Читаем Девочка Черной Бороды онлайн бесплатно
Сцепляю зубы. После случившегося стало сложнее. Видеть ее, быть с ней, касаться. Я и не трогал Лейлу все это время. Занят был, дома почти не появлялся, спал в кабинете.
Мы запустили предвыборную кампанию, настроили снова казино, Беслан начал приносить долги. И все бы ничего, вот только Мэссер все никак не успокоится. Как оказалось, параллельно с нами он тоже свою партию продвигает и довольно успешно.
Мне это не нравится, хоть Фарах и говорит, что его шансы ничтожны. Сегодня ничтожны, а завтра велики. Ему ли этого не знать и я на нерве. Слишком много накопилось, еще и Лейла.
За ней как за дитем малым нужен глаз да глаз. Охранников она боится, на меня не смотрит, Фатиму хоть поставил рядом чтоб была.
И если первые сутки я просто давал ей время отойти, выздороветь, то уже прошло пять дней, а Лейла все также не выходит из комнаты. Сидит там, хотя я ее не запираю. Дверь открыта. Ну выйди ты на улицу, воздухом подыши, так нет же. Она сидит там. И ест там, и это меня бесит.
Не понимает что ли, это ее последние дни. Почему она сидит в комнате безвылазно и если поначалу еще пыталась качать права, но теперь и правда, послушная стала. Такая тихая, ни звука от нее не дождешься.
Шелковая блядь, а мне это не нравится. Бесит. Не надо было ее в подвал сажать, она после него как побитая вышла. И не ревет больше, что тоже странно. Просто молчит и ночами не спит, сколько раз уже видел.
Ковыряет пальцем стену, выход что ли ищет, но мне не нравится ее состояние. Она никакая. Просто сломанная кукла. Сломанная мной.
***
Кажется, это зовется апатией. Когда ничего не хочется, может, оно даже и хорошо. Эту неделю я провожу в одиночестве. Фатима пытается завести диалог, как-то расшевелить меня, но я не могу.
Понимание того, что мои дни сочтены, что выхода нет, нет надежды. Что может быть страшнее.
Я уже устала бояться, устала сражаться и воевать. У меня напрочь пропал аппетит, я почти не сплю, мне ничего не сниться. Если же удается упасть в дремоту, вижу только подвал, решетку и Черную Бороду с ножом. Вскакиваю тогда, тело пронзает холодный пот.
Я жду Гафара каждую ночь, но он не приходит и я уже вся извелась думать о том, какое наказание он придумал для меня следующим.
– Детка, пошли ужинать.
– Я не хочу, Фатима.
– Я так старалась! Ну же, жду тебя.
– А он… дома?
– Нет его. Не приехал еще. Не бойся, выходи.
Поднимаюсь с кровати. Я ослабла. Хуже всего, когда человек теряет надежду. Он потом тает как лед, не борется за себя, ему просто не за что зацепиться.
Выбираюсь в коридор, как всегда осматриваюсь. Гафара дома нет и это хорошо. Я боюсь его видеть. Я боюсь уже их всех. Не знаю, кто меня из темницы вытащил и как все это было. Я просто устала быть куклой на ниточках в его руках.
Как всегда пища от Фатимы очень вкусная и у меня просыпается аппетит. Я ем это мясо, словно в последний раз. Она замечает.
– Бедная, до чего ты себя доводишь. Голодная, девочка, ешь!
– Кто забрал меня из подвала, скажите. Это был Ризван?
– Нет. Гафар Ахмедович.
По телу проносится жар. Он прикасался ко мне, когда я бы в таком состоянии, когда не могла дать отпор.
– Почему? Почему он не оставил меня там?
– Я не знаю. Хозяин не отчитывается никому о своих решениях. Ну и ты тоже напугала. Разве так можно? Чуть не убилась в том подвале сама.
– Я слышала голоса. Его жены. Как давно они там…
На это Фатима только губы поджимает, вскакивает со стула и ставит чайник. Не скажет она ничего. Ничегошеньки.
Как раз в тот момент, когда я отправляю в рот очередной кусочек мяса, на кухню входит Гафар. Уверенная походка, тяжелый шаг как обычно, а я застываю, живот становится каменным.
Я не видела его эти дни, думала, успокоилась уже, но нет. Ни капельки.
Смотрю на него, быстро убираю руки от тарелки. Не знаю, почему так делаю, чисто реакция. Я пообещала ему быть послушной. А теперь сижу тут на кухне. Я вышла без разрешения.
– Ешь спокойно.
Басит, разворачивается и уходит.
Сглатываю, напряжение достигает пика. Сегодня Гафар дома, а значит, он будет ждать меня в спальне. Как и раньше, вот только на этот раз права отказа у меня точно не будет.
***
Она изменилась за эти дни. Слишком резко, я хотел послушания, но не предвидел, что Лейла будет настолько стараться.
Мы за это время не обменялись даже парой слов и только сегодня увидел ее на кухне так близко. Сидит, бледная как моль, ковыряет мясо в тарелке. Волосы светлые рассыпались по плечам, как будто меньше еще стала.
Во мне же все кипит, парует просто. Да что не так, сам уже не знаю, спокойно смотреть на нее не могу, и на шрам этот ее особенно. Как отголосок моего решения посадить ее в темницу, в которой эта девочка едва не вышибла себе мозги.
Упрямая, такая странная, не моя. Как только видит меня, у нее вилка из руки впадает. Сжимается вся, подскакивает, глаза опускает. Ладно стараешься, похвально даже. За это время ни разу не сбежала, не орала и даже не ревела. Знал бы, что метод с подвалом так подействует, в первые же сутки ее туда посадил чисто для профилактики.
