Читаем Эльфийский мёд онлайн бесплатно

— Мне всегда казалось, что эльфийки пахнут этой приторной свежестью, а никак уж ни мёдом, — горячо выдохнул хриплым, обольстительным голосом тот, кто совсем недавно стал моим мужем. Его жадные руки удобно устроились на моих бедрах, нежно поглаживая свои будущие угодья, пока непроглядно черные глаза, с тлеющими синими искрами в их глубине, следили за каждым моим движением.

Очень хотелось оттолкнуть этого мужчину со звериным взглядом, но мои руки были надежно сжаты всего одной ладонью его “пособника”.

— Я тоже обратил внимание на этот сладкий запах солнца ещё при первой нашей встрече, — вибрирующе прошептал мой неожиданный муж под номером два, обнимая меня со спины свободной рукой. В отличие от того, кто стоял передо мной, мужчина, расположившийся сзади, был куда внушительнее первого и возвышался над моей макушкой больше чем на голову, но это ещё ничего не значило.

— Надо полагать, Арон, нам с тобой всё же повезло, и в итоге наша жена не будет холодной как ледышка. Ты только посмотри, как мило она реагирует, — довольно произнёс черноглазый и, издав звук похожий на приглушенный рык, принялся языком ласкать мою шею.

Дёрнувшись, попыталась освободить руки, но куда там. С силой того, кого зовут Ароном, мне точно не тягаться, тем более в этом тщедушном тельце. Но если ничего не сделать, то такими темпами… ох, да чего же так приятно-то?

Мои попытки увернуться от ласки, кажется, возымели обратный эффект и теперь брюнет, с одной белой прядью у лба, бросив на меня многообещающий взгляд, стал спускаться к внушительному декольте подвенечного платья.

— Ты прав, Эрик, похоже, наша эльфийка куда чувствительнее, чем остальные представительницы ее расы. — Обжигающее дыхание Арона коснулась моего затылка, пока его наглая ладонь устремилась с живота к более сокровенной части моего тела. — Даже этот цветочно-сахарный аромат, исходящий от неё становится всё сильнее после настолько незначительных игр. Альфа, если так и дальше пойдет, то я долго не продержусь.

Утробно застонав, громила наклонил свою макушку с песочно-рыжеватыми прядями и напал на моё ухо. И вот тут застонать против воли пришлось уже мне. Этот тип пользовался языком не хуже первого, а уж их общие действия напрочь вытесняли из разума всё благоразумие.

Однако вспомнив, в какой ситуации я оказалась, из последних сил забилась в умелой паре горячих рук и безмолвно прокляла продавших меня эльфов — была бы возможность, я во все легкие закричала, выплескивая всю свою злость, но мой голос забрали точно так же, как и свободу.

— Ну, ну, сладкая, не сопротивляйся, — проворковал мне на ухо Арон, и я тут же задрожала от слишком острых ощущений, — мы будем нежными с тобой, и в итоге ты только порадуешься, что покинула этот лес со своими замороженными сородичами.

Будь моя воля, я бы сожгла этот проклятый лес с его алчными обитателями! Прикинулись хорошенькими, никогда не обижали прежнюю обитательницу тела, а оказывается только для того, чтобы ею откупиться!

Эти тоже хороши! Видят, что девица сопротивляется, и только сильнее заводятся от этого… Да хватит уже трогать мои уши! И с какого перепугу они настолько чувствительные? Ох, как же всё-таки хорошо...

Дыхание громилы, уверенно расположившегося за спиной, заставляло пылать кожу ещё сильнее прямо под влажной дорожкой оставленной наглым языком. Веки помимо воли то и дело закрывались от наслаждения, но я упорно их распахивала, не давая себе возможности ещё глубже утонуть в ощущениях.

Распуская завязки на платье, черноглазый Эрик кивнул Арону и тот, поняв его без слов, поднял меня в воздух, при этом удерживая, ох-ох, за промежность. Пришлось ещё сильнее стиснуть зубы, пока брюнет, распахнув мой наряд и, любуясь молочно-белыми полушариями, пророкотал:

— Ни один из тех длинноухих не подарит тебе и толики тех наслаждений, что способны дать мы. — После этих слов его черные глаза встретились с моими и он, придвинувшись к моим губам проникновенно произнес:

— Этот брак не вызывал у нас восторга, но тебя наказывать за это мы не собираемся, и если ты будешь хорошей девочкой, то твоя жизнь станет гораздо лучше.

— Слушайся альфу, сладкая, и тогда тебе не придется скучать по своему дому, — поддержал Эрика Арон, оставляя в покое моё ухо, и меня накрыло сначала облегчением, а затем негодованием.

Да это же угроза в чистом виде! Будешь раздвигать ноги и не противиться — будет тебе счастье. А нет — пеняй на себя.

Чтобы пусто было всем этим ушастым и хвостатым вместе взятым за эти унижения!

Ох и попляшете вы у меня, как только заклинание спадет и мой голос вернется! Вы же блохастые не знаете, какую подлянку вам подложили. Ну, ничего — я не упущу возможности отработать на вас пару навыков дрессировки, а пока стоит подыграть.

— Иса! Я тоже хочу его погладить! — немного капризно пищала стоявшая неподалеку эльфийка. Ещё совсем нескладная, угловатая фигура девочки-подростка была затянута в лучший эльфийский шелк персикового цвета, отчего её платиновые волосы казались почти белыми.

— Руалирэ, если ты будешь так кричать, то распугаешь всех животных в округе, — намекнула этой капризной принцессе на очевидный факт, бросая в её сторону насмешливый взгляд. Её большие миндалевидные глаза метнули в меня ярко-зелёные молнии, но Лирэ так хотела получить желаемое, что не стала снова настаивать на более официальном обращении к ней. Всё же мой статус был ниже, чем у неё, а значит: обращаться к этой мелкой вредине я могла только полным именем и на “вы”. Чем, впрочем, без свидетелей частенько пренебрегала.

— Так можно мне подойти? — нетерпеливо затопталась на месте девчушка, из-за чего даже острые кончики её длинных ушей принялись подрагивать. — Ты попросишь его мать не бросаться на меня?

Специально выдержав паузу, во время которой с наслаждением продолжала гладить мягкую шерстку моей сегодняшней жертвы обильных ласк, усыпанную на спине пятнышками, в итоге сдавшись, кивнула.

— Она друг, и не обидит твоё дитя, — сказала пасущейся неподалеку оленихе, что пристально следила за тем, чтобы её детеныша не обижали.

После этих слов олениха снова принялась щипать траву, отдавая своего ребёнка под мою ответственность.

Лирэ радостно пискнув, в два прыжка сократила разделяющее нас расстояние и не совсем благородно бухнулась коленями прямиком в мягкую траву возле меня. Оленёнок настороженно прижал плюшевые ушки, когда изящная ладошка эльфийки погладила его по светлому бочку. Не ощутив угрозы, детёныш так и остался лежать на моих коленях, поджав под себя длинные ноги, с трудом умостившись на предоставленном месте.

— Какой ты мягенький, какой миленький, — принялась ворковать Лирэ, тут же потеряв весь интерес ко мне. Да я уже к такому и привыкла, за четыре-то месяца.

Так уж сложилось, что хоть бывшая хозяйка моего тела и жила при эльфийском королевском дворце и её никто не обижал, но особым желанием общаться с ней тоже не горели. И это, несомненно, сыграло мне на руку. Ведь будь у неё хоть кто-то достаточно близкий, то меня раскусили бы на раз-два, пока в мои воспоминания вплетались потускневшие знания прежней хозяйки.

Прищурившись, посмотрела на солнечные лучи, пробивающиеся через сочную листву королевского сада, и с грустью вспомнила то, что пережила.

Моя человеческая жизнь оборвалась очень внезапно и именно в тот момент, когда я вдохнула свободу полной грудью. Прожив почти десять лет со своим бывшим мужем в непрекращающихся скандалах, одним утром проснулась с чёткой и трезвой мыслью — с меня хватит.

Конечно, просто так меня никто не отпустил, и потому потянулись долгие месяцы судебных тяжб. Когда нервы сдавали, хотелось самолично распилить напополам всё нажитое имущество и больше не спорить, кому что достанется. С квартирой и двумя машинами в итоге пришлось распрощаться, чтобы поделить деньги вырученные за них. По-другому компромисс найти было невозможно — я не хотела просто так отдавать то, во что так же вкладывала средства, а муж хотел от всей души мне насолить. Так что бодались мы очень долго.

И вот только настал тот чудесный день, когда морозное солнце разогнало свинцовые тучи и я, окрылённая тем, что все дрязги позади, спешила в ближайшую алкотеку за бутылочкой шампанского, всё пошло наперекосяк. Мой ангел хранитель, именно в этот долгожданный момент взял отпуск, оставив меня не в то время и не в том месте.

Случайная потасовка между четвёркой прохожих обернулась для меня шальной пулей прямо на тротуаре нашего городка, утопающего в вечерних огнях. Всё произошло так стремительно, что даже последних мыслей у меня не было — вспыхнуло лишь удивление такому невиданному случаю, как оружие в руках неадеквата, да ещё и ничуть ли на главной улице города.

А потом был свет, много света и новый день, но уже не в моём теле.

Что стало с настоящей хозяйкой, я так и не узнала. Да и выведать у остроухих снобов что-то, оказалось практически нереальной задачей. Всё что мне известно — настоящая Шаисалейсс (да, имечко у меня теперь, то ещё) просто уснула в своей комнате, а проснулась в ней уже я.

Пусть мои мысли вернулись к метаниям первого дня в этом мире, и страху после осознания произошедшего, мелодичный мужской голос быстро вернул меня в реальное время.

— Лирэ, кажется, твой преподаватель этикета не оправдывает вложенных в него средств. — Узнать говорившего мне не составило труда даже не глядя. Единокровный брат сидящей рядом эльфийки обладал не только запоминающейся внешностью, но и тембром голоса. Правда за притягательным фасадом Наилэвина пряталась хладнокровная змея.

Бросив на него украдкой взгляд, только мечтательно вздохнула. Закрутить бы роман с этим высоким и изящным остроухим (но тут стоит всё же напомнить себе, что Иса ведь приходится его, пусть не кровной, но двоюродной сестрой), да и он в мою сторону смотрит только замораживающим душу взглядом. Хоть я теперь и стала эльфийкой, но мои рыжие волосы и тёмно-карие глаза делали меня белой вороной среди платиновых блондинов и блондинок с изумрудными глазами. А всему виной кровь лесных отшельников.

Мне удалось совсем недавно подслушать в воспоминаниях прежней хозяйки этого тонкокостного тела, что происхождение Исы является, мягко говоря, позором на королевскую голову — сводная сестра короля эльфов из-за озабоченности своего мужа только магией, а не ей, нашла утешение в объятьях представителя очень таинственной расы живущей в чаще эльфийского леса. Вот и получилась в итоге вроде бы чистокровная эльфийка Шаисалейсс, но с примечательными чертами отца.

Принцессу, опозорившую королевскую семью, изгнали, а вот ребенка оставили, но не по доброте душевной — отцовский дар помог Исе заполучить тёплое местечко во дворце. Однако роль отщепенца надежно закрепилась за ней, несмотря на все привилегии. Те немногие кто с ней общался всю её недолгую, по меркам эльфов, жизнь были лишь учителя, да вот эти принц с принцессой — первый, только передавая указания своего отца, а вторая просто от скуки.

— Эвин, — встрепенулась Лирэ, едва услышала брата, но вскакивать с травы и тем более оставлять в покое шёрстку олененка она не спешила, — а ты разве не должен сейчас заниматься с мистрэ Аэлаин?

Память подкинула, что так звали магистра в сфере тонких плетений из нитей жизни, преподававшего это нелегкое искусство Наилэвину.

— Пришлось прервать урок, — недовольство этим фактом пробралось сквозь ледяную маску эльфийского принца, и он позволил себе свести русые брови к точёной переносице, — отец желает видеть нас…

И тут живые изумруды глаз Наилэвина вонзились в меня, пока он, поджав губы уточнял:

— Всех нас. Ису также пригласили в тронный зал.

А вот от этих слов я опешила. Рыжую эльфийку ещё НИКОГДА не приглашали в святая святых, и это заставляло нервничать.

— Да? — удивилась Лирэ не меньше моего, и по-птичьи склонив голову, внимательно посмотрела на меня. В этот момент она стала очень похожа на лесную нимфу со светлыми прядями, художественно вьющимися по траве вокруг её нежной юбки. — Раз отец зовет нас всех, значит: тому есть причина.

— Довольно игр. Поднимайтесь, времени мало, — резко бросил эльф, и брезгливо осмотрев меня с ног до головы, заколотил очередной гвоздь в крышку гроба моего самолюбия, — и не забудьте облачиться в более подобающие платья.

Стыдливый румянец упрямо расползся по щекам, опаляя жаром бледную кожу. Замечание сделано однозначно для меня, потому что в отличие от Лирэ на мне было простенькое льняное платье бледно-мятного цвета, которое мало походило на богатый наряд принцессы. Но и я же не на аудиенцию собиралась, а просто шла провести время в саду. Конечно, практичность победила, но я забыла главное правило: если ты направляешься даже в самое уединенное место не при полном параде, то обязательно встретишь всех.

Хотя того же Эвина мне не доводилось видеть в чём-то более простом — только шелковый сюртук застегнутый под горло и только шелковые же штаны заправленные в мягкие сапоги в тон нижней части наряда. Даже сейчас он выглядел так, будто готов хоть сию минуту приветствовать любых правителей заглянувших на эльфийский огонёк. Тёмно-зеленый сюртук таинственно мерцал серебристой вышивкой, что складывалась в причудливый орнамент и перекликалась с венцом, плотно обхватывающим голову. А штаны и сапоги цвета слоновой кости выгодно дополняли комплект. Если бы не острые уши и непривычно длинные волосы, достигающие узких бёдер, то можно было бы принять его за модель на экстравагантном показе мод.

— Значит поспешим, иначе настроение отца испортится и тогда всем будет несдобровать, — беззаботно хихикнула Лирэ, и с сожалением оставив оленёнка, удалилась в сторону выхода из сада, больше похожего на ухоженный лес.

— Тебе тоже не стоит рассиживаться, только тебя ждать никто не станет.

— Малыш, беги к своей маме, — проигнорировав длинноухого хама, мягко сказала олененку, и тот, встряхнув мордочкой, неуклюже поднялся и засеменил к матери.

Отряхнув юбку от мелких веточек засохших растений, начала было подниматься, но так и не ушедший эльф, подхватив меня под локоть, раздраженно прошипел:

— Сколько от тебя проблем.

Удивленно посмотрела на Наилэвина сверху вниз. Даже не глядя в мою сторону он одним движением привёл меня в вертикальное положение, а потом, ухватив за запястье, потащил к белым шпилям дворца, выстреливающим в голубое небо — скрыть сердце Эфельхайма не могли даже самые высокие кроны деревьев.

Эльфийский принц шёл очень быстро, и мне едва удавалось поспевать переставлять ноги по пушистому травяному ковру. Разглядывая прямую спину молодого мужчины, укрытую шелком платиновых волос, я про себя сокрушалась.

Ну не хотелось мне попадаться на глаза короля эльфов и тем более участвовать в каких-то делах семейных. Я не спешила всё это сбегать в открытый мир по соображениям безопасности. Память Исы не смогла мне подсказать, что творилось за пределами эльфийского леса, и потому было глупо покидать безопасное место. Теперь мне стало казаться, что шанс на свободу упущен.