Читаем Фонарь, освещающий путь онлайн бесплатно
Фонарь, освещающий путь.
Наставления великих учителей тибетского буддизма
В эту книгу вошли записи устных наставлений, дарованных выдающимися тибетскими ламами, принадлежащими к традиции гелуг, такими как Его Святейшество Далай-лама XIV Линг Ринпоче, Триджанг Ринпоче, Куну Лама Ринпоче, лам Еше и лама Сопа Ринпоче, Ценшаб Серконг Ринпоче и Гомчен Кхампала.Все учения, включённые в этот сборник, были даны западным ученикам в 70-х — начале 80-х годов прошлого столетия и ранее нигде не публиковались. Их темы варьируются от рассмотрения самых основ буддийского Пути — мотивации отречения, сострадания и любящей доброты — и до таких глубоких вопросов, как философское воззрение пустотности и классификация тантрических учений тибетского буддизма. Объединяет же их одно: все они бесспорно являются драгоценными жемчужинами просветлённой мудрости, подаренными нам великими мастерами тибетского буддизма, многие из которых уже покинули этот мир.
Публикуется по согласованию с «Архивом Мудрости Ламы Еше», Вестон, США
Содержание
Наставления великих учителей тибетского буддизма 1
Комментарий Куну Ламы Ринпоче 15
В поисках внутреннего прибежища 24
Его Святейшество Линг Ринпоче 30
Создаём пространство для Дхармы 38
С чего начать практику Дхармы 53
Советы по практике почитания учителя 57
Его Святейшество Далай–лама 63
Метод, мудрость и Три основы Пути 69
Двенадцать звеньев взаимозависимого возникновения 87
Восемь строф о преобразовании ума 92
Его Святейшество Далай–лама 92
Тренировка однонаправленной концентрации 105
Основа всех благих качеств 117
Его Святейшество Триджанг Ринпоче 128
«Всегда желать большего»
«А?»
Летом 2006 года в издательстве «Открытый Мир» вышла книга ламы Сопы Ринпоче «Так называемый Я (ретрит в Москве)». Выступив в роли расшифровщика аудиозаписи и переводчика, я постарался донести до вас, уважаемые читатели, уникальный стиль «словесных медитаций» этого великого учителя. Издательство сразу же предложило мне перевести ещё одну книгу, что я и сделал. Поэтому своё предисловие к ней я хотел бы начать с выражения признательности «открытомирцам», которые подарили мне возможность ощутить это благословение — когда ты вслед за учителем проговариваешь и обдумываешь каждое слово, и простые истины, пропущенные через сердца и уста великих учителей великой традиции, вонзаются, как луч лазера, в самую сердцевину твоего бытия, и ты чувствуешь, как броня «так называемого Я» лопается и разваливается на куски, и единственное желание, которое остаётся, — постараться как можно точнее передать это состояние читателям.
Сейчас перед вами новая книга, в которой вы сможете ещё раз прочитать о том, о чём вы уже многократно читали. Никакой новой «информации» в ней нет. В этой книге, вышедшей в США в 2005 году, собраны наставления, которые были даны ученикам из западных стран тринадцатью выдающимися ламами в 70–х — начале 80–х годов (одно из учений — в начале 60–х), когда тибетский буддизм ещё не был так популярен на Западе. Неудивительно, что все эти наставления адресованы тем, кто ещё не имеет большого опыта, а только начинает пытаться что–то понять в буддийской философии и в том, какое отношение она имеет к современной жизни, и лично к каждому из нас, и как можно применить всё это на практике. В этих учениях говорится о базовых вещах — о Четырёх Благородных Истинах, о прибежище в Трёх Драгоценностях, о трёх основах Пути — бодхичитте, отречении и постижении пустоты, о методе и мудрости, о взаимоотношениях с учителем, об однонаправленной концентрации, о «трёх ядах ума» и о том, как с ними бороться.
В моей работе над этой книгой отсутствовал этап расшифровки аудиозаписи. Я просто читал английский текст и переводил его на русский язык. В каком–то смысле такая задача была проще, а в каком–то — сложнее. Прослушивая записи ретри- та с ламой Сопой, я мгновенно вспоминал те ощущения, которые испытывал тогда, сидя на полу в зале санатория «Дорожник», глядя на ламу Сопу и слушая его «живьём». А здесь я имел дело с текстом, уже перенесённым на бумагу. Из тринадцати лам, чьи наставления вошли в эту книгу, мне в этой жизни посчастливилось слушать только трёх: ламу Сопу Ринпоче, его учителя теше Лундруба Сопу и Его Святейшество Далай–ламу. И ещё — в видеозаписи — ламу Еше. Остальных я видел только на фотографиях (к настоящему моменту девять из этих тринадцати учителей уже ушли из жизни). А ведь каждому такому мастеру присуща индивидуальная манера общения с учениками, которая придаёт процессу восприятия учения окраску глубокого и неповторимого личного переживания. Для того чтобы русский перевод не превратился в сухой документ, лишённый живого ощущения, я поместил себя на время работы в ситуацию, отдалённо напоминающую ретрит: я практически не выходил из дома, занимаясь только этим переводом с утра до глубокой ночи. Таким образом я сфокусировал внимание на текстах учений и, насколько это было возможно, попытался почувствовать почерк каждого учителя, представив, будто я сижу и слушаю учения вместе с теми, кому повезло присутствовать там физически. При этом я старался сохранять максимальную близость к английскому тексту.
События, включённые в эту книгу, уже стали историей, и за это время изменилась как жизнь человечества в целом, так и всё, что связано с «западным» буддизмом. По большому счёту, не изменилось, разумеется, ничего — не только за тридцать, но и за 2500 лет. Страдания, присущие циклическому бытию, никуда не делись, как и их причины. Но, когда я в 2006 году в Москве соприкоснулся с теми словами, которые тридцать лет назад мастера тибетской буддийской традиции сочли нужным сказать ученикам нетибетского происхождения, мне показалось интересным поразмышлять о том, актуально ли это учение сейчас, применимо ли оно к нашей теперешней жизни и правильно ли мы — те, кто пытается идти этим путём — занимаемся практикой.
После выхода «Так называемого Я» мне приходилось слышать от читателей примерно следующее: «Это как–то слишком просто. Ну прямо для детского сада. И вдруг иногда — неожиданные переходы к малопонятным философским рассуждениям с очень странной системой логического анализа. Эта логика не убеждает, а про то, что надо делать добро, а не зло, мы и так понимаем. Неужели это и есть высшая буддийская мудрость? Как–то всё это не очень соотносится с современной жизнью. Всё сложнее. Это учение слишком наивно и архаично; оно было применимо к жизни людей в Индии или Тибете много сотен лет назад, но сейчас на Западе, а уж тем более в России всё настолько изменилось, что эти инструменты уже не работают. Сейчас есть гораздо более продвинутые методы…»
И ещё одно направление возражений: «Имея дело с буддистами из западных стран, тибетцы решили, что вообще всё население Запада (а Россия — это для них тоже Запад) настолько бездуховно, материалистично и инфантильно и настолько обезумело в погоне за деньгами, престижем и властью, начисто утратив способность видеть чужие страдания и думать о чём–либо, кроме собственного блага, что к западной аудитории нужно обращаться как к умственно отсталым детям. Но мы–то здесь при чём? Россия всегда славилась необычайно глубокой духовностью, не поддающейся никакому логическому анализу. Поэтому не надо объяснять
Отвечать на это довольно трудно. У каждого — своя кармическая траектория и обусловленное этой траекторией отношение к тому, что такое жизнь, счастье, страдание; у каждого своя степень чувствительности к «чужим» страданиям; каждый по- своему оценивает свой уровень и его соотношение с уровнем других людей; у каждого своё представление о том, что заслуживает внимания и траты времени, а что — нет.
Поэтому, вместо того чтобы пытаться опровергнуть вышеупомянутые тезисы с помощью каких- то других утверждений, которые вряд ли будут выглядеть убедительно, я просто приведу некоторые примеры из сегодняшней российской жизни. Таких примеров — тысячи на каждом шагу. Каждый миллиметр и каждая секунда нашего бытия — это одно сплошное бескрайнее доказательство того факта, что мы даже не собираемся переступать порог детского сада, потому что нам тут очень нравится. Тут — счастье.
Размер имеет значение
В 1981 году, объясняя Четыре Благородные Истины, Его Святейшество Далай–лама сказал:
«Бедный, неимущий человек думает, что было бы так чудесно, если бы у него была машина или телевизор, и если вдруг ему удаётся это приобрести, то поначалу он чувствует себя абсолютно счастливым и удовлетворённым. Но вскоре его счастье куда–то улетучивается. Через несколько месяцев он уже хочет другую машину. Если бы у него было побольше денег, то он бы купил другой телевизор. Стареющие вещи, то есть те же самые объекты, которые ещё недавно были источником радости, теперь вызывают чувство неудовлетворённости» (см. 8-ю главу этой книги).
Казалось бы, очевидно. Но у всех своё представление о том, что нужно для «счастья».
Читаем интернет–газету «Взгляд» от 2 сентября 2006 года:
«"Алёнушка, размер имеет значение", — поясняет мне один российский предприниматель. Мы на его яхте. В этом голу он приобрёл «лодку» в 75 футов. С каждым годом россияне покупают яхты всё длиннее и длиннее на радость мировым производителям. Каждая такая лодка может стоить от $30 млн. и до бесконечности. Каждая яхта должна иметь так называемый тендер — лодку поменьше, которая доставляет пассажиров с борта мегаяхты на берег. Граждане России часто используют в качестве курьерской лодки суда стоимостью до $ 10 млн.
В общую сумму затрат нужно включить и зарплату экипажа. Зарплата одного шкипера — от $2500 в месяц. Стоянка в яхт–клубе — до $25 тыс. в месяц. Затраты на топливо — в среднем $1000 в день. В немалые деньги обходится и погоня за яхтенной модой. Например, сейчас большим спросом пользуются «лодки» с вертолётными площадками — но такая яхта будет смотреться нелепо без собственно вертолёта, который придётся докупать отдельно».
Похоже на анекдот о новых русских. Но вряд ли на персонажей этого «анекдота» произведут впечатление, например, простые слова Ценшаба Серконга Ринпоче, сказанные в 1979 году: «Независимо от того, сколько денег, драгоценностей, недвижимости и тряпок мы накопили в течение этой жизни, в момент смерти всё это нам не пригодится. Когда мы умрём, мы двинемся по направлению к следующей жизни с пустыми руками и не сможем взять с собой ни единой даже самой крошечной материальной вещички. Мы не возьмём даже собственное тело. Сознание отделится от него и пойдёт дальше в одиночестве» (см. 10–ю главу книги).
Если сказать владельцам «мегаяхт», что, согласно Первой Благородной Истине буддийского учения, жизнь — это страдание, они, скорее всего, будут долго смеяться. Хотя… Среди леса рекламных билбордов, которыми утыкана Рублёвка, есть один, выделяющийся на фоне остальных. Во весь плакат — лицо мужчины лет тридцати; он смотрит прямо на тебя пробуравливающим насквозь взглядом гипнотизёра–маньяка. Крупная надпись: «Всё непросто? Иван Иванов, психотерапевт» (имя и фамилия изменены). Этот господин, видимо, обязуется избавить обитателей Рублёвки от психических расстройств.
