Читаем Чп в заповеднике (СИ) онлайн бесплатно

   ЧП в заповеднике

   Михаил Львович вбежал в институт за час до начала рабочего дня. Он любил приезжать еще раньше, но сегодня задержала жена - попросила остаться на завтрак. Она и дети соскучились - ведь он только вчера вернулся из командировки.

   Михаил вечно разрывался между любимой наукой и семьей, укорял себя, знал, что мало уделяет времени жене и детям. Ненавидел чувство вины, хотя оно помогало выстоять перед напором студенток, аспиранток, да и женщин-коллег. В родной лаборатории, окруженный приборами и такими же, как он, фанатиками науки, Михаил Львович думал о жене, писал сообщения, тосковал по дому. Но стоило провести с семьей пару часов, как мысли рвались обратно: к опытам, экспериментам, графикам.

   Тридцатисемилетний профессор факультета биологии провел карточкой по сканеру турникета, взлетел по лестнице на третий этаж, промчался пустынными коридорами, судорожно вытащил ключи, отпер двери и вломился в свое царство. Интерес к исследованиям со стороны фармацевтических компаний и - что стало полным шоком - СМИ и политических структур, принес отдельный кабинет, секретаря и карт-бланш на любые проекты.

   А потом и конференции по миру, конгрессы, множество приятелей, изданные книги, известность. Власть. И мечты о месте академика превратились в реальную цель. Надо только переиграть пару других претендентов, но Михаил, хоть и уступал возрастом и опытом, в интригах и подхалимаже начальству уже поднаторел. И перспектива подсидеть брюзгу Николаича не смущала.

   Михаил сбросил кашемировое пальто, которое купил на фабрике Гоби, когда выступал на конференции в Улан-Баторе, сменил удобные для вождения фирменные кроссовки на офисные туфли ручной работы и раскинулся в роскошном кресле. Важно успеть закончить статью в Nature, ответить на письма, сделать пару звонков и просмотреть работу аспиранта.

   Эта канцелярщина навевала скуку, но Михаил заставил себя сосредоточиться и за два часа разделался с формальностями. Прервался только раз, когда ровно в девять зашла Ольга, его секретарь, и привычно поставила перед погруженным в работу начальником несладкий капучино.

   Профессор отодвинулся от монитора, встал, потянулся, скинул модный пиджак, облачился в белый халат и направился в лабораторию.

   Лаборатория кипела. Борис и Яна - оба кандидаты, муж и жена, - склонились над микроскопами. Валя - новая аспирантка, еще не разобралась в тонкостях жизни начальника, поэтому привычно состроила глазки и томно поздоровалась.

   Подбежала Таня - умненькая девочка-стажер, высокая и симпатичная. Она переросла детскую влюбленность в руководителя пару лет назад, будучи еще на третьем курсе и теперь лишь посмеивалась над Валей.

   - Добрый день, Михаил Львович. Я подготовила отчет. - Татьяна протянула листы с графиками и цифрами.

   Михаил кивнул, даже не посмотрев на девушек, и погрузился в изучение данных.

   День промчался быстро, лаборатория опустела. Михаил глянул на часы. Приближалась встреча с Сергеем из московского университета - главным соперником за место академика. Оба изучали социальное поведение насекомых и млекопитающих. И если обойти Николаича виделось несложным, то Сергей - птица другого полета. Михаил вздохнул - до дома доберется только к ночи. Успеть бы заехать в ювелирку, присмотреть подарок жене... Он уже опаздывал. Позвонил домой, закрыл кабинет и заторопился на выход.

   ***

   Лида положила трубку, нахмурилась.

   Муж опять не приедет на ужин. Как же - известный ученый! Весь в работе! А она?!

   Женщина врубила музыку на телефоне и проорала пару песен. Полегчало. Оглянулась вокруг.

   "И чего хандрить? Миша молодец. Денег все больше, Саша и Юленька учатся в элитной гимназии; я - не работаю. Занимаюсь хозяйством и детьми. Квартиру сменили, две машины. Муж предлагает завести домохозяйку. Дудки! Еще чего, пустить чужого человека в дом".

   Но раздражение и обида никуда не делись.

   Лида налила некрепкого зеленого чая, забралась с ногами на пуфик в кухне, щелкнула пультом. Прошлась по каналам - скучно. Выключила телевизор. Поигралась с телефоном. Лазать по соцсетям желания никакого - тело жаждало движения, да и на душе неспокойно.

   Тым-тым-тым, -- поболтала она ногами. Почему он так редко с нами?

   Лида вскочила и прошлась по кухне. Схватила золотистую коробочку с э-сигаретами, закурила.

   Вечерами всегда одна. Семейный ужин пару раз в неделю, по субботам - поездка с детьми за город, а в воскресенье вечером - в театр. Это если нет командировки. С сексом вроде неплохо - теплая дрожь пробежала по телу, Лида слегка расслабилась, щеки порозовели. И все же, и все же!

   Она скучала по мужу. Ей не хватало его рядом.

   ***

   Куда звать коллегу, Михаил решил сразу. "Палкин"! В прошлую встречу в Москве Сергей заказал столик в "Белом кролике".

   Вечером Невский забит, и Михаил вызвал такси. Черепашить в пробках на своём БМВ он ненавидел.

   Любимый ресторан Михаила - пафосный и чопорный "Палкин" - встретил приятелей элегантностью метрдотеля и мальчиков-официантов, солидным выбором блюд и шикарной кухней.

   - А ничего! - похвалил Сергей, когда они закончили ужин и пустые разговоры.

   Михаил ждал. Он хорошо изучил приятеля. Тот обсуждал дела только с чашкой крепчайшего двойного эспрессо - один малюсенький кусочек сахара - и шоколадным десертом. В идеале - шоколадный торт в шоколаде, покрытый жидким шоколадом. Такой поворот означал, что Сергей жаждет поделиться прекрасными новостями.

   - Эмм... - замычал он, и тут же возник официант.

   Заказали кофе. Пока изучали десертное меню, Михаил заметил промелькнувшую улыбку на бесстрастном лице официанта. Или показалось? Хотя смотрелись приятели и впрямь забавно. Невысокий и худенький, с черными вьющимися волосами, чисто выбритый, стильно одевающийся и постоянно спешащий Миша. И высоченный, полный, круглолицый Сергей Владимирович. С залысиной, громоподобным басом, медлительный, в кроссовках, джинсах и мешковатом свитере. Он выглядел лет на двадцать старше, относился к Михаилу снисходительно, но как ученого уважал.

   Миша любил жену и детей, Сергей Владимирович - студенток пятого курса. "А почему не третьего", - смеялись коллеги. На что Сергей, посерьезнев, отвечал: "Туповаты они еще. Вот на пятом - уже поумневшие. Таких люблю!"

   Сергей Владимирович выбрал любимый тортик, отпил принесенный кофе, и начал:

   - Миша! Мы оба знаем, что место в РАН одно. И что шансы у нас примерно равны. Я постарше, ты порасторопнее. Другие нам не конкуренты.  С ними и ты, и я справимся легко. И неважно, как. Но вот что друг с другом-то делать!

   Он хлопнул ладонью по столу, и метрдотель недовольно поморщился.

   Михаил слушал, не перебивая. Сергей прав. И план по свержению конкурента Миша скрупулезно разрабатывал. В замысле присутствовал и высокий покровитель, и обвинение в плагиате. Но и "морковка спереди" маячила. Михаил подсуетился. Прямо перед решающим матчем Сергей получит предложение от Оксфорда на пятилетний контракт. По мысли Михаила, это выведет Сергея из игры. Но он знал, что тот тоже сложа руки не сидит и думает над диспозицией. Открытый разговор мог быть как ловушкой, так и реальным признанием патовой ситуации. Ладно, посмотрим.

   - Что ты предлагаешь?

   Сергей залпом выпил кофе и помахал чашечкой, требуя повторить. Подождал, пока несут кофе, раздумывая. Молчал и Михаил.

   - Предлагаю честную партию. У нас обоих хватает связей. И если начинать войну... - Сергей не договорил, взял принесенную чашечку и шумно глотнул кофе. Сморщился - забыл положить сахар. - Короче, Миха! Давай так. Чистая наука. Ты доводишь до ума свою теорию, я свою. А дальше - как решат. Что скажешь?

   Михаил согласился, не раздумывая. Откровенно говоря, он сильно сомневался, что сумеет переиграть Сергея. Опыта в академических интригах у того было на двадцать лет больше. А это много значит.

   - Ну и хорошо, ну и чудненько! - Сергей засветился. - Ты это, давай, на следующей неделе приезжай ко мне. Сходим погуляем, в Москву Сити на верхотуре коньячку дерябнем. И на вон, глянь на досуге. Статейку тут одну написал.

   Сергей вытащил из портфеля свежий номер Science. Михаил занервничал. Номер только выпустили, он даже не успел просмотреть содержание в онлайн версии. Значит, Сергей заказал срочную доставку. Зачем?

   Схватил протянутый журнал, нашел номер страницы с фамилией приятеля, быстро пролистал, пробежал глазами abstract... и злобно глянул на коллегу. В статье детально описывались эксперименты, выполненные лабораторией приятеля, с ошеломительными результатами.

   - Ну и сволочь же ты!

   - Ну-ну, - успокаивающе пробасил Сергей. Он ни капли не обиделся. - Ну-ну! Что ж ты так кипишишься...

   - Не нунукай тут! - Михаил чуть не кинул журнал на пол. - Ты меня обманул! Уже закончил опыты и вынудил меня согласиться на сделку! И знаешь ведь, что теперь я не смогу...

   - Не обманул, а переиграл! Честно, заметь! Сколько раз говорил, - самодовольно поднял палец Сергей, - прежде чем соглашаться, всегда разузнай, что да как! А теперь поезд ушел!

   Он улыбнулся и стал пить кофе маленькими глоточками. Потом взял блюдце с тортом, отправил в рот кусочек сладчайшего шоколада, поерзал, поудобнее устраиваясь, и продолжил:

   - Да и вообще. Время у тебя еще есть. Работай! Но учти! Решишь меня в темную обыграть, я найду, чем ответить! Мы договорились! - Он наклонился и придвинулся через стол к Михаилу. - Только наука! И никаких под-ко-вёрных выкрутасов!

   Михаил сумел сдержаться, и ужин закончился спокойно. Посадив бывшего приятеля в такси, он вызвал машину себе и рванул домой. Идею заехать на институтскую стоянку Миша отмел сразу - в таком состоянии садиться за руль не стоило. Его трясло.

   В такси он достал подаренный, словно в издевку, журнал и погрузился в чтение. Как ни крути, Сергей - выдающийся ученый. Проделанные опыты над муравьями просты, но элегантны. И он добился результата! Сергей создал феромоны, которые меняли гены шестиногих шустриков!

   Миллионы лет общественные насекомые жили как единый организм. Сергей заставил рабочих особей "проснуться". Муравей "осознавал" себя независимым, индивидуальным существом! Сергей доказал свою теорию серией экспериментов в лаборатории, а потом и на реальных образцах.

   Михаил смотрел на страницы журнала, на графики, цифры, формулы, а перед глазами...

   Вот один-единственный муравей. Рабочая бесполая особь. Она может превратиться в самку, но шансы очень малы. Таких - миллионы в муравейнике. И все - сестры. Ловкие пальцы Сергея подставляют палочку, и муравей ползет вверх. Палочку опускают в контейнер с лакомством и феромоном. Муравей набрасывается на еду, а потом мчится обратно в дом, в муравейник. Но он уже - бомба замедленного действия. Муравей проникает между особями-охранниками - пахнет как свой, хотя к аромату примешено что-то неуловимо притягательное.

   Муравьишка бежит по лабиринтам из веточек, земли, травы, встречает сородичей. Через несколько часов весь муравейник заражен. И понеслось... Муравьи спешат по делам, выполняют жесткую генетическую программу. Все - как единый организм. Но постепенно то один, то другой муравей замирает, приподнимается на задних лапках и с удивлением обводит взглядом дом. Трогает усиками стены ходов, пробегающих мимо особей. Он словно пробуждается от бесконечного летаргического сна. Где я? Что вокруг? Что со мной? Кто я? И постепенно, секунда за секундой, десятки, сотни, тысячи муравьев сбрасывают оковы генной программы. Внутри них молекулярная буря.

   Особи, которые должны бы погибнуть бесполыми рабами, пробудились. Их тела меняются. Веками контролируемое поведение дает сбои. Вокруг - не бесполые сестры. Справа и слева - агрессивные самки, готовые биться за самца друг с дружкой. И каждая негодует - откуда они тут? В моем доме? Приползли отбить самцов?! Откуда здесь чужаки - незнакомые запахи, словно падающая листва, бьют по голове? Это мой дом! Муравей бросается в атаку. Челюсти сжимаются, и голова чужака отваливается от тельца! Но нет! В его лапку тоже вцепились! Муравьишка ранен! Он изворачивается и перекусывает нападающего пополам. Хромая, пытается скрыться. Но натыкается на злобного, огромного монстра. Это муравей-охранник. Он несется по коридору и рвет всех на пути. Через пару минут муравейник мертв.

   Мираж пропал. Михаил дочитал до выводов и результатов эксперимента.

   Сергей очень аккуратно писал, что агрессия и взаимный геноцид насекомых - ключ к пониманию генно-обусловленного враждебного поведения животных.

   - Черт! - вырвалось у Михаила, и водитель взволнованно уточнил, все ли в порядке.

   Как мало времени для достойного ответа! Придется все бросать и мчаться в заповедник, дорабатывать препарат на месте. Иначе не успеть.

   ***

   Домой он приехал раньше, чем планировал. Дети с женой уже поужинали, но с удовольствием устроились за столом на семейный чай.

   Саша планировал идти по пути отца и как обычно принялся расспрашивать о работе. Он фанатично учился, участвовал в олимпиадах, три раза в неделю ездил в институт отца на курсы для школьников, а иногда посещал и лекции для студентов.

   Младшая, Юлия, искренне радовалась за успехи брата, но стремилась во всем подражать маме, готовилась к роли верной жены-домохозяйки. Правда, любви к литературе не питала и филологом, как Лида, становиться не хотела. Зато отлично рисовала, занимала первые места на выставках художественных школ и ходила на кулинарные курсы.

   Ложась спать, Михаил сообщил, что скоро ему придется надолго уехать в таежный заповедник. Лида заплакала и тесно прижалась к мужу. Он обнял любимую, укрыл одеялом, шептал нежные слова. Лида успокоилась, расслабилась от ласк и заснула. Михаил еще долго не спал, думал о предстоящей поездке, планировал.

   Следующие два месяца он не вылезал из лаборатории. Выгнал Валю - ее знаки внимания и раньше напрягали, а сейчас не стерпел. Аспиранты ходили тихие и напуганные - Михаил Львович злился, часто кричал: кровь из носу, но в два месяца нужно уложить двухлетнюю работу. И малейшие ошибки выводили ученого из себя. Умом понимал - требовать от аспирантов много нельзя, но ничего не мог с собой поделать: раздражался, пытался контролировать каждую мелочь, постоянно ходил хмурый и недовольный.

   Как-то утром заметил, что Таня ошиблась в маркировке пробирок. Его захлестнула волна гнева и, чтобы не обидеть девушку, пулей выскочил из лаборатории, с размаху хлопнул дверью, не удержался, повернулся и что есть мочи впечатал кулак в деревянное полотно. Жуткая боль, разбитые в кровь костяшки и удивленные, испуганные крики из лаборатории уняли приступ злости. Дверь пришлось менять, а сотрудники косились на руководителя с неприязнью.

   По вечерам начал пить коньяк, что ввергло в полный шок жену. Хотя стоило переступить порог дома, как злость, раздражение, гнев - улетучивались. Но наваливались усталость, неуверенность, тревога.

   Перед полетом взял три дня отпуска. Два дня провели за городом всей семьей. Ходили в лес, катались на лодке. На третий день отправили детей к теще, а сами сутки не вылезали из кровати в номере шикарного отеля.

   ***