Читаем Г.Р.О.М. 4 онлайн бесплатно

Действовать надо быстро, но без твёрдого и продуманного плана нас размажут сразу.

— У нас несколько версий, кто подставил, — размышлял я вслух. — Кто-то мог подбросить ствол, чтобы обвинить лично Ярика.

— Кто-то из братвы? — предположил Глеб.

Мы так и стояли неподалёку от придорожной кафешки. Посетителей там мало, но мы в стороне, нас не подслушают, да и стоим в полной темноте, я различаю только силуэты. Ещё и по трассе проезжали фуры, заглушая наш разговор.

Глеб встревожен за старого друга, остальные парни переглядывались, не понимая, что произошло, а вот Седов поначалу явно не сомневался, что это сделал мой брат. Но всё же чем больше я говорил, тем больше старый опер раздумывал об этом.

Но здесь явно что-то нечисто. Так быстро найти убийцу можно только по горячим следам. А тут стреляли утром, труп нашли днём, и сразу задержали.

Да и если бы правда стрелял Ярик, он немало от меня поднатаскался, чтобы так легко попасться. Да и не стрелял бы он без веской причины, а если причина была, то он бы обязательно позвал нас.

— У него среди братвы врагов немало осталось, — сказал я. — Как в старой группировке, так и в других. И раз его не прикрывают атамановские, кто-то мог решить, что сейчас самое время с ним разобраться. Но это только один вариант, мужики.

— Какие ещё? — спросил Сибиряк.

— Кто-то работает именно против нас. Но здесь сложнее, потому что мы, как самостоятельная группа, нигде светимся. Для всех мы работаем от чьего-то лица. Или Александрова прикрываем, или от Иванова из ФСБ, или от Некрасова из РУБОП. Но не сами. Но могли подставить кого-то из них. И я думаю, что взялись за силовиков.

— Некрасова или Иванова? — Валера почесал плечо, чуть выше повязки, где его укусил комар.

— Вот это более правдоподобно. Выставить, что они прикрывают бандита, убийцу, ведь им же придётся вмешиваться, когда я попрошу, — я отогнал летающего рядом с ухом комара, который решил теперь отведать мою кровушку. — И тут будет основной удар.

Могут и в газете написать, тем более сейчас в 90-е это серьёзно, журналистов слушают. Так что обвинить в покрывательстве убийцы Иванова или Некрасова смогут точно. Неизвестно, насколько хорошо продумана провокация, но исходить будем из того, что её продумал кто-то такой же хитрый, как мы.

Но действовать можно хитрее, не покрывая Ярика с помощью связей среди ФСБ и РУБОП, а растоптать улики, убрать доказательства, и главное — найти того, кто грохнул коммерсанта. Этого точно никто не будет ждать.

— Как фамилия убитого, напомни? — спросил я у Седова.

— Жеребцов, — отозвался тот. — Технику продавал, плитки всякие, чайник, микроволновки. Скользкий тип, его на счётчик пару раз ставили, раз с кого-то долги вышибал. Но платил за крышу Коршуну. И тот, вроде как, тот пришёл выбивать деньги — это основная рабочая версия, мужики говорят.

— Погоди, — остановил я опера. — Кто-то его застрелил утром. Ярик ночью был с какой-то девушкой, очухался только утром. Если она подставная, то может дать любые показания, чтобы его потопить. Он ещё говорил, что у него башка болит…

Что-то подмешали? Вполне, но с кем он был, ответить сможет только он сам. И какие-то детали рассказать, если вспомнит.

— Мой брат пока ещё в изоляторе временного содержания, — продолжил я. — В СИЗО его увезут только утром, но скорее — к завтрашнему вечеру, сначала его будут колоть. Но подстава может зайти ещё дальше. Все же помнят, что случилось с Поджигой, когда он в камеру зашёл.

Глеба аж передёрнуло, остальные тревожно переглянулись.

— Значит, в ИВС мы с ним поговорить не сможем, уже не успеем, сможем только с СИЗО. Но надо добиться, чтобы с ним там ничего не сделали, если это планируется.

— И как ты это сделаешь? — Седов закурил и хрипло кашлянул.

— Где тело? — спросил я, переходя на другую тему.

— Ну, в морге, — он пожал плечами.

— Знаю, что ещё не на кладбище. В каком именно морге? Выясни.

— Не надо выяснять, — он нахмурился. — Я тебе так скажу. В морге, который у железнодорожной больницы. Там и судмеды работают.

— Уже лучше. Тело нашли днём, привезли туда. В том морге, — я напряг память, — работают два судмеда: Паланян и Яковлев. Паланян — алкаш, Яковлев — ещё больший алкаш. Плюс сторож и санитары. И все алкаши.

— Паланян в отпуске, — Седов задумался. — Яковлев — бухает, но он и ночью может работать, особенно если днём бухал. Он же ленивый, всё на потом оставляет.

— Принято. Так, думаем дальше, — я почесал лоб. — РОВД Железнодорожного района… криминалист там — Михаил Шломович Кацман, он…

В голову сразу пришла старая серия из «Убойной силы» или «Улиц разбитых фонарей», где Дукалис принёс фамильную саблю криминалисту, этим его отвлёк, а сам сломал боёк на пистолете. И в заключение пошло, что оружие к стрельбе не пригодно, улика стала бесполезной.

У меня подходящая сабля есть, но Кацман оружие не любит. Да и с молодыми он не пьёт.

— Кацман — алкаш, — сказал Седов, будто я этого не знал. Тут в кого пальцем не ткни — все алкаши.

— Выпей с ним, — предложил я. — С тобой выпьет — сто пудов. И узнай, что это за пистолет. Кацман — загруженный, у него работы много. Пока ствол проверит — три дня пройдёт, отстрелять не успеет. Вот и надо бы этот ствол подпортить.

— Улику испортить? — он нахмурил брови.

— Улику испортить, зато найти, кто действительно коммерсанта завалил. Там и без улик всё закончить сможем. Всё у них продумано, но это — они не учтут. А заодно — собери об этом пистолете всё, узнай детали убийства, снимки глянь, если проявил. Найдём, кто действовал — решим вопрос быстро и надёжно.

Седов крепко задумался, но я знал, как его убедить.

— Что, я тебе давал информацию по насильникам — разве не подтвердилась?

— Улик на них нет, но…

— Так мы сами знаем, кто это делал, для себя решили. А раз сами знаем — прекратить это можем быстро, когда будет время. А здесь подставой несёт за километр. Хочешь, чтобы реальный убийца по земле ходил? А сколько будет тех, кого мы остановить не сможем? Потому что после Ярика за нас всех возьмутся.

— Ладно-ладно, — сдался старый опер. — Один раз сделаю, доверюсь. Коньяк надо купить, Кацман коньяк уважает.

— Всё, это с тебя — остальное с нас. Костя, вот ты иди с Сергеичем, пусть он отвлечёт криминалиста, а ты подпорти ствол, сделай непригодным.

— Да я сам это могу, — Седов посмотрел на меня. — Пружинку какую-нибудь сломаю. Раз ты за брата отвечаешь, и если не он стрелял — я помогаю. Но если он…

— Не он. А убийцу найдём — сто пудов. Увидишь. По кОням.

Оставили Седова, он вернулся в свою шестёрку. А я сел в джип и начал накидывать идеи дальше. Не только ствол нужно сломать.

— Сибиряк, возьми чистый ТТ из схрона, — продолжал я. — Выстрели куда-нибудь… так… время уже поздно… не купишь… Абхаз, ты же у мясника работал. Сможешь пробраться к нему в холодильник и пальнуть в какую-нибудь тушу? Чтобы пуля выглядела, будто в теле побывала, а то не поверят, если целёхонькая совсем будет.

— Ну, могу, — он задумался. — Хотя нэпросто это будет, там охрана.

— Костя прикроет. Надо ещё глушитель собрать, чтобы никого не перебудить. Стреляете, достаёте пулю ножом, и с ней идёте в морг, там Глеб будет ждать.

— Доктора калоть надо? — со своим акцентом продолжал Алибек.

— Не надо никого колоть. Яковлев — алкашина, сторож — алкаш. Там все алкаши, это работа такая, что все спиваются. Короче, задача — проникнуть в морг, убедиться, что Яковлев провёл вскрытие, пулю подменить. Но тайком, нельзя, чтобы вас видели. Если жмурика не вскрывал — дождаться, когда начнёт. Если он совсем пьяный, невменяемый… сами не вытаскивайте — обнаружит. Лучше мне позвоните — решу.

— А чё её просто не стащить, пулю ту? — задумался Глеб.

— Нам же надо будет найти, кто действительно коммерса хлопнул. И уже сами подбросим ему нужную пушку. А то чего они, думают, что всё так просто? — я помотал головой. — Нет уж, сами захотели вражды. Полезли против нас, пусть огребают.

— Ну ладно, — Глеб кивнул. — Давай, Абхаз, за дело. Но попадаться нам нельзя.

— Само собой, — Алибек кивнул.

— А нам с тобой, Валера, — я кивнул ему, — нужно узнать у Ярика, что и как там было. Но если он попадёт в СИЗО — оттуда может не выйти.

— И что делать?

— Думаю пока. Так что придётся заняться этим вопросом. Чтобы в СИЗО проблем не было.

Но кое-что уже придумал.

Седов испортит пистолет, тогда уликой будет ствол, который предоставим мы сами. Ещё будет пуля, выпущенная из этого ствола. Но что будет в СИЗО с Яриком — сказать сложно.

Иванов или Некрасов могут посодействовать с администрацией изолятора, чтобы моего брата поместили куда-нибудь не в общую хату, но и тут может быть ловушка. Ведь если их хотят подставить кого-то из полковников, то такой вариант предусмотрели наверняка.

Но в СИЗО власть есть не только у вертухаев и ментов…

Я высадил парней у рынка, сам с Валерой поехал дальше, за город. Ехать надо будет долго, почти до самого озера.

— Есть способ, чтобы брата не тронули, — сказал я, врубая фары дальнего света.

Выехали на просёлок, но судя по колее, дорогой пользуются часто.

— Мне в СИЗО сесть? — предложил Валера. — Вдвоём отобьёмся.

— И тебя потом вытаскивать. Нет. Да и тебе после ранения будет сложно. Но есть другой способ — в СИЗО придёт малява от кого-то из блатных, чтобы брата не трогали, наоборот — прикрывали. Да и надзиратели там прикормленные, посодействуют.

— Ого, — Валера удивился. — Я с этой стороны не думал.

— Но блатные и сами могут участвовать в этой подставе, кто их знает. Вот только смотри, Валер, все эти «синие» — не единый фронт, у них тоже тёрки между собой есть. Кто-то может участвовать, но остальные явно не в курсе этого.

— К этому поехать, как его там… к Дяде Ване? — спросил он. — Ты его знаешь? Сможешь повлиять?

— Вот Дядя Ваня как раз таки — хитрый, он может в этом участвовать. Не факт, но лучше не рисковать. А если и нет, то он наверняка в курсе, что я общаюсь с чекистами, поэтому говорить не будет. А если и будет — сделает, как ему надо. Не, этот тип непростой, с ним надо аккуратно.

Ехали дальше, телефон держал при себе, чтобы в нужный момент скорректировать план. Но до утра вопрос нужно решить. Ехали по просёлочной дороге, в темноте ямки видно плохо, часто на них налетали.

Двигатель джипа громко ревел, когда мы пару раз завязли в грязи. Но путь продолжали. А по радио рассказывали, как у себя дома ночью был убит предприниматель Жеребцов, прямо в кровати.

Больше никаких подробностей, за исключением того, что подозреваемый задержан, ему предъявлены обвинения.

— Но есть и другие блатные, — продолжил я после паузы. — И некоторые даже более влиятельные, чем Дядя Ваня. Даже если этот хрен что-то мутит, то другой сделает как надо ему, ну и нам, а Дядя Ваня пока против него не пойдёт.

— И кто он? — Валера уставился на меня.

— Монгол, пахан «Золотореченских». Он — вор. Едем к нему. Да уже почти приехали. Я буду говорить — ты слушай, но неизвестно, что может пойти не так. Пушку далеко не убирай.

Впереди показался дом с высоким забором и железными воротами. Едва я подъехал ближе, как загорелся свет.

Валере я одну вещь не сказал: Монгол — крайне упрямый и жестокий, и мне с ним договориться будет сложно.

Но я всё равно буду искать нужные слова. Ведь у меня есть, чем его заинтересовать.

РОВД Железнодорожного района

В трёхэтажном здании ещё работали, несмотря на поздний час. Свет горел как на первом этаже, где располагалась дежурная часть, так и на втором и третьем, где сидели опера.

Оперуполномоченный майор Седов, который в последнее время всё чаще занимался своей неофициальной второй работой, постоял снаружи, покурил и прикинул, тщательно ли он подготовился. Время позднее, долго собираться было некогда, но он сделал всё от него зависящее, чтобы всё было не зря, раз уж обещал помочь.

В руке опер держал чёрный пакет с бутылкой коньяка и лимоном, там же лежал изъятый давным-давно самопал под патроны двенадцатого калибра, замотанный в газету «Бекетовский криминал». Это повод подойти к криминалисту. На газете виден заголовок: «Найдено золото серийного убийцы-ювелира».

В кармане у Седова лежали несколько деталей от пистолета ТТ и магазин с патронами, но без пороха, учебные и уже помутневшие от старости, с пробитым капсюлем.

Учебный пистолет лежал у него в гараже с незапамятных времён, остался от отца. Поменять бы его целиком, но в протоколе, само собой, указаны номера изъятого ствола, так что не выйдет.

Поэтому пришлось его разобрать. Об этом никто не говорил, но Седов это сделал, он понимал, что если бы ему не доверяли, то на это дело поставили бы другого. Но раз доверяют, значит, требуется, чтобы всё вышло в лучшем виде. Коршунов хоть и молодой, но в людях разбирается и знает, к кому обратиться. Вот Седов и обдумал, как сделать всё в лучшем виде.

За патроны тоже может быть срок, учитывая, что арестован сам Коршун, который когда-то был пехотинцем в атамановской группировке, где его прочили в бригадиры. Так что скидки на суде ему не будет. Многое зависит от того, что скажет он сам, но младший брат Лёхи Коршунова в этом плане опытный, наученный, что без адвоката говорить нельзя вообще ничего. Ну а прессовать такого сложно.

— Ëпрст, — тихо пробормотал Седов. — Куда я лезу…

Но ответ у него был — из этого дела торчали уши подставы. Протокол он видел, понятых знал, как работали некоторые его коллеги — представлял прекрасно. То, что они рубят «палки» и каким образом, он знал отлично.

Так что ствол изъят, пальчиков на нём хоть и нет, но оружие передано на экспертизу, а те понятые уже участвовали в таких случаях и за пузырь что хочешь подпишут. Ствол — мокрый, но пока это ещё не доказано, ведь баллистической экспертизы не было. Но уже утром об этом будет известно всем.

Даже изломанный пистолет будет признан оружием, если его легко восстановить, ведь в статье УК РФ ещё и указано «оборот основных частей оружия». Но братва, бывало, отмазывалась и от таких случаев. И здесь, коль к делу не подключён РУБОП, тоже может получиться. Да и Уголовный кодекс действовал всего полтора года, все в нём ещё путались, адвокаты этим пользовались охотно. Сам же Седов знал старый УК РСФСР наизусть, но когда сверялся с новым, то постоянно подглядывал в записи.

Ну и человеческий фактор никуда не делся, а о нём опер Седов знал не понаслышке.

Значит, просто сломать оружие недостаточно. Если там легко заменить ствол, ударник или повреждённый магазин, то неисправным оно признано не будет, и за ношение такого положена статья, как за полностью боевое. Даже если получится доказать, что стреляли из другого оружия, то за ствол всё равно дадут срок, пусть и меньше.

Но Лёха Коршунов знал, к кому обратиться, раз сразу попросил Седова помочь. Работа должна быть комплексной, не только с уликой, но и с деталями преступления.

Сам майор понимал, что хотел Коршунов на самом деле. Первым делом — не дать повесить на его брата убийство, с которым что-то сделать будет сложно, поэтому нужно убрать самые твёрдые улики.