Читаем Фихте онлайн бесплатно

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Бур (Buhr), Манфред (р. в 1927 г.) — немецкий философ-марксист, заместитель директора Института философии Германской академии наук в Берлине, автор ряда работ по проблемам истории философии и современной буржуазной идеологии, один из редакторов «Philosophisches Worterbuch» (Leipzig, 1964). Советский читатель знает М. Бура по статьям, опубликованным в журнале «Вопросы философии»: «Немецкий экзистенциализм и рефашизация идеологии в Западной Германии» (1962, № 12) и «Иоганн Готлиб Фихте» (1964, № 2). Настоящая книга написана автором специально для издательства «Мысль».

Перевод с немецкого Я. Фогелера.

Общая редакция и предисловие А. Гулыги.

Предлагаемая вниманию читателя книга напоминает о серьезном пробеле в нашей историко-философской литературе. Проводя большую работу по изучению немецкой классической философии, мы, однако, недостаточное внимание уделяем Фихте. Его произведения на русском языке — редкость, к тому же переведены даже не все основные работы мыслителя. В последние годы у нас появились брошюры и статьи, посвященные Фихте, но все же до сих пор нет фундаментального исследования его учения.

Путь к освоению теоретического наследия Фихте в течение долгого времени закрывал имевший широкое хождение тезис о мнимом антидемократизме мыслителя. Ценность книги М. Бура состоит прежде всего в том, что она рассеивает предубеждения в этой области. Автор обстоятельно говорит о демократических взглядах Фихте, показывает, что в первый период своего творчества философ был приверженцем революционного образа действия. Имеются данные о том, что Фихте был связан с майнцскими якобинцами и с нетерпением ожидал занятия всей Германии французскими революционными войсками. Фихте предлагал свои услуги революционной Франции и даже намеревался переселиться в эту страну. «Мне не нужно никакого другого титула, кроме права называться французским гражданином, если только народ захочет дать мне его», [1]— писал он в одном из писем.

Немецкая реакция не могла простить Фихте революционных взглядов и ждала лишь повода для того, чтобы расправиться с молодым профессором-вольнодумцем. Такой повод представился в 1798 г., когда в иенском «Philosophische Journal», издававшемся Фихте, появилась атеистическая статья Карла Форберга «Развитие понятия религии». Фихте не был атеистом, он не разделял взглядов Форберга на религию, но счел возможным опубликовать его статью, снабдив ее своим предисловием. Так возник знаменитый «Спор об атеизме», в ходе которого против Фихте было выдвинуто обвинение в безбожии. Дело закончилось тем, что после официального выговора правительства Саксонии Фихте вынужден был уйти из Иенского университета.

Изменение обстановки во Франции, превращение освободительных революционных войн в захватнические не могли не повлиять на умонастроение Фихте. Философ увидел теперь свою главную задачу в идейной борьбе с французской агрессией, в пробуждении национального самосознания немцев. Отсюда и отдельные отдающие национализмом высказывания, относящиеся к этому периоду, которые, однако, надо оценивать конкретно-исторически, с учетом задач борьбы за освобождение страны и единство народа. Следует при этом заметить, что Фихте никогда не был прусским казарменным «ура-патриотом». О его критическом отношении к прусским порядкам свидетельствует хотя бы следующий сатирический отрывок из диалога «Патриотизм и его противоположность» (1807). Один из участников диалога обращается к другому:

«А.Откровенно говоря, мне хочется, чтобы Вы пришли в другой раз. Сейчас пробило пять. По моему распорядку дня это время отведено для занятий патриотизмом…

Б. Неужели это к спеху? Занятия патриотизмом? Как Вы осуществляете их?

А.Я узнаю, какие вышли новые указания и распоряжения, постигаю их мудрость и превозношу ее публично и громогласно.

Б.И Вы находите все эти указания только мудрыми и достойными похвалы?

А.Разумеется. Хороший патриот должен только хвалить и всегда хвалить, хвалить исключительно все, что у него есть. Если же вопреки ожиданию попадется что-нибудь похвалы не достойное, то об этом надо помалкивать. Только таким образом возникает и укрепляется прекрасный союз любви и взаимного доверия между управляемыми и правительством, которому необычайно приятно слышать нашу похвалу и полагать, что она является выражением всеобщего настроения» [2].

Несколько слов о характере субъективного идеализма Фихте. Пафос фихтеанства — активность, деятельность, причем деятельность не отдельного, изолированного индивида, а совокупности людей. Термин Яне должен вводить в заблуждение. «Речь идет не обо мне, — писал Фихте, — если бы вообще дело было в моей личности, я мог бы заняться ею, не говоря об этом ни одному человеку. И вообще для мира не имеет значения и не составляет события вопрос о том, что мыслит и чего не мыслит отдельная личность. Мы как всецело ушедшая в понятие и в абсолютном забвении наших индивидуальностей слившаяся в единое мышление община… вот кто желал мыслить и исследовать, и именно об этом Мы, а отнюдь не о своем Я, думаю я» [3].

Может показаться парадоксальным, но субъективному идеализму Фихте чужд индивидуализм, более того, мысль философа направлена на подчинение индивида общественному целому. Отсюда его явные симпатии социалистическим идеям, отсюда его твердое убеждение в том, что вечный мир на земле может быть достигнут путем соглашения между государствами при условии «равновесия имуществ», т. е. после радикального преобразования существующих экономических отношений.

Фихте созвучен нашему времени многими своими идеями, но, пожалуй, больше всего своим стремлением создать систему диалектического мышления. Отдельные диалектические мысли высказывались и до него. Учитель Фихте Кант сделал, например, поразительное открытие: он удостоверился в том, что мышление человека, стремясь проникнуть в сущность вещей, с неизбежностью наталкивается на противоречия, однако последние Кант воспринял как свидетельство бессилия разума. Фихте полностью оценил творческую роль принципа противоречия и впервые в истории философии попытался развернуть систему диалектических категорий, построенную на этом принципе. В какой мере это ему удалось, читатель узнает из книги М. Бура, живо и обстоятельно излагающей основные принципы учения И. Г Фихте. Не приходится сомневаться, что советский читатель по достоинству оценит эту работу молодого немецкого марксиста, уже известного в нашей стране по ряду других научных публикаций.

А. Гулыга

Иоганн Готлиб Фихте (1762–1814) — один из выдающихся философов, социально-критических и гуманистических мыслителей немецкой буржуазии периода ее прогрессивного развития. Его творчество относится в основном к лучшим достижениям классической буржуазной немецкой философии. Его взгляды, идеи и цели выходят за рамки отсталых общественных отношений в Германии на рубеже XVIII–XIX вв. Причина этого заключается в том, что Фихте, как и другие прогрессивные представители классической буржуазной немецкой философии и литературы, ориентировался в своем отношении к общественным проблемам времени на тот новый период развития буржуазного общества, начало которому было положено Французской революцией. Включив ее проблемы и идеи в свои философские, общественно-политические и исторические исследования, Фихте сумел высказать такие идеи, которые благодаря их критической, гуманистической направленности, правда во многом еще утопической и иллюзорной, предвосхищают уже более высокую ступень общественного развития.

Год рождения Фихте совпадает с событием, которое является символическим для всего его дальнейшего развития: в этом же году вышел «Общественный договор» Руссо. Идеи «Общественного договора» в дальнейшем оказали глубокое влияние на мышление Фихте, их практическое осуществление в государстве якобинцев периода Французской революции укрепило его революционные и демократические убеждения, возникшие под влиянием этих идей. Правда, вдохновленный идеями Руссо, смелый полет мысли Фихте был впоследствии прерван крайней отсталостью социально-политического развития Германии конца XVIII — начала XIX в. и его идеологическими проявлениями, тем комплексом условий, которые Энгельс называл «немецкими обстоятельствами» и на которых ниже мы остановимся подробнее.

Философия Фихте имеет свою судьбу, свою историю. Буржуазные историки философии неоднократно извращали ее. Субъективно-идеалистические крайности его учения часто рассматривались как главный момент и исходная точка исследования, хотя они были лишь следствием попытки — впрочем, с самого начала обреченной на неудачу — добиться достойного для человека существования в рамках буржуазного общества. Те иллюзии, которым Фихте был подвержен в своем развитии, сами становились предметом одной лишь критики и насмешек, хотя это были лишь извращенные идеологические покрывала исторически изживших себя условий. Наконец, личные качества, своеобразие личности Фихте стали поводом для псевдопсихологического подхода. Между тем это своеобразие, возведенное Фихте в общечеловеческую норму, лишь указывало на то неразрешимое в буржуазном обществе противоречие, которое Маркс назвал противоречием между общественным человеком, гражданином — citoyen — и частным лицом, членом гражданского общества — bourgeois (см. 3, стр. 391–392) [4].

Создается впечатление, что Фихте сознательно допускал противоречия в своих взглядах. Отчасти это так и есть, но достаточно вкратце познакомиться с традиционной буржуазной литературой о Фихте, чтобы убедиться, что эти противоречия философии Фихте рассматривались в отрыве от объясняющих их предпосылок, брались как незыблемые факты. В основе этого лежало стремление объяснить воззрения Фихте исходя из истории философии, как таковой, т. е. на основе идеологического развития того времени.

В отличие от такого подхода мы анализируем философию Фихте прежде всего в связи с историческим процессом того времени. Решительное обращение к самой истории вызывается в данном случае уже тем, что философия Фихте по существу своемусвязана с историческим процессом той эпохи и является теоретизацией исторического сознания, как удачно заметил однажды Гегель. Этот момент гораздо в большей мере свойствен мышлению Фихте, чем Канта или Гегеля.

Поэтому при изложении философии Фихте мы исходим из основной общественной проблематики того времени, ибо только так можно по справедливости оценить его идеи.

Иоганн Готлиб Фихте родился 19 мая 1762 г. в деревне Рамменау, в Восточной Саксонии. Его отец был ремесленником. Нужда сопровождала его с колыбели до самой смерти.

Случай открыл перед Фихте возможность получения образования, редко встречавшуюся в те времена: некий дворянин заинтересовался талантливым мальчиком и обеспечил ему материальную поддержку. Сначала Фихте учился у деревенского священника, а затем поступил в княжескую школу в Пфорта под Мейсеном, славившуюся в те времена в Германии. В 1780 г. он стал студентом теологии сначала в Иене, затем в Лейпциге. Однако он изучал главным образом философию, литературу и юриспруденцию. Сдать заключительный университетский экзамен Фихте из-за непрерывных денежных затруднений так никогда и не смог.

С 1784 г. Фихте был домашним учителем в различных местах Саксонии, затем в Цюрихе. В 1790 г. Фихте возвратился из Швейцарии в Лейпциг и продолжал зарабатывать на жизнь уроками. В Лейпциге он впервые познакомился с философией Канта, которая его настолько воодушевила, что он сразу стал ее сторонником.

В 1791 г. Фихте отправился в Кенигсберг, чтобы встретиться с Кантом. Он показал Канту свою первую работу — «Опыт критики всяческого откровения». Кант с похвалой отозвался об этой работе, и при его содействии она была опубликована в 1792 г. По случайному стечению обстоятельств книга появилась без указания имени автора, и публика решила, что автор — сам Кант. Великий философ разъяснил эту ошибку, и Фихте внезапно стал знаменитостью. По предложению Гёте Фихте был приглашен на должность профессора философии Иенского университета и с большим успехом преподавал там с 1794 по 1799 г.

Его популярность как преподавателя и автора философских сочинений, а главным образом его глубокие демократические убеждения вызвали активное противодействие со стороны реакционных сил как внутри, так и вне университета, которые чинили ему всяческие препятствия. Когда же он в одной из статей приравнял бога к моральной совести, то его обвинили в атеизме и изгнали из Иенского университета [5].

Из Иены Фихте переехал в Берлин, где занимался литературной деятельностью. В 1805 г. его пригласили в качестве профессора философии в Эрлангенский университет, в 1806 г. он читал лекции в Кенигсбергском университете. Зимой 1807–1808 гг., когда Наполеон оккупировал Германию, Фихте вернулся в Берлин, где стояли французские войска, и с риском для себя произносил патриотические «Речи к немецкой нации», в которых призывал к моральному возрождению, политическому единству нации и высказывался против деспотизма Наполеона.

Когда в 1810 г. был основан Берлинский университет, то Фихте стал не только его первым профессором философии, но и первым ректором. Он умер 27 января 1814 г. от тифа.

Путь теоретического развития Фихте можно разделить на четыре периода.

Первый периодможно ограничить 1794 г. В это время складываются основные убеждения Фихте. Высшим достижением его творчества этого периода являются две работы, написанные в 1793 г. в защиту Французской революции: «Требование к правителям Европы о возвращении свободы мысли, которую они до сих пор подавляли» и «К исправлению суждения публики о Французской революции», изданные анонимно, а также его первые изложения наукоучения: «О понятии наукоучения, или так называемой философии» и «Основы всего наукоучения» (1794); к этому же времени относятся и его лекции «О назначении ученого» (1794).