Читаем Джемс Кук онлайн бесплатно
Свет Яков Михайлович - Джемс Кук
Я.М.Свет Джемс Кук
Москва
91(09) С 24
Редакции географической литературы
Издательство "Мысль". 1979
110 с., ил., 4 л. ил. - (Замечат. географы и путешественники).
25 к.
Книга посвящена выдающемуся английскому мореплавателю Дж. Куку, человеку удивительной судьбы. Сын батрака-поденщика, он, пройдя суровую морскую службу, стал командиром трех крупных экспедиций, в которых были открыты неизвестные ранее земли. Особенно интересны его открытия и путешествия в южном полушарии.
91(09)
ИБ № 1148
Заведующий редакцией О. Д. Катагощин Редактор С. Я. Проходцева Редактор карт Д. Г. Фаттахова Младший редактор Н. А. Рожкова Оформление художника А. А. Кузнецова Художественный редактор С. М. Полесицкая Технический редактор О. А. Барабанова. Корректор 3. Н. Смирнова
Сдано в набор 26.09.78. Подписано в печать 10.05.79. А08152. Формат 70 X 100 . Бумага офсетная №1. Гарнитура таймc. Печать офсетная. Усл. печатных листов 4,83 с вкл. Учетно-издательских листов 5,48 с вкл. Тираж 80000 экз. Заказ № 2303. Цена 25 к. Издательство "Мысль". 117071. Москва, В-71, Ленинский проспект, 15. Ордена Трудового Красного Знамени Калининский полиграфический комбинат Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли, г. Калинин, пр. Ленина, 5.
Корабль Джемса Кука
Двести лет назад в Америке и на морских путях Старого и Нового Света шла война между Англией и ее восставшими североамериканскими колониями. Эти колонии, провозгласившие себя Соединенными Штатами, сражались за свою свободу в союзе с Францией. На море американские и французские суда топили и брали в плен британские корабли, военные и торговые.
Было, однако, одно-единственное исключение из этой боевой практики. И США, и Франция объявили неприкосновенными суда третьей экспедиции английского мореплавателя Джемса Кука. Такому решению способствовал великий гражданин молодой Америки Вениамин Франклин.
Случай беспримерный, но беспримерной была и слава Кука, морехода, которого многие его современники сравнивали с Колумбом и Магелланом. Сравнивали заслуженно.
Сын батрака-поденщика, человек, который, по его собственным словам, "протащил себя (I dragged myself) через все виды морской службы", Кук приобрел всемирную известность не только своими выдающимися открытиями.
В век просвещения, в эпоху великих энциклопедистов, он совершил переворот в географической науке, в которой по инерции удерживались метафизические концепции давнего прошлого. Теоретики "докуковской" географии особенно рьяно отстаивали чисто умозрительную гипотезу равновесия материковых площадей. Считалось, будто материкам северного полушария соответствует равновеликий массив суши в южном полушарии, не связанный с реальными континентами этой полусферы - Австралией, Южной Америкой и южной частью Африки.
Гипотезу равновесия материковых площадей Кук опроверг в ходе своих первых двух плаваний.
Избрав в южных морях нехоженые и непроведанные пути, он доказал, что между экватором и Южным полярным кругом простирается единый океан, в котором нигде не "плавает" мифический Южный материк, по площади яко бы равный всей суше северного полушария.
Кроме того, Кук первым в истории мореплавания про ник в воды Антарктики, первым открыл восточное побережье Австралии, первым положил на карту оба острова Новой Зеландии, первым прошел вдоль западного берега Северной Америки.
Не вера в авторитеты, не слепая удача, а точный расчет, стальная воля, беспредельная настойчивость позволили Куку стереть те белые пятна, которые не смогли свести с мировой карты семь поколений европейских мореплавателей.
Заслуги Кука перед наукой огромны. Но, объективно оценивая его деятельность, следует иметь в виду и ту роль которую он сыграл в истории британской колониально экспансии. Вслед за Куком в Австралию, Новую Зеландию на острова Океании проникли солдаты и купцы, чиновник и миссионеры.
Ровно двести лет назад, в 1779 году, Кук трагически погиб на острове Гавайи. Погиб, не завершив своего третьего и последнего плавания, погиб, не закончив работ над материалами своих экспедиций.
О печальной судьбе этих материалов мы расскажем последней главе, и она будет посвящена не столько Джемс; Куку, сколько видному новозеландскому историку географу Джону Биглехолу (1901-1971) - реставратор литературного наследия великого мореплавателя и издателю дневников всех трех его путешествий.
Кливлендская равнина в самой северной части английского графства Йоркшир... Холмы, долины, пыльные дороги. Вдоль дорог угрюмые вязы с лохматыми вершинами. Повсюду высокие изгороди. Весь край расчерчен на клетки, большие и малые. В больших - поля сквайров, богатых, юрой высокородных кливлендцев. И их дома со стенами крепостной толщины и крутыми, высокими крышами.
Трудная молодость. Ранняя зрелость
В малых клетках - угодья йоменов (Мелкие землевладельцы.), хозяев со скромными достатками. Из года в год сквайры округляли свои падения, захватывая и скупая земли неимущих соседей, которые либо становились батраками у своих притеснителей, либо навсегда покидали родные места.
В 1715 или 1716 году в кливлендскую округу пришел из Шотландии бедный странник Джемс Кук, отец и тезка великого мореплавателя. В новых местах жизнь была нелегкой.
Джемсу приходилось кочевать по кливлендским землям, работая то у одного, то у другого сквайра. Он пахал, сеял, убирал хлеб, пас скот. Женился. За короткое время у него родилось восемь детей, четверо умерли в детстве.
В селеньице Мартон, которое на десять лет стало пристанищем Джемса-старшего, у него 28 октября 1728 года родился второй сын. В книге рождений, браков и смертей мартонской церкви св. Кутберта было записано "Крещен сын батрака-поденщика, назван Джемсом", Джемсу-младшему в раннем детстве посчастливилось: он выжил.
Лет шести от роду, мальчиком был определен в поместье Мартон-Грейндж. Там пас коров, водил на водопой лошадей и исполнял разные поручения своих хозяев. Жене владельца Мартон-Грейнджа, миссис Уокер, приглянулся смышленый и проворный паренек, и она обучила его грамоте.
В 1736 году семья Куков перебралась из Мартона близлежащее селение Грейт-Айтон. Впервые за долги годы Джемсу Куку-старшему повезло. Он стал приказчиком в имении сквайра Томаса Скоттови. Да и большая деревня Грейт-Айтон, расположенная у подошвы местного "Эвереста", высокого холма Розберри, была куда привлекательнее захолустного Мартона.
На новом месте Кук несколько лет посещал школ) Учитель этой школы ознакомил его с хитростями английской орфографии, искусством письма и начатками арифметики.
Учиться приходилось урывками, много времени и си отнимала работа на конюшне и на ферме сэра Томаса.
Сохранились кое-какие сведения о поведении Кука грейтайтонской школе. Он не принадлежал к числу резвых сорванцов, вел себя очень скромно и пользовался большим авторитетом у своих соучеников.
Вполне возможно, что чувство собственного достоинства, способность к здравым суждениям и сдержанность выработались у Кука в дошкольные и школьные годы, когда на его долю выпало немало всевозможных невзгод.
Сдержанность... А может быть, скрытность? Один из современных английских биографов, Э. Маклин, так пишет о герое своей книги: "Уберечь от чужих глаз свою личную жизнь - для этого требуется немалое искусство. Однако Кук преуспел в этом" (
И в самом деле, в дневниках своих (а Кук вел их, "протаскивая себя через все виды морской службы", двадцать три года) о личных делах, жене, детях он не упоминал вообще. "Приватные" темы Кук не часто затрагивал и в своей переписке, причем на письма он был весьма скуп.
В силу той же сдержанности Кука неизвестны и причины, по которым он покинул Грейт-Айтон. Случилось это в 1745 году, и было ему в ту пору неполных семнадцать лет.
Из Грейт-Айтона он перебрался в приморский городок Стейтс.
Стейтс жил рыбным промыслом. Населяли его потомственные рыбаки. Их утлые суденышки бороздили суровые воды Северного моря, из гавани Стейтса на йоркширские рынки поступали корзины и бочки с треской и сельдью. Стоял над городом крепкий рыбный дух, на всех заборах сушились сети, во всех дворах рыбу потрошили, солили и вялили.
Но рыбаком Кук не стал. Он поступил учеником к владельцу бакалейной лавки Уильяму Сандерсону. В лавке пахло сыром, капустой, рогожами. С утра до вечера приходилось таскать тюки с товарами, торговаться с покупателями, считать стертые медяки. А море было совсем рядом. Во время сильнейших штормов волны докатывались до самого порога лавки и выносили к ее преддверию космы желто-бурых водорослей.
В анналах Стейтса записано: в 1812 году во время жестокой бури сандерсоновскую лавку (в ней тогда, вероятно, торговал внук мистера Уильяма) смыло в море...
Кто знает, быть может, за подслеповатыми окнами мелочной лавки виделись юному ученику бакалейщика скалы норвежских фьордов, исхлестанные прибоем Гебридские берега, белые паруса на бойких морских дорогах.
А возможно, что не пламенная мечта, а холодный расчет побудил его перейти на морскую службу. Бесспорно, он знал, что она трудна и опасна, но море все же сулило лучшее будущее, чем бакалейная лавка.
Так или иначе, но поздним летом 1746 года Кук, отработав восемнадцать месяцев у Сандерсона, покинул Стейтс и отправился в Уитби, главный порт Йоркшира. И в Йоркширском графстве и далеко за его пределами была известна фирма братьев Уокер, судостроителей и судовладельцев. Джон и Генри Уокеры принадлежали к секте строгих боговеров-квакеров и, воздавая должное небесному владыке, весьма успешно вели свои земные дела. Братья не только строили корабли, но и доставляли из соседних графств морским путем уголь в Лондон, Ливерпуль, Дублин и в гавани Голландии, Норвегии и Дании. Доставляли с завидной прибылью.
Уокеры подписали с Куком контракт. Три года бывший ученик бакалейщика должен был прослужить на судах уокеровской фирмы.
Уитби в середине XVIII века насчитывал десять тысяч жителей и считался большим городом. Стоял он в устье быстрого Экса и славился развалинами старинного монастыря, многочисленными верфями и огромными складами.
Гордостью верфей были суда - "кэты" - крепко сбитые трехмачтовые "угольщики", неказистые на вид, но, обладавшие великолепными качествами: небольшой осадкой, остойчивостью и солидной грузоподъемностью (они вмещали триста-шестьсот тонн угля при сравнительно небольших габаритах).
Пройдет три десятилетия, и "угольщики" из Уитби обретут всемирную славу. Именно на кораблях этого типа совершит Кук свои великие плавания.
В 1746 году "кэты" пользовались известностью только на берегах Северного моря и Балтики. На них ходили тогда не мореплаватели-кругосветники, а скромные шкиперы-углевозы.
Обучение морской науке Кук начал на "кэте" "Фрилав". Наука была нелегкая. Приходилось драить палубу, совместно с товарищами по плаванию ставить паруса, брать их на рифы, нагружать и разгружать судно. Надо было помогать коку и рулевым и попутно осваивать азы искусства кораблевождения.
Изнурительные авралы, "собачьи вахты", соленая ругань боцманов - все это выпало на долю Кука в начале его морской службы.
"Фрилав", вероятно, использовался не только как грузовое, но и как учебное судно. Его команда насчитывала девятнадцать человек, и в число это входило десять юнг.
Корабль почти все время был на плаву, а в дни коротких стоянок в Уитби все юнги работали на верфи. В 1746-1748 годах Уокеры построили девять "кэтов", и Кук имел отличную возможность на своем опыте ознакомиться с конструкцией этих судов.
Кук, навещая Уитби, всегда жил в доме Уокеров. Джон Уокер, фактический глава фирмы, был покровителем Кука, и великий мореплаватель до конца своих дней относился к нему с уважением и любовью. По-матерински пестовала юного жильца экономка Уокеров Мэри Прауд.
В 1748 году Кук перешел на чуть больший корабль "Три Брата". Год спустя истек срок его контракта, и он, уже как полноправный матрос, заключил новый договор с фирмой Уокеров. По ступеням углевозной карьеры Кук продвигался быстро. Уже в 1752 году он стал помощником шкипера на судне "Френдшип", а весной 1755 года братья Уокер обещали ему при первой возможности предоставить должность шкипера.
Это было лестное предложение, но вопреки всем ожиданиям Кук покинул фирму Уокеров, сохранив с ее владельцами наилучшие отношения, и 17 июня 1755 года завербовался в военный флот в качестве матроса первой статьи (able seaman).
Решение странное. В доброй старой Англии недаром считали, что флотская служба хуже каторги. Матросов доводили до полного изнеможения, за мельчайшую провинность их нещадно секли. Кормили во флоте его величества отвратительно, цинга, тиф, желудочные болезни наносили корабельным командам гораздо больший урон, чем вражеские ядра и пули. За всю Семилетнюю войну (1756-1763 гг.) в боях с французами и испанцами погибло 1512 британских моряков, а разные недуги за это время унесли не менее пятидесяти тысяч жизней.
На корабле "Игл", на котором Кук начал свою боевую службу, за пять месяцев 1756 года ни один человек не пострадал от неприятеля, а от болезней умерло 27 и списано было в госпиталь 130 моряков, причем смерть скосила судового лекаря, а на госпитальные койки попали оба его помощника.
Пополнять убыль в живой силе британскому флоту приходилось всеми возможными и невозможными средствами. Случалось, что вербовщики спаивали попавшихся в их сети простаков, а затем в мертвецки пьяном виде доставляли свои жертвы на борт.
Зато и дезертиров было очень много. В войну 1776-1783 годов англичане потеряли в морских боях 1243 человека, а бежали с кораблей 42 069 моряков - третья часть личного состава флота!
Кроме того, офицерского звания удостаивались обычно одни только "джентльмены", т. е. особы благородного происхождения. Сыновья батраков могли занять самые низшие офицерские должности только в порядке редчайшего исключения.
Правда, в военное время убыль командного состава приходилось пополнять, нарушая установившиеся традиции. Но с другой стороны, не было и гарантии, что смертоносная пуля или хищная цинга пощадят плебея, претендующего на офицерскую вакансию.
В 1755 году уже шла необъявленная война между Англией и Францией, хотя формально она началась в мае 1756 года. Что война уже шла, Кук, конечно, прекрасно знал. Опрометчивых решений он никогда не принимал и в данном случае тщательно взвесил шансы на возможный успех. Что ж, шансы были. Во флоте его величества немногие матросы первой статьи обладали такими качествами характера, таким опытом и такими знаниями мореходной науки, как бывший подшкипер углевозного судна Джемс Кук.
