Читаем Девочка и луна онлайн бесплатно
Марк Лоуренс
ДЕВОЧКА И ЛУНА
Книга Льда — 3
Посвящение
Для тех из вас, кому пришлось немного подождать эту книгу, я приведу краткие примечания ко Второй книге, чтобы освежить ваши воспоминания и избежать неловкой ситуации, когда персонажи рассказывают друг другу для вас то, что они уже знают.
Здесь я привожу только то, что имеет значение для последующего рассказа.
Абет — это скованный льдом мир с тонкой полоской суши, известной как Коридор, опоясывающий его экватор; искусственная луна удерживает Коридор свободным от льда. Есть четыре старых крови, которые проявляются в небольшом количестве детей:
ГЕРАНТ, что означает, что ты вырастешь очень большим
ХУНСКА, которая делает тебя очень быстрым
МАРДЖАЛ, которая может уделить тебе кое-что от изобилия малых магий, таких как управление тенями, водой, воздухом, камнем, огнем и т. д. — порой и еще что-нибудь
КВАНТАЛ, которая может дать тебе главную магию, включая доступ к огромной силе Пути, и способность плести нити существования, чтобы добиться более тонких манипуляций людьми и предметами
Пропавшие — люди пятого племени, которые прибыли раньше этих четырех племен и, как считалось, исчезли ко времени появления четырех племен.
Важные персонажи из Второй книги:
ЯЗ: ~16 лет, член клана Икта. У Яз есть кровь Пропавших, и это дает ей особую способность управлять звездами. У нее также есть навыки квантала.
ТУРИН: ~18 лет, родился подо льдом, марджал, обладающий властью над водой и огнем.
ЭРРИС: ~5000 лет. Будучи молодым человеком, заблудился в подземном городе тысячелетия назад, до того, как солнце еще больше ослабело и лед покрыл планету. Город усыновил его. Неясно, действительно ли Эррис жив или просто воспоминание, хранящееся в городе. Теперь он обитает в искусственном теле, которое построил с помощью города.
КУИНА: ~15 лет; хунска; сообразительная, острая на язык девушка.
КВЕЛЛ: ~17 лет, один из клана Икта. Квелл собирался попросить Яз выйти за него замуж как раз перед тем, как она прыгнула в Яму Пропавших. Он остался на севере с ее братом и кланом, когда она отправилась на юг в поисках Коридора.
ТЕУС: возраст неизвестен, дух, созданный из большинства нежелательных черт одного из Пропавших. Его неповрежденная форма пришла на Абет с Земли в виде симуляции, которая была запечатлена на ребенке. В настоящее время он одержал железного пса, Зокса, и был оставлен в туннелях под монастырем.
СТЕРЖЕНЬ-КОРЕНЬ: возраст неизвестен, древняя симуляция человека по имени Элиас Стержень-корень, привезенная на Абет одним из четырех племен людей, которые вместе заселили планету. В настоящее время занимает пустую белую коробку, которую несла Яз, когда Эулар столкнулся с ней.
ЭУЛАР: возраст неизвестен; старый, безглазый человек, который является верховным жрецом Черной Скалы, но также, похоже, играет роль очень важного священнослужителя в другой вере, практикуемой в той части Коридора, в которую прибыла Яз. Ныне разрушенные Тумз-врата (также известные как туман-врата) в Черной Скале позволяли жрецам посещать Коридор.
ДЖЕККИС: пожилая женщина, которая является частью жречества Черной Скалы.
КРЕЙ: молодая женщина, которая является частью жречества Черной Скалы.
Яз, Эррис, Турин и Куина отправились на юг по льду и достигли Коридора. Последние несколько тысяч миль перехода были пройдены с помощью Тумз-врат, соединенных с другими такими же воротами под монастырем Сладкого Милосердия.
Во время путешествия стало ясно, что дух, известный как Теус, вселился в железного пса Зокса, которого они привезли с собой из Черной Скалы и который тащил их сани. Существо, называющее себя Теусом, создано из всех «нежелательных» частей одного из Пропавших, вырезанных из этого человека до того, как то, что от него осталось, поднялось на какой-то другой план/место вместе с остальными Пропавшими. Цель Теуса — воссоединиться с остальной частью себя и рассчитаться со своими товарищами Пропавшими, которые навязали ему это нежелательное очищение.
Пропавшие прибыли с Земли. Они были первой из пяти волн человечества, которые в конечном итоге оказались на Абете, когда звезды начали умирать. Считалось, что Пропавшие ушли до прибытия остальных четырех волн, хотя небольшое число отказавшихся вознестись спряталось на крайнем севере и позже смешалось с вновь прибывшими.
Последний приказ Пропавших своим городам: никто не должен следовать за ними — наставление, предназначенное для разумных городов и их приспешников, с намерением подарить им мир. К сожалению, по прошествии тысячелетий и непредвиденного прибытия новых людей, города интерпретировали приказ как направленный против новых людей и решили подорвать их цивилизацию, чтобы у тех не было средств следовать за Пропавшими.
Предводитель разумов городов, Сеус, сейчас работает над тем, чтобы обрушить Луну, после чего лед должен сомкнулся над Коридором. Тем самым он хочет обречь человечество на еще более хрупкое выживание на льду.
Теус, как и многие из Пропавших, родился на Земле и был доставлен на Абет как машинный разум, хотя, как и в случае с Эррисом, неясно, действительно ли он жив или является копией человека, который сейчас мертв. Эррис в конце концов был загружен в физическое, хотя и механическое тело. Теус же был запечатлен на ребенке, которого мы видели в прологе к Первой книге, ребенке, которому ледяная ведьма Агатта предсказала величие и огонь. То, что Теус сумел «собраться» и способен так хорошо функционировать, является четким указанием: кем бы он ни был раньше, он был человеком исключительно сильной воли, а также тем, кому требовалось очистить большую часть своей личности, прежде чем его признали пригодным для вознесения.
На льду группа Яз приобрела нового товарища — Мали, послушницу из Сладкого Милосердия.
Почти сразу после их прибытия в монастырь Яз и ее друзья обнаружили, что Эулар, которого они знали как старейшину среди Сломанных подо льдом и как верховного жреца ордена, жившего в Черной Скале, в этой части Коридора играет роль могущественного священнослужителя веры в Предка. Эулар, похоже, стоит во главе этой веры. Он ложно обвинил их в убийстве и сказал Яз, что она проделала долгий путь, чтобы умереть.
ЯЗ ХОДИЛА ПО воде всю свою жизнь, и теперь в этом месте, где растаявшая вода падала с небес, ее собирались в этом веществе утопить.
Она стояла на коленях на камне, глядя вниз, в провал, на воду, находившуюся примерно в сорока футах внизу. Черная глубина ждала ее, не покрытая рябью от ветра, не тронутая солнечным светом, который достигал только половины провала. Дыра с отвесными стенами могла быть проделана в камне только пальцем бога. Дальняя стена находилась более чем в десяти ярдах, по ней шла вниз, в глубину, железная лестница, размечая камень ржавыми потеками.
Даже если бы лестница была на ее стороне, это мало помогло бы Яз. Ее руки прижимало к шее с обеих сторон тяжелое железное ярмо, которое уже ободрало ей запястья в кровь. Металл был горячим, пропитанным солнцем, которое, казалось, светило сильнее здесь, на поясе Абета. Слева от нее на коленях стояла Куина, точно так же закованная, ее лодыжки были связаны веревкой, в то время как лодыжки Яз оставались свободными. Справа от Яз Турин и Эррис носили то же железное ярмо и смотрели на те же темные воды.
Несмотря на все ее неприятности с тех пор, как она упала в Яму, ближе всего к смерти Яз была в тот день, когда рыбачила в Горячем Море и рыба-кинжал утащила ее брата под волны. Тогда она пошла ко дну вместе с ними, не в силах отпустить. И вот она снова здесь, лицом к лицу с тем же концом.
Аудитория на этот раз была гораздо большей и гораздо менее дружелюбной. Никто не стал бы грести к тому месту, где она тонула. Никто из них не попытался бы ее спасти.
Эулар, который был верховным жрецом Черной Скалы, каким-то образом стал важной фигурой совсем другой веры здесь, в зеленых землях. Теперь он стоял, повернув свое безглазое лицо в маске к Яз и остальным с дальней стороны провала. Рядом с ним стояли настоятельница и две старшие сестры: Госпожа Путь — или Сестра Сова, как она представилась сначала, — и Госпожа Тень. Монахини и послушницы окружили периметр. Никто из них не выглядел довольным происходящим.
Яз не сводила взгляда с Эулара. Она вспомнила обломки в потайной комнате за статуей Аргеса в храме Черной Скалы: разрушенные врата. Теперь было ясно, что ворота были сломаны после того, как Эулар воспользовался ими, чтобы сбежать в Коридор, и что он, должно быть, использовал их много раз до того дня. Его двойная жизнь между пещерами Сломанных и Черной Скалой была тройной жизнью. Он поддерживал еще одну личность, перемещался во времени и пространстве, используя чудеса Пропавших, вел по крайней мере три отдельных существования. Каким-то образом он добился положения в зеленых землях среди людей, которые, как он утверждал, ослепили его. Его нить-работа не могла завести его так далеко — остальное, должно быть, зависело от внешней помощи. Сеус, должно быть, работал в этом месте уже много лет.
СО СВОЕГО МЕСТА на краю провала Стеклянная Вода Послушница Мали наблюдала за четырьмя членами лед-племени, стоящими на коленях в ожидании казни. В отличие от них, ей было позволено стоять, но, как и они, она носила ярмо. Устройство было разработано для удержания людей с двумя руками, и Мали было бы легко вытащить культю запястья, но Сестра Чашка привязала ее локоть к железной конструкции веревкой. В любом случае, Мали мало чего могла бы добиться, даже если бы эта рука была свободна. Культя все время болела, и боль превращалась в адскую при малейшем прикосновении.
Странно, но когда она не смотрела на культю, Мали могла себе представить, что у нее все еще есть кисть. Она могла даже помахать пальцами или сжать кулак, почти как если бы там была призрачная кисть и в каком-то параллельном Абете невредимая Мали занимала то же самое пространство. Она обнаружила, что, когда дело доходило до манипулирования невидимыми нитями, соединяющими каждую вещь друг с другом, именно ее отсутствующие пальцы были самыми ловкими — они буквально жонглировали нитями, в отличии от пальцев из плоти и крови.
Мали заставила себя посмотреть на четырех лед-людей, которые спасли ее. Сестра Сосна стояла позади них в белом одеянии палача. Яз и ее друзья выглядели такими потерянными в мире Мали, точно так же, как она выглядела потерянной в их. Она вспомнила их слезы удивления, когда она вывела их из пещеры, как будто деревья и кусты были грудами золота и драгоценных камней. Их поражало все: цыплята, привычки монахинь, лошадь архонта… И теперь, через день после их прибытия, их всех должны убить. Сердце Мали болело сильнее запястья.
Суд в Зале Персуса был фарсом. Мали ответила на вопросы архонта, запротестовала, когда он назвал ее лгуньей, и опустила голову, когда он рассмеялся над ее разговорами о вратах, которые давали возможность пересечь тысячи миль в одно мгновение. Архонт Эулар вызвал на трибуну одного из своих церковь-стражей, женщину, которая, по его словам, пережила налет лед-племен, во время которого белая шкатулка, позже найденная на Яз, была украдена у священника по имени Патер, который, к сожалению, был убит, защищая ее.
Женщина указала на Мали и с непоколебимой убежденностью заявила перед судом и под вечным взглядом Предка, что Мали была с налетчиками, хотя, возможно, и была пленницей.
По словам архонта Эулара, племена захватили Мали на льду, убили ее друзей и заставили ее вести их через империю в поисках добычи. Убив отца Патера и похитив имущество Церкви, они пришли в Сладкое Милосердие в поисках новых вещей, которые можно было бы украсть. По его словам, похоже, что они использовали неизвестную магию или яды, чтобы сломить волю Мали. Это было единственным объяснением ее лжи, если, конечно, она добровольно не присоединилась к их делу. Эулар достал горсть звездной пыли, взятую у Яз, и заявил, что это пример испорченной магии льда, которую они использовали, чтобы исказить разум Мали. Он погасил его свет, заявив, что направил очищающую силу Предка, и позволил безжизненным зернам просочиться сквозь его пальцы на пол.
Яз и ее друзья ничего не сказали во время судебного процесса. На самом деле их никто и не спрашивал. Сестра Сова и архонт были единственными, кто мог говорить с ними, и Яз сказала Мали не показывать, что они двое могут понимать друг друга. Сестра Сова наблюдала за всем происходящим с каменным лицом, ничего не говоря, несмотря на свой интерес к Эррису. Очевидно, ее уважение к должности архонта помешало ей возразить ему в суде. И, честно говоря, что могла сказать пожилая женщина по этому вопросу, разве что перевести то, что исходило бы непосредственно из уст обвиняемых.
Так что теперь Мали стояла в ярме рядом со Стеклянной Водой. На ее ярме был сигил, который мешал ей выйти на Путь. Она знала, что не утонет, по крайней мере, не сегодня: сигил делал ярмо слишком ценным, и никто не стал бы рисковать потерять его в грязи на глубине нескольких фатомов на дне провала.
Хотя Настоятельница Коготь в основном хранила молчание во время судебного процесса, она настаивала на двух моментах. Во-первых, не было бы никакой спешки с суждением в случае послушницы Сладкого Милосердия. Если Послушница Мали находился под контролем, то средства этого контроля должны быть выявлены и нейтрализованы. Во-вторых, когда архонт Эулар приказал своим людям вывести лед-людей на площадь и обезглавить их, Настоятельница Коготь встала со своего стула.
— В Сладком Милосердии мы топим.
Архонт приподнял бровь при этих словах:
— Прошу прощения?
— Мы казним в провале.
Архонт Эулар покачал головой, белая маска скрывала выражение его лица:
— Я этому не доверяю. Я хочу, чтобы их кровь была на земле передо мной.
— Вы не доверяете провалу? — Звонкий смех настоятельницы Коготь звучал совершенно неправильно. Мали никогда раньше не слышала, чтобы настоятельница смеялась. — Вы считаете, что лед-люди наполовину рыбы, архонт? Я сомневаюсь, что они даже умеют плавать, хотя это несущественно; они будут утяжелены.
— Возможно, у них есть силы… — Раздражение окрасило голос архонта.
— Силы? — Настоятельница приподняла бровь.
— Почему вы спрашиваете? В этом месте, где половина ваших послушниц демонстрирует старую кровь?
Настоятельница Коготь поджала губы. Настолько близко к пожатию плечами, насколько Мали когда-либо видела:
— И мы прочесываем всю империю, чтобы их найти. И даже тогда ни одна из здешних девушек не может дышать водой.
— Я настаиваю…
