Читаем Экс Хиии онлайн бесплатно

Это случилось давно. Но не так давно, чтобы внуки внуков внуков тех внуков внуков внуков, которые были внуками внуков внуков современников этой истории, успели стать дедами дедов дедов тех дедов дедов дедов, которые стали дедами дедов дедов наших современников. Всего лишь внуки внуков тех внуков внуков, которые были внуками внуков современников этой истории, успели стать дедами дедов тех дедов дедов, которые стали дедами дедов наших современников. В общем, очень-очень давно, но не очень-очень-очень давно.

Город назывался Буса. В древности – Сабумархакандра, она же Бусахамарраканд – эти два названия неоднократно сменяли друг друга, постепенно теряя слоги. Сабумархаканд, Бусахамарра, Сабумарха, Бусахамар, Сабумар, Бусаха, Сабу… пока от названия не осталось так мало. Правил Бусой в описываемое время, по старинной традиции, Экс, то есть эмир-калиф-султан, и это звание заменяло ему имя. Так к нему и обращались, Великий Экс Бусы. И на «вы». И он сам себя называл на «мы». Более полно его имя выглядело как Экс Хиии. Это бусяки так произносили. На самом деле оно писалось «Экс xiii», что означало «Экс Тринадцатый».

Экс Хиии знал историю, приключившуюся с одним из его предшественников, и не собирался устраивать никаких экспериментов в области управления своим городом-эмиратом-калифатом-султанатом. И своим чиновникам то же заповедал. Ибо порядок должен быть неизменным. Как предки установили, государство должно быть подобно могучему дубу. Правитель – его ствол, приказы и милость которого, как соки дерева, распределяются по ветвям, каковые есть чиновники, от крупных до мелких, народ же, расположенный на бесчисленных концах всех цепочек управления, подобен листьям. Что касаемо корней могучего дуба, то это история государства, питающая дерево полезными традициями, проверенными временем. Так всё и было, и было это хорошо. Пока не разладилось.

Вообще-то, Экс Хиии не очень любил заниматься всякими скучными вещами, вроде ревизии у главного сборщика налогов Же-Ула. Тем более тот докладывал, что всё в порядке, всё как всегда. Но в том-то и дело, что казначей Эф-Инан сообщил, что денег в казне не хватит на очередную большую охоту! Пускай это мероприятие, действительно, требует заметных расходов, но ведь это дело казначея – следить, чтобы в казне на такие вещи хватало средств! А он кивает на сборщика налогов – тот, де, не обеспечивает достаточных поступлений в казну. Ещё бы! Не на самого же Экса ему кивать, что тот, де, устраивает незапланированную охоту, да и драгоценностей в своём гареме слишком много раздаёт. Попробовал бы он сказать такое. Но самое главное: тайный советник Эр-Ефер принял сторону казначея и объяснил Эксу, что в устах сборщика налогов «всё в порядке, всё как всегда» означает всего лишь, что налогов в этом году собрали настолько же меньше, чем в прошлом, насколько в прошлом собрали меньше, чем в позапрошлом.

– Как-как? – не понял Экс. – В этом году меньше, чем в прошлом, а в прошлом меньше, чем в позапрошлом? И так всегда? Какое же это «всё в порядке»?! И, кстати, какое же «как всегда», если всё меньше и меньше?

– Ну так ведь не просто меньше и меньше, а каждый раз на одну и ту же величину меньше, это и есть «как всегда», – объяснил тайный советник. – А по мнению сборщика, если всё как всегда, то и всё в порядке. Ибо порядок есть стабильность.

Но Экс понял, наконец, что вникать в скучный предмет придётся, и потребовал сообщить ему величину этого «как всегда».

– В позапрошлом году было собрано налогов на триста гроссов, в прошлом – на двести гроссов, в этом – сто гроссов старинных динаров1. – не утаил печальных цифр тайный советник. – То есть каждый год стабильно на сто гроссов меньше предыдущего. И вы, Великий Экс Бусы, каждый год одобряли деятельность Же-Ула, тем более он дарил вам приличествующие подарки. Но главное тут даже не в том, что налогов удаётся собрать всё меньше, а в причине их ухудшающейся собираемости. А её-то вам Же-Ул и не сообщил. Возможно, он и сам не знает. Я, во всяком случае, не знаю. Но дело не в том, что сборщик кладёт в свой карман всё больше денег. И не в том, что он увеличивает финансирование личной стражи. И не в том, что вкладывает всё больше денег в интриги, какие всегда идут меж высших сановников. Я всё это проверил. То есть всё это делает, но это не причины. В смысле, на это столько денег не уходит. Также не являются причиной уменьшающиеся старания собрать-таки налоги – своих усилий в этом направлении сборщик не ослабляет. Во всяком случае, он заказывал примерно одинаковое количество войск для посылки в проблемные кишлаки в этом году, в прошлом и позапрошлом. Даже немного больше в этом и немного меньше в позапрошлом. То есть тоже всё как всегда.

– А какие тут вообще могут быть причины? – спросил Экс Бусы, который впервые обнаружил, что в деле государственного управления может быть что-то, кроме перечисленного. – Ведь это же кошмар! – вдруг с некоторым опозданием сообразил он. – Если такое «как всегда» продолжится, буквально в следующем году налогов может вообще не быть собрано нисколько!

– Мудрость Великого Экса Бусы славится во всём мире, – отметил его сообразительность тайный советник. – Что касается возможных причин, именно возможных, которые нужно исследовать и прояснить, то бывает много неприятных вещей. Убыль населения от мора или бегства в другие города. Обнищание населения от неурожая или других причин.

– Каких это – других?

– Ну, например, расслоение населения кишлаков на богатых и бедных. С бедных нечего взять, а богатые притворяются бедными, так что это хуже, нежели когда все одинаковые. В общем, может быть очень много очень разных причин.

– Но ты назвал не очень много. Какие ещё?

– Ухудшение управления. Грубо говоря, сборщики налогов работают всё хуже. Тут тоже много разных вариантов. Их подкупают. Или, наоборот, их не подкупают, они увольняются, недовольные малым жалованием, а оставшиеся не справляются с выросшим объёмом работы – и тоже увольняются. Или они не увольняются, но считают, что за такое жалование можно не особо стараться. Управление может портиться и не на низшем уровне рядовых сборщиков налогов, которые ездят по кишлакам, то же может происходить и в среднем звене. Ведь не будет же главный сборщик разговаривать с ними, на то у него средние сборщики есть. И они тоже могут почему-то, по разным причинам, работать всё хуже…

* * * * * * * *

Вот так правитель столкнулся с тем, что управление портится. А его тайный советник столкнулся с этим гораздо раньше. То приказы теряются где-то по дороге от ствола к листьям, то они оказываются понятыми неправильно, о чём он получал донесения. Впрочем, по некоторым несоответствиям между разными донесениями, стал он понимать, что и тут не всё благополучно. Так что и к донесениям ему, оказалось, нужно относиться недоверчиво. Пришлось, в конце концов, ставить об этом в известность правителя.

Сперва Экс на это только ворчал, что это нравы портятся. Ибо, естественно, чем дальше от корней поднимешься, тем их целительное влияние слабее. Вода в земле мокрее, чем в древесине, это давно известно. Особенно это известно старикам. Экс не считал себя стариком, но привычкой ворчать обзавёлся.

Постепенно, однако, стало до него доходить, что дело не только в порче нравов может быть. И даже не только в иногороднем-иностранном инфицировании, из-за коего они портятся. Он, конечно, велел чиновникам, отвечающим за народное воспитание, обвинять во всём иные города-государства, соседние в особенности, но купцы-информаторы доносили, что на самом деле почти никому там дела нет до его Бусы. Товаров в ней мало, взять с неё нечего. Рынок для их товаров тоже плохой: население бедное. Нет, богатые-то есть, но их очень мало. В общем, нет смысла кого-то специально развращать своими иностранными нравами. Это не значит, конечно, что нужно переставать обвинять, но и подумать надо, отчего же управление бусяками затрудняется – на самом-то деле?

* * * * * * * *

Экс Хиии не был Гаруном аль-Рашидом и в народ, переодевшись в простую одежду, не ходил. То ли этот способ получить верную информацию давно вышел из моды, то ли, наоборот, ещё не был изобретён. Поэтому, когда он понял, наконец, что нужно что-то делать, то просто продиктовал писцу повеление в очередной (внеочередной, вообще-то) раз призвать пред свои очи тайного советника Эр-Ефера, велел постановщику его личной государственной печати Бусы запечатать повеление, а слугам – вручить его курьеру вместе со специальным опознавательным перстнем и отправить его.

Курьер выскочил из дворца и вскочил на коня. Надо сказать, кони курьеров Экса Бусы были самыми быстрыми – никто не имел права держать таких коней для себя. Их всех надлежало сдавать в конюшню курьеров за фиксированную плату под страхом сурового наказания.

Конь полетел как ветер и вскоре донёс курьера до ворот дворца Эр-Ефера. На воротах он предъявил опознавательный перстень, и стражники Эр-Ефера поспешно впустили его. Спрыгнув с коня, курьер вбежал во дворец, нашёл Эр-Ефера и вручил ему повеление Экса Хиии. Тайный советник рассмотрел печать, вскрыл повеление и прочёл, что ему нужно как можно скорее предстать пред очи повелителя.

Конечно, ему потребовалось омовение и переодевание в парадную одежду, да и курьерского коня у него не было, а был парадный паланкин, несомый дюжиной слуг и окружённый четырьмя дюжинами телохранителей, но всё же он и правда постарался прибыть как можно быстрее. Экс Хиии не обладал терпением джинна, на тысячелетия запертого в кувшине, который только после истечения третьей тысячи лет решает, что он убьёт всякого, кто его освободит, поскольку в предыдущие тысячи лет намерения озолотить своего освободителя и сделать его властелином мира не возымели никакого действия. Терпение Экса было примерно в десять миллионов раз короче. То есть его хватало на два часа, тридцать семь минут, сорок секунд и восемь децисекунд. Примерно. Причём до того, как оно кончалось, он тоже джиннам не уподоблялся и не проявлял намерения наградить явившегося раньше. Он считал, что достаточно его не казнить.

Перед залом, в котором тайного советника ждал повелитель, был ещё один зал, специально для подготовки посетителей. В нём Эр-Ефер собрался с духом, отошёл подальше от дверей в главный зал, разогнался по направлению этих дверей и плюхнулся на пол ничком. Под парадной одеждой у него были привязаны подушки, чтобы падать на каменный пол было не очень больно. Так он и въехал к повелителю, лёжа на пузе, и доехал почти до дивана, на котором восседал Экс Хиии.

Тот сразу велел советнику встать. При этом обнаружилось, что советник собрал на парадную одежду немало пыли. А ведь пол в главном зале должен был быть всегда чисто вымытым. Так что советник близко к сердцу принял жалобы Экса Бусы на ухудшившееся управление государством. (Уж если в главном зале полы не моются, то, видать, в остальных местах порядка ещё меньше). И с готовностью отправился выполнять поручение разобраться в причинах этого.

* * * * * * * *

Через несколько дней после выданного ему поручения тайный советник Эр-Ефер явился с докладом. По его словам, нынешние нарушения управления в их городе-государстве уже изучены учёными мудрецами. Нужно было только спросить их. Ситуация полностью описана в объёмной труде (в семи свитках, каждый из которых длиной по семь локтей) некоего прославленного современного2 душелекаря Эс-Оцио, причём берущегося лечить не отдельных людей, а целые города-государства. Труд назывался «О наилучшем управлении в условиях и при обстоятельствах полной потери оного». Уже из названия видно, какой этой большой и мудрёный труд!

Чтобы Экс Хиии не тратил время на чтение, Эр-Ефер коротко пересказал труд Эс-Оцио. Вообще-то, в его обязанности входило реферирование кратких новостей. В основном, донесений о базарных слухах, доставляемых агентами. Так что самому ему читать труд Эс-Оцио тоже было недосуг. Ему составил краткое описание труда Эс-Оцио подчинённый. А тот просто воспользовался своим высоким положением – приказал доставить к нему Эс-Оцио и велел ему самому кратко и понятным языком изложить содержание труда. К счастью для Эс-Оцио, он сумел выполнить это требование, так как разговаривал не только с учёными душелекарями, но и с простыми людьми, так что рассказ о том, чем он занимается, у него был наготове. Это он и рассказал. А писец записал. И теперь Эр-Ефер зачитал Эксу Хиии.

По учёнейшему мнению Эс-Оцио, на жизнь всех людей Бусы заметное влияние оказывала мода. Иногда слабее, иногда сильнее, на кого слабее, на кого сильнее. Мода могла касаться одежды. В этой области на неё и принято обращать больше всего внимания, и само слово «мода» больше всего в этой области и применяется. Но не только. В данное время сильные позиции захватила мода говорить и вести себя как известный герой народных рассказов Ша-Вейк. Он, как известно, ко всем просьбам, а особенно приказам начальства, относился с огромным энтузиазмом и, воодушевившись, бросался выполнять их с гигантским рвением. Чем часто доводил их до абсурда и получения результата, противоположного ожидаемому. В рассказах богатых он представал глупым и ни на что не пригодным работником, в рассказах бедняков – хитрым и себе на уме, на которого где сядешь, там и слезешь. Естественно те, кто ныне следовал этой моде, считали себя умными – если речь об их поведении при попытке их запрячь в какую-то нежеланную работу. Но это в последнее время до такого дошло, ранее это была просто шутливая манера разговора.

– Ах, вот в чём дело! – обрадовался Экс Бусы. – Верно-верно, мы и сами почти уже сообразили! Помнится, заказали Ка-Ардена, стражники приволокли труп. Мы им: «Идиоты! Халат!» – Экс захихикал. – Ладно, с этим уже можно работать. Очень просто. Нужно приказывать не то, что нужно, а гораздо меньше. Выполняющий приказ сам его усилит. Нужно только определить, какое усиление сейчас в этой глупой моде принято. Эй, там! Мы хотим слегка перекусить! Обедать по-настоящему пока не хотим! Принесите-ка нам… э-э-э… одну двенадцатую часть обеда, вот!