Читаем Джекпот! Выбор! онлайн бесплатно

Алина

Налив себе чашку чая, нетерпеливо потрясла очередным тестом на беременность — вершителем своей судьбы, надеясь таким простым способом ускорить получение ответа на шекспировский вопрос: «быть или не быть». Нет, я уже давно догадалась, что увижу. Благо три теста разных фирм и форм, но с одинаковым результатом, уже нашли свое место в мусорном ведре. Да, и самочувствие мое явно свидетельствовало в пользу предположения, вот только все равно все происходящее казалось нереальным.

Тест четко обозначил плюс и я улыбнулась. Ну почему у меня вечно все не как у людей, почему я вечно куда-то вляпываюсь? И что теперь делать?

Больше всего меня беспокоил возможный отец. Я совершенно не могла представить, кто бы мог им быть. Надеялась только на то, что Альбертик не узнает о моем состоянии и не попытается примазаться, как это было три дня назад.

Домой я вернулась поздно ночью, а уже утром на пороге стоял этот образчик альфонса с цветами, шампанским и заискивающими улыбками, удивляя меня своим доступом к разведданным. Надо будет подключить Мишу, чтобы выяснил, откуда такая пугающая осведомленность.

Мысли вновь вернулись к недавнему прошлому. Три дня назад я очнулась посреди леса, замерзшая и в каких-то странных вещах. Некоторое время брела, цепенея от холода, а потом наткнулась на свою же машину. Выбив боковое стекло, достала из-под кресла запасные ключи. Вернувшись домой, приняла ванну и завалилась спать. А утром уже от Альберта узнала, что отсутствовала не сутки, как я решила вначале, а целых две недели.

Пришлось звонить Диме, и ехать в полицию, рассказывать сказки про огорчение и отпуск в заброшенной деревеньки. Сообщать правду о том, что я ничего не помню и не знаю, что со мной произошло, почему-то не хотелось.

И вот теперь это!

Я снова посмотрела на тест, коснулась рукой совершенно плоского живота и вдруг ощутила успокоительное тепло, и поняла, что все это не важно. Этот малыш один из тех дорогих подарков, на которые так щедра бывает жизнь. Да, будет сложно, особенно сложно, потому что я даже не знаю, кто отец моего будущего малыша. Но это неважно, абсолютно неважно. Главное в моей жизни появится маленький ангел.

Нет, определенно, к беременности я была готова и хотела ее. Мысль о том, что меня мог держать две недели маньяк и мой ребенок плод насилия, отмела сразу как несостоятельную. Что-то внутри противилось этому. Да, и тщательное изучение тела следов плохого обращения или насилия не обнаружило. Только новая татуировка на запястье. И никаких неизвестно откуда появившихся шрамов, синяков или ссадин.

Ехать в больницу и проходить обследование тоже не хотелось. Пусть и мелькнула здравая мысль, что это необходимо, но пока… Что пока я и сама не знала. Очевидным было только то, что день предстоит начать с похода к частному детективу. Нужно все-таки попробовать выяснить, что со мной произошло. Но как это сделать.

Новый телефон пиликнул непривычным рингтоном и я вздрогнула от неожиданности.

— Алло, — ответила я незнакомому номеру.

— Аль, привет, — пробасил мне в ответ Мишкин голос.

— Привет, — улыбнулась я, вспомнив давно не виденного друга. — Не поверишь, как раз про тебя думала буквально пару минут назад.

— И зачем тебе, красавица, понадобился ушлый адвокат? — поддел меня Михаил, а я словно вживую увидела закатанные глаза и взлетевшие вверх от удивления брови.

— Соскучилась, — тепло улыбаясь, призналась я.

— Не заговаривай мне зубы, ты по поводу «соскучилась» не звонишь, — уже серьезно добавил друг, вмиг становясь таким, каким он всегда был — хватким и чрезвычайно деловым.

— Дело есть, — призналась я, разглядывая себя в зеркало.

— Это по поводу твоего потеряшничества? — моментально просек тему мужчина.

— Да, — не стала увиливать, — но это не телефонный разговор, Миш.

— Тогда открывай дверь! — сообщил он мне.

— Какую? — растерялась я.

— Входную.

Друг обнаружился на пороге с двумя стаканчиками кофе и пакетом из моей любимой кондитерской.

— Надеюсь, не от этого своего Бертика? — спросил он меня, а когда я непонимающе вскинула брови, добавил насмешливо. — Беременна.

Была у Мишки такая черта — внимательность к мелочам, сказывались несколько лет оперативной работы.

— А… Нет, — смела рукой в мусорник последний тест, выдавший меня с потрохами.

— А от кого?

— Вот поэтому я и хотела поговорить, — начала было я свое нелегкое признание, а потом скоропалительно выпалила: — Я не помню, где провела две недели. Последнее воспоминание — еду в лес, решив, что пора порвать с Альбертом. Заблудилась. Проснулась, нашла машину, вернулась домой. Думала, прошли сутки, а на деле не одни.

Взяла протянутый стакан. Крепкий и горячий напиток обжег ее горло и в то же время показался ужасно невкусным.

— Да, дела…, - задумчиво пробормотал Мишка, отпивая кофе. — Вот, чуял я, Тортон, что с тобой что-то неладное. Но такого даже не предполагал. Решил, что это очередной срыв и приступ хандры. Так, ладно, едем в больницу, — отставив кофе и отобрав у меня пакет с круассанами, вынес вердикт друг.

— Нет, — покачала головой, возвращая себе рогалик: — Со мной все в порядке, а амнезия особо ничем не лечится. Разве, что отправят в дурку на радость Альбертику.

— А ему какой толк?

— Не знаю. Он явился на следующее утро после моего возвращения. Весь такой любвеобильный. Жуть. Еле отделалась.

— А связывалась зачем?

— Так плешь проели — без мужчины нельзя, для здоровья полезно…

— И приличней никого не нашлось? — полуутвердительно спросил Михаил.

— Нет, конечно, ты же женат, — часто хлопая ресницами, подразнила я доставшегося в наследство друга. — Кстати, как там Лара и Ваня?

— Как обычно. Лара за тебя очень переживала. Да и Ванька обиделся, что ты его с днем рождения не поздравила.

— Каюсь, исправлюсь, — шутливо отрапортовала я.

Отвернулась к столу, заваривая свежий чай. Ваньку я любила. Только общалась с ним нечасто, потому что всякий раз при встрече вспоминался Марк. Вот и сейчас подумалось, что мальчишка стал уже совсем большой, взрослый. Марк тоже был бы таким…

Смахнула непрошеную слезу, напоминая себе, что нужно смотреть в будущее.

— Что же мне с тобой делать? — задумчиво поинтересовался Мишка, давая понять, что ничто не может укрыться от его пристального взгляда.

— Помоги выяснить, где я была и что со мной случилось.

— Угу, тут помоги, с Бертиком разберись….

— С Бертиком я сама. Ты лучше на всякие новомодные штучки проверку дома организуй.

— И охрану. Телохранителя найму.

— Зачем?

— А вдруг Бертик на тебя покусится? Мне спокойней будет.

— Миш, ты же знаешь, что есть завещание и Бертику ничего не светит. Да, и с какого? Он не муж, ни сват, ни брат. Так редкая замена вибратору.

— Главное, чтобы эта «редкая замена» не узнала про беременность, а то ты еще девять месяцев от него не избавишься. И потом только через тест ДНК, — фыркнул друг, забирая мой стакан с уже остывшим кофе. — Угораздило же тебя, непутевую…

Никогда не могла понять, как он это делает. Уверенная и взрослая, привыкшая решать проблемы сама, в его присутствии я всегда становилась маленькой девочкой. Иногда мне казалось, что он взял меня под опеку с того первого дня, когда нас познакомил Итон. И пусть мне ужасно нравилось его покровительственное отношение и ощущение себя в роли младшей сестренки, но я старалась не надоедать, звоня от силы раз в пару месяцев, а встречаясь и того реже. Слишком хорошо, помнились мне упрекающие глаза Лары, когда он тащил меня домой после одной из немногих попоек.

— Что стоим? Кого ждем? — выдернул меня из раздумий Михаил: — Одевайся, поехали.

— Куда? — недоуменно переспросила я.

— Куда… Куда… К детективу.

Мишка превратил это день в кошмар. Детектив и медицинское освидетельствование со всевозможными тестами съели и время и силы.

«Кроме тебя подробностей не будет знать никто», — перекривляла я мужчину, разглядывая плоский животик в зеркало ванной. Ну, да, так я и поверила. Что кое-кто особо любопытный оставит это дело без внимания. Но Мише я доверяла. И пусть мы созванивались раз в год по праздникам, а виделись и того реже, но этот мужчина был тем, кому можно позвонить среди ночи и рассчитывать, что тебя приедут спасать.

«Просто у Мишки изощренное чувство долга», — выдохнула я, не желая углубляться в эти рассуждения.

Накинув халат, метнулась в коридор, где оставила сумочку с результатами УЗИ. Взглянула еще раз на снимок маленькой точки, грозящей перерасти в большие приятности, и грустно выдохнула. Сроки были совершенно не теми, на которые я рассчитывала. Пять-шесть недель. Да, быть такого не может. Я даже в календарь заглянула для проверки. Три недели. Ну, или семь-восемь в худшем варианте, а никак не пять-шесть. И все равно не покидало ощущение, что отец моей крохи, кто угодно только не Альберт.

Я даже специально уточнила у врача, назвав дату последней менструации, но вразумительного ответа так и добилась. Она только погрешила на девичью забывчивость касательно такой обыденной мелочи как критические дни. А когда ее предположение подтвердилось на УЗИ, и вовсе злорадно усмехнулась. Узист же водя роликом по моему смазанному гелем животу, показывал характерные особенности шестой недели — маленькое сердечко, которое сейчас выглядело возвышением на груди плода и, тем не менее, уже настойчиво стучит, оповещая всех про новую жизнь, зачатки ножек и ручек, носик и впадинки глаз. И при этом всего каких-то полсантиметра в диаметре — перчинка уже, а не кроха. Смутил врачей только пока не исчезнувший еще хвостик, но меня утешили, сказав, что такое бывает.

Что со мной творили там, где я была? Наверное, эта озадаченность читалась на моем лице, потому как, довезя меня до дома, где за время нашего отсутствия успели установить новенькую охранную систему, Миша спросил:

— Не накручивай себя.

— О чем ты? — удивилась я глядя в пытливые голубые глаза.

— Чтобы с тобой там не творили, ничего страшного не произошло. Тебя не насиловали, хотя секс был и не с одним парнем.

— Откуда ты?

— Аль, я для этого тебя и возил. Мазок показал наличие семенной жидкости двух мужчин, но никаких ссадин, разрывов, кровоподтеков, даже микротрещин не обнаружено.

— То есть это был не просто гинеколог и не просто УЗИ, а как минимум судмедэксперт и освидетельствование.

— Алин, неужели ты думаешь, что я знаю просто гинекологов?

Пожала плечами:

— У тебя жена врач, — и тут же поняла всю неуместность данного предположения: — Забудь. Мне следовало догадаться. А я…

— Ты растеряна. Тебе все же стоит пообщаться с психиатром. Мы проконсультировались с неврологом и исключили травмы, нарколог исключил наркотики, но твоя амнезия может быть реакцией на травмирующую ситуацию, — озвучил он явно мнение созванного по моему поводу медицинского консилиума.

Вот как? А я только шапочку с проводочками нацепила и анализы сдала. Хоть в томограф не засунули и то хорошо. Правда, зная Мишу, спасло меня вероятнее всего настояние врачей, а не по желание этого перестраховщика.

Несколько минут пристально разглядывала мужественное лицо, ожидая, что еще нового поведает мне этот «сам все решу» субъект. Не дождалась. С раздражением выскочила из машины, громко хлопнув дверью.

— Аль, я завтра позвоню! — крикнул мне вдогонку Миша.

Мстительно улыбнулась уже у входа, отобрав у ожидающего нас сотрудника охранной компании счет, и хлопнув дверью, прижалась к ней спиной.

Сейчас, закрыв глаза, в воспоминаниях проматывала этот момент, мысленно отмечая, что по лицу расплывается глупая улыбка. Точно беременна, а главное есть причина списать свое нестандартное поведение и выбрыки.

В кабинете на рабочем столе нашла ежедневник и, пролистав несколько страниц назад, попыталась воспроизвести события во время примерного зачатия. Облегченно выдохнула, обнаружив, что весь предыдущий месяц с Альбертиком не пересекалась. Это радует.

Итак, Перчинка будем искать твоего папочку. Что мы о нем знаем? НИЧЕГО! Зато благодаря бдительному дяде Мише у нас есть его анализы. Усмехнулась своим размышлениям и предусмотрительности друга, наверняка ведь где-то заныкает компромат и вытянет этот козырь из рукава в самый неподходящий момент.

Пока готовилась ко сну и стелила постель, в голове мелькнул вопрос, а нужно ли нам вообще искать этого донора спермы? Но усомниться в важности поисков рассудительность не дала, а еще я откуда-то знала, что это необходимо Перчинке. И это было не привычное у ребенка должен быть отец. Это было странное предчувствие, что если его не будет рядом, то с Перчинкой что-то случится.

Ладно, разыщем, стребуем медицинскую карту, а там дальше будем смотреть по поведению. Что это за мужчины такие не побеспокоившиеся о презервативах? И пусть меня не жалко, но ведь есть еще куча болезней, а справку о состоянии своего здоровья я не ношу. Безответственные какие-то. И как меня угораздило? И где я их нашла в лесу? Вопросы-вопросы и никаких ответов. С этой мыслью я опустила голову на подушку и сразу же заснула. Все же день меня изрядно вымотал.

Я искала потерянное. Металась в комнате смеха, среди сотни кривых зеркал без отражений и никак не находила нужное. Била их от злости и отчаяния, но не могла разбить. А когда стало невыносимо от разрывающей душу боли, попыталась выбраться из этого жуткого места, но не смогла.

— Ты наказана, — упрекнул меня женский голос тоном строгой мамочки, и я огляделась в поисках его обладателя. — Ты готова вернуться и совершить необходимое?