Читаем Где растут мандарины онлайн бесплатно

Глава I

В гости к Йоулупукки

– Ты уезжаешь? Сегодня?

– Да, поздно вечером!

Паша очень расстроился. Он повернулся ко мне спиной, как-то даже съежился и стал быстро развешивать на елку странные игрушки в виде фруктов и овощей.

– Какие забавные! – начала я разглядывать разноцветные «сливы», «помидоры» и «огурцы». – Надо же, и даже кукуруза! Никогда таких игрушек не видела… Откуда они у вас?

– От бабушки, – коротко ответил Паша, нахлобучив на елку длинный серебристый шпиль.

Паша Паршин – мой самый лучший друг. Мы познакомились с ним три года назад. Мои родители тогда развелись, и мы с мамой – совершенно неожиданно для меня – переехали в Петербург. Мама сразу же вышла на новую работу, а я половину лета просидела совершенно одна, в съемной квартире с окнами во двор-колодец. Огромный незнакомый город, где у нас не было ни друзей, ни родных, сначала показался мне совершенно чужим. Как я пережила то время, не представляю! Но однажды во дворе я случайно встретила Пашку. Мы с ним подружились сразу же, так бывает. А потом еще и оказалось, что мы будем учиться в одном классе.

– Паш, ну не обижайся! Все получилось совершенно случайно! – начала я. – Мамин начальник предложил всем работникам встретить Новый год в Хельсинки. Что-то вроде корпоратива… Мама сначала отказалась, мы с ней всегда Новый год отмечаем дома. И тут вчера, уже под вечер, прибегает к нам Таня, вся счастливая, и говорит, что едет в Финляндию! Ромка с Надей решили провести праздники в Хельсинки и берут её с собой!

– И вы решили поехать за компанию?

– Именно, – кивнула я. – И вообще, это мамина идея, не моя. Она подумала, что Таня там… Ну, в общем, что Ромке и Наде будет не до нее!

Таня Заболоцкая – наша одноклассница, очень хорошая девчонка. Рома – ее брат, студент второго курса химфака, а Надя – его девушка.

– Новый год в другой стране… – задумчиво протянул Паша. – А я за границей вообще никогда не был!

– Ещё побываешь, – улыбнулась я. – И вообще, Питер – самый красивый город в мире! Тем более сейчас, накануне Рождества! На Дворцовой каток открыли, знаешь?

– Да, видел. Надо будет сходить, а то я лет сто на коньки не вставал! – вздохнул он и начал развешивать гирлянды на свою «овощную» елку.

– Дома будете отмечать? – поинтересовалась я.

– Мы с Ксюхой – да, дома, – грустно усмехнулся он. – А папа на работе, у него ночное дежурство.

– В Новый год? – поразилась я.

– Конечно! Самое «горячее» время для полиции.

– А вы с Ксюшей одни?

– Да нам не привыкать… – фальшиво-безразличным тоном отозвался он.

У Паши не было мамы, она погибла несколько лет назад. Его и младшую сестру Ксюшу растил отец – Максим Николаевич Паршин. Он капитан полиции и наш участковый.

– Паш, я же не знала… – расстроилась я. – Если бы я знала, ни за что не согласилась ни на какую Финку! Мы бы тебя с Ксюшей пригласили к нам!

– Да, ничего страшного… – криво улыбнулся он.

– И мы ведь ненадолго! – пыталась я утешить друга. – Мы должны вернуться уже второго января, ночью.

– Правда? Значит, ты не на все каникулы?

– Нет, конечно! Что там делать столько времени? – удивленно пожала я плечами. – Мама обойдет свои любимые магазины и сразу же захочет домой!

Пашка тут же ожил. По привычке взъерошил свои непослушные соломенные волосы и, с трудом скрывая довольную улыбку, полез под елку – зажигать гирлянды.

– Ну что, Ласточка, красота?

Ласточкой меня когда-то прозвал дедушка. Его уже давно нет в живых, и сейчас меня так называют только самые близкие друзья. Ну и мама, конечно. Когда на меня не злится.

– Красота! – подтвердила я, любуясь мерцанием разноцветных лампочек.

– Кстати, передай от меня привет Йоулупукки!

– Кому? – не поняла я.

– Катерина, как же так! – усмехнулся Пашка, вылезая из-под елки. – Едешь в гости к Йоулупукки и не знаешь, кто это такой!

– Это их президент? – предположила я.

– Нет! – заржал он. – Это их Дед Мороз! Живет на Севере, где-то в Лапландии!

– Ну, в Лапландию мы не поедем! – рассмеялась я. – Но если встречу твоего Пукки в Хельсинки, то привет передам!

– Йоулупукки! – поправил Пашка.

Когда я зашла домой, мне в нос ударил сладкий цитрусовый запах. Скинув куртку, я направилась на нашу маленькую кухоньку, где и нашла маму: она сидела напротив телевизора и упоенно лопала мандарины – на столе перед ней возвышалась приличная горка ярко-оранжевых корочек.

– «Ирония судьбы»! – доложила она, не отрываясь от экрана.

– Мам, тебе не надоело? Вот сколько раз ты этот фильм видела? Тридцать? Сорок? – поинтересовалась я, схватив со стола мандарин.

– Ты ничего не понимаешь! Это традиция! – мама даже подняла вверх указательный палец. – Я как-то закрутилась и не посмотрела, так весь год потом был насмарку!

– Ясно, – улыбнулась я, наблюдая, как несчастный Ипполит залезает в ванную прямо в пальто.

– Катька, будь другом, собери вещи! – взмолилась мама. – Не могу я оторваться, честно!

– Ладно, – хохотнула я и пошла в спальню.

Я достала из шкафа нашу дорожную сумку и начала аккуратно складывать одежду. Это я умею делать очень хорошо – могу так свернуть любую рубашку, что она ни за что не помнется в дороге. Опыт! Мы с мамой любим путешествовать.

Ровно полдвенадцатого мы стояли на перекрестке за гостиницей «Октябрьская», где всегда останавливаются экскурсионные автобусы. Было очень темно, и свет уличных фонарей едва освещал длинную, заполненную людьми, улицу. Взволнованные туристы с тяжелыми сумками и пакетами сновали туда-сюда, пытаясь отыскать в длинном ряду автобусов именно свой. У меня появилось неприятное ощущение, что в этой суматохе мы с Таней просто не найдем друг друга…

– Как холодно! – недовольно поежилась мама. – Я же говорила, надо ехать поездом! Три часа – и ты в Хельсинки! Вместо этого стоим тут, мерзнем… А после ночи в автобусе я вообще буду никакая!

– Мама, ты ведь знаешь, у Тани нет денег на поезд!

– Значит, надо было ехать отдельно! – сразу же завелась она. – Мы – на поезде, Таня с братом – на автобусе! Встретились бы в Хельсинки, ничего бы с вами не случилось!

Возражать я не стала. Бывают моменты, когда с мамой лучше не спорить, и я эти моменты уже научилась угадывать. Замерзшими пальцами я начала искать в смартфоне Танин номер.

– Катя! – раздался над моим ухом знакомый голос.

Ребята появились так внезапно, словно из темноты выпрыгнули. Я даже вздрогнула от неожиданности.

– Здравствуйте, Елена Александровна! – поприветствовал мою маму Ромка, веселый смешливый парень лет двадцати.

– Мы уже думали, что не найдем вас! – взволнованным шепотом доложила Таня.

– Здравствуйте! А что, посадка еще не началась? – спросила Надя, приятная невысокая девушка с темно-русыми волосами.

– Нет, ждем, когда наш гид соизволит явиться, – раздраженно бросила мама, наблюдая, как от остановки отъезжают сразу три экскурсионных автобуса.

– Ой, Катя, привет! – запоздало поздоровалась со мной Надя и быстро чмокнула меня в щёку.

Надя гораздо старше нас с Таней, ей уже девятнадцать лет, но мы с ней дружим. Она так помогла нам в расследовании дела о странном черном «дипломате»: пару месяцев назад Ромку обвинили в преступлении, которого он не совершал, и только благодаря Наде мы смогли доказать его невиновность. А еще Надя – профессиональная спортсменка, чемпионка города по дзюдо!

– Уважаемые туристы, проходим в автобус! – раздался в темноте бодрый женский голос.

Началась невообразимая суматоха – замерзшие и уставшие от долгого ожидания люди бросились в теплый салон. Мы с Таней оказались в самом конце огромной очереди. Маму я сразу же потеряла из виду, ребят тоже. С большим трудом мы с Таней смогли попасть в автобус. Я стала растерянно озираться по сторонам – все места уже были заняты.

– Катя, сюда! – шустро юркнула вперед моя подружка и заняла два кресла почти в самом конце салона. – Хочешь сесть у окна?

– Хочу! – призналась я.

– Девчонки, мы здесь! – раздался рядом с нами Ромкин голос.

– Так, девочки, вы нашли, где сесть? – подлетела к нам мама. – Какой бардак! Здесь куча свободных мест, просто многие заняли сразу два кресла!

– Уважаемые туристы, добрый вечер! А вернее даже ночь! – на весь салон крикнула гид.

Это была молодая девушка – невысокая, пухленькая, с ямочками на щечках.

– Меня зовут Ольга! Я сейчас пущу по рядам список, давайте убедимся, что все пришли! Здесь должно быть сразу две группы: одна едет в Хельсинки, и несколько человек – в Турку! Кто в Турку?

– Я! – громко закричала смешная дама в широкополой шляпе. – Я в тур!

– Здесь все в тур! – весело засмеялась Ольга. – Я спросила, кто в Турку!

Ольга говорила и передвигалась по салону на какой-то невероятной скорости. И пока туристы забрасывали на верхние полки свои вещи, а гид суетливо носилась по проходу, бедная мама тщетно пыталась найти свободное место…

– Простите, у вас свободно? – вежливо обратилась она к какой-то темноволосой женщине, что сидела через ряд от нас с Таней.

– Нет, – грубо буркнула та.

– Понимаете, у меня рядом дети, – начала объяснять ей мама. – Хотелось бы сесть неподалеку от них!

– А я-то причем? – хмыкнула она в ответ.

– Друзья, у нас не хватает двух туристов! – озабоченно крикнула гид. – Все отметились в списке, да? Значит, не подошли две дамы: Эмма Хиллонен и Марьяна Кочерыга!

В салоне раздался истерический смех…

– Я здесь! – басом крикнула грубая тетка, что не давала маме сесть.

– Вы – Хиллонен? – подлетела к ней гид.

– Нет, – гаркнула она.

– Ага, значит, Кочерыга! – удовлетворенно кивнула Ольга и поставила плюсик на листке бумаги. – Так, а где же ваша подруга, госпожа Хиллонен?

– Я-то почем знаю? – бросила в ответ Кочерыга. – Я ей не нянька!

– Но вы же вместе путешествуете? – растерялась гид. – Нам уже пора отправляться!

– Ну дак отправляйтесь! От меня-то чего нужно? – грубо выпалила она.

– Может быть, вы всё-таки разрешите мне присесть? – раздраженно обратилась к ней моя мама, все еще стоящая в проходе. – Ваша подруга все равно опаздывает!

– Слушай, что ты ко мне прицепилась? – рявкнула на нее эта противная тетка. – Сказала же, не пущу! С первого раза не понимаешь?

Мама от такой грубости просто опешила, я увидела, как предательски затряслись ее руки. Впрочем, поведение этой Кочарыги возмутило не только ее – люди в салоне начали возмущенно перешептываться.

– Девушка, идите сюда! У меня свободно! – вдруг закричала на весь салон презабавная старушка.

Я заприметила ее еще на улице: она гордо стояла чуть в стороне от нашей группы, под фонарем, опираясь на зонт-трость. Зачем ей зонт в такой мороз? И одета эта пожилая дама была более чем странно: длинное широкое пальто и маленькая шляпка с вуалью. Прямо старуха Шапокляк! Кстати, свой головной убор старушка не сняла даже в автобусе.

В этот момент в салон влетела женщина – высокая, очень худая, одетая в серое пальто, она сама была какой-то серой и неприметной.

– Эмка, бегом сюда! – на весь автобус заорала Кочерыга. – Тут какая-то ненормальная пытается занять твое место!

Госпожа Хиллонен (очевидно, что это была она) вальяжно проплыла вдоль кресел и смерила мою маму недобрым взглядом. Пассажиры, наблюдавшие эту некрасивую сцену, снова возмущенно загудели.

– Девушка, садитесь рядом со мной! – вновь подала голос дама в шляпе.

Мама машинально кивнула и медленно побрела в переднюю часть салона.

– Вот идиотка! – удивленно покачала головой Таня, когда автобус тронулся с места.

– Не говори! – согласилась я. – Нахамила маме, гиду…

Скоро от нашего возмущения не осталось и следа: автобус свернул на Лиговский проспект, и перед нашими глазами предстал самый красивый в мире город. Когда мы пересекали Неву, по салону прокатилась настоящая волна изумленных вздохов – справа от нас, сверкающий в лучах прожекторов, проплывал белоснежно-голубой Смольный собор…

– Катька, как же давно я не каталась по ночному Питеру! – прошептала Таня, зачарованно глядя в окно.

Мы улыбнулись друг другу и взялись за руки. Автобус тем временем миновал Елагин остров и вскоре свернул на трассу «Скандинавия». За окном мелькали силуэты деревьев, было темно и немного страшно – узкая, извилистая дорога была почти не освещена. Наверное, водитель должен быть настоящим асом, чтобы ехать в такой кромешной тьме.

– А почему Валентина Сергеевна не пришла вас провожать? – шепотом поинтересовалась я у подруги.

– Ромка ее отговорил, – так же шепотом объяснила Таня. – Как бы она потом одна возвращалась домой?

Валентина Сергеевна – это мама Тани и Ромы. Вернее, Роме она приходится тетей, просто после смерти своей старшей сестры женщина взяла мальчика себе. Ему тогда было лет девять, а Тане едва исполнился годик, так что они выросли вместе и были как родные брат и сестра.

– Девчонки, берите шоколадку! – нависла над нами веснушчатая физиономия Ромки.

– Шоколад? Ночью? – улыбнулась я. – Отличная идея!

Ромка хохотнул и сел на свое место. Они с Надей стали тихо о чем-то шептаться… А мы с Таней с огромным удовольствием усидели целую плитку шоколада!

Разговоры в салоне смолкли. Мы ехали уже несколько часов. Добрая половина автобуса спала, я тоже начала клевать носом. Вдруг наш автобус медленно остановился.

– КПП! – в микрофон объявила гид. – Уважаемые туристы, все дружно достаем паспорта!

Заспанные пассажиры начали рыться в своих сумках. Таня достала из рюкзака свой заграничный паспорт и начала с интересом его изучать. Он был совсем «чистым», мой уже весь в штампиках…

– Ой, Танька, а мой паспорт у мамы! – вдруг спохватилась я.

– Сейчас!

Она вскочила со своего места и быстро юркнула куда-то в темноту. Уже через пару секунд Таня вернулась и протянула мне паспорт. Очень вовремя, потому что в автобус зашла симпатичная девушка в зеленой жилетке.

– Твоя мама просила передать, чтобы ты берегла паспорт… сейчас вспомню… «как зеницу ока»! – строгим тоном доложила Танька, и мы расхохотались.

В этот момент к нам подошла пограничница. Она улыбнулась и быстренько проверила документы. Автобус снова тронулся в путь.

– Танька, смотри – снег! – закричала я.

Я уже и не помню, когда в Питере был снег на Новый год… А тут такая роскошь: настоящие сугробы, как в детстве, хоть с горок катайся! Я засмотрелась в окно и не заметила, как мы подъехали к терминалу российской границы. Ольга быстренько выскочила из автобуса и сразу же вернулась.

– Друзья, после паспортного контроля будет ещё и таможенный досмотр! – со вздохом объявила она. – Выходим из автобуса и берем с собой все-все вещи!

Схватив сумки, мы с Таней первыми вышли на улицу. Я с удовольствием вдохнула морозный воздух. Под ногами похрустывал совсем свежий снег.

– С ума сойти, настоящая зима! – восхитилась Надя, оглядываясь по сторонам.

– Ага! – зевнул Ромка, устало потягиваясь после долгой дороги.

Медленно, в полной темноте, мы двинулись к невысокому сооружению из стекла и бетона. Внутри горел свет, через огромные окна было видно, как проходят паспортный контроль немногочисленные туристы. В этот момент меня словно молнией ударило…

– Я забыла паспорт в салоне! – сдавленным голосом проговорила я.

– Что? – ахнула мама.

Я увидела, как ее лицо мгновенно стало белым, потом каким-то зеленым…

– Мамочка, я быстро! Наверняка автобус ещё на стоянке! – крикнула я и, не дав маме опомниться, буквально вылетела из здания таможни.

– Катя, Катя! – неслось мне вслед.