Читаем Дело о колдуне онлайн бесплатно

Этот домик стоял в окружении маленького одичавшего садика за высокой каменной оградой, с выщербленной кладки которой уже давно облезла вся штукатурка. Покосившиеся ржавые ворота едва держались на вывернутых петлях, но за ними тёмной ночью было так непроглядно и жутко, что никому даже не приходило в голову войти в сад. Чёрные деревья с причудливо изогнутыми стволами и торчащими из густой листвы высохшими ветками, похожими на протянутые в мольбе тощие руки старого нищего, скрывали от глаз случайного прохожего ветхое строение с массивным крыльцом и провалившейся крышей. Два этажа безглазых окон слепо таращились в темноту, а покрытые трещинами стены выгнулись под тяжестью окаменевших от времени дубовых балок.

Вокруг было тихо, и потому странные звуки, доносившиеся из дома, были слышны на улице. Неверный свет нескольких свечей виднелся в крайнем окне, расположенном так низко, что его почти скрывали заросли пожухшей травы. Это был не подвал. Помещение нижнего этажа ушло под землю и напоминало сырое тёмное подземелье, сходство с которым ещё более увеличивал затхлый запах вездесущей плесени. Впрочем, этой ночью здесь пахло иначе. Это был дурманящий аромат трав, чадивших в большой бронзовой чаше, наполненной углями. Этот сосуд, искусно сделанный и украшенный ручками, похожими на бараньи рога, стоял на треножнике, установленном в торце широкого стола, когда-то предназначенного для трапез. Теперь на нём было расстелено чёрное покрывало, где на другом конце от чаши были разложены странные предметы из железа. Здесь были несколько ножей с разноцветными рукоятками, открытые коробочки с солью и высушенными и растёртыми в порошок редкими растениями, чаша с водой и связанные чёрными нитями пучки каких-то веточек. Над всем этим возвышалась чёрная фигура в плаще с опущенным на лицо капюшоном.

В стороне слышался плеск воды, два человека в таких же одеждах омывали в растрескавшемся корыте мальчика лет десяти. Его одежда была кучкой свалена на полу у двери, а сам ребёнок лежал на их руках, запрокинув голову и никак не реагируя на льющуюся на него холодную воду.

— Поторопитесь! — прозвучал в тишине голос колдуна, и его подручные поспешно подняли мальчика и перенесли к столу, чтоб уложить на чёрное покрывало.

Они встали по обе стороны от своего господина, и он начал ритуал, напевая звучным голосом странные заклинания на неизвестном языке. Он сыпал соль в чашу, опускал туда пучки веток и окроплял всё вокруг себя, потом ему подали ещё одну чашу с углями и он принялся подсыпать туда порошки трав, отчего по комнате поплыли прозрачные клубы ароматного дыма. Закончив предварительную часть ритуала, он зажёг от угля в чаше четыре чёрные свечи, которые были установлены на углы стола, и перешёл к главной части церемонии.

Возвысив голос, он принялся взывать к тому, кто прятался во тьме за пределами света. Он звал его, обещая кровавую жертву, и заранее клялся в полной покорности, ожидая награду в виде содействия в тёмных замыслах, в конце обещавших ему богатство, славу и высокий титул. Взяв с покрывала нож с чёрной рукояткой, он пропел имя своего тёмного властелина и занёс клинок над неподвижным ребёнком, готовясь нанести ему смертельный удар. Один из его помощников уже приготовил золотой кубок, куда в виде драгоценного дара должна быть слита жертвенная кровь, а второй замер, благоговейно сложив перед собой руки.

На один короткий миг наступила тишина, в которой был слышен лишь треск уголька в медной чаше. Нож взметнулся вверх, и в тот же миг из темноты послышалось грозное рычание. Колдун замер и с недоумением обернулся на звук. Там, в чёрном провале дверного проёма янтарно вспыхнули два огонька. Колдун с некоторым недоумением взглянул на ещё нетронутую жертву, снова обернулся, и в тот же миг из темноты на него бросился огромный зверь. По его вздыбленному загривку пробегали синеватые искры, глаза вспыхнули красным пламенем, а длинные белые зубы клацнули там, где только что находилось горло колдуна.

Тот отшатнулся и, выкрикнув защитное заклинание, бросился к двери. За ним устремились его помощники. Зверь на мгновение замер возле стола, а потом устремился за ними. Конечно, он настиг бы их, но слабый стон, раздавшийся позади, заставил его остановиться. Он обернулся, глядя на постепенно оживающую маленькую фигурку на алтаре. Его колебание было недолгим. Отказавшись от намерения устроить охоту на колдунов в тёмном лабиринте улиц на окраине Сен-Марко, он предпочёл вернуться назад.

Марк де Сегюр в этот час был дома. Вернувшись со службы, он, наконец, мог расслабиться и отдохнуть, выкинув из головы все свои дневные заботы. Он неторопливо поужинал в компании своей супруги, а потом они вдвоём ушли в небольшую гостиную, где заботливые слуги уже растопили камин. Марк сел в кресло у огня и взял со столика книгу, заложенную гусиным пером, а Мадлен расположилась на диванчике перед резными пяльцами, к которым крепились витые серебряные подсвечники. Света от них хватало, чтоб видеть всю вышивку, на которой уже распустились две белоснежные лилии, а третья словно проступала из тумана, обретая свои очертания на плотном голубом полотне.

Потом в коридоре послышались шаги, и в комнату вошёл красивый рыжий мальчик. Он подошёл к Марку и уселся рядом на пол, откинувшись спиной на его ноги. А после в дверном проёме возник белый волкодав, который какое-то время, наклонив голову на бок, осматривал представшую перед ним мирную картину и, наконец, радостно устремился к своему маленькому хозяину, потому что не видел его целый день. Труфо не пускали в классную комнату, чтоб он не отвлекал Валентина от занятий, и ему приходилось ждать его, бесцельно слоняясь по огромному дому или спать где-нибудь под лестницей, чтоб не мешать слугам.

Марк на минуту оторвался от чтения и бросил взгляд на пасынка, радостно тормошившего счастливого пса. Он улыбнулся. Вот такие вечера он любил больше всего и с нетерпением ждал, когда к ним присоединится маленький Арман, который пока проводил вечера, посапывая в своей резной колыбели.

Он надеялся так просидеть допоздна, когда можно будет отправиться спать. Вернувшись к чтению, он погрузился в хитросплетения интриг старинного рыцарского романа, ощущая тепло, исходившее от камина и слушая добродушное ворчание Труфо, прерываемое смехом Валентина.

Появившийся на пороге гостиной Модестайн показался ему тёмным вестником, прервавшим семейную идиллию. Он, конечно, пришёл доложить о позднем визитёре, хотя его господину вовсе не хотелось никого принимать.

— Там пришёл мальчик, — сообщил молодой лакей, поклонившись, и нерешительно взглянул на Мадлен, поднявшую голову от вышивки. — Он желает говорить с его сиятельством лично.

— Мальчик? — уточнил Марк, заложив книгу пером. — И прямо так желает?

— Он выглядит необычно, ваше сиятельство, — пояснил Модестайн. — Иначе я не решился бы беспокоить вас таким пустяком.

— И как же он выглядит? — заинтригованно спросил Марк.

— Он похож на господина Хуана.

Этого было достаточно, чтоб Марк положил книгу на стол и поднялся. Старый лис часто присылал ему послания, в основном приглашения на ужин, но очень редко их приносили его сородичи. И если он отправил к нему ребёнка, значит, случилось что-то серьёзное.

Пройдя в нижний зал, он действительно застал там высокого тонкого мальчика, одетого в дорогой чёрный костюм из узорчатого сукна, с короткими ножнами на боку. Марк его не знал, хотя был знаком со всеми постоянными обитателями лисьего замка. Однако помимо них там то и дело появлялись новые лисы — многочисленные родственники Ли Джин Хо, прибывавшие к нему в гости на каникулы или в отпуск.

Этот мальчик был черноволос и очень хорош собой, при этом, внимательно взглянув на него, Марк вдруг ощутил некоторое беспокойство. Что-то в его уверенной манере и точных движениях подсказывало, что он на самом деле куда старше, чем хочет показать.

Он бродил по залу, разглядывая колонны и резьбу карнизов, но едва увидев хозяина замка, подошёл и деловито поинтересовался:

— Это вы Марк де Сегюр?

— Да как… — возмутился было Модестайн, искренне оскорблённый такой фамильярностью, но Марк жестом остановил его.

— Именно так, молодой господин, — кивнул он, с интересом разглядывая гостя.

— Меня зовут Туйгун, — представился тот. — Я племянник Джин Хо, внук его младшего брата. Он отправил меня за вами. У нас возникли некоторые проблемы. Пойдёте?

Он сурово взглянул на Марка, и тому почему-то стало смешно.

— Куда ж я денусь после столь любезного приглашения? Модестайн, — обернулся он к лакею, — принеси мне меч и плащ, а заодно вызови оруженосцев, они будут меня сопровождать.

— Зачем? — нахмурился Туйгун. — Для охраны? Я в состоянии защитить вас! Если хотите, я потом провожу вас обратно до дверей этого дома. Но чужие уши и глаза нам не нужны!

Его безапелляционность опять показалась Марку забавной, но он не стал спорить.

— Тогда достаточно меча и плаща!

— Но идти ночью по городу в сопровождении этого ребёнка?.. — забеспокоился Модестайн.

— Этого вполне достаточно, — успокоил его Марк и лакей, бросив на визитёра недовольный взгляд, ушёл.

По дороге Туйгун не проронил ни слова. Марк с любопытством наблюдал за ним, но воздержался от вопросов, полагая, что Джин Хо расскажет ему обо всём сам. Пока же он поглядывал, как идущий рядом с ним юный лис настороженно озирается по сторонам, пристально вглядываясь вдаль каждой улочки, которую они пересекали. При этом их путь пролегал по Королевской улице, которая была довольно безопасна даже ночью. Потом они свернули на улицу военных баронов, где стоял мрачный и непреступный снаружи и очень уютный внутри лисий замок, известный в городе как дом де Флери.

Лис встретил их в нижнем зале, он бросил мрачный взгляд на своего племянника и, схватив Марка за руку, потащил его в дальние покои. Он привёл его в небольшую уютную спальню, где на кровати, закутанный в одеяло, сидел мальчик лет десяти. Он сжался в комочек, обняв колени руками, и упрямо смотрел в одну точку.

— Я просил тебя придти из-за него, — пояснил лис. — Сегодня ночью его притащил Туйгун, сказал, что бродил по окраине и нашёл дом, в котором кто-то пытался принести этого ребёнка в жертву. Он прогнал колдунов и забрал мальчика. Я бы не стал особо переживать, но он прихватил его одежду. Посмотри!

Он указал Марку на лавку у стены, где лежала красивая детская курточка из тонкого бархата синего цвета, отделанная золотой вышивкой. Пока Марк осматривал её, лис продолжил:

— Эти негодяи раздели его и поливали холодной водой, а потом хотели зарезать. Туйгун, естественно, вмешался. Он не такой как мы, мой братец ещё тот бродяга! Последний раз женился на кицунэ, а его сын Хирото и вовсе уехал в Якутию. Ну, понимаешь, он окончил горный институт и поехал туда начальником геологической партии, влюбился в якутянку, женился, и родился Туйгун. Он чернобурый и до последнего времени вообще не желал иметь с нами ничего общего, считая себя обычным человеком. Но от себя не сбежишь! Он осознал, что является девятихвостым, но понятия не имел, как с этим жить. Пришлось взять его под опеку. Он неплохой парень, правда, слишком гордый и чуть больше человек, чем нужно. Понимаешь? Он не может пройти мимо, когда кто-то обижает ребёнка. Он считает, что убивать людей нельзя, а детей тем более. Вот и навёл там шороху. Представляешь, явился весь такой гордый и сказал, что усыновит этого малыша. Ага, как же! Если б это был уличный замарашка, я бы не возражал, пусть тешится, но этот ребёнок явно из благородной семьи. Тонкое бельё, сорочка с кружевами, шёлковые чулки и штаны такие же, как куртка, понимаешь? Его похитили и собирались убить. И я не хочу, чтоб в этом обвинили нас!

— Он не сказал, кто он?

— Нет, молчит!

— Ладно, — кивнул Марк, положив курточку обратно, — что мы имеем? Какой-то колдун похитил ребёнка благородного семейства и хотел принести его в жертву. Значит, нам нужно узнать, кто этот малыш, вернуть его семье и сообщить в Белую башню о тёмном колдовстве.

— Можете сообщать кому угодно, но ребёнка я так просто не отдам! — раздался за его спиной звонкий голос. Туйгун вошёл в спальню и встал между Марком и кроватью, на которой всё так же неподвижно сидел мальчик. — Я не знаю, кто его родители, но они проявили халатность, позволив украсть у них мальчика! Я отдам его, только если буду уверен, что это безопасно для него! К тому же, может, он и не хочет туда возвращаться!

Марк какое-то время смотрел на него, а потом перевёл взгляд на Джин Хо.

— Объясни ему, почему он не прав, а я пока поговорю с мальчиком, — и, обогнув возмущённого Туйгуна, подошёл к кровати и присел на край постели.

Старый лис тем временем приблизился к племяннику и стукнул его пальцами по носу. Тот возмущённо взвизгнул, а Джин Хо, что-то проворчав, вышел из комнаты, и недовольный Туйгун поплёлся следом.

Оставшись наедине с ребёнком, Марк какое-то время рассматривал его. Даже если бы из-под края одеяла не виднелись тонкие кружева рубашки, он бы ни на минуту не усомнился в его происхождении. Мальчик был красивым, с приятными мягкими чертами и большими глазами орехового цвета. Его кудрявые волосы отливали тёмным янтарём.

— Как тебя зовут? — спросил Марк, наклонившись к нему.

Мальчик, который до этого напоминал статую, наконец, ожил. Он хмуро взглянул на незнакомца и проворчал:

— Вы должны обращаться ко мне с надлежащим почтением, сударь. Я дворянин.

— Прошу прощения, юный господин, — кивнул Марк. — Позвольте представиться, я барон де Сегюр, граф де Лорм. Вы соизволите назвать своё имя?

Во взгляде ребёнка мелькнуло что-то похожее на удивление, а потом появилось любопытство.

— Вы тот самый барон де Сегюр? — спросил он, немного расслабившись и даже спустив одеяло с плеч. — Дядя рассказывал мне о вас. Меня зовут Жюльен, я восьмой граф де Фортен. Мой дядя барон де Бельгард. Вы помните его?

— Конечно, — кивнул Марк. — Я также помню вашего отца, который был другом и наперсником короля Эдмонда. Они оба были славными воинами.