Читаем Джульетта онлайн бесплатно

Юным мечтательницам

и

хорошим дочерям

посвящается

Повесть «Джульетта» является художественным текстом. Персонажи вымышлены и не могут считаться репрезентацией реальных людей. Любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно.

Основное место действия и все упоминаемые организации являются плодами воображения автора. Любое совпадение с реально существующими или существовавшими компаниями случайно.

Сюжет основан на реальных событиях.

Анна Горелочкина поднимается по лестнице в офис Частной компании «Арт энд блад». Девушка идёт устраиваться на должность специалиста по таможенному оформлению.

«Арт энд блад» – это культурный центр, реализующий проекты в области современного искусства: театральные постановки, кинопоказы, выставки, перформансы. Компания является организатором крупнейшего в стране Международного форума искусств «Город и культура». Форум проводится каждый год в период с марта по май и состоит из двух фестивалей. Фестиваль театра «Слёзы Брехта» – это показы лучших спектаклей из разных стран мира в марте. Фестиваль визуального искусства «Экспозиция» происходит в апреле и мае, это десятки выставок в галереях и музеях города: живопись, фотография, инсталляции, перформансы, а также кинопоказы.

Насколько Анна поняла по описанию вакансии и телефонному разговору с представительницей компании, многие артефакты для «Экспозиции», например, картины, фотографии, арт-объекты, а иногда и реквизит для перформансов, отправляются экспресс-почтой. Так как посылки отправлены из-за рубежа, они приходят не сразу в офис, а на таможню, которая принимает решение – выдавать посылку или нет. Специалист по таможенному оформлению отвечает за подготовку всех необходимых документов для получения посылок и коммуникацию с таможенными органами.

Анна Горелочкина никогда не мечтала работать с таможней. Будь это любая другая организация, она бы ни за что не устраивалась на должность, название которой сразу вгоняет в тоску. Однако это же «Арт энд блад», совсем другое дело, здесь важно не чем именно заниматься, но где, с кем и, главное, во имя чего.

Форум искусств «Город и культура» – визитная карточка страны. Благодаря масштабному культурному событию город стал важной точкой на карте для любого человека, имеющего хоть какое-то отношение к искусству. Если десять лет назад большинство иностранцев имели весьма смутное представление о том, где же находится эта страна, то теперь, стоит упомянуть «Город и культура», все сразу понимают, о какой части мира идёт речь. На форум отовсюду съезжаются режиссёры, критики, актёры и продюсеры. Самая влиятельная международная пресса пишет о нём, отголоски событий доносятся весь год в виде обсуждений и публикаций.

Двадцатитрёхлетняя Аня смотрит в будущее с надеждой и нетерпением. Разочарована в обычной офисной работе, восторжена сферой культуры. Девушка готова делать почти любую, даже скучную, неприятную работу, лишь бы ради стоящего дела, лишь бы во благо.

От мысли стать частью команды «Города и культуры» у Анны перехватывает дыхание. Многие годы она была зрительницей, бегала по выставкам, из-за безденежья пыталась попасть через служебные входы на спектакли и кинопоказы. Работа в «Арт энд блад» кажется сбывшейся мечтой, всё прямо как в той поговорке: «Занимайся любимым делом и никогда не будешь работать». Анна заранее горячо и страстно влюблена в новое место работы.

Встреча проходит в захламлённом, но уютном офисе на чердаке Музея довоенного искусства в Старом городе. На стенах висят репродукции известных картин: «Танец» Матисса, «Подсолнухи» Ван Гога, «Завтрак на траве» Мане. На шкафах и столах видны старые афиши спектаклей, выставок, фильмов. Каталоги театральных и кинофестивалей, выставок, монографии по искусствоведению раскиданы по книжным полкам и столам. Кое-где можно увидеть початые бутылки вина и коньяка.

У Анны захватывает дух от творческой, богемной атмосферы. До сих пор трудно поверить, что отныне это будет её место работы, пусть и всего на полставки.

Пока Анна Горелочкина рассматривает картины и книги, милая светловолосая помощница директора «Экспозиции» начинает объяснять, что такое работа с таможней. Когда на факс приходят уведомления от почтового отделения с номерами накладных на посылки, нужно сразу звонить в курьерскую службу и просить переслать копии накладных и инвойсов, а также справки о расходах на пересылку. Далее специалист заполняет заявления на таможенное оформление. Если сумма за пересылку и таможенная стоимость вместе составляют менее 500 евро, имеешь дело с самой простой таможенной процедурой «Импорт», если более 500 евро – с более сложным «Временным ввозом». Подготовив все документы, едешь на таможню, и там начинается хождение по кабинетам, предъявление разных бумаг разным инспекторам, визиты на склад, подача документов, ожидание решений… Аня внимательно слушает, кивает, делает заметки в блокноте.

За соседним столом сидит легендарный куратор «Экспозиции» Пётр Александрович Дубовский, и ему один за другим звонят журналисты с просьбами дать комментарии для статей. Аня с восхищением внимает, как Дубовский говорит об искусстве, о художниках и перформерах на красивом, правильном языке со множеством эпитетов. В соседней комнате художественная руководительница театрального фестиваля «Слёзы Брехта» и директор компании «Арт энд блад» Джульетта Алексеевна Громовская рассказывает коллегам о спектакле крутого европейского режиссёра, с которым она недавно познакомилась в Австрии. И зимнее солнце палит в окно, и вид открывается на праздничный центр города, и всё так прекрасно! В офисе, где девушка работала раньше, люди болтали лишь о покупках, зарплатах, кредитах и вкладах, пересказывали друг другу телесериалы и бездарные ток-шоу… Здесь же сама директор делится впечатлениями об авангардном европейском спектакле! Восторгу Анны нет предела, ей хочется вскочить и переобнимать своих новых коллег прямо сейчас, забыв о правилах и приличиях.

Вот оно, – думает юная Анна, – я нашла своё место. Конечно, надо будет ездить на таможню и тратить по три часа в день на дорогу, сидеть целыми днями в серых коридорах, таскать нелёгкие посылки. Но ведь она оказалась в такой прекрасной компании, где Дубовский красиво и со знанием дела говорит об искусстве, а директор Джульетта (какое редкое, театральное имя!) только что рассказала пошловатый анекдот. И все смеются, потому что люди здесь расслаблены и раскрепощены. Не то что на прежнем месте работы, где были люди-функции, серые и безликие. В компании «Арт энд блад» трудятся личности, настоящие, из плоти и крови, и это её, это всё, однозначно, её.

Анна согласилась на неполную занятость и невысокую зарплату. В январе пришлось съездить на таможню два раза, в феврале три, зато в марте она ездила каждый день, неизменно притаскивая в офис коробки и чемоданы.

В офисе девушка появлялась на час-два, чтобы подготовить и распечатать документы для таможни. Она брала деньги на билеты на автобус у главного финансиста Фаины Петровны, красивой и ухоженной женщины средних лет, и гнала на автовокзал. Почему-то всегда Аня выходила впритык и рисковала опоздать.

Анна носилась в своих рваных джинсах и жёлтых «вырви глаз» берцах, у неё были короткие, покрашенные в красный цвет волосы, в нос было вставлено серебряное колечко, а в бровь – аккуратненькая серёжка штанга. Внешний вид девушки никого на работе не смущал, в офисе собрались творческие люди, все всё понимали и принимали, никто никого не форматировал и ни под какие стандарты не подгонял. Так она думала, сидя в автобусе по пути на таможню, глядя на проплывающий за окном зимний и счастливый город. Анна была рада одновременно и работать, и продолжать учёбу в магистратуре и с нетерпением ждала, когда начнётся семестр, обещающий столько интересного.

Семестр обещал не зря. Подъём в шесь утра, первая пара – в восемь ноль-ноль. Занятия заканчиваются в час дня, потом – быстрый обед в студенческой столовой, если повезёт, или фастфуд, если совсем времени нет, и – на таможню. Там бывало по-разному. Февраль заканчивался, наступал март, а за ним и апрель – время «Экспозиции». Количество посылок увеличивалось с каждым днём. Таможенные инспекторы то и дело заставляли Анну переписывать заявления из-за малейших неточностей, иногда грозились поставить печать «Отказ» и не разрешить выдачу. Ей приходилось уговаривать, упрашивать, улыбаться, кокетничать. Чаще всего это срабатывало, но порой она была вынуждена сидеть в продуваемом и одновременно душном коридоре до девяти вечера, когда инспекторы наконец соизволяли вынести заявление с печатью «Выпуск дозволен». Это означало, что забрать посылку Анна сможет только на следующий день, ведь склад работает до 18:00. И неважно, что завтра могла быть суббота и у девушки были другие планы, ей приходилось опять ехать на таможн, высиживать в очереди на склад, получать тяжеленные посылки, тянуть их на остановку, затаскивать в автобус, который шел на автовокзал, а оттуда как-то добираться до офиса.

Апрель и май пролетели стремительно. В апреле было мало сна, бесконечные перекусы тем, что подворачивалось под руку, ожидание по двенадцать часов на таможне и уговоры инспекторов оформить тот или иной груз срочно, без очереди, ведь открытие выставки завтра – уже завтра! – а ключевое произведение застряло на таможне, потому что его слишком поздно отправили. Инспекторы попадались разные, и благодаря этой работе Анна поняла важную вещь: можно сколько угодно надеяться, что мы способны что-то предсказывать или на что-то влиять, но есть общее течение жизни, и идти против него не имеет никакого смысла. Анна осознала, что потратит меньше нервов и ресурсов, если научится отпускать ситуацию и перестанет верить, что всё на свете зависит от неё. Она постигла прямо-таки буддистскую истину о смирении, курьерский дзен полного принятия жизни. Когда Анну в очередной раз просили переделать документ, ещё вчера для другого инспектора совершенно корректный, она не ругалась и не спорила, а покорно переписывала.

Таможня, – говорила себе девушка, – это тренажёр по восприятию жизненных неурядиц, нелепых, алогичных и всегда возникающих тогда, когда кажется, что обо всём позаботилась и всё учла.

Каждый раз, когда директор Джульетта Алексеевна Громовская пересекалась с Аней в офисе, она задавала девушке вопросы, словно проводила необычное, растянутое во времени собеседование. Начальница как будто присматривалась к Горелочкиной с безопасного расстояния.

Как-то они столкнулись в коридоре:

– А где ты раньше работала? – словно мимоходом спросила Джульетта.

– В «Ретлесе», помощницей генерального директора.

– А, отличный опыт работы.

Потом в кабинете, когда Анна заполняла декларацию для таможни:

– Анна, а как у тебя с английским?

– Хорошо, я училась в гимназии с углублённым английским, учила его в университете, сдавала тест IELTS и получила 8 баллов из 9, с таким показателем я могла бы учиться в Англии.

– Ясно.

На третий раз языковая тема снова всплыла:

– А кроме английского, какой твой второй иностранный язык?

– Шведский, но я учила его только два года и всё хочу продолжить обучение.

– Понятно.

Тёплым майским вечером, когда фестиваль «Экспозиция» уже закончился, Анна распечатывала документы на обратную отправку картин и фильмокопий. Из соседнего кабинета она услышала голос Джульетты:

– Аня, подойти, пожалуйста, сюда!

Вставая из-за стола, Анна вспомнила, как впервые увидела Джульетту. Когда помощница Петра Дубовского проводила первое собеседование, в офис ворвалась взмыленная женщина, которая на повышенных тонах требовала по телефону убрать хлам со сцены какого-то театра. Женщина села за компьютер, достала из сумки огурец, салат в полиэтиленовом пакете, вилку и так и сидела за компьютером, откусывая от огурца в одной руке и зачерпывая салат вилкой прямо из пакета, одновременно с кем-то разговаривая. Позже Анна выяснила, что это и была директор компании «Арт энд блад» – Джульетта Алексеевна Громовская. Это шокировало девушку. На прежнем месте работы руководительницей была солидная дама, которая сидела, разумеется, в отдельном кабинете и ни разу ни на кого не повышала голос, по крайней мере, прилюдно. Представить её с огурцом в руке и с салатом из пакета вообще было невозможно. Стол Джульетты стоял в общей комнате напротив стола помощницы и слева от рабочих мест главного финансиста и заместителя директора. Это место вообще не было привилегированным, и из-за вечно открытых дверей в проходной комнате все друг другу всегда были доступны.

Джульетта предложила Анне Горелочкиной подумать, хотела бы ли она стать сотрудницей компании «Арт энд блад» на постоянной основе:

– Люда, которая помогала мне в этом году на «Слезах Брехта», увольняется, и нам нужен новый человек, – Джульетта выдержала паузу, пристально глядя Ане в глаза. – Ты можешь совмещать эту работу с таможней на «Экспозиции», по срокам же блоки расходятся: «Экспозиция» в апреле и мае, театральный – в марте. Подумай.

Анна походила три дня в раздумьях, хотя и сразу знала, что согласится. Её влюблённость в «Город и культура» была слишком сильной, и девушка легко представляла себя на месте уволившейся Люды. Воображение рисовало завораживающие картинки, на которых деловая Анна с двумя постоянно трезвонящими телефонами и планшетом в руке на раз-два решает все проблемы и разруливает любые конфликты. Ею восхищаются, она умудряется одновременно прекрасно справляться и с театральным фестиваляем, и со своей работой по таможне на «Экспозиции».

Аня так и видела, как будет знакомиться и непринуждённо болтать со всемирно известными режиссёрами и театральными критиками на фуршетах. В фантазиях она делится впечатлениями от спектаклей, поражая всех интеллектом и красотой.

И в то же время девушке было очень страшно. Никогда раньше она не была координатором проекта, это был вызов, но Аня любила вызовы и часто делала именно то, что её пугало больше всего.