Читаем Душа дракона (СИ) онлайн бесплатно

Мир Земля. Москва. Где-то в парке

Дмитрий Анатольевич Климов никогда не был драчливым и задиристым. Даже напротив, он считал, что лучшая победа — это та, в которой ты даже не вступаешь в бой. Впрочем, подобное жизненное кредо совершенно не мешало ему уделять достойное внимание своему телу и здоровью, ибо тренировки, выросшие из детских шалостей, были ему в радость и приносили удовольствие. Что-то вроде внутренней лёгкости после тяжёлой физической нагрузки. Он любил это чувство. Стремился к нему. Хотя и не увлекался, опасаясь подсесть на подобный наркотик, ведь никакая крайность здравой не бывает.

В этот поздний час он, как обычно, возвращался из спортзала, наслаждаясь звуками ночного парка и приятной прохладой. Было пустынно. Люди тут не очень любили гулять по темноте, так что никаких припозднившихся пьяных компаний на этом маршруте обычно не встречалось. Именно поэтому он сильно удивился, услышав довольно громкий топот впереди. Это было так странно и необычно, что Дмитрий замер и стал прислушиваться.

«Несколько человек, — про себя отметил он. — Бегут».

Чтобы не оказаться на пути странных любителей ночного фитнеса, да и вообще от греха подальше, Дмитрий сместился в сторону разлапистого куста, надёжно скрадывающего его фигуру в темноте.

Через несколько секунд из-за поворота показалась первая фигура — девушка. Но такая, что Дмитрий ахнул, ибо, даже несмотря на слабый свет Луны, было хорошо видно её гармоничную и очень сексуальную фигуру. Да и двигалась она не только весьма уверенно, но и с какой-то непередаваемой грацией и пластикой. Впрочем, в полной мере насладиться этой красотой Дмитрию не получилось, так как очень скоро из-за поворота вынырнули другие бегуны, отстающие от девушки всего на полсотни шагов. Крепкие такие парни. Очень.

«Прямо быки какие-то, — пронеслось у него в голове. — Даже удивительно, что они могут бежать так быстро…»

На дружескую пробежку это совсем не походило… Настолько, что Дмитрий решил вмешаться, уж больно приглянулась ему девушка. А ведь он специально ушёл с дороги, чтобы не лезть не в своё дело, но всё одно — не выдержал. Будто что-то внутри у него зашевелилось, толкая на это безумство. Раньше Дмитрий так не реагировал на девиц, даже самых смазливых. Закалённая годами стальная выдержка дрогнула под напором таинственной силы. И он почувствовал это давление. Отчётливо почувствовал. Однако, вместо того чтобы остановиться и задуматься, лишь скорректировал свою атаку. Да так, чтобы выжать из неё максимум эффективности, избавившись от совершенно излишнего в таком деле благородства. Всё-таки парни крепкие, и их явно не так просто будет свалить.

И вот наступил подходящий момент. Сжатый как пружина Дмитрий рванул вперёд, отправляя в лицо первому бегуну свою тяжёлую спортивную сумку, чтобы дезориентировать. Но что-то пошло не так. Совсем… Каким-то чудом этому «быку» удалось увернуться от снаряда и изящным движением отправить Дмитрия на грунтовку. Как это произошло? Неясно. Парень просто не успел не только понять, но и даже заметить…

Бум. И вот он лежит в пыли.

Чуть собравшись с мыслями, Дмитрий оглянулся, срисовывая расположение противника, и чуть не застонал. Его первая попытка поступить не по уму грозила стать и последней. «Быки» стояли вокруг него на удалении нескольких шагов и внимательно за ним наблюдали. И что самое гадкое — никакого тяжёлого дыхания, характерного для долго бегавших крупных мужчин, у них не наблюдалось.

«Как роботы», — лихорадочно пронеслось в голове у Дмитрия. Но долго они так стоять не собирались — уже через несколько секунд один из «быков» подошёл и присел на корточки перед своей добычей, заглядывая парню в глаза.

«Ты кто?» — раздалось у него в голове, хотя отчётливо было видно лицо «быка» с плотно сжатыми губами и внимательным холодным взглядом глубоко посаженных глаз.

— А ты кто? — как можно спокойнее произнёс Дмитрий в ответ, внимательно наблюдая за реакцией.

«Я жду ответа», — снова прозвучало у нашего героя в голове. И снова у незнакомца губы даже не пошевелились.

«Что же делать?» — подумал парень и слегка повернулся, пытаясь занять более удобное положение, так как очень неудачно упал и едва не вывихнул себе руку. В этот момент под курткой «быка» что-то тускло блеснуло. Дмитрий же, скользнув по смутно различимому предмету взглядом, решил действовать.

«Не стоит», — прозвучало в голове в тот самый момент, когда Дмитрий уже приготовился к броску.

— Что это за чертовщина⁈ — воскликнул Дмитрий, пытаясь подняться. Но практически в тот же момент его кто-то ударил по спине, осаживая обратно на землю.

«Не дёргайся, если не хочешь боли», — снова раздалось у Дмитрия в голове.

— Что вы от меня хотите? — холодно спросил парень, взяв себя в руки.

«Зачем ты напал на нас?»

— Вы преследовали девушку, — так же спокойно произнёс Дмитрий, смотря прямо в глаза «быку», который с явным интересом рассматривал то чудо в перьях, что лежало перед ним.

В этот момент что-то произошло. Лицо «быка» напряглось, глаза засветились красным светом, а он сам буквально взревел, вставая и разворачиваясь. Дмитрий попытался вскочить и врезать по затылку этого кадра, но его опередили — тело незнакомца резко подалось назад, как от сильного удара, и врезалось в парня, снеся его словно пушинку. Последнее, что Дмитрий помнил, была какая-то яркая вспышка света, и всё… темнота…

— Он вам не Димон!

Мир Гхар. Замок Грандевер

Головная боль и тошнота нахлынула на Дмитрия внезапно. Было очень гадко, но сознание почему-то никуда не уплывало. Напротив, как при самом отвратительном «вертолёте», оно вертелось, мерзко закручивая потолок против часовой стрелки, никак не прекращаясь. Если только не закрывать глаза, что несколько снижало тошнотворный эффект от сего действа.

Попытки же пошевелиться приносили только боль, но боль лечебную, от которой прояснялось в голове. Хотелось рычать и орать, хотелось прекратить всё это мучение. Но он терпел. И с каждым движением становилось лучше. Наконец он открыл глаза и поморщился.

Над ним был жуткий сводчатый потолок, выложенный из какого-то грубо отёсанного камня. И он был настолько изнасилованный временем, что парень затруднялся даже предположить его возраст. Вокруг было сыро, прохладно и очень неуютно, что и неудивительно — ведь он лежал на жидкой подстилке из гнилой соломы, брошенной прямо на камень.

А какие тут стояли запахи!

Хорошо, что он лежал здесь уже какое-то время и в целом принюхался. Но это не мешало ему вынести вердикт — камера, в которой он находился, была ужасна. Раньше ему такие доводилось видеть только в фильмах да играх. И в те моменты он не мог в полной мере оценить всю мерзость подобных мест. Теперь же — сполна.

Осмотр себя принёс ещё большее разочарование. Его не только обчистили как липку, забрав даже трусы, но и хорошенько избили. Основательно так. И судя по тому, что все эти ссадины и синяки имели разную степень свежести, били его регулярно.

Одна беда — он ничего не помнил. Вот как его придавило «быком» на дорожке в парке, так и всё — провал. Так что оценить время, что прошло с того момента, он мог только по чувству голода. А жрать хотелось люто. В камере же, как назло, не было ничего съедобного. Только камни да гнилая солома.

«Мерзавцы, — подумал он, беря себя в руки лишь за счёт чувства злости, с трудом, но преодолев волны паники. — Я с вами ещё поквитаюсь…»

И тут он услышал приближающиеся шаги, словно кто-то подслушал его мысли и решил заглянуть на огонёк. Ну, мало ли он прямо сейчас жаждет претворить в жизнь свои грёзы?

Дмитрий нервно сглотнул и попытался успокоить участившееся сердцебиение, заодно мысленно себя накручивая.

«Выкрали. Ограбили. Побили. Держат в заточении чёрт знает где и чёрт знает зачем! И всё из-за чего? Из-за того, что за девушку решил вступиться!»

Мысли скакали в голове как бешеные жеребята. Но у него уже вовсю шла психоэмоциональная мобилизация. Эта мощная энергия гнева накрывала волной за волной, очищая от паники и сомнений. Никогда прежде он не испытывал таких ощущений, потому что за гневом выступила чёрная, утробная ненависть, вынырнувшая из самых глубоких и немыслимых закоулков его сознания. А потом у него словно что-то перещёлкнуло в голове. Отступили и страх, и боль, и сомнения… и вообще всякие эмоции, оставляя после себя только какое-то странное умиротворение и решимость бороться до конца.

Ну вот шаги остановились возле двери его камеры. Загремели ключи. И Дмитрий подскочил, вставая у двери. Сбоку. Прижавшись к стенке.

Со скрипом открылась дверь.

— Арен тур бар сарак! — воскликнул этот человек на незнакомом языке. Но интонация была настолько характерна, что Дмитрий не сомневался в смысле этого высказывая. Ведь узника не было. Вот тут он должен валяться, а его нет.

Мгновение.

Незнакомец делает шаг вперёд, чтобы заглянуть за створку двери. Мало ли, отполз?

Но Дмитрий стоял с другой стороны, прижавшись к стене. В тени. Именно поэтому имел определенное преимущество, каковым и пожелал воспользоваться.

Рывок.

Удар под коленку тюремщика правой ногой. И удушающий захват. Крепкий. Через боль, от которой у самого всё сознание поплыло. Этот незнакомец ведь был довольно крепок и пытался сопротивляться. Впрочем, минуту спустя он обвис, потеряв сознание от нехватки воздуха. Дмитрий сразу не догадался взяться правильно и потому пытался передавить ему глотку, чтобы воздуха лишить. Лишь секунде на тридцатой перехватился и начал давить на сонные артерии, отрезая кровоток от мозга.

И вот — победа.

Впрочем, Дмитрий её осознал с большой задержкой. Минут пять прошло, прежде чем до него всё дошло, и он отпустил противника, тело которого, словно мешок с картошкой, упало к его ногам. А сам парень, тяжело дыша, сел на пол рядом.

«Что же я творю⁈ — прозвучал в голове панический голос. — И почему он так странно одет? Что это такое? Бред какой-то. Ничего не понимаю…»

Минуту он сидел, собираясь с мыслями, пока не обратил внимание на то, что незнакомец вообще не шевелится. Даже не дышит. По крайней мере, это было не заметно.

«Я что же, его убил⁈» — молнией проскочила мысль у него в голове. И он бросился проверять пульс. Но пульса не было…

Впрочем, новая волна паники не накрыла Дмитрия. Поддавшись рефлексиям всего на какую-то минуту, он вновь взял себя в руки и начал холодно и здраво рассуждать. Это ведь его конец. Просто так в такой выгребной яме его бы держать не стали. А значит, что? Правильно. Он не будет сдаваться без боя. А трупы в такой борьбе неизбежны. Ведь если умирать, то почему бы не прихватить с собой как можно больше супостатов?

«Если они тут все так ходят, — дальше размышлял наш герой, — то и мне не дело выделяться. По крайней мере, шансов выбраться будет больше. Уж больно я внимание привлекаю в этом рубище… И вообще, куда же я попал? Чертовщина какая-то…»

Впрочем, несмотря на насыщенный внутренний диалог, руки его сами потянулись к свежеиспечённому трупу и начали его извлекать из одежды. Однако прошла по меньшей мере четверть часа, прежде чем Дмитрий смог вытряхнуть незнакомца из тряпок, прояснить, что для чего, и переодеться. Совершенно не обращая внимания на запахи и нюансы.

— Демис! Шаракс эр хар! — раздался раздражённый голос где-то не очень далеко. — Демис! — снова произнёс голос, проступая сквозь неспешные гулкие шаги, уверенно приближающиеся в камере.

«Вот ведь гадство. И у этого урода даже оружия толком нет. Вон только тесак какой-то», — лихорадочно отметил Дмитрий. Впрочем, тесак он взял и выдвинулся к двери, заняв ту же позицию, что и в первый раз. Только теперь ещё и с занесённым для удара оружием.

— Демис! Арен ду бар! Шаракс! Тур бар эр… — осёкся болтун на пороге камеры, поперёк которой лежал раздетый донага его подельник. — Демис? — насторожённо спросил он и шагнул вперёд, нагибаясь, чтобы лучше разглядеть того в полутьме. Ведь первый тюремщик лежал так, что от двери было видны только ноги и живот.

Тут-то Дмитрий и ударил своим трофейным тесаком.

Голову с одного удара отрубить не получилось. Сказался недостаточный навык в этом непростом деле. Однако перерубленного позвоночника вполне хватило, чтобы незадачливый любитель покричать кулём рухнул на пол и перестал подавать признаки жизни.

«Да и крови не так уж и много натекло, так как артерии остались целыми», — отметил Дмитрий, рассуждая о том, как было бы гадко обыскивать залитый кровью труп и не сожалея о гибели незадачливого тюремщика…

В это же время в главном корпусе замка

— Мой господин, вас что-то тревожит? — спросил крепкий мужчина с холодным взглядом светло-серых глаз.

— Да, Морон! Наш пленник. Кто он? — сказал дородный высокий старик с властным лицом.

— Я не знаю, господин! — качнул головой Морон. — Он смог нас увидеть там… и напал. Хотя никакого отношения к этой твари не имел.

— Из-за него ты её упустил! — укоризненно сказал старик. — А потом ещё потерял своего командира.

— Виноват, господин! — склонил голову Морон. — Нужно было сразу убивать эту помеху, не обращая внимания. Но как он нас там вообще увидел? Мы были сильно удивлены.

— О! Опять! — властное лицо клирика ордена Света Дунбальда вдруг напряглось, и он замер, словно к чему-то прислушиваясь.

— Что, господин? — почтительно спросил Морон.

— За то время, что мы с тобой беседуем, я почувствовал уже вторую смерть. И обе в тюрьме. Рядом, — старик встретился взглядом с Мороном. — Похоже на то, что наш пленник проснулся.

— А кого он там мог убить, господин?

— Тюремщиков, скорее всего. Давай поиграем? — улыбнулся Дунбальд. — Мне интересно посмотреть на то, что он может. Полагаю, что если пленник осторожен и не дурак, то постарается уйти, не светясь. Через площадь не полезет. Там много народу болтается. А вот чёрный ход, если, конечно, он его найдёт… — Дунбальд усмехнулся.

— Я вас понял, господин, — кивнул Морон, вставая.

— Только убивать не нужно. Я хочу с ним поговорить. Он меня тоже заинтересовал.

В подвалах замковой тюрьмы полчаса спустя

Дмитрий попрыгал, привыкая к ощущениям в непривычной одежде. Всё было не то и не так. Сильно поношенные тряпки, пропитанные потом и грязью, а местами и заляпанные засохшей кровью, вызывали омерзение. Да ещё и не по размеру были сшиты. Обувь, каким-то чудом подошедшая к ноге, напоминала кожаный носок или какой-нибудь мокасин, из-за чего мало годилась для передвижения по этим скользким и холодным камням. В довершение всё его тело болело и зудело, предельно прозрачно намекая, что остро требуется банно-прачечный день.

Климов шёл по коридору. Тихо. Во всяком случае, он пытался. Впрочем, это не спасало от довольно гулких звуков, создававших эффект слона, громящего на цыпочках посудную лавку. Акустика коридора была просто поразительная.

Но вот и дверь. Он прислушался.

Шум. Говор на каком-то незнакомом языке.