Читаем Франт 3 онлайн бесплатно

ФРАНТ 3

Иван Солин

ПРЕДИСЛОВИЕ

Уважаемые читатели и авторы, я буду безмерно рад, если мой скромный взгляд на мироустройство и особенности описанных в данной работе магической и космической цивилизаций найдёт отклик в вашей душе, а также поспособствует вдохновению. Я не буду против, если что-либо приглянувшееся вы позаимствуете в свои произведения, в благодарность упомянув вашего покорного слугу.

Внимание! Все имена и события вымышлены, а совпадения случайны. Автор может не разделять мнений своих персонажей, а их поступки даже осуждать, что, как бы, и не удивительно, повествование-то от первого лица, и ассоциировать с автором ГГ, так сказать мысли из головы которого вам предстоит читать, было бы весьма близоруко. Да и произведение всё же развлекательное, а не образовательное.

Граждане, которые выкладывают произведения без ведома автора на иных ресурсах, вы, конечно, делаете благое дело, давая возможность нашим не самым состоятельным согражданам на доступных условиях приобщиться к миру современной художественной и не очень литературы, а также отвлечься от серых будней и погрузиться в вымышленные миры, но, пожалуйста, давайте хотя бы ссылку на страничку автора, дабы он не пополнил ряды таких читателей. Опять.

Благодарю за внимание и понимание.

Приятного чтения

ГЛАВА 1

Голова...

Как же... болит... голова...

Где... я?

Кто я?

Что это за... эм, миникарта?

Да. Точно. Я помню... нет, не помню, я вообще ничего не помню, но я ЗНАЮ! Знаю, что эта вот штука в углу называется миникартой, и понимаю, для чего оно такое нужно. А еще я осознаю, что такого не бывает! Не должно быть у психически здорового... человека(озадаченно)*. Такое только в играх и встречается, а у нас людей(с сомнением)... Людей же?

~Эльфов.

Ну пусть будет эльфов. У нас, у эльфов — такого в реальности не бывает!

Хм(растерянно), почему ж тогда я это вижу? Проклятие! Неужто я свихнулся? А что я еще вижу?

* В скобках указываются эмоцию, отношние или действие, которые сопровождают реплику.

Так, лежа на ворохе сена или даже соломы, я очень тряско еду на скрипучей телеге по разбитой проселочной дороге. Я раненный. Рядом со мной лежит, эм...

~Ещё один командир.

Ага, и он, значит, с перевязанной грудью и... Стоп! А почему командир?

~Так у него ж командирские бриджи и сапоги яловые. Хоть он и до пояса раздет, чтобы было возможно перевязать, но явно же что не простой красноармеец. Хм(невесело). А бинты-то несвежие. Да уж.

А почему тогда «еще один»?

~Так и у меня, вон, из-под комбеза бронеходчиков непростые сапожки торчат. Мало того что командирские, так еще и определенно дорогие, под заказ шитые. Простой командир такое не сможет себе позволить, а для генерала я молод. Боярич, похоже.

Если я не помню: кто есть таков, то как же ты понимаешь всё это?

~Да чего пристал? Сам же сказал: не помню. Вот и я так же, но смотрю на что-нибудь и вдруг понимаю, что знаю об этом.

А чего ты со мной как с кем-то другим разговариваешь? Свихнулся? По голове сильно прилетело? Шиза?

~Слушай, Костя, не выноси мне мозги, и так без твоих этих...

Костя? Точно! Я Костя! Константин... эм, не помню как дальше. А ты? Кто ТЫ тогда? Чего молчишь? Ау! Мда-а-а. Совсем я, похоже... раненный. Эх. Куда ж это нас... меня угораздило попасть? Да еще и голова жутко болит от тряски. Ладно, продолжим изучать обстановку.

Тряслись мы не только вдвоем, в смысле с командиром, но еще и с...

~Политрук он.

О, появился? Ау! Ну молчи-молчи. В общем, судя по нарукавной красной звезде на его предплечье, больше, правда, похожей на пятилепестковый эдакий цветок, еще и политрук с забинтованной ногой сидел чуть впереди телеги. На коленях он держал голову бредящего(пауза)...

~Да простой красноармеец это! Чего пристал?

Ага, политрук, значит, держал на коленях голову мечущегося в бреду солдатика. Ну и возница всего этого хозяйства с изможденным видом топал рядом по пыльной дороге. Навстречу же нашему скорбному санитарному транспорту, который, по-видимому, направлялся в тыл, шагала изрядно растянувшаяся и, как видно, пребывающая в весьма плачевном состоянии колонна... ко-оло-онна...

~Стрелковая рота это. Всё, что осталось. Видно же.

Ага, видно. Прям июнь 41-го. Стоп! Какой еще июнь?

~41-го, сам же сказал.

А что было в том июне-то? Ну, 41-го.

~Да мне почем знать? Это ж твои воспоминания, в смысле знания.

Так чего тогда лезешь? Я и сам помню что сказал.

— Очнулись, товарищ подпоручик? — прерывая мой по меньшей мере странный внутренний диалог самого с... с непонятно кем, позвали меня таким, мягко говоря, непривычным обращением.

Ой же ж дичь. Одному мне это ухо режет?

~Да нормально вроде. Чего ты?

Товарищ подпоручик — это нормально, серьезно?

— Вы слышите меня? — повторил свой вопрос политрук, когда увидел, как я в попытке осмотреться с трудом приподнял голову.

— Да, — не ответил, а прокаркал я едва слышным хрипом.

— Сестричка, водички бы. Тут бронеходчик очнулся, — проявил заботу скривившийся от боли при неловком движении политработник.

— Бегу, — услышал я звон прям хрустальных колокольчиков, и вся боль моментально отступила, а шея умудрилась совершить оборот едва ли не на 180, чтобы узреть это чудо.

Спешащее с флягой рыжее чудо в ореоле развевающихся блестящих завитушек из-под пилотки, которые обрамляли замурзанное личико неземной, как мне показалось в тот момент, красоты. Острые же ушки этого невероятного создания — придавали всей этой дивной картине некий сюрреализм.

Ну правда, очаровательная эльфийка с очень яркими светло-серыми глазами да в этой своей пилотке с такой же «цветочной», но по полевому выкрашенной в зеленое звездочкой, в чуть великоватой и уже изрядно запыленной, но еще не выгоревшей на солнце защитного цвета гимнастерке с такими же бриджами, да с огромной, относительно ее размеров, санитарной сумкой через плечо спешит по разбитому проселку в своих здоровенных кирзачах. Что может быть более необычным?

— Чего ты? На! Держи, говорю! — грозно выдал мне этот ангел, протягивая воду. А когда я лишь глупо улыбнулся в ответ, продолжила меня строить. — Ты чего? Сил нет? Давай я помогу, открывай рот. Вот так. Не спеши. Глотай по чуть-чуть. Молодец. Напился?

В ответ я всё с тем же по-идиотски счастливым выражением лица кивнул ей.

— Чего смотришь? — сердито выдала эта грозная кнопка. Однако увидев, что я не прекратил пялиться, принялась осмотривать свою одежду в попытке понять: где ж у нее так порвалось, и откуда торчит хоть что-то настолько сокровенное, что достойно столь пристального внимания, но ничего так и не найдя, как-то затравленно выдала. — Чего?

— Красивая, — чуть слышно выдал я очевидное.

— Ты чего это? А? Совсем что ли, Шереметьев? Ты ж меня в жены не взял... — а дальше, видимо, должно было последовать что-то ругательное, но воспитанная девочка лишь поморщилась.

— Дурак, — с индифферентной интонацией и не изменив выражения лица, продолжил я сыпать фактами.

— Ты чего, Саня? Тебя сильно ранило? — осознав что всё плохо, едва сдерживая слезы попыталась удержать себя в руках эта, топающая рядом с телегой...

~Младший санинструктор она. И я правда ее не помню. Хм, значит Саня? Точно! Я — Саниэ́ль Шереметьев.

Вот ты... привереда, Саня. Ладно, исправим.

— Я не помню ничего, милая, — чуть более понятным, после питья, голосом попытался я успокоить девочку, котору некоторые в жены, видите ли, брать не захотели.

— Совсем? — ошарашенно спросила рыжая.

— Ага.

— Совсем-совсем ничего не помнишь?

— Угу.

— Толстая?

— Да нет, — осмотрев малышку, озвучил я очередной факт.

— Да нет же. Я — Толста́я. Сониэ́ль Толста́я! Не помнишь? — как-то отчаянно закончила она фразу не столько вопросом, сколько утверждением.

— Нет, Сонечка. Ничего не помню. И спасибо, что назвала мне мое имя.

Надо же? Рыжая Соня, только росточком едва ли метр шестьдесят пять, но ноги от ушей, а головка не выглядит крупной на фоне прочей миниатюрности, что обычно характерно для низеньких девочек.

Хм. Совсем по росту Франту была бы.

~Какому еще Франту, Костя?

Да кто б мне самому сказал, Санёк.

— Ой, Санечка, а что ж нам делать? — вдруг преобразившись из грозной работницы шприцев и клистира в милого котёночек, которого срочно нужно взять на ручки, в смятении выдала эта лапочка.

— Ничего, милая. Прорвемся. Вот только встану на ноги и... — договорить мне не дали.

Я и правда, с каждым мгновением чувствовал себя всё лучше и лучше. Не то чтобы уже прям здоров, но туман из головы пропал, шея уже держала голову, и даже, возможно, я смог бы самостоятельно встать на ноги, чтобы освободить место для вон тех, шагающих ребят с перевязанными руками, плечами и головами, которые едва волочили ноги за нашей повозкой. Но именно в этот момент прозвучало:

— ВОЗДУХ!!!

Встрепенувшись, я неосознанно шлепнул рукой по ноге и ощутил, как где-то чуть опустело, а нога теперь вполне себе сгибалась и даже не болела, принимая мой вес. Пока же я стремительно слетал с телеги, проделал то же самое и со второй, а чтобы и левую руку было возможно вынуть из подвеса, повторил и с нею такое же «колдунство». Всё это произошло как-то само собою и не осознанно, тем более параллельно с моим скоростным десантированием с нашего архаичного гужевого транспортного средства. А после, когда я, уже ухватив в охапку ойкнувшую рыжую, рванул подальше от дороги — и думать-то о случившемся было как-то совсем некстати.

Пока мы мчали в высокие золотистые хлеба на близлежащем поле, позади поднялся шум, гам и наконец чей-то звучный голос:

— Ро-о-ота, повзводно, по врагу, за-алпом! Огонь!

Совсем сдурели? В укрытие надо! Какой залпом? Да еще и стоя толпой во весь рост! Сума посходили! Что творится, Саня?

~Всё, как в уставе, Костя.

Смертники!

~Герои!

На удивление, так и не разбежавшаяся в панике колонна стрелковой роты сумела своим концентрированным ружейно-увы-беспулеметным огнем отогнать летящий на Запад и, по-видимому, возвращающийся с боевого задания слегка коптящий биплан. Который, правда, хоть и попытался сходу «причесать» из пулеметов оживленный проселок, но, похоже, был не особо в форме, да и успел уже где-то поистратиться, поэтому настойчивости не проявил, а потарахтел себе дальше.

Проводив его слегка напряженным взглядом, я с непонятным сожалением отметил, что бортовой номер этого окрашенного в обычный защитный цвет «кукурузника» был белый 49, а не всплывший непонятно откуда черный 77. Странно это.

Но вырвавшись из оцепенения, я помотал головой и высказал про себя свое мнение о только что произошедшем:

Надо же? Не думал, что такое бывает. Ну сколько у них там этих винтовок? Потрёпанные ж в боях. Едва по два-три десятка на взвод наберется, а их тут хоть и три, но всё равно это мизер без автоматического-то огня. Хм, и сумели ж отразить воздушную атаку такими силами. Удивительно. Слыш, Санек, а чего у них пулеметов-то нет? В смысле ручников. Крупнокалиберные станкачи я, вон, вижу, как расчеты волокут на плечах отдельно от треног. Вот только, похоже, их станки не имеют зенитного режима, да и прицелов специальных, как у того же ДШК нашего, что-то не видать. Так что, а?

~Не понимаю, о чем ты.

Да я и сам, не очень как-то. Что за ДШК такой? Но не суть, я про эти... ну тра-та-та-та-та, которые.

~Мне известно, что ты подразумеваешь под этим корявым словом «пулемет», но полдюймовки ручными не бывают, а третьдюймовки по итогам Испанской кампании признаны малоэффективными против бронетехники, поэтому по новому уставу с 23-го года в пулеметных** взводах при роте их больше нет. Это полурослики с ними всё еще носятся. Им как раз по размеру(презрительно).

Фигасе, ты прям как Правдапедия.

~Какая еще... педия?

Да если б я помнил, Сань. Но вроде это то, из-за чего народ перестал помнить прочитанное. Зачем, когда в любой момент можно посмотреть всю «правду»? Так говоришь: нормального автоматического оружия в отделениях нет? А как тут у вас с командирскими башенками? И промежуточным патроном? А то если что, то имейте меня ввиду. Я за всегда готов открыть глаза! Чего молчишь?

~Не помню(растерянно). Когда сердился, то будто само как по написанному пёрло, а сейчас... опять пустота.

Ну не переживай. Вспомним как-нибудь.

** Да-да, пулеметов нет, но пулеметные взводы есть. Напомню, иногда некоторые термины, устойчивые выражения, жаргонизмы и прочие словечки, а также почти все меры будут даваться в понятном и привычном нам виде, даже если из уст аборигенов. Тот случай.

— Ты как, рыжик? — наконец обратил я внимание на теплый комочек в моих объятиях.

— Я не рыжик. И можешь уже встать с меня, — как-то не совсем искренне потребовала вся красная младший санинструктор Толстая.

Слыш, Санек, а я чё прям гроза женских сердец? В смысле красавчик?

~Княжич ты. Тфу ты. Я!

Мажор значит? Выгодная партия для охотниц? Жалко, красивая девочка. Слушай, Шереметьев, то ты боярич, то княжич. А в чем разница-то?

~Я... не помню я. Опять не помню, Костя.

Ну ничего. Мы так потихоньку, по чуть-чуть всё и припомним. Ты, главное, Сань, не падай духом.

— А? Чего говоришь, Сонечка? — вынырнул я из пучины шизофрении и вновь обратил внимание на эльфийку.

— Вставай, — в очередной раз пропищала из-под меня эта милота.

— Попытаюсь, милая. Видишь же, раненный я, — вздохнув от перспективы так скоро прекратить столь плотное наше знакомство, попытался чуть покривляться я, но был спихнут необычайно вдруг решительной и довольно сильной малышкой. — Да стой ты! Куда хватаешь? Надорвешься же. Да шучу я, шучу. Сам встану. Сам пойду. Смотри, почти здоров уже. А качает меня... от чувств.

— Чего ж замуж не взял тогда?

— Не помню, лапочка.

— Все вы одинаковые, — и ушла.

Одинаковые, кто ж спорит. Что-то меня и вправду качает. Видать неплохо мне по голове прилетело.

~Угу.

Я вот что не пойму, Сань, раз пулеметы винтовочного калибра, ну 7.62 в смысле...

~Третьдюймовки?

Ага, они самые. Так вот, если у вас не используют их из-за малой эффективности против бронетехники, заменив на крупнокалиберные 12.7, полдюймовки которые, то где ж тогда эта ваша хваленая бронетехника? Которой, судя по всему, должны быть прям ОРДЫ, раз для борьбы с нею потребовались столь кардинальные изменения, а ее обилие должно было бы компенсировать утраченную плотность огня. Чего ж солдатики у вас маршевыми ротами, вон, с одной лишь стрелковкой, пусть и самозарядной, в бой спешат пешкодралом, а не бронированным мотопехотным кулаком мчат под прикрытием брони утыканной пулеметами? А? Чего молчишь?

~Не знаю(подавленно). Наверное, есть веские причины(раздраженно).

Ага-ага. Вредительство и шпионы. Стопудово. А кто у вас тут великий кормчий? Эльф во френче и с трубкой? Ау. Обиделся что ли?

Весь этот немного пугающий разговор с моей шизофренией происходил, пока я помогал оттащить убитых на обочину, где были сформированы похоронные команды, ну а раненных — на возы, где место освободилось. Мда.