Читаем Дорогами сна онлайн бесплатно

Сны… Сны стали её наваждением. Её радостью и печалью. Женщина в антрацитовой башне рассеяно улыбалась, глядя как капли росы наливаются радугой, а затем, сыто моргнув бликом, медленно сползают вниз, украшая камни влажной дорожкой.

Каменный сад и Башня – все, что у неё осталось от былого величия. Белые брови на шоколадном невозмутимом лице изогнулись мостиком, тёмно-коралловые крупные губы скривились, выражая всю степень негодования, которую испытывала женщина. Столько стараний, только усилий и всё впустую.

Свинцовые тучи над острым шпилем башни налились фиолетовыми красками. Чувствуя настроение хозяйки. Юркие радуги испуганно засуетились, стремясь избежать внимания женщины с белым волосами. Где-то в отдалении послышались раскаты грома. Мир замер, забыв как дышать, ожидая грозы.

Едва слышный хрустальный звон развеял напряжение, тяжелым ароматом орхидей окутавшее мир. Женщина с белыми волосами и лицом без признаков возраста окинула взглядом сад и улыбнулась. Предвкушение сверкнуло в её глазах. Всё живое и неживое выдохнуло, звуки вернулись, роса заблистала на камнях, радуги весело заплясали вокруг шпиля, выныривая из туч и радостно разлетаясь по Граням.

Богиня проводила взглядом ярко-алую искру, что сорвалась с каменного ложа и неторопливо кружась, поднималась в сиреневые небеса, покидая пределы сада. Фигуры расставлены. Первый ход сделан. Игра началась.

Наступил самый длинный день года.

Проснулись я неожиданно рано. Едва-едва рассвет затеплился-зацепился за нижние ветви деревьев. Проснулась от сильного жара. Я раскрыла глаза и не сразу поняла, что вокруг меня бушует пламя. Огонь окружал стеной, но не обжигал. А, скорее, защищал меня от чего-то. Где-то над головой метался с диким криком Финик, парней я сквозь огненную завесу не видела.

– Снежка! – крикнула я, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь пламя. – Снежа-а-а! Горим! Люди-и-и! Вы где? – завопила громче.

В ответ услышала чертыхания то ли Зерга, то ли Фелино, и попыталась прорваться сквозь огонь. Пламя лизнуло меня, злобно рявкнув в лицо гулом пожара, и пришлось замереть на месте в надежде, что скоро все закончится. То, что пламенем управляла не я, стало понятно, когда мысленно попыталась вобрать его в свои руки. Словно пламя – это огромный светляк, сорвавшийся с поводка. Не получилось, и я поняла – бедокурит Снежка. Вопрос: почему она не отвечает и что произошло ночью, отчего она так взбесилась?!

С возрастом подруга стала спокойней, но моментами от вспышки гнева или бешенства ее отделяло слово или фраза. Иногда неосторожное действие зарвавшегося кого-нибудь.

«Интересно, что такого сделали Фелино и Зерг, пока я спала?» – задумалась на мгновение, пытаясь расслышать и рассмотреть происходящее за стеной огня. О том, что кто-то из них (особенно Зерг!) решил пристать к спящей Снежке, думать не хотелось. Не верилось мне в такое развитие событий. Но это единственное, на что подруга спросонья могла отреагировать так резко и бурно.

«Надо же! А ведь ее Сила растет!» – мелькнула радостная мысль. «Так что вместе мы сила! Прорвемся!»

Неожиданно пламя схлынуло, и я увидела парней, стоявших вокруг чего-то на траве.

– Что случилось? – делая осторожный шаг из выжженного вокруг меня круга, поинтересовалась я.

И тут увидела Снежку, без движения лежащую на земле. Раскинув руки и не дыша, подруга не подавала признаков жизни. Не помня себя, бросилась к ней и упала на колени. Огненная кошка рвалась наружу, чтобы наказать обидчиков, но для начала нужно бы разобраться в происходящем, а не рвать на части всех без разбору за первое впечатление. «Что поделать, учусь жить, думая, а не делать, а потом думать», – усмехнулась довольно про себя, проверяя пульс.

Моих познаний едва хватило на то, чтобы с трудом отыскать бьющуюся жилку на запястье. Жилка не билась. Пульса не было. В отчаянье приложила ухо к груди, в надежде услышать сердце. Минута… другая… Глупо и бессмысленно, но я продолжала слушать, припав к Снежкиной груди. И, о радость! «Бух-буу-бух» – раздалось вдруг, и я обрадованно отпрянула. Но подруга по-прежнему неподвижно и бездыханно лежала на земле.

Вопросительно оглянулась на понурого Фелино и нахмуренного Зерга. За время моих манипуляций они ни слова не произнесли, застыв статуями около нас. Заметила лисконнов на другом краю поляны в полной боевой выкладке. И вот тут кошка внутри меня разъяренно зашипела: «Пора!». Я начала подниматься с колен, размышляя, кого и мужчин валить первым. Глаза уже трансформировались, когда Зерг вдруг дотронулся до моего лица, осторожно что-то вытирая.

Я опешила, отпрянула, глубоко вздохнула и вернулась в себя, приструнив бушующую ипостась.

– Что произошло? – рявкнула скрученная кошка.

Первым ответил Фелино:

– Не знаю! Я проснулся от крика феникса, а Зерг уже сдерживал драконий огонь.

Повернулась к молчавшему Зергу, вопросительно выгнула бровь, упёрла руки в бока, ожидая ответа. Мое недоверчивое лицо отразилось в глазах Северного Дикого. Он нахмурился сильнее, дернул плечом и произнес:

– Она начала бушевать за мгновенье до рассвета. Сначала боролась с одеялом. Я попытался помочь ей выпутаться, позвал, но она не реагировала на голос. Затем резко поднялась и прижалась к дереву. При этом так странно дергалась, словно была связана чем-то невидимым. В следующую секунду обратилась драконом и начала яростно все поливать огнем. Хорошо, хоть пламя призрачное. Иначе пришлось бы туго.

– Мне кажется, ей что-то страшное снилось, – осторожно прикоснувшись к моей руке, сжатой в кулак, произнес Фелино.

Я скептически поджала губы, слушая странный рассказ, и вслух заметила:

– Однажды ночью, за сутки до вашего появления, ей уже снился дурной сон. Но не припоминаю пробуждения в пламени и неподвижности подруги на земле.

Зерг упрямо продолжил.

– Все эти… дерганья продолжались какое-то время, а потом она вздрогнула, распахнула глаза и выдохнула пламенем. При чем, тебя она словно в кокон огненный упрятала. После этого слегка расслабилась, начала возвращаться в человеческое тело, но вдруг вздрогнула и рухнула как подкошенная.

– И сразу же пламя вокруг тебя исчезло. И вообще весь огонь испарился, – закончил Фелино.

– И как вы это можете объяснить? – прищурив глаза и по-прежнему недоверчиво глядя то на одного, то на другого, спросила я. Заметила странный взгляд парня, и обратила внимание на свои руки: кулаков больше не было, вместо них обнаружила кошачьи лапы с наполовину выпущенными когтями. «А ничего себе такие коготочки, мощнявые!» – кошачьим хвостом дернулась в голове удовлетворенная мыслишка.

– Что с моей подругой? И почему вы проснулись, а я ничего не слышала? – втягивая когти в подушечки и возвращая на место свои человеческие руки, вновь задала я вопрос.

– Не знаю, – задумчиво разглядывая неподвижное тело Снежки, мотнул головой Зерг. – Впервые столкнулся с таким… сновидением. Похоже на сонные иллюзии. Но рядом никого нет. А я не слышал, чтобы иллюзии сна можно было накладывать на большом расстоянии. В пределах клинометра никого нет.

– Клино… чего? – переспросила я. – Может, КИЛОметра?

На меня недоуменно глянули две пары мужских глаз и Фелино уточнил:

– Клинометр – это расстояние в сто локтей. А что такое кило… метр?

– Ну-у-у-у… – протянула я, задумавшись. – Насколько я поняла, ваш клинометр – это наш километр. А вот сколько локтей в нашем километре, не скажу. Не разбираюсь я в этом. И, кстати, почему именно клинометр? – поинтересовалась в ответ, растерянно осознав, какая глупость в лезет в голову.

– Потому что дороги клинами измеряют специальными, – буркнул Зерг, присаживаясь возле Снежкиного тела на корточки.

– Ясно, – фыркнула я, оставив подробности местных верст и километров до лучших времен, внимательно наблюдая за действиями мужчины.

Зерг аккуратно дотронулся до жилки на шее, нахмурился, вслушиваясь. Со моего места явно был видно, что голубая ниточка жизни не бьётся. Затем, как и я недавно, он приложился ухом к женской груди.

– Ну что, – шепотом спросила я, нервно переступив с ног на ногу и вытянув шею в сторону мужчины.

Зерг поднялся, отряхнул колени, хмуро развернулся ко мне и произнес:

– Не знаю… Сердце бьется очень редко и очень глухо. Предлагаю выдвигаться к Верховному Шаману. Если кто и сможет ей помочь, то только он.

Затем он коротко глянул в мою сторону и распорядился:

– Собирай вещи, а мы пока соорудим носилки для твоей подруги.

И, не обращая внимание на меня, возмущенно засопевшую в ответ на приказы невесть откуда взявшегося командира, парни отправились вглубь леса.

Я дёрнулась было вслед мужчинам, но передумала, и, аккуратно укрыв Снежку одеялом, принялась раскладывать по мешкам нашу стоянку. Подумав, соорудила наскоро несколько бутербродов, разумно предположив, что чай никто из нас пить не захочет.

«А если кто и захочет, я быстренько объясню, что почем!» – рыкнула кошка внутри меня. Или это уже я научилась рыкать в любой ипостаси? Куда что делось: и моя стеснительность, и смущение, и неуверенность в себе! А ведь всего и делов-то оказалось: разбудить в себе кошку и понеслась по кочкам, бесстрашно задрав хвост!

К тому моменту, как на поляну вернулись мужчины, я уже оседлала всех лисконнов, успокоила феникса, приторочила все сумки к седлам и сидела в ожидании рядом с неподвижной подругой, вглядываясь с ее застывшее лицо.

На спящую красавицу из сказки Пушкина Снежка не походила ни капли. Рыжая грива разметалась вокруг головы, губы крепко сжаты, брови недоуменно приподняты, плечи напряжены, подбородок упрямо выдвинут вперед. Словно перед тем, как провалиться в беспамятство, подруга увидела что-то, чего не должно быть в этом мире. И это что-то вызвало в ней негативную реакцию. Время от времени глазные яблоки за закрытыми веками приходили в движение, и мне начинало казаться, что вот еще секундочка и Снежка очнется от своего странного сна. Но дыхания по-прежнему не было слышно, и жилка на шее все так же не билась.

Вернулись парни и начали пристраивать странную конструкцию в виде носилок между моим и фелиновским лисконнами. Поднимать Снежку пришлось втроем: ее тело застыло неподвижной статуей, руки-ноги потеряли гибкость. И носилки пришлось видоизменять, подстраивая их не под человеческое тело, а под перевозку мраморного изваяния. Одеяло спало с ее руки, и я нахмурилась: что-то на ее запястье царапнула по глазам. Но я отвлеклась и не успела рассмотреть. Парни уложили тело подруги, закрепили его ремнями, и Зерг скомандовал отравление.

И мы тронулись в путь. Фелино и я впереди, между нашими радужными носилки со Снежкой. Прикрывал наши тылы Зерг верхом на своем лисконне, цветом напоминавшим нашу южную, такую беспроглядно-чёрную, дышащую темно-синими звездами, бархатную приморскую ночь.

Красоты и чудесного вида, открывающегося со спины лисконна, я не замечала. Все мои мысли были заняты подругой и вопросом: сможет ли ей помочь Верховный шаман? И если не сумеет, то что тогда делать мне? Куда бежать и как спасать? В этом мире, несмотря на примесь местной крови, мы все равно оставались чужими.

Королевские игры и заговоры, богини и драконы, золотая кровь и ипостаси – все это по-прежнему не ощущалось своим. Где-то в глубине души мне казалось, что это сон, навеянный винными парами по пути домой из Джубги. Но сколько я себя не щипала, проснуться не удавалось, поэтому приходилось подстраиваться под новую реальность и разбираться со странными ситуациями.

– Зерг, а что такое эти За-Грани? И чем они опасны? – выпалила я, устав мучиться мыслями.

Мужчина молчал так долго, что мне пришлось оглянуться через плечо и убедиться, что он не уснул. Конечно же, он не спал. И я по привычке решила было обидеться, но тут Зерг заговорил.

– В нашем Мире практически все – это свободный народ меняющий ипостась. Способность эта, по легенде, дарована нам божественной Иридой, богиней Радуги.

Северный Дикий вновь умолк, и я нетерпеливо заёрзала в седле.

– Но существуют тайные знания древних богов, которые правили этим Миром до рождения Ириды и ее сестры Ананты. И есть обряды, которые обретают женщины рода, становясь Жрицами Ночи, служительницами Ананты – мировой Змеи. Что за обряды – не спрашивай, обычным людям знать не дано. Но говорят, эти тайны настолько страшны, что, обретая власть над Мирами За-Гранья, Жрицы лишаются части своей бессмертной души и женской силы рода, они отдают их на откуп богине-змее, подпитывая её магию и не давая ей умереть окончательно.

Змея спит, но раз в двести лет пробуждается от векового сна и мечтает воцариться в Гранях, свергнув вероломную сестру-близняшку Ириду. За это божественная Ирида лишает Жриц своего благословения и не позволяет им обрести самое желаемое.

– Страдаем из-за обычных женских склок, – едва слышно проворчал Фелино себе под нос.

– Мне показалось, или я слышу неуважение к собственным богиням? – не удержалась я от шпильки.

Мужчины благоразумно промолчали, а я не надолго задумалась.

– И все-таки, Зерг… Ты так и не объяснил, что это за Миры За-Гранями, и почему они так опасны.

– Власть над Гранями дана нам всем. Обращаясь в ипостасям рода, мы словно размываем границы мироздания, становясь другими, при этом оставаясь самими собой. Наиболее сильные из нас – представители Верхних родов и правящей династии – владеют многочисленными нитями путей и несколькими ипостасями.