Читаем Джин с чердака.Том IV. онлайн бесплатно

— Да, мам, — как болванчик, кивала Джинни уже как добрых минут десять.Мать, как и всегда, долго читала ей нотации, звуча скорее как начальник, отчитывающий своего работника, чем мать. Джинни не смела даже поднять головы, хорошо зная, что вид её лица разозлит женщину.— Бесполезная идиотка, — пренебрежительно шепнула женщина себе под нос и громче скомандовала: — Иди к Кевину.— Да, мам.Она чувствовала, что должна немедленно покинуть этот душный дом. Стены, сдавливающие её, казались живыми, желая поглотить и разжевать, как будто они были разумными монстрами.Сделав шаг за порог, Джинни оказалась на улице, где свежий воздух обнял её, но не смог окончательно развеять туман тревоги. Вдруг мимо неё пронёсся ребёнок — Кевин, который с восторгом гнался за соседским котом. Его смех и крики были наполнены беззаботностью, и что-то внутри неё, не поддающееся объяснению, заставило её броситься следом за ним. Её ноги сами собой понесли её вперёд, но вскоре мир вокруг неё начал расплываться.Она оказалась в тёмном высоком лесу, который окружал её со всех сторон. Деревья, словно стражи, преграждали путь, а их густые кроны поглощали свет. В глубине леса мерцали алые огоньки, словно звёзды, упавшие на землю. Внезапно в её голове зазвучал гул, похожий на шёпот тысяч голосов, которые смешивались в хаотичном хоре. Это было нечто большее, чем просто звук; это было ощущение, которое пронизывало её до глубины души.Призрачные облики начали мелькать вокруг, как тени из далекого прошлого, вызывая у неё чувство тревоги и неуверенности. Каждый миг казался вечностью, и в этом калейдоскопе образов её сознание пыталось ухватиться за что-то знакомое, но всё ускользало. Гул усиливался, и она различила среди него шёпот парселтанга — языка, который она не понимала, но который вызывал в ней инстинктивный страх.Чувство самосохранения подгоняло её бежать, и она, не осознавая, куда направляется, стремилась к выходу из этого кошмара. Каждый шаг отзывался эхом в её сердце, и страх становился всё более невыносимым. Тело ощущалось тяжёлым, словно она бежала в липком болоте, что стремилось утянуть её на дно. Лес сжимался вокруг неё, как ловушка, и она понимала, что должна спасти свою жизнь.

Без всякого предупреждения Джинни потеряла равновесие и упала с кровати, врезавшись в пол. Локти и колени обожгло болью, изо рта вырвался болезненный стон вперемешку с сонными проклятиями. Этот резкий переход из одного мира в другой вырвал её из объятий сна. Она проснулась, тяжело дыша, с сердцем, колотящимся в груди. Всё, что произошло, казалось одновременно реальным и недосягаемым, оставляя после себя лишь смутное ощущение тревоги и неопределённости.

Окончательно проснувшись, Джинни растерла лицо руками, продолжая лежать на полу:

— Ха, — длинный выдох, — всего лишь кошмар. Я прямо второй Гарри Поттер, — иронично заключила Джинни.

Что-то мучило её, ведь она уже пару дней, как заселилась в эту комнату. Она даже обшарила всю комнату в поисках какой-нибудь проклятой вещи, но всё чисто! А дурные сны на месте. Том мог бы помочь сделать ей ловец снов, но Мерлин, она уже представляет, какие издевательские фразочки потоком выльются из его рта. Так что нет уж!

Дверь без стука открылась. Так бесподобно к ней могла ворваться одна личность, и это был именно он — Том Реддл. Он замер на пороге с насмешливо приподнятыми бровями, он не был уверен, смеяться или спешить помочь.

— Что ты делаешь? — всё же не сдержал вопроса Том, видя, что Джинни без движений лежит на полу, запутавшись в одеяле.

— Отдыхаю. Когда ты научишься стучаться? — огрызнулась она, не поворачивая к нему головы. Взгляд её был прикован к небольшой паутинке в углу потолка, с неё свешивался на тонкой нити паучок.

Том пожал плечами. К странностям Джинни он привык давным-давно, и в этот раз, как и обычно, он предпочёл не вникать в хитросплетения её мозгов.

— Я принёс тебе перекусить.

— С этого бы и начал! — тут же повеселела Джинни, подскакивая с пола и на ходу спотыкаясь и заваливаясь вперёд. Том в одно движение поставил тарелку на тумбу и подскочил к ней.

Будь это какой-то любовный роман, сейчас был бы милый момент объятий или даже поцелуя! Но, увы, это реальная жизнь. Жестокая и беспощадная...

Том подскочил к ней, но в полной мере "спасти" её не смог, не хватило доли секунды. Джинни вытянула руки, чтобы предотвратить свой поцелуй со старым дубовым полом, Том вытянул руки, чтобы подхватить её под подмышки. Как в замедленной съёмке, руки Тома мазнули по плечам, а сама Джинни бодренько полетела дальше, впечатавшись лицом в низ живота Реддла.

Том не удержался и тоже завалился назад, скорее от неожиданности, чем от силы удара её головы, но когда на него всё же упала Джинни, его дружку досталось. Реддл закусил губу, издав приглушённый стон и инстинктивно потянулся к месту удара.

Джинни, осознав, какой части мужского тела коснулся её подбородок, пришла в ужас! В первую секунду её словно парализовало, а во вторую она ощутила, как кровь по её венам забегала быстрее, приливая в голову и особенно к лицу, которое защипало так, словно она прилегла им на кактус! Она подскочила на ноги, чуть не споткнувшись об одеяло уже второй раз, потом её ноги запутались в скручивающемся Реддле.

— Я... Я, это, случайно... — запинаясь, пискнула она, бегая глазами по комнате. — Да, извини, мне нужно туда, — указала она вправо, на окно. Поняв свою ошибку, она спохватилась и указала в противоположную сторону от окна: — Ой, вот туда!

Она стремглав бросилась в ванную, влетев внутрь, Джинни захлопнула дверь и сползла по ней на пол. Она закрыла лицо руками и прижала колени к животу.

Мерлин, Мерлин, Мерлин, как она теперь будет смотреть ему в глаза?! Стыд-то какой! — она стукнулась лбом об колени, не отнимая рук от лица.

Поднявшись на колени, Джинни глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и отогнать жар. Встав на ноги, подошла к раковине, со стыдом посмотрела на своё отражение: лохматая, с водянистыми от влаги глазами, на розовом лице румянец был не только на лице — он спускался и ниже, на шею, ключицы и плечи. Вид был жалкий, подытожила она, рассмотрев себя во всей красе.

— Джин, выходи, всё в порядке. Это просто небольшое недоразумение.

Слова Реддла только ещё больше подстегнули её, добавляя к уже имеющемуся перечню эмоций ещё и гнев, делая это "зелье" особенно убойным.

— Уходи! Убирайся вон из моей комнаты! — хотя это и были грубые слова, но из-за смущения они звучали скорее умоляюще и жалостливо.

Том за дверью вздохнул. Он не понимал, почему Джинни так разозлилась. Да, упали и что в этом такого? Неудачно упали, но, по крайней мере, он смягчил ей падение, стоило как минимум поблагодарить его за это.

Джинни прильнула ухом к двери, дожидаясь, когда дверь закроется, и она сможет выйти.

Хлопок закрытой двери стал спасением, и Джинни, умыв лицо холодной водой, вышла.

Дверь за её спиной закрылась.

— И что за идиотская выходка? Тебе не пять лет, — безразличным тоном раздался голос Тома за её спиной.

— Докси укуси тебя за нос! Реддл, — прошипела Джинни, хватаясь за сердце. — Ты почему ещё не ушёл?!

Том оттолкнулся от стены и со змеиной грацией прошествовал мимо Джинни, останавливаясь и разворачиваясь к ней лицом. Джинни подняла голову, чтобы смотреть ему в лицо, где-то на затворках разума проскакивали завистливые и раздражённые мыслишки. Реддл рос как грибы под дождём, становясь с каждым днём всё выше и шире в плечах; на его фоне даже каланча Ронни не казался таким уж внушающим.

Перед носом Джинни пощелкали пальцами.

— Джинни, — позвал её Том. — Как вижу, ты уже в норме. Я урвал с кухни сандвичей, пока орден Прожорливой курицы не успел опустошить холодильник.

— М, — понятливо протянула она, взгляд сам собой пытался скоситься ниже лица Реддла. — Спасибо, я обязательно всё съем!

Том кивнул.

— Я чувствую что-то странное в этом доме, — вдруг Том разорвал молчание. Джинни, же доедавшая уже второй сандвич с круглыми щеками, замерла и подняла голову, сморщив лоб. — Не знаю, как что-то знакомое, что ли?

Джинни быстро зажевала и сглотнула, запив всё чаем.

— Это дом тёмного рода Блэк, может, ты чувствуешь Тёмную магию?

— Не думаю, — нахмурившись, отрицательно мотнул головой Реддл. — Я могу определить, когда чувствую тёмную магию, и это не то ощущение.

Аппетит как-то мигом улетучился; если Реддл почуял что-то неладное, то их снова ждёт какая-то мутная история.

Убрав тарелку на тумбу, Джинни повалилась спиной поперёк кровати, раскинув руки в стороны.

— Джин?

— Я всё.

Очищая кухонные полки, Джинни громко чихнула, рука дернулась, и с полки стряхнулась какая-то блестящая штукенция. Полная любопытства, она протянула руку к упавшей вещи и почти сразу отбросила её. Это был медальон. Джинни смотрела на него с опаской, как если бы изображённая на нём змея могла в тот же миг ожить и укусить!

Но на самом деле всё обстояло куда хуже, чем могло показаться: медальон был Крестражем. Уж кто-кто, а Джинни могла по праву называться знатоком в этом деле, как ни как медальон был уже третьим, не считая шрамированного Гарри Поттера, Крестражем на её пути. Чувство холода и всплывающие в голове негативные мысли были знакомым феноменом. Пересилив себя, Джинни подняла медальон, держа его на расстоянии вытянутой руки.

— Джинни? — голос Гермионы заставил её подскочить на месте, как от удара тока, и, словно нашкодившая, спрятать медальон за спиной.

— Да, Гермиона? — с натянутой улыбкой спросила она, чувствуя, как спина покрывалась холодным потом, а медальон в руке обжигал холодом.

— Миссис Уизли искала тебя, ты в порядке? Джинни, ты выглядишь очень бледной. Если тебе не хорошо, возможно, стоит об этом рассказать взрослым, и они... — подозрительно прищурилась Гермиона, всматриваясь ей в лицо и скользя по заведённым за спину рукам.

— Нет! Нет, Гермиона, я в полном порядке! Никому ничего не нужно говорить, и вообще, я могу прямо сейчас пойти к маме, — Джинни настояла на своём. — Но не пойму, зачем ей я? Она ведь ворчала и прогоняла нас из-за собрания ордена Феникса, — последняя часть предложения звучала несколько саркастично, выдавая её чувства по поводу того, что им ничего не рассказывали и держали за несмышлёных детей.

— Джинни, нам же всё уже объяснили, — вяло, скорее из привычки слушаться взрослых, сказала Гермиона, что в мыслях была того же мнения, что и Джинни.

— Объяснили, ага, как же! «Вы ещё дети, нечего вам лезть во взрослые дела!» — процитировала Джинни. — Это многое объясняет. И вообще, ладно, нам ничего не говорят, допустим, но что насчёт Гарри? Как много он знает о нынешней обстановке? Его планируют бросить на передовую, побеждать Волан-де-Морта, — на имени тёмного мага собеседница вздрогнула, — но при этом ему ничего не говорят, — загнула палец, — его ничему толком не учат, вон у него на всё один ответ «Экспеллиармус!» — загнула второй палец, а затем хлопнула в ладоши, из-за чего Гермиона на неё шикнула от неожиданности, испугавшись и схватившись за палочку. — Подытожим: всё это чушь, и взрослые с нами не считаются. Для них мы как садовые гномы, бегаем под ногами, путаемся.

Гермиона закусила губу. Ей бы и хотелось оспорить слова Джинни, сказать, что директору Дамблдору виднее и, вообще, но она-то с Роном о том же вечерами рассуждали, когда душа так и просила написать Гарри, сколько писем они ему написали! И сколько они сожгли, так и не осмелившись ослушаться приказа директора.

— Да, Джинни, но пока мы ничего не можем с этим сделать, — разжала кулаки Гермиона, выдохнув. Её плечи расслабились, словно разговор с Джинни на чистоту смог немного облегчить груз вины на её плечах. — Я беспокоюсь о Гарри, ты ведь тоже слышала, на него напал дементор! Если бы его раньше забрали от Дурслей, ничего бы из этого не произошло! Ну, конечно же, тогда он не был под кровной защитой, но, Мерлин побери, защита не спасла его от дементора! А если бы у него не было с собой палочки? Он ведь рассказывал, как его родственники как-то отобрали его чемодан и палочку. Дементор мог выпить его душу! Ох! Боже, даже думать об этом ужасно, я хочу скорее его увидеть!

— Э-э, да, да, я тоже соскучилась по зад-э-эм, то есть по Гарри, — быстро прикусила язык Джинни, исправившись. Называть Гарри задохликом перед Грейнджер было не лучшей идеей. — Но всё в порядке, уже сегодня ты встретишься с ним, хотя чувствуется, мне, что он будет не в лучшем расположении духа.

— Да, он должно быть обижен на нас, — поникла Гермиона. Джинни, чувствуя себя неловко, попыталась её приободрить.

По-свойски хлопнув Гермиону по спине, Джинни с широкой улыбкой заверила её:

— Да не парься, покричит, подуется и отойдёт. Это же Гарри, он вспыльчив, но вас с Роном любит и долго обижаться не станет.