду посыпались булыжники и крупные камни. После очередного толчка тоннель впереди завалило. Это его не смутило — он разбил завал парочкой ударов. В целом, весь этот камнепад был ему не страшен: даже упади на него целый кусок скалы, он бы выжил и быстро восстановился. Что-что, а тварью Паргон был живучей — и знал это. Именно поэтому кроме гребанной Мареты, которая постигла Закон Смерти, он никого не боялся. Ну, почти никого.

Никого не боятся только глупцы — а он им не был.

В подземельях он уже был, хоть и очень давно. Но кое-что он помнил из того времени — то, что по-настоящему опасные твари обитают в Подземельях на самых нижних ярусах. Да, тогда он был намного слабее, и не обладал даже четвертью той силы, которая в нем была сейчас.

Поэтому вел себя он слегка беспечно, особенно на Верхних Ярусах, где большой опасности быть не могло. Вернее, так он думал, пока ему встретились сраные твари — полудроу-полупауки. Он убил их, но поглотить их память так и не смог. Это ему совсем не понравилось. Ведь поглотив их память, он хотел узнать об обстановке тут, внизу, а по итогу шел как слепой, руководствуясь лишь меткой — а это был ненадежный путеводитель.

Первым делом он хотел зайти по пути в город Тхер Гхол. Чтобы до него добраться, у него ушло около недели — к этому времени землетрясения и подземные толчки завершились, и путь стал поспокойнее. Ему встретились по пути беглецы из этого города, и нескольких он… поглотил. Увы, их воспоминания были тоже отрывочны: было много жертв, — эти дроу-пауки многих убивали, — но больше ничего конкретного не было. Это лишь подогрело интерес Паргона к тому, что же там произошло, и он твердо решил туда заглянуть.

Естественно, так просто заглянуть не удалось. На страже города стала парочка этих мутантов. Но всего лишь одно движение руки — буквы закона сплелись вокруг их тел и они умерли. Моментально.

После этого Паргон беспрепятственно, словно был на прогулке, заглянул внутрь пещеры. Он ощущал оттуда сильную ауру могучего существа. Такого существа в такой близости к Поверхности просто не должно было быть. По хорошему нужно было уйти, но жажда Паргона, его безумное желание Поглощать, почувствовав сильного соперника, просто накрыло его с головой. Сложно сопротивляться этому, когда это твоя суть, когда Закон пропитал твое тело, когда он требует Поглощать сильных, чтобы ты становился еще сильнее. Немного контролировать эти порывы помогал Паргону Закон Разума. Но закон Разума не был первым, он не был доминирующим законом. Именно первый Закон и есть суть существа, самое близкое ему — то, что он понял лучше всего, понял первым, и оно отражает его представление о мире. Для Паргона мир — это место, где можно стать сильнее, и всё было его добычей.

Шаг — и он оказался в пещере. В городе.

Интересно… — подумал Паргон и двинулся внутрь, распространяя вокруг себя кольца Закона Поглощения. Для безопасности.

И через пару мгновений его атаковали выскочившие словно из ниоткуда мутанты. Троица. Они попытались атаковать его Тьмой. Он лишь усмехнулся, глядя на эти жалкие попытки. Тьмой он и сам владел, как многие изгнанные, и уж развеять жгуты и плети тьмы мог легко.

— Сгиньте, — он отмахнулся от них, словно от назойливых мушек, и через секунду вся жизнь, вся сила, что была в них, вся кровь была Поглощена. Паргон мог поглощать всё живое.

Его интересовали не это выродки, а кое-что другое. Кое-кто другой. В ста шагах от него застыли несколько десятков мутантов. Они видели, что произошло с их братьями и приближаться к Паргону не спешили.

Глаза его искали то самое существо, которое он ощутил еще снаружи.

Бах!

Через мгновение на него навалилась огромная тяжесть чужого внимания.

Он поднял голову к потолку.

Вжух!

Оттуда спрыгнуло существо. Женщина-паук. Паргона передернуло от омерзения. Тело девушки, несомненно, было красивым, как и лицо. Вот только эти четыре пары глаз и… лапы. Он никогда не любил насекомых.

— А ты что за тварь?

Паргона не обманывала внешность мутантки перед ним: несмотря на сходство с дроу-паукам, она отличалась от них. Ее глаза источали ауру древнего и злого существа, а вокруг тела сгущались плотные потоки Тьмы. Вот это был уже совсем другой уровень владения энергией, признал он.

Вокруг огромных лап, размахом пару десятков шагов, — намного больше, чем у мутантов вокруг, — стекали капли тьмы, словно конденсируясь на черных волосках лап. Подчиненные паучихи встали позади нее. Под защиту.

А в следующий миг на него обрушилась огромная волна тьмы, захлестнувшая всё вокруг.

Паргон топнул ногой и вокруг него пошел рябью воздух с тысячами символов. Символом закона.

Бах!

Тьма разбилась о его Закон, словно о незримую преграду, и отхлынула обратно.

Тем временем дроу-пауки, стоявшие позади этой женщины, начали собирать тьму и передавать ей толстыми потоками.

А что если ее поглотить — получится? — мелькнула у него мысль.

Волны тьмы, одна за другой, пытались пробить его круг Закона, но им чего-то не хватало.

Еще через пару мгновений эта женщина-мутант начала швырять в него десяток за десятком копья концентрированной поблескивающей Тьмы.

Бам! Бам!

И вот копья уже начали ощутимо колотить по защитному барьеру Закона и продавливать его, пока наконец барьер не рухнул.

Но уже через секунду Паргон хлопнул в ладоши и пространство вокруг него застыло под воздействием Закона Неподвижности. Копья зависли в воздухе, словно натолкнувшись на невидимую преграду, хоть они и не прекратили лететь в него нескончаемым потоком.

Сколько же тут тьмы? — подумал Паргон.

А потом все эти копья буквально в пару секунду закрутились вокруг Паргона, пробивая поле Закона.

А вот это нехорошо… — мелькнула мысль, когда сотни частиц Тьмы вонзились в его тело и остались, начав въедаться, словно кислота.

— Вот тварь, — прошипел он.

Закон Тьмы! — вдруг понял он. Копья тьмы содержали в себе частицы Закона. Оттого он так легко пробил его барьер — ведь барьер закона мог преодолеть только другой закон.

Злость нахлынула на Паргона. На собственную беспечность. Закон Жизни уже залечивал раны, нанесенные Тьмой, но не мог изгнать ее из тела. Это было странно. Тьма, словно живая, продолжала жрать его.

— Пора подыхать, суки. — и топнул. Вокруг него тускло вспыхнули символы Закона Поглощения расходящиеся сотнями колец, и они продолжали расширяться на сотни и сотни шагов вокруг охватывая все большую территорию.

Сначала убить подпитку. Дроу твари продолжали передавать потоки тьмы, своей владычице. Нужно было ее лишить этого.

Паргон воздел руку и сжал кулак. Всё пространство на триста шагов вокруг превратилось в его Закон. Кольца закона слились воедино, становясь чем-то большим.

— Пространство Закона, твари. — прошипел он.

В тот же миг два или три десятка существ-мутантов с паучьими лапами рассыпались пеплом. Не рассыпалась только девушка. Она злобно зашипела и кинулась на него. Невредимая.

Но его тело уже покрыла вязь закона Движения и он размытой тень рванул навстречу. Он думал, что будет, — должен быть, — быстрее.

Но не был. Они были равны по скорости.

Черные лапы, покрытые сгустками Тьмы, атаковали его со всех сторон с немыслимой скоростью.

Да что это за тварь такая? — вновь мелькнула мысль.

В зоне действия его Закона Поглощения она не только не погибала, но и не теряла сил вообще!

Десятки его мощнейших ударов, наполненных сутью Закона не наносили ей ни малейшего вреда. Ее тело было словно непробиваемым кристаллом.

Надо лапы вырвать — они не могут быть такими крепкими, они явно не изначальная часть тела. — подумал Паргон, и уже через секунду ухватился за лапу, которая обожгла его частицами Тьмы.

Игнорируя боль, он рванул лапу на себя, наполнив руку концентрированным законом Жизни, который наделял его невероятной силой.

Хрусть!

Наконец-то! — мстительно подумал он, когда раздался хруст вырываемой конечности.

Хрусть!

Вслед за первой лапой последовала вторая и третья, пока, наконец, женщина не разорвала дистанцию, с места отпрыгнув шагов на пятьдесят.

— Так-то лучше.

Однако едва прозвучали эти его слова, как ухмыльнулась уже девушка, словно поймала его в ловушку.

В тот же миг Паргон чудом удержался от того, чтобы не рухнуть на пол. На него обрушилось такое колоссальное давление, которого он никогда не испытывал.

— Что за?.. — выдавил он.

Это не она — это кто-то другой!

Глаза лихорадочно искали того, кто на него так давил.

Паргон тряхнул головой и выпрямился.

Замри! — в голову пробился странный шепот древнего существа. И на мгновение ему захотелось подчиниться.

Я? Замереть?

Он хрипло рассмеялся.

Ментальной воздействие, но кто?

Вдруг он заметил на потолке огромный светящийся сине-фиолетовым глаз. И глаз смотрел на него. Именно эта хрень давила его психику.

Его шатало, но он пошел назад. Задом. Мутантка-паучиха не атаковала. Три вырванные лапы поумерили ее пыл.

Так он подумал сначала. А потом сверху вниз обрушилось огромное лезвие Тьмы.

Вжух!

В тоже мгновение он увидел, как его рука отрубленным куском рухнула на пол.

Он сплюнул от злости. На пустом месте потерять руку.

Глаз обрушил на него новые волны гипнотического воздействия. В голове появились шепотки… призывы… укоры, указы!

Склонись перед Праматерью… склони колени… подчинись… склонись передо мной… стань слугой….подчинись…

Всё это он смел очередным мощным волевым усилием.

Постижение Закона Разума дало ему полную устойчивость к любым ментальным атакам. Так он думал до сих пор. А сейчас он почувствовал, что есть существа, которые могут пробиться сквозь него.

Этот гребанный Глаз на потолке придавливал его к полу.

Надо взять сил из живых существ и свалить подальше.

— Сдохните! — прошипел он и, расслабив свое тело, выпустил Импульс Закона.

Он прокатился по всей пещере и в мгновение ока убил сотни живых существ. Тут же сожранная энергия хлынула в тело Паргона и он шагнуть прочь. Прочь из этой пещеры.

Наклонился и подобрал руку.

Тьма по всему телу жгла, и ее прогнать вот так с наскоку не получалось.

— До встречи, выродки! — прошипел он, выходя за пределы Тхер Гхола.

И едва он оказался снаружи, как давление просто исчезло.

Оно что, только в пещере может держать давление? — подумал он.

Взглянул на руку, — она уже затягивалась, — закон Жизни начинал работать на полную. А вот подобранный кусок отрубленной руки…

Он буквально сгнивал под воздействием Тьмы.

Похоже, эта рука бесполезна — приживить не выйдет, — понял он.

Паргон еще раз взглянул на город, вернее, на вход в него, и зашагал прочь. Он уже пожалел, что сюда вообще заглянул. Подвела самонадеянность — он это понимал. А еще то, что он не был готов к серьезному отпору, к серьезной битве.

Эта рана и Тьма, замедлили его поиски заготовки, потому как прежде нужно было восстановить именно себя. Законы Тьмы, которые вьелись в его тело, пришлось буквально выколупывать — так сильна была Воля той твари, которая управляла Тьмой.

На выращивание новой руки ушло больше месяца, а на полное избавление от законов Тьмы — почти полгода.

Не так себе представлял Паргон путь к заготовке. Это еще больше разозлило его. Его желание Поглотить меченого Практика лишь возросло.

А то, что этот ублюдок забрался в самые глубины Подземелья никак ему не помогло бы. Просто оттяжка времени — не более.

Два года. Столько пришлось добираться до нижних ярусов. Гребанное землетрясение позаваливало все проходы так, что во многих местах даже Паргону приходилось задерживаться, чтобы расчищать себе дорогу вперед.

По пути он встретил парочку дроу и Поглотил и их, и их память. И теперь он знал куда направляется.

На ярус Первопредков. Именно на нем, на самом его краю пребывала в неподвижности его заготовка.

И сейчас он стоял в шаге от места, куда в страхе забился этот Практик. Перед входом в огромную пещеру.

Паргон застыл. Мыслей не было — только предвкушение. Он не ощущал биения сердца или признаков жизни Практика внутри, но ощущал что метка пульсирует.

Значит тут, — подумал он. — Надеюсь, ты Постиг новый для меня закон и я не потратил почти три года и свою руку зазря.

Паргон шагнул внутрь.

И сразу понял, что оказался в зоне действия чужого Закона.

В центре пещеры в медитирующей позе, совершенно спокойный с закрытыми глазами сидел… огромный гоблин, кожа которого отливала синим оттенком и по ней пробегали странные узоры непонятного Закона.

Но это было не всё.

Пещера была наполнена огромными мертвыми тварями. Они, словно послушные щенки, кольцами расположились вокруг этого… Практика.

— Это еще что за зверинец? — нахмурился Паргон. Увиденное ему совсем не нравилось. Внутри всколыхнулось неожиданное чувство тревоги.

А через секунду это существо перед ним открыло глаза. Наполненные морозным синим холодом глаза.

Вслед за ним неторопливо начали подниматься мертвые твари.

Тхер Гхол

Джэуль Перводраук сидел в центре своей алхимической лаборатории и принимал послания от своих собратьев. Тех, кто от них остался. Перед глазами стояли события почти трехлетней давности, когда какой-то случайно забредший Практик, выглядящий как обычный человек, оказался совсем не тем чем казался. Он обладал странной силой и без лишних разговоров напал на них. Мало ему было, что он по пути убил нескольких его братьев, так он еще и пришел в Святилище их Праматери. И уж в Святилище эта тварь тоже наворотила дел. Три десятка его собратьев не смогли дать достойный отпор, и пришлось вмешаться Воплощению Праматери. Но даже оно не справилось: человек-Практик сумел ее потеснить, и, немыслимое, — вырывал у нее три лапы. Джуэль сам хотел рвануть и защищать Праматерь — это было естественным желанием любого драука, но… ему приказали не высовываться из особняка.

Праматерь даже использовала Глаз, чтобы придавить этого… человека.