Читаем Дочь Туллы онлайн бесплатно
Они поднялись по травянистому склону от озера и направились вглубь обширного плоскогорья, покрытого густой зеленью травы и полевыми цветами: нарциссами, лилиями и первоцветом. И конечно лиловыми головками чертополоха. Синни цеплялась за него взглядом и ей на миг становилось легче, для неё это растение было родным и добрым, оно в обилии росло вокруг того дома где она когда-то родилась и оно отгоняло злых духов, так ей рассказывала ещё бабушка – мать её матери. Плоскогорье в хаотичном беспорядке усеивали громадные осколки скал и древние валуны, покрытые белесым мхом. У одного такого, высотой в человеческий рост, Хальфар остановился. Осмотрелся по сторонам и, указав на ровный пятачок травы у стенки валуна, велел Синни сесть туда. Затем снова повертел головой, осматривая безбрежные пространства вокруг.
– Ты уже была с мужчиной? – Спросил он, не глядя на неё.
– Нет, – сказала Синни очень тихо, едва слышно. Теперь, когда всё стало очевидно, её ладони моментально вспотели, а сердце сильно забилось. Страх тугим узлом стянул её кишки.
– Ну тогда тебе повезло, – усмехнулся он. – Ибо ты станешь женщиной с лучшим из них.
Взгляд девочки застыл на ближайшем цветке чертополоха. Она не отводила от него глаз, словно цепляясь за него, словно умоляя отогнать от неё злого духа.
Хальфар сел рядом и поглядел ей в лицо. Он намотал веревку на кулак несколько раз, немного натянув её, как бы напоминая пленнице что может в любой момент придушить её.
– Ложись на спину, – приказал он.
Синни повиновалась, уставившись в вечернее небо. Там, очень далеко в вышине парил беркут, наверно высматривая неосторожного зайца-беляка. Чувствуя как мужские руки задирают ей юбку и стягивают вниз чулки, она изо всех сил всматривалась в эту птицу, завидуя её бескрайнее свободе и замирая от ужаса, едва не теряя способность дышать от того что накатывалось на неё, надвигалось, опускалось как тяжелая каменная плита.
Ей припомнился Фрей Сильвий с его всепрощающим богом и злом, которое есть желание любви. В этом больше не было смысла. В чем разница между богом, который всем всё прощает и богом, который ни во что не вмешивается как Тулла? И неужели этот страшный норманн на самом деле ищет любви, хочет чтоб кто-то его любил? И именно поэтому он стягивает с себя штаны и ложится на неё. В нос Синни ударил запах прокисшего пота и жаренной рыбы и сильная разрывающая боль из низа живота смешалась с острым приступом дурноты и криком, колоколом взорвавшемся в голове и намертво застрявшем в горле. Синни изогнулась в спазме, откинула голову назад, чтобы не видеть нависшего над ней белокурого мужчину, чьи слюни и пот капали ей на лицо и шею. Её взгляд уперся в стенку древнего валуна, покрытого белым и зеленоватым мхом и весь её разум, всё её сознание принялись изучать трещинки и выбоинки камня, ускользая в них, прячась там от реальности. В голове проплыла строка песни, которую пела бабушка, а может мать, или они обе: "Птица я птица, которой нельзя взлететь, снится мне снится жизнь моя и смерть, в черной крови мои крылья, камень впился как слепень, брошена в грязь и пыль я и только глаза мои в небе".
Похоронив сына, тщательно обложив его могилу камнями, Далира сидела у костра и достав из торбы мешочки, собиралась приготовить на камнях синюю и белую краску. Молодая женщина была до ужаса опустошена и сосредоточена. Все слова были мертвы, прошлое и будущее погасло, не осталось ни надежд, ни страха, только немного времени чтобы закончить то что должно. Уже смеркалось и ей казалось, что там, в надвигающихся сумерках стоит её погибший сын, её потерянная дочь и окутанный тьмой и ледяным ветром великан. Они не мигая глядят на неё и молча ждут. И она готова на всё чтобы исполнить то чего они ждут.
В углубление на одном из камней она высыпала из мешочка известь, смочила её водой из фляги и тщательно размешала. Затем достала деревянный гребень, зачесала свои черные волосы от лба к затылку и принялась пальцами смазывать полученными белилами волосы вокруг лица. Делала это не спеша, аккуратно, смачивая и приглаживая волосы сильными движениями. Закончив с этим, она минут десять сидела неподвижно, ожидая пока известковая смесь застынет, превратившись в своеобразную снежную корону над её лбом и висками.
Развязав другой мешочек, она высыпала из него в еще одно углубление высохший компост из листьев вайды. Добавила чуть-чуть воды, размешала и медленно, почти торжественно, глядя в пустоту перед собой, начала наносить указательным пальцем на лицо толстые яркие синие линии.
Ильзир занимался приготовлением места для собственного ночлега. Недалеко от костра он расчистил небольшой участок берега, тщательно удалив все камни и ветки и оставив только песчаное основание. Добрёл, хромая, до ближайшего ельника и нарубил еловых лап. Застелил ими очищенный песчаный пятачок и сверху принялся укладывать свой тяжелый шерстяной плащ. За этим его и застали вернувшийся Хальфар и всё также ведомая им на веревке Синни.
