Читаем Дворец на двоих онлайн бесплатно

«ПРИНЦЕССЫ НА ОБОЧИНЕ»

ДВОРЕЦ НА ДВОИХ

ЕЗДА БЕЗ ПРАВИЛ

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПОДВАЛ

НЕСИ СВОЙ КРЕСТ

ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕЛАНИЙ

ВОЗВРАЩЕНИЕ ЛЮБВИ

— Это Москва? — Девушка с пушистой русой косой смотрела на мелькающие за вагонным окном серые бетонные заборы и заводские трубы.

— Видишь, Наташка, написано «Москва-3», — высокий парень обнял ее и указал на название платформы.

Наташа прижалась к нему и вдруг зябко передернула плечами.

— Знаешь, Андрюшка, я почему-то боюсь, — тихонько шепнула она. — Что-то мне эта Москва не нравится…

— Прекрати, Наташа, это нервы… — Андрей уверенно улыбнулся и шепнул ей, покосившись на соседей по купе. — Думай лучше о том, что здесь мы будем вместе… совершенно одни…

Похоже, что такая перспектива и радовала, и пугала Наташу одновременно. С одной стороны, какой девчонке в семнадцать лет не хочется вести совершенно взрослую жизнь, вдали от родительского глаза, да еще наедине с возлюбленным. А с другой, пугает именно эта полная самостоятельность и это неизведанное «наедине»…

Постепенно замедляя ход, поезд остановился наконец у платформы Ярославского вокзала. И сразу же в вагоне возникла суета. Пассажиры разом бросились к двери, а встречающие, напротив, устремились в вагон, создавая в узеньком коридоре неимоверную толчею.

Наташа сжала руку спутника, чтобы не потеряться в толпе.

Она прилагала бешеные усилия, чтобы ее не оттерли от Андрюшиного локтя, в который она вцепилась мертвой хваткой. Другой рукой она крепко сжимала сумку, которую приходилось буквально выдергивать из плотной массы движущихся тел… А тут еще ремешок дамской сумочки постоянно соскальзывал с плеча, и не было никакой возможности остановиться и поправить его.

Андрей чувствовал себя более уверенно. Он был в Москве не впервые. К тому же, благодаря высокому росту, он мог лучше ориентироваться и никогда не позволил бы себе выказать свой провинциализм, униженно спрашивая у встречных: «Не подскажете, где здесь метро?», — и выслушивать высокомерное: «Да вот же, рядом стоите». Поэтому, увидев стеклянные двери входа, он облегченно вздохнул.

— Подожди, у меня есть пятачки… — Наташа поставила вещи и перевела дыхание. — Сейчас…

Она раскрыла сумочку, пошарила в ней рукой и растерянно подняла глаза на Андрея.

— Я… кажется, кошелек потеряла… — голос у нее дрогнул.

Она лихорадочно ворошила содержимое сумочки. И вдруг рука ее проскочила сквозь дно — кожа вместе с подкладкой были широко располосованы бритвой.

Андрей осмотрел разрез и выругался сквозь зубы:

— Вот гады! Профессионально сработано. А ты что, не почувствовала ничего?

— Так все толкались… Я же не думала…

— Много денег было?

— Не знаю… рублей пять… Остальные в чемодане.

— Ну… — облегченно протянул Андрей. — Чего тогда расстраиваться?

— Обидно… Только приехали, и сразу…

— А где твои документы? — вдруг всполошился Андрей. — Тоже в сумке были?

— Не… они там, с учебниками.

— Дай сюда! — Андрей отобрал у нее баул. — Еще не хватало потерять!

— Слушай, Андрей, может, мы зря приехали? — спросила Наташа. — У меня какое-то чувство дурацкое… Сразу не повезло…

— Это еще смотря кому не повезло, — резонно заметил Андрей. — Ты только представь: этот воришка долго высматривал жертву, потом пристраивался, притирался, резал сумку, тащил кошелек, чтоб никто не заметил, удирал подальше… И вот сейчас он потными руками твой кошелечек открыл, а там… жалкая пятерка! Вообрази его рожу! Небось, плюется и говорит: «Вот невезуха!»

— Мне нравится твой философский взгляд на жизнь, — в тон ему сказала Наташа и улыбнулась.

Перед зданием Московского института международных отношений вся площадка была забита автомобилями.

— Пока, папочка! — небрежно бросила девчушка, ровесница Наташи, хлопнув дверцей черной «Волги» и, помахивая книжкой, направилась к входным дверям.

Андрей невольно проводил девчонку взглядом. Какая уверенность! Какой небрежный шик — косая асимметричная стрижка, широкий просторный комбинезон с огромными карманами. А нос задирает, словно она принцесса крови!

Сам он заметно стушевался. Перед институтскими дверями толпились стайки взволнованных мальчиков и девочек. Многие были с родителями, послушно кивая их наставлениям аккуратными головками. Все такие чистенькие и примерные, словно с картинки в книжке «Как надо себя вести». Андрей поставил чемоданы в сторонку и сказал:

— Значит, так. Я сейчас схожу в приемную комиссию, разузнаю все, а потом ты.

— Нет, лучше вместе, — сказала Наташа.

— Ну что мы как колхозники с чемоданами потащимся? Ты пока вещи посторожишь, а потом я…

Он быстро достал из сумки папку с документами и, не слушая Наташиных возражений, моментально скрылся за тяжелыми дверями.

Оставшись одна, Наташа принялась незаметно рассматривать собравшихся ребят. Ей не терпелось послушать, что так оживленно обсуждают абитуриенты, расспросить их о предстоящих экзаменах, но она не решалась вмешиваться в чужой разговор, да и чемоданы… После происшествия на вокзале она не рискнула бы оставить их без присмотра даже на секунду.

— Ох, глянь, вся провинция съехалась… — брезгливо протянул рядом с ней девчачий голосок. — В аудитории дышать нечем будет.

Наташа оглянулась. Две девчонки в белых блузках и черных кожаных пиджаках иронично оглядывали ее пожитки.

— Куда, интересно, столько шмоток притащила? — фыркнула коротко стриженная блондиночка.

— Так ведь небось всей деревней собирали… — усмехнулась вторая. — Тетя Маня — юбку, баба Даша — сапоги…

— У меня здесь книги, — громко сказала Наташа.

— Ой-ой… Она отличница! — хихикнула блондиночка. — Видишь, с косичкой!

— И куда же мы поступать будем? — обратилась к Наташе вторая девчонка.

— На международное право, — буркнула Наташа и отвернулась.

— Слышала, Динка? — залилась смехом блондиночка. — У нее по жизни призвание — стать женой дипломата.

— Дура, — не поворачиваясь, бросила Наташа.

— Ты сначала разговаривать научись, а потом в приличное общество суйся! — вскипела блондиночка.

— Хватит, Алена, не связывайся, — остановила подругу Дина. — Она же не на экономику идет, значит, нам не конкурент.

Наташа круто развернулась.

— А вы что, так конкурентов убираете? — Она сузила глаза и двинулась к девчонкам. — Ну, давайте!

Стоявшие поблизости ребята рассмеялись, услышав ее гневную тираду. А девчонки, став центром всеобщего внимания, заметно стушевались.

— Психопатка… — отступая, заявила Алена.

Худощавый парнишка в джинсах захлопал в ладоши:

— Браво, малышка! Знай наших!

А другой парень, лощеный и стильно одетый, подошел к подругам и что-то им тихо сказал, отчего они сразу же замолчали и смешались с толпой.

— Ты откуда? — подошел к Наташе худощавый.

— С Волги, — обиженно сказала Наташа.

— А я с Урала. Будем знакомы. Павлик. — Он протянул ей ладонь.

Наташе ничего не оставалось, как пожать ее и выдавить в ответ свое имя.

— Видала, как Олег их прищучил? — сказал Павлик. — Он на четвертый перешел, председатель студкома!

— Ты его знаешь? — спросила Наташа.

— Хе! — присвистнул Павлик. — Я уже много чего знаю. Я позавчера приехал. — Он склонился к ее уху и торопливо зашептал: — Здесь один хмыренок ходит, предлагает за бабки протолкнуть. А знаешь, сколько просит? На целый «Жигуль»!

— Серьезно? — изумилась Наташа.

— А что! Вон сколько богатеньких! Что им стоит отстегнуть ради своего чада! — Павлик завистливо вздохнул.

— И что, поступают?

— Как из пушки! Это для нас, безродных, конкурс, а у них свои игры.

Наташа заметила пробирающегося сквозь толпу Андрея.

Павлик проследил за ее взглядом и спросил:

— Это твой друг, что ли?

— Да, — почему-то покраснела Наташа.

Какой-то странный оттенок вложил Павлик в слово «друг»…

А Андрей едва уловимо изменился в лице, увидев рядом с ней незнакомого парня.

— Это Павлик, — торопливо сказала Наташа, словно была в чем-то виновата. — Он с Урала.

— Очень приятно, — буркнул Андрей. — Значит, так. Беги быстрее на третий этаж, там в холле крайний столик. Увидишь, на нем табличка «Международное право». Сдашь документы и попроси квитанцию на общежитие. На первом этаже касса. Заплатишь — и бегом сюда. Адрес я узнал.

— Общежитие! Вот здорово! — обрадовалась Наташа.

— Я тоже в общаге живу, — донесся до нее голос Павлика, когда она уже неслась по двору. — Могу проводить…

Павлик так и сопровождал их до самого общежития. Болтал без умолку всякую ерунду. Да к тому же упросил комендантшу дать Андрею место в его комнате.

— Да мне все равно. Можно в любой другой, — деликатно возражал Андрей.

Но комендантша обрадовалась возможности немного уплотнить абитуриентов.

Наташа получила место этажом ниже. Здесь селили по этажам: мужской — женский, мужской — женский.

— А на ночь двери запирают, — огладывая ведущие на лестницу массивные двери, хмыкнул Андрей.

— Не, не запирают, — хихикнул Павлик, и Наташа опять почему-то покраснела.

Ребята проводили ее до комнаты.

— Устраивайся, — сказал Андрей. — Я вещи брошу и зайду.

Смуглая симпатичная девчонка лежала на кровати и что-то бубнила, глядя в учебник.

— Привет! — весело сказала она застывшей в дверях Наташе. — Что встала? Вон, видишь, койка свободная. Как раз у окошка, пока не заняли.

Наташа бросила выданный кастеляншей комплект белья на матрас. В комнате оставалось еще две свободных кровати.

А соседка уже успела обустроиться. На тумбочке стояли чашки, тарелки, маленькая кастрюлька, на краю стола были сложены учебники и тетрадки.

— Ты посуду привезла? — спросила соседка Наташу. — А то у них здесь, кроме старого чайника и дырявого тазика, фиг чего допросишься. Ты после школы?

Наташа кивнула.

— А я уже третий раз поступаю, — вздохнула девчонка. — В том году полбалла не добрала. Вот обида! Кстати, меня Мариной зовут.

— Наташа.

— Может, повезет, вместе жить будем, — Марина пристально глянула на Наташу. — Ты вроде не неряха…

— Вроде, — улыбнулась Наташа. — А что ты зубришь?

— Географию… — простонала в ответ та.

— Так ведь первое сочинение.

— У меня своя Ахиллесова пята.

Марина взъерошила пятерней волосы и опять углубилась в книжку.

Стараясь не шуметь, Наташа быстро распаковала сумку, переоделась в брючки и пестрый свитерок и наконец-то распустила проклятую косу.

— Ты не знаешь, где здесь парикмахерская?

— М-м? — не отрывая глаз от учебника, промычала непонимающе Марина.

Наташа махнула рукой и выскользнула в коридор как раз в то время, когда к двери подошел Андрей.

Наконец-то они вдвоем! Если бы не невроз из-за предстоящих экзаменов, о лучшем можно было бы и не мечтать.

Держась за руки, они наугад блуждали по улицам, с любопытством глазея по сторонам. Набрели на шашлычную «Ингури» и устроили «праздник живота» в дешевом «самообслуживании» на первом этаже. У лестницы на втором стоял важный метрдотель, и они не рискнули подняться.

Потом они до одури катались в метро, то поднимаясь наверх, то вновь спускаясь по эскалатору и переходя со станции на станцию…

Да и кто, оказавшись на их месте, не проделал бы то же самое, приехав в огромную неизвестную Москву из небольшого города, где белое здание горкома — единственная достопримечательность.

— Давай теперь здесь выйдем, — водя пальцем по схеме, сказала Наташа. — Здесь пересадка.

— Нет, давай до конца, — заупрямился Андрей.

— Нет, здесь! — она потянула его к выходу.

— До конечной! — уперся Андрей.

И тут нахлынувший поток пассажиров оттеснил их друг от друга, разъединил и вынес Наташу на середину платформы.

Двери захлопнулись, и поезд унесся в туннель.

Наташа растерянно остановилась посреди зала, оглядываясь по сторонам. Где же Андрей? Она все еще надеялась увидеть в толпе знакомую шевелюру…

Наверное, он не успел выйти! Наташа вдруг ощутила панический страх. Она совершенно одна в абсолютно незнакомом городе! С Андреем было так легко и просто, а теперь? Что ей делать?

«Фу, дурочка, — успокоила она себя. — Он ведь собирался ехать до конечной. Он, конечно, сообразит выйти там и подождать меня…»

К платформе подошел поезд, и Наташа быстро вбежала в вагон.

Она встала у двери и выглядывала на каждой станции. Вдруг Андрей сошел раньше? Нет? Ладно, поедем дальше…

Толпа в вагоне постепенно редела. Поезд неожиданно вынырнул из тоннеля и понесся поверху.

Только сейчас Наташа заметила, что уже совсем темно. За окнами мелькали огоньки домов.

Господи, сколько она уже едет? И где же эта конечная?

— Поезд дальше не пойдет, просьба освободить вагоны, — наконец услышала она и выскочила на платформу.

Немногочисленные пассажиры прошли мимо, быстро спускаясь с платформы по лесенке. И все. Она осталась одна. Андрея не было!

«Дурак какой-то! — в сердцах подумала Наташа. — Куда делся? А вдруг он выскочил на следующей и вернулся за ней? А я поехала за ним? Вот идиотка! Он там наверняка ждет! Или едет следом?»

На всякий случай Наташа встретила несколько поездов. Напрасно. Значит, он ждет там. Хорошо, что она запомнила название, в которое тыкала пальцем, — «Площадь Ногина».

Только как ей теперь вернуться обратно? Поезда здесь ходили только в одном направлении и, высадив пассажиров, мчались куда-то вдаль, дразня пустыми вагонами.

Наташа попыталась было сесть в поезд, ведь они же где-то разворачиваются, чтобы пойти обратно, но резкий свисток смотрителя станции остановил ее.

— Не хулиганьте, девушка, — строго сказал он. — Поезд идет в депо.

— Но мне нужно обратно в центр, — жалобно пролепетала Наташа.

— Вниз по лестнице, в туннель и потом направо, — смотритель коротко махнул рукой, показывая направление.

Наташа вздохнула и побрела по лестнице вниз.

В туннеле подземного перехода было темно, страшно и грязно. Облупленные обшарпанные стены, лужи под ногами, неизвестно откуда взявшиеся посреди засушливого июля, и какие-то смурные личности, бредущие ей навстречу, сильно шатаясь.

Наташа прибавила шаг и шмыгнула в боковой вход, пока подозрительные типы не успели с ней поравняться.

Ну наконец-то… На открытой платформе толпились в ожидании поезда люди. Вместе со всеми Наташа втиснулась в распахнувшиеся двери, и поезд тронулся.

Наташа облегченно перевела дыхание и оглянулась.

Вместо мягких сидений вдоль стен были ряды деревянных скамеек. Она устроилась на свободном местечке у окна и устало прислонилась к стеклу головой. Утомленные непривычно долгой ходьбой ноги гудели, как у столетней старушки, а глаза сами собой слипались. Наташа закрыла их только на минутку, но когда открыла…

Поезд на полной скорости промчался мимо крохотной деревенской платформы, стоящей посреди чистого поля.

— Скажите, пожалуйста, где мы едем? — обратилась она к сидящей рядом пожилой женщине.

— Жуковский будет. Платформа «Отдых».

— Какой Жуковский?

— Город.

— Го… город? — еле выдавила Наташа и побледнела. — А Москва где же?

— Заблудилась, деточка? — участливо спросила та.

— Понимаете, я должна была сесть в метро…

— Не на ту платформу зашла, — понимающе кивнула женщина. — На Ждановской… — Она посмотрела на часы. — Ничего, еще обратная электричка будет. Ты уж лучше до самого вокзала поезжай, не промахнешься.

— Ты куда пропал? Я тебя искала!..