Читаем Часы онлайн бесплатно

– Я смотрю на часы… нет, не так. Смотрю на Часы.

Саша запнулся, осознав, как глупо это прозвучало на записи. Закрыл глаза и стиснул зубы, невольно разозлившись.

«Лажаешь даже в такой момент!»

– Часы – с большой буквы, если вы понимаете… они отсчитывают время, которое мне осталось. Нам. Всем людям. На них пятьдесят секунд, уже сорок девять…

«На кой черт я вообще трачу время?!»

Умолкнув, Саша уставился на дисплей телефона, одновременно стараясь не упускать из виду циферблат часов.

– Я не знаю, что будет дальше! И вообще будет ли хоть что-нибудь! Если что, знайте – я пытался!

Юноша выключил диктофон и спрятал мобильник в карман. Запрокинул голову в тщетной попытке найти солнце. Небо стянули тучи, над головой косяком пролетели птицы – чересчур рано для зимовки.

«Как будто о чем-то догадываются и бегут…»

Свежий ветерок мягко прикоснулся к щеке. Возможно, в последний раз.

На другом конце города бушевал ливень. Даже отсюда виднелись вспышки молний, кроящие темное небо. Мир перед Сашей словно поделили надвое. И одна половина будто умирала на глазах, уступая очередь следующей.

Голос напомнил о себе властным рокотом:

«Ты так и не осознал глупость своих стараний?!»

Мысленно выругавшись, подросток, в который уже раз, попробовал сорвать часы с запястья. Конечно же, не вышло. Браслет сидел так, будто сам Дьявол вцепился в застежку мертвой хваткой, и, положа руку на сердце, Саша готов был принять это за истину.

Время утекало, прохладный ветер приятно обдувал лицо. Но он был предвестником страшной бури, и юноша это знал.

«Ты ведь знаешь, что произойдет! – проклятый голос мешал собраться с мыслями. – Зачем сопротивляться неизбежности?! Ты же не можешь не верить!»

– Не могу, да. Давно уже верю, – согласился Саша.

Он стоял, прислонившись поясницей к краю витиеватого стального ограждения, оберегающего реку от желающих прыгнуть. Люди поспешно покидали набережную, поглядывая на тучи. Юноша даже не думал двигаться – ливень уж точно не являлся проблемой. Его уши уловили нарастающий гул позади. Кто-то закричал, и десятки людей запрокинули головы к небу. Не прошло и пяти секунд, как все они бросились врассыпную.

«Ну и что теперь, человек?! Ты ведь даже не попытался!»

Длинная фраза пронеслась в сознании подростка за мгновение. Он бросил короткий взгляд на дисплей и увидел три нуля и всего одну пятерку. Саша искренне боялся задуманного, но, как и любой утопающий, попытался схватиться за соломинку.

Откидной нож идеально лег в ладонь, и юноша замахнулся.

Две секунды на циферблате – целая громада времени. Поэтому он успел вспомнить все.

Ливень шел стеной. Плотность водного потока не позволяла Сергею видеть дальше, чем на десяток метров впереди. Ничего страшного – он прекрасно знал – смотреть там не на что.

Прическа-площадка огромных размеров, которую парень подсмотрел в старой видеоигре и тщательнейшим образом отращивал четыре года, свалялась и облепила голову. Сейчас он не походил на бойца с экрана – максимум на престарелого хиппи. Сергей был высок ростом – не дотянул до двух метров единственный жалкий сантиметр. Широкие плечи, плотный каркас мускулов – неизбежные отголоски спортивного режима, которому он посвятил четырнадцать лет. Начал в девять, когда подсмотрел в кино красивые драки и принялся размахивать ногами, красуясь на детской площадке, а потом как-то совершенно неожиданно для себя втянулся с головой на все оставшиеся до двадцати трех лет годы.

Не имея ни малейшего желания связываться с высшим образованием, по окончании школы парень отслужил в морской пехоте, где, опять же, по большей части тренировался и выступал за вооруженные силы. Демобилизовавшись, получил предложение подписать контракт с местечковой лигой смешанных единоборств. Определенно – это был замечательный трамплин к одной из главных целей его жизни.

Был.

Отвратительное слово, если понимать, что теперь все эти цели…

«Да хватит уже!» – опустошенно подумал Сергей.

Перед страхом смерти любой человек смотрел на последние дни под другим углом, в надежде отыскать ошибки, без которых мог обойтись. Корить себя – в человеческой природе, люди редко принимают кончину с гордо поднятой головой. В большинстве своем их пожирает ненависть и обиды на большинство принятых решений и совершенных поступков.

Сергей думал, что он избежит подобного. Сейчас же вышло так, что он ничем не уступал серой массе. Разве что питал надежду повлиять на неизбежное.

«Думаешь, получится?»

В бьющем в разгар лета ливне не было и намека на тепло, парень плохо чувствовал пальцы ног. Те словно окаменели, как и туго стянутая медицинским жгутом рука – его последний шанс побороться за жалкое существование.

– И наплевать, – сказал Сергей, хотя голос услышал бы и мысли.

Парень устроился на рваной покрышке, спиной прислонившись к проржавевшей рабице. Когда-то позади стоял мясокомбинат. Сейчас – заброшенное здание и такой же пустырь на окраине города.

Удобно для того, кто находится в розыске.

Окажись здесь случайный человек – наверняка удивился бы солнечным очкам на глазах Сергея – обычно бесполезным в пасмурный и дождливый день – но на то имелись свои причины.

«Как же болит рука!»

Сосредоточиться на происходящем было непросто. Внутри запястья как будто работала дрель, всверливаясь все глубже с каждой секундой. Сергей поднес к глазам левую руку и брезгливо поморщился.

Яркие цифры сияли сквозь кожу алым заревом. Минуты его жизни, скорее всего – последние. Насыщенный оттенок цифр соответствовал всем общепринятым канонам об адском пламени.

«00:03:49».

Сергей достал нож и провел по острию пальцем, оставив каплю крови.

– Как дела? – обреченно задал он вопрос, на который никто не ответил.

Сверкнула молния, и свет отразился на поверхности лезвия. Парень вдруг осознал, что не слышал мерзкого голоса около часа – будто проклятая нечисть отошла по срочному делу.

Но это вряд ли. Ведь тогда пропали бы и цифры. Таймер же не сдвигался с запястья, пусть голос и обещал совсем другое.

«00:03:34».

Сергей понимал, что близилось время сыграть последний аккорд.

Если он умрет – финал сам по себе получится не радужный. Если же его спасет «скорая» – закончит дни за решеткой, потому что наломал немало дров, сбежав из морга…

– Можно подумать, было бы лучше, если б я там остался…

«00:03:16».

Сергей занес нож над запястьем.

«Как же странно все вышло…»

– Ментов сегодня столько, будто к нам пожаловал президент, – тихо, так, что его услышала лишь подруга, пробормотал парень.

Очередь на ежегодный рок-фестиваль растянулась на добрую сотню метров. Народ медленно сочился через кордон хранителей правопорядка, те пропускали не более двух человек за раз. Молодые люди уже потеряли полчаса, и Сергей готов был завидовать скорости черепах.

– Тогда уж не ментов, а копов, – усмехнулась Оля, – они давно полиция, а ты никак не привыкнешь к переменам.

– Как бы их не называли, в России они всегда останутся ментами, – отмахнулся парень. – Менталитет так быстро не меняется.

На несколько секунд он замолчал, после чего хохотнул от придуманной самим же шутки.

– Тебе не кажется забавным, что у нас даже слова «мент» и «менталитет» – однокоренные?

– Так они не однокоренные, – поправила подруга. – Менталитет – это ощущение мира. Произошло от слова «ментальность», то есть совокупность культурных ценностей. Вот эти слова – однокоренные. Одно вышло из другого. Насчет слова «мент» – я бы и словом это не назвала. Отрыжка диалекта дикарей. Ненавижу жаргонизмы…

– Сдаюсь, сдаюсь! – перебил Сергей, выставив ладони, и картинно выпучил глаза. – На кой черт я постоянно спорю с филологом?

– Правильно. Не нужно, – улыбнулась девушка и поцеловала его в щеку.

– Может и тебе не нужно заставлять меня чувствовать себя неотесанным идиотом?

– У меня и в мыслях не было! – горячо возразила Оля. – Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю! Просто… это профессиональное. Я хочу верить, что не зря посвятила себя языку. Придет день, я стану известным писателем, и мы будем жить припеваючи.

– А я все равно буду глупо шутить, – пообещал Сергей.

Оля снова улыбнулась и поцеловала парня в другую щеку.

– Rebel without a cause.

Он заскрипел зубами.

– Ты ведь знаешь, я не говорю по-английски.

– Фильм такой старый был. «Бунтарь без причины». У нас перевели как «Бунтарь без идеала», но это уже на совести наших прокатчиков. Каждый раз, когда мы гуляем, я его вспоминаю. А прикинь, вдруг так же и люди думают?

Сергей невольно задумался о том, как они выглядят для окружающих. С одной стороны, стройная фигурка Оли, черная мини-юбка и футболка песчаного цвета, идеально гармонировавшая с ее длинными локонами. С другой – двухметровый громила в куртке-косухе и футболке с языками пламени на груди. Самой обыденной частью его гардероба были потрепанные серые джинсы, но и те обычно заправлялись в тяжелые армейские ботинки на широкой подошве.

– Кроме тебя этот фильм в нашем захолустье никто и не видел, – уверенно заявил парень. – Какой там бунтарь? Красавица и чудовище – максимум, что они скажут.

Подруга не успела возразить – впереди освободилось место у рамки металлоискателя. Продемонстрировав сержанту на входе содержимое сумочки, Оля быстро оказалась по другую сторону барьера и, широко улыбнувшись, показала язык, когда полицейский потребовал от Сергея снять куртку.

– Штангист? – спросил досмотрщик.

Парень отрицательно покачал головой.

– Просто от пола отжимаюсь. С хлопками.

Сержант посмеялся. Ткнул дубинкой в высокую прическу.

– Ты не прячешь внутри нож?

– Там ничего, кроме пары баллонов лака для волос! – раздался из-за спины звонкий голос Оли.

Мужчина снова посмеялся. Совсем искренне. Он производил впечатление приятного человека, и Сергей на долю секунды даже постыдился за то, что без разбора назвал их всех ментами. Впрочем, и правда лишь на долю секунды.

– Проходи, – полицейский махнул дубинкой. – Не сломай ирокез об рамку.

– Это не ирокез. Это называется «площадка».

– Главное, чтоб не танцплощадка! – хохотнул мужчина.

Сергей проигнорировал плоскую хохму и, наклонив голову, прошел на территорию.

– Танцплощадка! – передразнил он вполголоса. – Обожаю «шутки за триста»! Этот мент там вообще работает или только хохмит?!

– Не кипятись! – фыркнула Оля, ткнув парня под ребра, – этот мент, наверняка, вообще не знает отличия. Для него любая высокая прическа – ирокез. Я вообще удивлена, что он тебя только приколол, а не развернул.

Сергей картинно нахмурился.

– Мент? Или все-таки полицейский, госпожа-филолог?

– Ладно, сдаюсь. Это все ты виноват, плохо на меня влияешь! – подняла Оля руки. – Пойдем поближе к сцене? Мы ведь не на задворках стоять пришли, да?

Холодное тело Оли выглядело столь неестественно, что Сергею пришлось заставлять себя поверить в реальность произошедшего. Пальцы навечно согнулись в предсмертной агонии, через шею тянулся глубокий овраг от бельевого провода, на котором повесилась любимая. И без того чудовищную картину дополняли рваные вены на левой руке.

В голове сумбурно крутилось все так или иначе с ней связанное. Два дня назад виделись в последний раз – Сергей проводил Олю домой после фестиваля. Не прошло и пары часов, как любимая позвонила посреди ночи.

И парень мог поклясться, что на всей планете не найдется силы, способной заставить забыть услышанные слова.

«Я повсюду вижу смерть, куда ни посмотрю! Все умирают, один за другим! Как только закрою глаза, сразу вижу мертвую маму, потом отца и Вику! День, час, минута! Что со мной происхо…»

Короткие гудки оборвали звонок, а абонент мигом оказался вне зоны действия сети. Домашние телефоны уже лет пять как окончательно канули в лету, а номеров родителей девушки у Сергея попросту не было. Ни на шутку перепугавшись, он не нашел выхода лучше, чем помчаться к любимой через весь город. Разбудил ее семью внезапным ночным визитом, в ходе которого с ужасом выяснил, что комната Оли пустовала. Ни родители, ни сестра не представляли, куда могла направиться девушка. Не желая запугивать их еще сильнее, Сергей промолчал о телефонном разговоре, и впоследствии об этом пожалел.

Впрочем, последним тот звонок не оказался. Двое суток спустя, когда он обошел все небезразличные любимой места и поговорил лично с каждым общим знакомым, даже самым мимолетным, Оля напомнила о себе сама.

«Тварь внутри меня убила человека! Оно подчиняет меня! Я записала все видения до последнего! Пока еще могу… я… я схожу с ума! Я не знаю, что будет дальше, но я нашла способ ненадолго затормозить демона! Сережа, у меня очень мало времени, скоро к нему вернется сила! Я…»

«ПРОСТО СКАЖИ МНЕ, ГДЕ ТЫ!!!» – Сергей не кричал – ревел в трубку неведомым чужим голосом, сквозь кожу и мышцы чувствуя, как неистово колотится в грудной клетке сердце.

«У меня нет времени! Я почти дома! Надеюсь успеть! Не знаю, увижу ли я тебя вообще. Прости, Сережа! Я люблю тебя!»

И снова короткие гудки. Он не знал, можно ли ненавидеть что-то сильнее, чем этот отвратительный звук неведения. Полминуты спустя Сергей мчался по лестнице, перепрыгивая по пять ступенек за раз, затем летел вдоль дороги, пытаясь поймать попутку. Остановившемуся водителю он попросту сунул все находившиеся в кошельке деньги, даже не пересчитав их. Пока бежал через двор к подъезду, пальцы раз за разом набирали номер Оли, получая в ответ неизменно пугающий голос автоответчика.

«В настоящее время абонент не может ответить на ваш звонок. Оставьте сообщение или перезвоните позднее».

Площадь так и кишела любителями тяжелой музыки. Пробираясь сквозь толпу, Сергей чувствовал себя килькой в банке, которую пытались выудить с самого дна, минуя остальных. Даже на значительном расстоянии от сцены ревущие басы гулким эхом отражались от стенок желудка. Притормозив, парень пропустил Олю вперед, обнял за талию и прижал к себе.

– Дальше не хочу. Мне и здесь уже становится хреново.

Она согласно кивнула. Сергей склонил голову к уху любимой.

– И что ты нашла во мне? Нудный, скучный, только и делаю, что тренируюсь и на жизнь жалуюсь!

– Я же трусиха страшная. Так что нашла защитника. Такого, на которого остальным смотреть страшно. Но, ты знаешь, годы идут, а я не остаюсь в восторге…

– … от твоего спорта! – в унисон закончил Сергей. – Ага. И как только я закончу с этим и уйду тренировать детишек, ты, наконец, ощутишь душевное спокойствие.

Ночь была безлунной, да и большая часть фонарей давно не работала, но эту картину его глаза выхватили из темноты безошибочно четко. Во дворе не хватало бельевого провода. Чьи-то простыни вместе с одеждой разноцветным ворохом валялись на земле, а в пяти метрах правее, раскачиваемая из стороны в сторону порывами ветра, висела Оля.

За пару секунд Сергей достиг дерева, вцепился в ствол и полез наверх, сдирая в кровь пальцы.

Еще через десять он уже сидел на ветке и трясущимися руками судорожно старался развязать туго затянутый узел…

Ослабевшие от ужаса пальцы предательски разжались. Он упустил конец провода, и тело с глухим стуком упало на землю. Сергей, не думая, прыгнул следом, надеясь лишь на то, что все еще можно исправить…