Читаем Девочка дьявола онлайн бесплатно

Утро не задалось. Мать гремела бутылками и причитала, что у неё закончилось пойло…

Я жила в убогом районе, в старой, маленькой двухкомнатной квартире. С матерью алкоголичкой.

Учебу я не могла себе позволить, поэтому работала официанткой, в местном баре, где каждый вечер собиралась местная «свита». Каждый день я наблюдала, как сборище отбросов напивались, как свиньи и устраивали драки. А местных малолеток снимали мужики и увозили в неизвестном направлении.

Я не могла позволить себе ходить в кафе, менять гардероб каждый сезон, поэтому приходилось работать и сводить концы с концами. Откладывала по чуть-чуть на учёбу в колледже.

Моя жизнь не всегда была такой. После смерти отца, мать спилась. Потеряла человеческий вид и уважение в моих глазах. Она не смогла взять себя в руки и жить дальше. Каждый день рыдала и причитала, что она осталась одна. Меня она и во все перестала замечать со временем.

Когда был жив отец, всё было по-другому. У нас был небольшой дом не в элитном, но хорошем районе. Мама была хорошей женой и домохозяйкой, всегда уделяла мне время, любила и интересовалась моими успехами. Я ходила в художественную школу и не пропускала ни одной выставки, с папой часто ходила в библиотеку. Очень любила читать. Отец, как настоящий мужчина зарабатывал и обеспечивал семью. Мы часто устраивали семейные посиделки, ходили в кино, кафе…

Но когда мне было 8, у папы диагностировали рак сердца. Мы надеялись, на его выздоровление, но со временем становилось всё только хуже. Лечение ему не помогало. Папа хорошо зарабатывал, но тех денег не хватало, чтобы позволить операцию. Спустя два года, отца не стало.

Мать после его смерти совсем зачахла. Начала злоупотреблять алкоголем. Со временем продала дом и купила квартирку, в самом убогом районе, без ремонта и соседями наркоманами.

Долгое время я надеялась, что всё поменяется, будучи ребенком я старалась поддержать её, как могла, но всё было тщетно. Ни мои слёзы, ни мои крики не могли её вразумить. Мама даже поднимала на меня руку, чего ни когда не делала ранее.

Тот первый раз, я не забуду ни кого. В тот день она растоптала не только крупицы своего уважения в моих глазах и надежды, но и ту маленькую слабую девочку во мне.

6 ЛЕТ НАЗАД.

Я проснулась от сильного грохота на кухне. Прошла в кухню. Картину, которую я наблюдала, уже не удивляла меня. Два пьяных, грязных мужика, соседка Олеся с первого этажа и моя мама. Они пели песни и выпивали.

— Оооо, кто пришёл… — чуть не падая со стула, пробурчала мама. — Алисонькааа. ик… ты как раз во время… ик. Ты же любишь маму… ик. Сходи дочь в магазин… ик… Купи маме выпить …

— Мамочка, пожалуйста, хватит. — просила её, еле сдерживая слёзы. — Ложись спать.

Не знаю, на что я рассчитывала в тот момент? Я очень надеялась, что она перестанет и всё будет хорошо. Хотела вернуть то время, когда она интересовалась моими успехами, не забивала на меня.

— А ну пошла вон от сюда! — заорала она. — Ишь, как. ик. с матерью разговаривает… ик… вы слышали?

Её собутыльники закивали в один момент.

— Оборзела девчонка, совсем страх потеряла — сказал толстый мужик.

— Я тебе покажу, как мать не слушать… — она попыталась встать, но упала, послышался отборный мат.

— ХВАТИТ. Посмотри в кого ты превратилась? Иди проспись — давясь слезами, кричала я.

— Ах ты не благодаааарная… — подорвалась с пола и схватила меня за волосы. Два раза ударила меня по лицу и упала вместе со мной.

Я начала вырываться: Ненавижу, как же я тебя ненавижу.

Я убежала из дома и всю ночь слонялась по дворам, а так как идти мне было не к кому и не куда, утром я вернулась домой. После я очень часто слонялась, как брошенный котёнок по сырым, холодным улицам. С каждым днём, дома всё сильнее было невозможно находиться.

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ.

Выругалась и неохотно поднялась с кровати и пошла на кухню. Сегодня меньше всего хотелось слышать её причитания, а тем более слушать о том, как у неё все плохо.

Вчера была тяжелая смена, алкаши пёрли до самого утра, и мне хотелось просто выспаться.

— Хватит орать! Я спать хочу — недовольно сказала я.

— Доча… — подмазывалась мать. — Дочь дай денег на бутылку, а? Я выпью и не буду больше. — умоляющим голосом говорила она.

— Ты себе веришь вообще?! — меня изрядно бесила эта ситуация, а уж тем более её ежедневная брехня. — Я это слышу восемь лет.

Смысла продолжать разговор не было. Я начала собираться на работу. В холодильнике, как всегда «мышь повесилась». Нужно успеть зайти в магазин.

Мать ни как не унималась: Алисочка, обещаююю…

— Нет денег. Если ты не заметила, квартира в долгах, и плачу за эти долги я, и работу только я. Хватит уже ныть и жалеть себя. Хочешь пить? — задала вопрос, она с надеждой закивала. — Так иди и работай.

Мать начала орать, какая я не благодарная, не желая слушать это дальше, быстро оделась и ушла на работу.

Смена проходила не плохо, утром мордоворотов было мало. Нормальных людей, сюда заносило редко, на тот случай, если они едут мимо и им нужен быстрый перекус. Не смотря на то, что бар имел не самую лучшую репутацию, а подонки творили тут все, что вздумается, готовили у нас очень не плохо.

Ближе к вечеру людей становилось больше, как и работы, но с персоналом увы проблема: бармен Антон, управляющий Миша и две официантки, я и Вика. Но Вике пришлось срочно уйти, так как её муж, подвел её в очередной раз.

И еще эти трое, как по расписанию: что был старше звали Билом, толстого Толя и самого молодого Шкет. Они были "постоянными клиентами". Устраивали дебоши и драки, и бывало, приставали к девушкам, а те были только рады, а если и против, после им давали пару крупных купюр и вопрос был замят.

Даже наш «главный», ни как не реагировал на них. Аргументируя это тем, что они платят деньги, а то, кого они бьют, и кого трахают его не волнует.

Жирный хрен. Не вооружённым глазом видно, что он их боится.

Как бы я не хотела, но мне пришлось их обслужить. В груди назревало плохое предчувствие.

— Добрый вечер. Вы готовы сделать заказ? — фальшивая улыбка и заученная фраза.

— Определились. Три пива и закуску, и пожрать на своё усмотрение — мужчины что-то обсуждали и особо не обращали на меня внимания, чему я была рада.

Всё шло не так плохо, как я думала. Но плохое чувство не покидало меня.

Ещё пять раз я носила пиво за их столик.

— ЭЭЭЭ, официанточка, иди сюда… — проорал Бил на весь бар. Вот тогда я и поняла, что началось…

— Вы хотели что-то ещё заказать?

— Тебя малышка… — похотливо облизывает губы и не сводит глаз с моих ног. Формой в баре было чёрное, короткое, обтягивающее платье.

Они заржали в голос, Шкет прошёлся по мне липким взглядом.

— Хорошая штучка — оценивающе смотрел Бил.

— Извините, я подойду позже… — не успела даже развернуться, чтобы уйти, Бил вцепился в мою руку и дёрнул к себе на колени.

— Я же сказал, что уже определился с заказом — шумно втянул воздух. — Мммм, как ты пахнешь, дяди не обидят, не бойся, поиграем чуть-чуть и отпустим — они всем сбородом заржали в голос, вызывая волну раздражения и страха.

Было понятно, что мирно не разойдёмся.

— Руки от меня убрал урод — попыталась его оттолкнуть, но лишь больше раззадорила.

— О, а мне нравятся строптивые кобылки, что скажешь Шкет? — провёл рукой по моей ноге, двигаясь выше, по внутреней части бедра.

Меня будто грязью облили, было мерзко чувствовать его руки на себе, его зловоное дыхание….

Долго думать не было времени, или я, или меня. Схватила со стола вилку и воткнула уроду в глаз.

— Сукааа! — он скинул меня с колен. Я упала, больно ударившись коленями об пол, тут же вскочила и побежала на выход.

— Хули сидите, ловите эту шлюху — послышалось за моей спиной рев Била.

Вылетела с бара, чуть не снесла люди у входа. Бежала куда глаза глядят.

До дома далеко — нужно что-то делать. Сама с этими двумя не справлюсь, они ведь прибьют или ещё хуже, изнасилуют меня, если догонят, и бровью не поведут. И они уже догоняли меня, пробежала два двора и выскочила на проезжую часть, в надежде, что успею перебежать дорогу. Только ступила, пробежала два шага и увидел свет фар, машина резко затормозила. Но этого хватило, чтобы меня отбросило на два метра от машины.

Из дорогой тачки вышел мужчина. Огромный и злой. Видела только силуэт, перед глазами всё плыло. Кажется, я ударилась головой.

— КАКОГО ХЕРА ПОД ПОКОЛЁСА ПРЫГАЕШЬ ДУРА! — гаркнул он и дёрнул меня на себя.

— Помогите умоляю … помогите. — последнее, что я видела — это черные, как сама смерть, глаза. И я погрузилась в темноту.

Эмиль.

— Натан, если ты опять с хуйней всякой звонишь, тогда я с удовольствием пересчитаю твои зубы — отвечаю на звонок друга, на вряд ли стал бы звонить просто так.

— Я слышу ты занят, брат — ржет. Затыкаю рот шлюхе, что кричит под мной. Вбиваюсь яростными толчками.

— А я смотрю ты слишком свободен — хватаю шлюху за волосы, разворачиваю, на член её рот насаживаю, глубоко, чтобы слезы из глаз и слюни текли до самой груди.

Кайф. Как я люблю.

— Вообще я по важному вопросу, в твоих же интересах.

Вбиваю член по самые гланды. Сучка задыхается, упирается в мои бедра — я тебя слушаю.

— Твою поставку перехватили — злость накатила, стояло услышать поставка — мчи в клуб, будем самых ахуевших в чувства приводить — я уверен, он уже сидит в моем кабинете и наплевав на все рамки, уже вытащил самый дорогой коньяк. Пусть, мне не жалко.

— Принял — отбрасываю телефон. Наматываю волосы на кулак, вгоняю член в глотку по самое основание, не даю вдохнуть.

Еще пару резких толчков, изливаюсь в глотку. Шлюху не нужно просить, она покорно глотает сама. Облизывает пухлые губы, накачанные силиконом. Пошло вытирает рот, проводит по груди красными ногтями.

На скоряк принимаю душ, быстро одеваюсь. Проеб с поставкой — серьезное дело.

— Эмиль, останься — тянет руки, но я уже сбил свое желание, и сейчас ее касания мне противны — любимый.

— Ты кажется забылась Вера — скидываю её руки — я тебя трахаю и плачу тебе, ты покорно глотаешь и раздвигаешь ноги.

По пути в клуб решаю другие возникшие вопросы, и узнаю много интересного.

Всегда знал, стоит передать часть управления, и все пойдет по пизде.

Я был в дикой ярости. Эти ублюдки даже с самыми элементарными вещами не могут справиться. Нужно будет пересмотреть парней, которые на меня работают.

Сегодня приедет Кучеров, у меня с ним крупная сделка. Договор на землю, на которой я решил построить еще один клуб. Расширяюсь.

Мчал как бешеный, хотел поскорее разбить бошки неугодным, которые во время не сообщили о проебе.

Пока ехал, думал о делах, проверял сообщения, которые не разгреб утром, и даже не заметил, как на дорогу выбежала девчонка, остановился в последний момент.

Выскочил из машины, рывком подтянул ее к себе.

— Какого хуя под колеса прыгаешь, вообще блять не видишь куда летишь?! — рявкнул на девчонку так, что она начала трястись ещё сильнее.

— Помоги, умоляю ….. пожалуйста… — вцепилась в меня маленьким ручками, в её серо-зеленых глазах неподдельный ужас. Через пару секунд она отключилась.

Ни хера не понял. Блять!

Вообще эта девчонка не вовремя. Еще блять из-за нее мне проблем не хватало. Жалко было бы такую давить, красивая.

Увидел какое-то мельтешения, посмотрел вдаль, два мужика неслись в нашу сторону.

— Эй, мужик — крикнул длинный — отдай девчонку, по-хорошему!

Дааа. Походу мужик совсем страх потеряли. Или не знают, кто городом заправляет, в котором эти шафки обитают.

— Съебались от сюда, пока ноги целые — сказал ровным тоном и понёс девчонку в машину, позже решу, что с ней делать.

— Мужик, ты не понял? Я сказал шлюху отдай — сказал мелкий.

— Шкет, валим от сюда — послышался шепот старшего. Пиздец. Очухался.

— Толян, ты че? Бил башку нам оторвет, если мы её не приведем — не унимался мелкий.

Закинул девчонку на заднее сидение, достал ствол, прострелил колени мелкому. Тот заорал, что есть мочи. Другой начал пятиться назад.

Я получил извращённой удовольствие от этой картины.

— Что было не ясно во фразе «съебались от сюда»? — повторил я.

— Поняли, поняли… — завыл мелкий.

— Ещё раз увижу, башку прострелю — вернулся к девчонке. На вид мелкая совсем, осмотрел ушибы, проверил пульс — живая. Содрала колени и руки, но в целом в порядке.

Через двадцать минут подъехал к «Туман». Это мой клуб и по совместительству офис. Именно на этом клубе было положено начало моей новой жизни.

Открыл заднюю дверь, девчонка так и не пришла в себя.

Прошёлся взглядом по ней. На ней было короткое чёрное платье, которое открывало вид на стройные ноги, ни чего вычурного: закрытое горло, рукава до локтя. Рыжик волосы, собранные в низкий пучок.

Пухлые губы, маленький нос и большие глаза — серо-зелёного цвета, да я запомнил.

Совсем молодая.

Не произвольно засмотрелся на ее губы, член колом встал.

— Добрый вечер, господин Гаас! — здоровается охрана.

— Чего трясешься, как шавка на морозе, есть что сказать, говори, пока можешь — чую хуйня какая-то.

Передал одному омбалу девчонку — На второй этаж. В себя придет сразу ко мне, ни кого не впускать к ней и глаз не сводить. Сбежит — три шкуры спущу.

Я пришла в себя в темном помещении. С трудом открыла глаза, голова раскалывалась. Жуть как хотелось пить

— ММММ… Воды, — прохрипела я.

Никто не отозвался. Я старалась вспомнить, что произошло.

Все пронеслось в флешбэках: бар, мужики, машина и силуэт мужчины. Помню только грубый голос и черные, словно сама смерть, глаза.

В ту же секунду я пришла в себя. Резко поднялась, но меня замутило, в глазах потемнело. С грохотом упала на пол. От шума в комнату вошел мужчина. Крупный, как скала. В черной одежде — охранник.

— Чего шумишь? — недовольно произнес он, вошел в комнату, включил подсветку и начал говорить в рацию. Наверное, охранник.

— Кто вы? Где я? — глаза жгло от света, голова разболелась ещё сильнее.

— Мне не разрешено вести с тобой беседы. — чеканит каждое слово, будто робот.

— Я хочу пить, можно хотя бы воды? — жалобно проскулила я.

— Мне велели не спускать с тебя глаз. Подождёшь. — Вот же хамло.

Мужчина грубо подхватил меня и усадил на диван. Пристально осмотрел, с ног до головы, и кажется понял, что я не лгу. Вышел.

Пытаясь осмыслить, что происходит, я старалась понять, где же я нахожусь.

Прошлась глазами по комнате, в которой нахожусь. Я лежала на угловом кожаном диване. Рядом стоял стеклянный стол с массивными ножками и бортиками по бокам, а в центре комнаты высился шестиугольный стол, я видела такой в первый раз. На против меня находилось окно, завешенное огромными шторами, которые скрывали дверь.

Комната была оформлена в черно-красных тонах, а яркая подсветка, расположенная по углам и на потолке, создавала атмосферу чего-то… Боже, я что в борделе? Эта мысль заставила забиться мое сердце сильнее, а мои мысли пошли в пляс. Нет, этого не может бвот!

Шатаясь, подошла к двери за шторами. Балкон. Но спуститься мне с него не удастся, второй этаж, а внизу куча людей, и охрана.

Если меня до сих пор не отпустили и тому охраннику приказали меня не выпускать, значит я не смогу выйти не замеченной.

Мне срочно нужно было выбраться отсюда. Всё моё нутро кричало «беги».