Читаем Гимн шута – ХII онлайн бесплатно

Глава 1. Пролог

Павел чуть плотнее укутался в накинутую на грудь зимнюю куртку.

Да, мороз и пронзительно-холодный ветер, властвовавшие на большей части не покрытой климатическим куполом империи, не могли пробраться в салон темного микроавтобуса, бодро катящегося по расчищенной трассе. Однако молодой человек, наблюдая за бьющимся в окна снежным порывам, испытал иррациональное желание «завернуться» чуть крепче.

Хорошо, что комфортабельное кресло позволяло откинуть спинку настолько, чтобы удобно растечься в нем и задремать под хоровод снежинок за стеклом…

— Ау! — резкая боль заставила клановца рывком сесть. — Р-р-р-р-р… Больно!

Любимая сестренка сделала вид, что к ней замечание не относится.

— Чего пинаешься, Свет⁈ — вновь огрызнулся Павел.

Со стороны живо что-то обсуждающих Катерины и Виктории донесся приглушенный смех. Отчего-то тут же у кое-кого возникло ощущение, что объектом насмешек клановец стал лично.

— Какой Красноуральск⁈- прошипела добрая сестренка.

Но ведь он не глухой! Можно было просто позвать по имени… Чего пинаться-то⁈

Все разговоры в салоне микроавтобуса мгновенно смолкли. Блондиночка на пару с «принцесской», как-то вдруг позабыли о недавних обсуждениях, переключив внимание на Волконского. Сестренка же практиковалась в выжигании «по телу» взглядом. Пока не очень получалось, но она была явно на верном пути. Даже Бойцов перестал делать вид, что спит, и приоткрыл левый глаз… в котором сонной мути не чувствовалось ни на грамм.

Влад же и Настя, расположившиеся на переднем водительском и пассажирском креслах, к разговору особо не прислушивались. Первому были интересны лишь конкретные приказы, а вторая, кажется, знала о поездке куда больше, чем Павел.

— Город краевого значения, площадь почти девяносто шесть квадратных километров, население чуть менее сорока восьми тысяч человек по данным последней переписи…

— Паша-а-а-а-а… — с угрозой в голосе потребовала Светлана.

— Практически географический центр «Мертвого узла», откуда легко контролируется несколько ключевых автотрасс, две крупнейших железнодорожных развязки и речной порт.

Добрая девочка Светлана еще с десяток секунд сверлила брата взглядом, после чего сокрушенно выдохнула:

— Ладно, я сдаюсь…

— Красноуральск станет базой для моего будущего воеводства, — объяснил Павел.

Естественно, для аналитика такого класса информация новостью не стала. Она и сама прекрасно просчитала все возможные точки размещения базы. Вот только вопрос-то был совсем не об этом.

— Какого черта ты поднял всех по тревоге аж в пять утра⁈ — взревела она.

— А если бы я этого не сделал, то успела ли бы ты собраться к семи? — вопросом на вопрос ответил парень, вновь укладываясь поудобнее и накидывая сверху куртку на манер пледа.

Хлоп!

— Ау! — в который раз уже воскликнул Павел.

В этот раз сестренка шлепнула его ладонью по животу. Нападение получилось коварным и дерзким, а потому совершенно неожиданным.

— Вот ведь… — потер рукой живот, вновь усевшийся в кресле ровно парень.

— Дорогой братец, — начала любимая сестренка столь мягко, что молодой человек тут же уверился в простой мысли: будут бить еще. — Ты сбегаешь с шашлыков, встречаешься с кем-то посреди ночи, а под утро поднимаешь всех нас с требованием собраться за полтора часа в «командировку»!

Парень еще раз мысленно оценил обвинение. По всему выходило, что…

— Да, именно так, — сообщил он.

Волконская вздохнула. Печально. Нет, брат просто невозможен! И как тут объяснить бесчувственному чурбану весь тот пиз… спектр эмоций, когда Павел сунул ей в руки папку с ИМПЕРАТОРСКИМ ВЕНЗЕЛЕМ и буквально запихнул в машину со словами: «Изучишь по дороге, а пока валим-валим-валим!».

Она, кстати, и изучила. В том числе и выдержки из личных дел отдельно взятых представителей Гинзбургов, «свободовцев» и даже великого князя Константина Андреевича Долгорукого! Именно поэтому в ее хорошенькой и умненькой головке сейчас крутились сотни вариантов из серии «как мы попали». Дополнительная информация ей требовалась срочно. Вот прямо сейчас! А брат, скотина, дремать изволит, периодически наблюдая за хороводом снежинок.

— Паша-а-а-а… — еще раз протянула Светлана.

Довольно ровно, кстати. Вот только у ее брата все равно возникло четкое ощущение: «Будут бить!».

— Эту папку предоставил Константин Дмитриевич, — негромко произнес он.

Не то чтобы по теме вопроса, но есть шанс, что сестренка заинтересуется настолько, что даже драться не станет.

— Ау!

Не прокатило.

— Как давно? — мягко прошептала аналитик.

Если брат скрывал от нее подобное хотя бы несколько часов, то пора выписывать клизму. Ведерную.

— Сегодня ночью, — тут же вполне честно вскинул руки в сдающемся жесте Волконский.

Света, уже занесшая ладонь для очередного «вразумления», застыла. Значит, брат передал ей материал практически сразу после получения. Уже неплохо…

Однако вопросов стало вдруг еще больше.

— То есть, ты посреди ночи ПРОСТО встретился с цесаревичем, получил от него вот это, а после мы буквально сбежали из столицы? — очень спокойно произнесла любимая сестренка. — Что происходит, Паша? И… что с Кролем⁈

Парень мысленно хмыкнул. А вот нечего было водителю над своим сюзереном смеяться. Клановец ведь тоже может запомнить-затаить, а после отыграться. Вот помощник с утра и был под впечатлением от ответной «шуточки» клановца.

— Нальешь горячего чаю, расскажу, — буркнул молодой человек, окончательно сгоняя с себя остатки дремы.

Пока Волконская искала термос и организовывала чаепитие, молодой человек сражался с регулировками. Поспать ему все равно больше не дадут, так чего ж тешить себя несбыточными мечтами?

Наконец, клановец получил горячий напиток и, сделав добрый глоток, принялся пересказывать события одной из самых дурацких ночей в его насыщенной жизни.

p.s. (28.03.2025) Это пролог. Пояснительная бригада и подробности уже в пути. Вот прям в следующей главе;)

Глава 2

За несколько часов до отправки в Красноустьевск

— Ну что ж, Павел Анатольевич, — до дрожи знакомо хмыкнул собеседник. — Прошу за мной.

Этого клановец не ожидал.

Появление цесаревича настолько выбило его из колеи, что он даже не заметил, как опустили оружие и профессионально растворились в пространстве ребятушки с «трещотками». Все это время молодой человек потратил на то, чтобы собраться с мыслями и восстановить ровное и спокойное дыхание.

Тем больше заставлял биться сердце тот факт, что в прошлый раз вскоре после этих слов он попал на дыбу в милом заведении, чье упоминание способно вызвать дрожь почти у каждого жителя империи.

Равно как и в прошлый раз, молодой человек не нашелся с ответом, ограничившись кивком и четким исполнением приказа.

Идти далеко не пришлось. Всего лишь до соседнего помещения, где все выглядело куда более… привычно. Обычный ресторан «под Китай».

— Могу я узнать, что подчиненные твоему брату силы делают возле офиса КПГК? — вежливо уточнил цесаревич, пока ВСЕ рассаживались за новым столом переговоров.

— Не могу знать, — бодро отрапортовал Павел. — Однако брат упоминал, что на этой неделе планировал провести несколько ночных учений для «тяжелых» групп быстрого реагирования.

— Я понял, — согласился Константин Дмитриевич, задумчиво кивнув. — И, естественно, во всей империи не нашлось лучше места для района сосредоточения, чем на территории КПГК?

Едва заметно пошевелился господин Хань. Кажется, факт присутствия бронетехники буквально под воротами компании, его и впрямь серьезно беспокоил.

— Не могу знать, — вновь ответил молодой человек, чувствуя, как застывает спина. — Однако хочу заметить, что формально та территория является собственностью города, что не мешает…

Долгорукий только головой покачал. Ответ был не просто наглым, а… Слово подобрать он затруднился. Однако, в самом деле, отвечать сюзерену в стиле «не, ничего мы не делаем и вообще, что там творится, в душе не ведаем, но правил никаких не нарушаем!», рисковал далеко не каждый. Особенно если речь шла о главе Тайного кабинета.

— Понимаю, — серьезно согласился цесаревич. — Да вы пейте, пейте.

Волконский благодарно кивнул и потянулся к стакану, кажется, с чистой водой. Теперь он не особенно беспокоился о том, что его могут отравить. У его собеседника есть куда более простые и действенные способы сделать так, чтобы клановец однажды вышел куда-нибудь из дома и совершенно никуда не пришел.

Ожидания оправдались. Чистая и вкусная чуть прохладная вода приятно смочила пересохшее от тщательно скрываемого волнения горло.

— Благодарю, — куда тверже ответил молодой человек, опростав залпом стакан.

Конечно, согласно этикету, в ответ на такое предложение полагалось лишь чуток смочить губы, но… это никак бы не возместило потерянную за последний час с холодным потом влагу.

— Тогда ответьте мне, Павел Анатольевич, — как ни в чем не бывало, продолжил Дмитрий Константинович. — Если вы сообщите брату, что вам ничего не угрожает, то бронетехника «Барсов» отправиться «на учения» куда-нибудь подальше от штаб-квартиры КПГК?

«А взгляд-то какой… добрый и понимающий!» — подивился мысленно молодой человек. Правда, обольщаться не спешил. В прошлый раз его во точно с таким же выражением на добром и понимающем лице на дыбу отправили без всяких сомнений и колебаний.

— Не могу знать, — вновь повторил парень, открещиваясь от происходящего. — разрешите попробовать!

Цесаревич только едва заметно головой покачал. Мол, попробуй, обязательно попробуй.

Клановец неловко потянулся за коммом. Стоило ли говорить, что сеть вновь прекрасно работала.

— Это я, — коротко произнес он через несколько секунд. — Три восьмерки. Норма. Ноль-ноль-два.

Вот и все, сообщил, стало быть, брату, что все хорошо, но возникли новые обстоятельства, так что лучше всем убираться из точки сбора куда подальше и как можно быстрее, но без видимой спешки. Как-никак «демонстрация флага» велась не просто так, а для уважаемых зарубежных партнеров. И марку в таких делах нужно держать до конца.

Несколько минут за полным яств столом висела тишина. Волконский даже с некоторым сожалением окинул взглядом изобилие привычных ему роллов, суши, супов, каких-то соусов без всякого налета экзотики… и отвел глаза. Там было еще много чего, но клановец прекрасно понимал, что организм его сейчас еды не примет, а потому гораздо больше внимания уделил собеседникам. Да и неясно еще было, куда именно он отправится после нынешних «посиделок». Конечно, ему вообще не хотелось повторять печальный опыт. Однако если вдруг предстоит ему закончить этот прекрасный вечер на дыбе, то уж лучше сделать это на голодный желудок.

И разница огромна. В том случае, если палач и в этот раз не доведет дело до конца. Меньше шансов «обрадовать» дознавателей содержимым собственного кишечника.

Первым пошевелился, как ни странно, китаец. Его все также «размазанная» маскирующим артефактом голова едва заметно качнулась в сторону цесаревича.

— Вот и прекрасно, — подытожил тот. — У вас, Павел Анатольевич, имеются вопросы.

Молодой человек слегка склонил голову, обозначая согласие. Однако все же взял несколько секунд паузы, чтобы придумать, какой именно вопрос задать первым.

— Это была проверка? — поинтересовался он негромко.

Константин Дмитриевич едва слышно выдохнул, продемонстрировав холодную жесткую усмешку.

— Вся ваша жизнь, Павел Анатольевич, отныне одна сплошная проверка, — констатировал цесаревич.

Это клановец понимал. Только мог бы уточнить, что его наверняка «пробивали на лояльность» задолго до того, как поставили «метку опричника». И спрашивать о результатах смысла не имело. Просто потому, что система оценки вовсе не сводится к банальному «зачет — незачет», а представляет собой десятки сложных шкал. И «оценку» свою молодой человек даже не рассчитывал когда-нибудь увидеть. Кто же ему доступ к личному секретному делу предоставит? Но одно он знал точно. Если оценку «удовл.» еще можно как-то исправить, то «двойку» ему поставят просто: первый выстрел будет в центр массы, второй в голову.

Константин Дмитриевич со вторым вопросом не торопил, щедро предоставив своему опричнику возможность подумать.

— Мои… собеседники создали у меня четкое впечатление своей… «ведомственной принадлежности», — аккуратно сформулировал парень и чуть замешкался, выбирая вариант завершающего вопроса.

Цесаревич ждать не стал.

— Все верно, Павел Анатольевич, — кивнул он. — Позволь представить, магистр второго ранга Калас. Человек-гора аккуратным жестом провел ладонью перед лицом, «обнажая» покатый лоб, зеленые миндалевидные глаза, круглый подбородок и классический греческий нос. Еще во время смены «локации» парень отметил, что мужчина в первую очередь мышечный, хоть и имеет вполне очевидную «трудовую мозоль». Высоко посаженые многократно сломанные уши кое-что говорили о его увлечениях.

— «Свобода воли», — коротко продолжил цесаревич, пока Павел изучал спокойное лицо мужчины.

Дергаться клановец не стал. Кричать о том, что зло должно быть искоренено, тоже. Просто внимательно запомнил «свободовца» и вновь застыл в ожидании разъяснений.

— Магистр уверен, что политика нынешнего Гроссмейстера, ориентированная на максимальную внешнюю экспансию, ошибочна. Господин Второй же полагает, что лучшим путем развития Ордена в ближайшее время станет изоляционизм.

Мужчина не шелохнулся.

Павел же понимающе кивнул. Да, «Свобода воли» не уйдет полностью. Да и Долгорукие, кажется, используют иные возможности Ордена в своих интересах, но…

— Могу я спросить, с чем именно связан подобный выбор? — уточнил молодой человек осторожно.

Конечно, «доведение в части касающейся» и все такое прочее. Но вдруг да и ответят.

К удивлению клановца, слово взял магистр.

— Насколько мне известно, господин Волконский, вам доводилось участвовать в разрушении одного из оплотов Ордена.

— Так есть, — коротко отозвался молодой человек.

— Нынешний Гроссмейстер весьма вольно смотрит на биомагические эксперименты и практику Темных ритуалов, а также делает ставку на работу с молодёжью в представляющих для «Свободы воли» интерес странах, а также террористические методы политической борьбы. — продолжил объяснения «человек-гора». — Мое мнение: рано или поздно его действия превысят «порог реагирования». Причем не только на территории империи, но и в землях иных стран. Нужно объяснять последствия?

Молодой человек покачал головой. Он и впрямь понимал, что в этом случае уничтожат всех. Просто вырежут. Без оглядки на закон и юрисдикцию. Да, это будет… дорого. И речь не о деньгах. Потеря репутации на международной арене, козыри в руках вражеских генералов информационной войны и самый настоящий «казус белли» для иных государств.

«Биомагические эксперименты» — мысленно поморщился Павел. В памяти моментально всплыл тот самый узкий коридор оплота, где то и дело приходилось переступать через мертвые тела сектантов…

То самое короткое смазанное движение, что клановец едва успел заметить краем глаза.