Читаем Чудо чудное онлайн бесплатно

– В этом баре ничего толкового нет, – возмущался я, едва поспевая за друзьями.

– Нормальный бар, не бухти, – отмахнулся Стас. – Я там много раз был: отличное меню, классная выпивка, да и посидеть можно спокойно, без этих ваших дрыганий на танцполе.

– Я не дрыгаюсь на танцполе, – проворчал я. – Это к твоим подругам претензии.

– Мы вообще-то и твои подруги, – обиженно сказала Оля, тряхнув своими длинными волосами.

– Без нас бы ты зачах в своей общаге, – вторила ей Юля, на мгновение оборачиваясь. – А так хотя бы в люди выберешься, узнаешь, какова жизнь вне компьютера!

– Ой все!

Я хотел уже начать возмущаться, что довольно социализированный человек, что он веду активный образ жизни, но решил промолчать. Прекрасно понимал, что меня закидают тонной фактов, которые будут явно не в мою пользу. И они будут правы.

Не очень любил я различные тусовки. Нет, социофобом и ярым интровертом не был, просто не видел смысла в большом скоплении людей и праздном времяпрепровождении, когда все эти драгоценные часы можно потратить на что-то полезное. Пройти какой-нибудь интересный курс, например. Или найти подработку в интернете, благо, с этим проблем никогда не было: фрилансерство нынче модное явление. И деньги лишними не будут никогда. Да и вообще, когда это деньги кто-то называл лишними?

Именно поэтому предложение провести вечер в баре я воспринял в штыки. Не хотел тратить деньги, которые накопил на переводах. Да и нашел интересный курс по программированию. Особо, конечно, во всем этом не разбирался, но очень хотел научиться делать хотя бы элементарные программки. А здесь же меня вырвали из привычного ритма жизни и заставили идти куда-то «веселиться». Именно заставили, потому что после моего отказа пошли ультимативные требования и угрозы. А так как я человек нервный и впечатлительный, пришлось подчиниться тяжелым жизненным условиям, проклиная своих друзей самыми страшными клятвами.

Кстати, обо мне. Зовут меня Илья Володин, я студент третьего курса филологического факультета. Мне девятнадцать лет, приехал я из другого города в надежде вырваться из оков родительской гиперопеки и обрести желанную свободу действий. Однако жестокая реальность жизни швырнула меня мордой в асфальт, ибо если хочешь жить свободно, то будь добр иди работать. Хорошо хоть общежитие дали бесплатно. Комнату мы делили вместе со Стасом, таким же студентом, как и я. Вот только на этом все наши сходства заканчивались.

Я среднего роста, едва перевалил за сто семьдесят сантиметров с весом в пятьдесят восемь килограммов, русый, глаза серо-голубые. Вообще весь такой среднестатистический. Никаких особо выдающихся черт во мне не было, поэтому я и никогда не был лидером, первым красавчиком и так далее по списку. Обычный. До безобразия обычный.

Стас же был просто воплощением влажной женской фантазии: высокий, подтянутый, активно занимающийся спортом. Жгучий брюнет с живыми карими глазами, вечной улыбкой на губах. Он всегда много шутил, ухаживал за девушками, защищал слабых, помогал нуждающимся. В общем, не человек, а «Красный Крест» какой-то.

Даже не понимаю, как мы сдружились с ним. Вполне возможно, что во всем виноват пресловутый «общажный синдром», когда хочешь – не хочешь, а приходится общаться с человеком, который, по идее, никогда бы в других условиях с тобой не заговорил. Вот так мы и сошлись. Но Стас оказался не таким, как большинство парней с его внешними данными. Он был аккуратистом, в отличие от меня его половина комнаты всегда была идеально убранной, даже мою часть иногда убирал, недовольно ворча под нос что-то про свиней. Девок в комнату к нам не водил, готовил вкусно, вел себя прекрасно. Единственный минус – заставлял меня общаться с другими и периодически вытаскивал на различные тусовки.

Так же произошло и в этот раз. Я с унылой мордой плелся за Стасом, которого с двух сторон облепили Юля с Олей. Хорошие девчонки, добрые, веселые. Вот только ко мне они не проявляют никакого внимания, кроме желания накормить. Ну и на том спасибо. Все свое женское обаяние они дарят Стасу. Но я ведь знаю, что им ничего не светит, да и вообще никому не светит. Потому что Стас у нас гей.

Об этой его отличительной черте знаю только я. Он сам мне как-то рассказал, когда мы с ним благополучно напились вдвоем в комнате. Я на это посмеялся, сказал, что он меня разводит, на что он на полном серьезе полез ко мне целоваться. Я отпрянул от него, а Стас рассмеялся и сказал, что я его не интересую и за себя могу быть спокоен. Мне было все равно, если честно, какой он ориентации – это его личное дело. За себя я был спокоен, в Стасе уверен. Но вот девчонок иногда было жалко. Они ведь были уверены, что им обломиться хотя бы разок оказаться в крепких мускулистых объятиях моего соседа.

Хотя Стас им ничего не обещал, это я точно знаю, вел себя с ними обходительно, вежливо, но не более. Ни перед кем не хвастался, никому ничего не доказывал, но и близко не подпускал. Наверное, о нем и ходили какие-то слухи, да вот только кто же скажет об этом напрямую капитану городской сборной по спортивной гимнастике? Вряд ли кто на это решится.

Стас вообще представлял собой наглядный пример противоречий: учился на филологическом факультете, где все юноши были, прямо скажем, среднестатистическими. Был спокойным и рассудительным, хотя при его внешности должен был быть душой любой компании. Не имел друзей (кроме меня, конечно), хотя опять же, согласно стереотипов по поводу красавчиков, должен иметь ватагу приспешников. Поклонниц у него было много, а вот приспешников… Многие ребята хотели с ним подружиться, да вот только он сам никого к себе близко не подпускал.

Он мой лучший друг и я его люблю. Как друга, конечно же, потому что никогда не планировал связывать свою жизнь с парнем. Да и с девушкой, наверное, тоже. Мой склочный, взрывной характер не оставлял мне шансов на счастливую семейную жизнь. Иногда Стас посмеивался надо мной, говоря, что с моим острым языком ему придется наниматься ко мне в личные телохранители, чтобы меня не отметелили где-нибудь. Ну раз так думает, зачем постоянно вытаскивает из уютного логова в этот жестокий, полный общения и других людей мир? Я же говорю, очень противоречивый человек.

Я предполагал, что в баре будет толпа людей и что я снова буду зависать где-то в темном углу, особо не отсвечивая. Собственно, так и оказалось.

Едва мы уселись на столик и сделали заказа, как девчонки утащили Стаса на танцпол. Он напоследок повернулся ко мне, сделал трагичное лицо и закатил глаза. Я рассмеялся: Стас хоть и был всеобщим любимчиком, но особо в развлечениях не участвовал, предпочитая оставаться в стороне. А здесь у него просто не было выбора – ну не на меня же будут девчонки вешаться, дабы заполучить такое желанное для них внимание? Правильно, не на меня. Именно поэтому я остался сидеть на удобном диванчике за столом, а Стас лихо отплясывал в компании Оли и Юли, приковывая к себе взгляды и других лиц в баре.

Сначала я спокойно наблюдал за всем происходящим. Потом это занятие мне откровенно наскучило, и я стал листать новостную ленту в социальных сетях. Пролистав, наверное, сотни метров бесполезных постов и веселых мемов, я заблокировал телефон с тяжелым вздохом. Ну вот зачем меня нужно было сюда тащить? Я же знал, что все будет именно так. И Стас об этом знал. Кому он пытался сделать хорошо своей обязательной интеграцией меня в современное общество? Точно не мне, подтверждаю.

Мне скучно, жутко скучно. Хорошо хоть музыка не долбит по ушам, иначе бы я сюда даже не зашел. Вообще, стоит признать, что место здесь действительно хорошее. Само помещение небольшое, столики с удобными диванчиками стоял по периметру буквой П, одна часть полностью занята барной стойкой и служебными помещениями, поэтому в центре много места для танцпола. Думаю, очень большие компании здесь не поместятся, бар рассчитан максимум на человек сто. Сейчас вечер, заведение полно людей, все вокруг погружено в полумрак, только над столиками мерцают лампочки и на танцполе переливаются разными цветами страбоскопы. Прям мечта эпилептика. Хотя чего я придираюсь? Место ведь действительно неплохое. Днем здесь, наверное, очень уютно.

Разглядывать бар мне тоже быстро наскучило. Зато появилось желание выпить. Почему нет? Я совершеннолетний, напиваюсь не так часто, поэтому могу себе позволить легкое алкогольное опьянение. Заодно и оценю выбор напитков в баре. Поэтому, недолго думая, схватил телефон и отправился к барной стойке, попутно выхватив Стаса и сказав ему, где меня искать в случае чего.

Возле барной стойки было довольно малолюдно, лишь изредка подбегали посетители за коктейлем и вновь отправлялись покорять танцпол. Вот где было настоящее веселье по общественным меркам, не по моим, конечно же. Самые разношерстные компании здесь смеялись, пили на спор, в общем, развлекались всеми доступными способами. Я сел за высокий стул, оперся локтями на отполированную мраморную столешницу и принялся изучать список предлагаемых напитков.

Выбор был действительно большой. Начиная от безалкоголки и заканчивая такими названиями, что язык можно было сломать. А уж в состав и заглядывать не стоило: перечень ликеров, джинов и ромов, входящих в состав красочных напитков для меня был все равно, что древнеегипетские письмена – нихрена не понятно, но очень интересно.

– Что приглянулось молодому человеку? – раздалось над самым моим ухом, и я, вздрогнув, поднял голову.

На меня смотрел довольно молодой мужчина. Брюнет, круглолицый, с озорной улыбкой на губах и живыми огоньками в карих глазах. Щетина покрывала скулы и бороду, была она явно не моднотрехдневной, а уже давно произрастала на смуглом лице, однако выглядела очень хорошо. Густые волосы, уложенные в модную прическу. Знаете такие, когда по бокам убирают максимум, а на макушке хаер километровый. Всегда бесили такие, но здесь смотрелось гармонично. Широкие плечи, выпирающие шарики бицепса, виднеющиеся из-под обрезанных рукавов майки. Весь такой мужик. Я, наверное, на его фоне смотрюсь самым настоящим дрыщуганом.

– Ну так что будем выбирать? – прищурившись, спросил мужчина.

Наверное, бармен. Что ж, это хорошо, должен же он разбираться во всей этой писанине и точно подберет мне то, что должно понравиться. Они же специально учатся этому.

– Я не знаю, – пожал плечами. – Хотелось бы что-то не совсем крепкое, но чтобы вкусно.

– Секс на пляже? – изогнув бровь, предложил бармен.

– Да хоть какой-нибудь, – мимо воли вырвалось у меня, и тут же захлопнул рот. Бармен рассмеялся. Вот придурок! Как можно было вообще такое ляпнуть.

– Я про коктейль, – подмигнув, уточнил мужчина. – Он сладковатый, но людям нравится.

– Да, про коктейль, – сказал я, жутко покраснев. Ну вот, теперь надо быстро свалить в туман, пока этот бармен меня не раскатал своими шуточками. Уверен, у такого их в запасе тысячи. Они ведь все такие, бармены эти. В душу залезут, все секреты узнают и все, пиши пропало. – Давайте ваш секс.

– Думаю, мой секс здесь не продается, – снова подмигнул бармен и рассмеялся. – Даже для таких красивых молодых людей.

Я поперхнулся воздухом. Я опять топлю сам себя, просто даю повод над собой поиздеваться. Господи, да на мне уже крест можно поставить! Или, может, купить себе майку с надписью «Сказочный идиот»? В качестве саморекламы, так сказать.

– Я про коктейль, – буркнул я.

– Я именно так и понял, конечно, – вновь засмеялся бармен и ушел смешивать ингредиенты, оставив меня в смущении.

Хорошо, что в баре полумрак, иначе моя краснота затмила бы свет солнца. Я всегда попадаю в различные идиотские ситуации благодаря своему языку. Точнее, абсолютному неумению вовремя заткнуться. Хвала небесам, еще ни разу ни от кого не прилетало по этому поводу, хотя, думаю, все еще впереди. С моими навыками социализации общение с людьми в принципе противопоказано.

Иногда мне хотелось быть, как Стас. Вот кто уж точно умел выбрать правильную тактику общения, правильно расположить к себе людей, одновременно не подпуская к себе близко и давая ощущение дружеского общения. Меня же обходили стороной, потому что мой ужасный характер и длинный язык абсолютно не помогал в расширении списка контактов не только в моем телефоне, но и в обычной жизни. Но пока что мне не удавалось ничего, и я просто пользовался лучами славы, исходящими от Стаса. Я его лучший друг, а значит со мной тоже нужно считаться. В общем, паразит я, самый настоящий.

– Ваш секс, – снова раздался голос бармена. Сильная рука подвинула ко мне изящный бокал, наполненный светло-оранжевой жидкостью и увенчанный кусочком апельсина.

– Да, спасибо, – буркнул я.

Бармен почему-то не уходил, а остался возле меня и пристально на меня смотрел, сложив руки на груди. Смотрел с такой ухмылкой, будто ждал, когда я снова где-то накосячу. Аккуратно втянул в себя напиток через трубочку. Ммм, довольно вкусно. Чувствуется легкий привкус алкоголя, но он не отталкивает, а дает какую-то особую изюминку. Определенно, пока что мне нравится.

– Спасибо, – кивнул я бармену, надеясь, что теперь он уйдет и оставит меня наедине с моим сексом, тьфу ты, коктейлем. – Очень вкусно.

– Ты так эротично пьешь, обхватывая губами соломинку. Не зря этот коктейль так назвали. Это же чистый секс!

Я закашлялся, снова покраснев. Он издевается надо мной, что ли? Кто вообще такое говорит?

– Володя, – засмеявшись, протянул руку бармен.

Еще и знакомиться! А больше он ничего не хочет! Я уже хотел было возмутиться, но посмотрел на мужчину и понял, что, хоть на губах и играет улыбка, но она не ехидная, а добрая, а в глазах пляшут черти, которые так и манят поближе с ними познакомиться. И голос у бармена такой будоражащий, что каждый раз хочется попросить его сказать еще что-то. Низкий, бархатный, с легкой хрипотцой. Поэтому вместо возмущений я протянул свою ладонь:

– Илья.

Я уже говорил, что по натуре я довольно замкнутый человек. Любое общение со мной всегда сводилось до примитивных просьб о помощи в учебе или небрежного кивка в виде приветствия. Единственный, кто выдерживал мой характер и мог меня разговорить – Стас. Все, больше ни одно лицо любого пола не смогло достучаться до меня, а уж тем более свободно со мной общаться

Тут же складывалась совершенно иная ситуация. Володя свободно вытаскивал меня на разговор, едва успев со мной познакомиться. Он много шутил, параллельно разливая напитки в бокалы, перекидывался несколькими фразами с посетителями, но неизменно возвращался ко мне. Это было лично для меня удивительным.