Читаем Чужие горы онлайн бесплатно

Начальник российской миротворческой авиационной базы полковник Петров прибыл в здание управления аэропорта Лунги сразу после обеда.

Сказать, что его встретили прохладно, значит, ничего не сказать. Поначалу его даже попытались выставить за дверь два крепких морских пехотинца, неизвестно с каких пор появившихся в той части здания, где находился пункт управления воздушным движением, обслуживаемый американскими диспетчерами.

— Я представитель миротворческой миссии! — некоторое время Петров пытался призвать их к порядку, пока к нему не вышел руководитель диспетчерской группы.

— Чем могу быть полезен русскому полковнику? — спросил он на чистом русском языке.

Петров, приготовившийся напрягать мозг для переговоров на вражеском языке, опешил и несколько расслабился.

— Я требую объяснений по поводу закрытия воздушного пространства!

— Пройдемте со мной… — американец немного посторонился, пропуская начальника авиабазы.

Они прошли по коридору и вскоре оказались в просторном кабинете, увешанным аэронавигационными картами и различного рода таблицами. Про себя Федор отметил, что в России так выглядят классы штурманской подготовки…

— Можете присаживаться на стул… — хозяин кабинета указал рукой на ряд стульев у стены и вдруг протянул руку, представился: — меня зовут Фрэнк.

— Фёдор Иванович! — Петров протянул руку и пожал ладонь оппонента. — Сейчас мы можем говорить?

— Можем, — кивнул Фрэнк. — Что вас беспокоит?

— Меня беспокоит отсутствие разрешения на полеты в воздушном пространстве Сьерра-Леоне!

Фрэнк пожал плечами:

— А что здесь такого? Мы выполняем приказ своего руководства…

— Вы не можете не знать, что мы потеряли в горах вертолет, и экипаж требует немедленной эвакуации. А как мы проведем эвакуацию, если вы не даете нам разрешение на полеты?

— Мы знаем, что у вас потерпел катастрофу вертолет Ми-8 с командиром по фамилии Жаров. Недавно он у нас был в гостях. Мы предполагаем, что ваш вертолет был сбит огнем с земли, так же как и вертолет «Робинсон-44», принадлежащий алмазодобывающей компании «Диамант»! Погибли люди. Мы понимаем, что в этом районе активизировались повстанцы и террористы, и в ваших же интересах будет не подставлять свои вертолеты под огонь распоясавшихся бандитов!

— Позвольте нам самим определять степень риска, которому могут подвергаться вертолеты, назначенные для проведения спасательной операции!

— Нет, мы не можем вам позволить идти на такой риск. Спасайте своих пилотов пешим путем. Смею напомнить, что в небе постоянно находятся истребители с авианосца «Энтерпрайз», которые будут сбивать любой летательный аппарат, который появится на экранах их радаров. У вас еще есть вопросы?

— Я вас понял, — кивнул полковник и встал. — Пожалуй, мы друг друга очень хорошо поняли.

— Я очень рад, — кивнул Фрэнк. — Главное в международной политике — это взаимопонимание и доверие…

Американец широко улыбнулся.

В завершении телевизионного репортажа снова показали окровавленные трупы, лежащие вокруг расстрелянного микроавтобуса. Генерал Эдуард Лихой и Виктор Майский смотрели новости по телевизору, который принимал несколько англоязычных каналов.

— Вот теперь я ничему не удивляюсь… — генерал злобно рассмеялся тому, что показали по международным новостям на канале CNN. — Теперь у них есть вполне обоснованный повод для ввода войск на территорию, ранее им не подконтрольную.

— Видите, сколько может значить своевременно поданная информация? — Майский радовался, что в чем-то смог перещеголять генерала военной разведки. — Небо они закрыли после того, как ваши парни сбили вертолет, а вот расстрел врачей для них как знак божий — просто замечательнейший повод для осуществления вторжения!

— Ой, ли… — Лихой скривился, — неужели вы считаете, что этого им будет достаточно?

Виктор Майский, сидя в мягком кресле, и покуривая гаванскую сигару, только расплылся в еще более широкой улыбке:

— Будь я глава государства, то о таком поводе я мог бы только мечтать…

— Витя, такие поводы случайными не бывают. Бьюсь об заклад, что врачей забили «зеленые береты»…

— Может и так. Не знаю. Для грязных дел есть специально обученные люди типа вас и ваших головорезов. Осталось только ввести в страну морскую пехоту, захватить все ключевые объекты, и дело в шляпе.

— Насколько я знаю, сейчас у них в данном районе нет сил и средств для полноценной десантной операции, а пока необходимая группировка будет собрана, пройдет масса времени, в течение которого мы сто раз успеем вытащить этот несчастный спутник и двадцать раз успеем совершить переворот в стране.

— Думаю, — Майский улыбнулся, — что сейчас им хватит и того, что они имеют — авианосную ударную группировку в непосредственной близости… и батальон морской пехоты на одном из десантных кораблей авианосного соединения.

Генерал махнул рукой:

— В угрожаемый период эта корабельная группировка может быть локализована одной атомной подводной лодкой с крылатыми ракетами на борту…

— Что сможет сделать одна подводная лодка против эскадры? Ведь не будем же мы применять ядерное оружие из-за алмазных разработок?

— Конечно, не будем. А вот отомстить за потопленный «Курск» можем запросто. Моряки-подводники будут очень рады воткнуть в «Энтерпрайз» и корабли прикрытия две дюжины своих «Гранитов» с обычными БЧ.

— Вы шутите, товарищ генерал? — улыбка исчезла с лица Виктора Майского.

— Я, может, и шучу, а вот моряки — может, и нет. У командира подводной лодки есть приказ уничтожить авианосец, в случае, когда мне это станет нужно…

Лицо Майского совсем перестало радоваться жизни.

— Может быть, я что-то не понимаю?

— Может быть…

В кабинете посла США в Сьерра-Леоне царило оживление. Сам Эндрю Браун сидел во главе стола на правах хозяина кабинета, но почему-то таковым не выглядел. Помимо самого посла в кабинете находился собственник алмазодобывающей компании Томас Клауссон, резидент ЦРУ в юго-западной Африке Кевин Бэнкс и адмирал Роберт Льюис. В кабинете было накурено, на столе стояло несколько бутылок виски, часть из которых была уже пуста, немного нарезанных фруктов и минеральной воды. На краю стола лежала подробная карта Либерии и Сьерра-Леоне.

Бесцельные беседы прервал доклад начальника охраны посольства о приближении двух машин. Спустя несколько минут в кабинет вошел представитель администрации президента США Барт Майлер, прилетевший обычным рейсовым самолетом, и после того, как посол представил его тем присутствующим, которые ранее с ним не были знакомы, Майлер, обращаясь ко всем, сказал:

— Господа, нами принято решение по полной программе выпотрошить этот кусок Африки. Ожидаемые поступления в бюджет США составляют несколько миллиардов долларов. План таков: десяток лет назад правительство Сьерра-Леоне взяло кредиты в Голландии, Новой Зеландии и Ливии. Как вы знаете, в стране произошел переворот, потом смута, и о возвращении кредитов как-то все позабыли. И вот наш уважаемый Томас Клауссон выкупил безнадежные долги у этих стран… за сколько, Томас?

— За десятую часть номинала, — улыбнулся Клауссон. — Серьёзные люди ведь понимают, что даже это — большой успех. Большую сумму никто бы и не предложил. Разумеется, значительную часть денег для этой сделки мне предоставила Федеральная Резервная Система США…

— Вот, — кивнул Майлер. — Дальше мы поступаем следующим образом: Томас предъявляет долги действующему правительству Сьерра-Леоне. Мы, в свою очередь, подталкиваем к тому же самому некоторых других кредиторов, которые отчаялись получить от Фритауна свои деньги. Кредиторы соглашаются с реструктуризацией долга, даже соглашаются на его уменьшение в несколько раз. Но Клауссон на это не идет, и подает в американский суд иск, с признанием Сьерра-Леоне страной-банкротом. Суд иск удовлетворяет, после чего у Клауссона появляется законный повод объявить дефолт в этой стране, и забрать все ликвидные активы в счет погашения долга.

— А если они согласятся выплачивать долг? — спросил Льюис.

Как военный, он плохо ориентировался в делах экономики. Майлер, Бэнкс, Клауссон и Браун рассмеялись. Браун озвучил причину смеха:

— Роберт, у Фритауна нет таких средств. Но есть хорошие активы — алмазы, уран, редкоземы, лес, и возможно, хорошие запасы нефти на шельфе. Всё это станет нашим. Американским.

Льюис сказал:

— Эта волокита затянется на долгие годы. Решение суда — не такое простое дело…

— И вот поэтому, — Майлер посмотрел на адмирала: — мы постараемся сделать все возможное, чтобы президент Сьерра-Леоне Сиака Стрессер как можно быстрее принял правильное решение.

— Кстати, — Бэнкс усмехнулся. — Разведка докладывает о росте экстремистских организаций в Сьерра-Леоне, которые могут нести угрозу Соединенным Штатам Америки! И нам, как бы не было тяжело, придется наводить здесь порядок!

Браун вставил:

— Тут произошло событие, которое повлечет за собой активное вмешательство США в дело наведения порядка на этой части Африканского континента…

Майлер кивнул:

— Да, господа, убийство граждан США мы не можем оставить безнаказанным. Мы не можем позволить себе отвергать главный принцип правосудия — неотвратимость наказания! Именно поэтому руководством Соединенных Штатов Америки принято решение о вводе на территорию Сьерра-Леоне и Либерии частей экспедиционного корпуса морской пехоты. Будем брать под контроль все ключевые объекты этих стран, будем, если понадобится, менять здесь правительства…

Удет и Клауссон чуть заметно усмехнулись. Полковник спецназа из-за пафосных слов об убийстве граждан США, а владелец «Диаманта» — о том, как пришлось извернуться правительству США, чтобы произошедшее убийство так быстро использовать для оправдания экономического и политического захвата свободной страны.

— Когда начнется вторжение? — спросил посол.

— Предположительный срок полной боевой готовности частей экспедиционного корпуса — две недели. Плюс время, необходимое для сосредоточения на исходных позициях всех назначенных для проведения операции сил и средств. Рассматривается два варианта высадки — перевозка войск, либо высадка по-боевому, — ответил Льюис. — Но в любом случае высадка первых подразделений из числа 82-й воздушно-десантной дивизии начнется уже скоро. Они возьмут под защиту объекты алмазодобывающей компании, нескольких горнорудных предприятий с американским капиталом, усилят охрану посольства, полностью возьмут под контроль международный аэропорт.

— Прошу заметить, господа, — вставил Майлер, — все, о чем мы сейчас говорим, является государственной тайной, и не подлежит огласке ни при каких обстоятельствах.

— Это понятно, — вздохнул посол.

Браун хоть и прекрасно понимал, как делается настоящая политика, все равно всегда старался дистанцироваться от ее практической стороны. Он был весьма далек от плащей и кинжалов, но природная изворотливость позволяла ему до сих пор слыть в международных отношениях умелым и грамотным политиком, способным исполнять все то, что от него, как от посла, зависело. Поэтому он не особенно сильно удивился тому, что съемочная группа канала CNN пробыла в Либерии всего сутки — как будто специально под ее прибытие было организовано убийство врачей миссии Красного Креста — граждан США. Его опыт подсказывал, что сидящие в кабинете представители силовых структур знают об этом убийстве несколько больше, чем все остальные. Верить в это не хотелось, но он знал — в большой игре пешек никто не жалеет. Единственное, что терзало его душу — мысль о том, как обойдутся с ним, если вдруг фокус с вторжением не прокатит, как, к примеру, это случилось несколько лет назад в Могадишо, когда, казалось бы, рядовая спецоперация, обернулась массой проблем для Соединенных Штатов…

— Мне хочется сказать, — Майлер прошел взглядом по всем присутствующим. — Вы все должны понимать, что в ближайшее время президент Соединенных Штатов Америки и весь американский народ ждут от вас результативных и решительных действий по установлению в этой стране порядка и лояльного для США политического режима.

ГАЗ-66 появился из-за поворота, медленно перекатился через большую дорожную яму, и приблизился к стоящему у дороги Мише Черному, который стволом пулемета уже смотрел на показавшийся из-за поворота джип с агентурщиками.

— Здорово, Миха, — из «шашиги» выглянул довольный Виталик. — Соскучился по мне?

— Да иди ты, — отмахнулся разведчик, наблюдая за джипом.

Панин остановился за грузовиком и оба офицера тут же вышли из машины. Подошел Лунин, и, закинув автомат за спину, протянул руку:

— Майор Лунин.

— Андрей Владимирович, — представился в ответ Власов.

Офицеры пожали друг другу руки.

— Дмитрий, если уж на то пошло, — сказал Дима.

— Ну, показывайте… — Власов взглядом хозяина уже осматривал барские владения.

— Один КрАЗ с краном, один КрАЗа бортовой. Машины белого цвета, поэтому и вызывают некоторую головную боль. Еще «шашига» — уже видели. Это, собственно, и все… — Лунин провел рукой, показывая свои машины, которые стояли под кустами, накрытые маскировочными сетками и лапистыми ветками.

— Ясно, — кивнул Власов. — Все машины на ходу?

— Все.

— Нужно будет пройти на них еще километров двадцать вглубь страны. Там нас будут встречать другие машины.

— Это мы сможем, — кивнул майор.

— Сколько, Дима, у тебя людей?

— Вы сейчас всех видите… — Лунин мотнул головой из стороны в сторону.

— Не густо.

— Пока хватало.

— Не хватит захватить аэродром.

— Смотря как захватывать, — Дима пожал плечами. — Если ненадолго, то можно и впятером это сделать, если надолго, тогда просто не хватит сил его удержать.

— Вот и я про то же. А так хочется…

— Поясните.

— Я присмотрел тут не далеко аэродром, способный принять самолет типа Ан-8 или Ан-26, который мог бы забрать спутник… но он охраняется. В общем, через него идет контрабанда, и местная мафия его очень плотно опекает. Я туда с Петей сунулся, еле ноги унесли. Пришлось отстреливаться…

— Я заметил, — Дима указал рукой на корму джипа, обильно усеянную пулевыми пробоинами.

— Ага, нас тоже обстреляли…

— Так что там с аэродромом?

— В общем, он нам нужен. Думаю, если мы его продержим минут сорок — этого будет достаточно для приема самолета, погрузки в него спутника и взлета.

— Сколько человек охраны?

— Мы видели человек семь, но явно это были не все. После нашего визита они могут усилить охрану…

— А могут и покинуть аэродром, — поразмыслил Лунин. — Боясь, что вместо вас туда прибудут еще большие силы.

— Может быть. Но будем думать о худшем.

— У меня все «Кенвуды» сели, боеприпасов мало — для полноценного боя вряд ли хватит. Для захвата аэродрома мне нужно восстановить боеспособность отряда. В первую очередь нужно восстановить связь внутри групп. Иначе мы не сможем организовать взаимодействие в бою.

— С базы могут всё это доставить?