Читаем Чародейка онлайн бесплатно
— Кэсс, — произнёс Шейн усталым голосом, который бывает у родителей, что-то в сотый раз втолковывающих своему непоседливому чаду. И если бы в этот момент его глаза не излучали сопереживание, я бы подумала, что тот пожалел о своей идее обучить меня защитной магии. — За два дня ты достигла немыслимых результатов. Ни один первокурсник не сможет похвастаться такой стабильностью и стойкостью купола. У нас ещё есть время. Поработать над балансировкой и распределением магии по щиту мы успеем завтра. Поверь, новые ушибы и истощённый резерв делу не помогут.
— Да, кстати об этом. — Нейтон озадаченно почесал затылок и переступил с ноги на ногу, чувствуя неловкость. — Может, объясните, к чему такая спешка? Чем вызвана срочность тренировок? Это как-то связано с ковеном? — Ярко-синие глаза мага ни на секунду не выпускали меня из виду, адресуя все вопросы мне. Видимо, третьекурсник понимал, что из нашего дуэта ответы можно получить только от меня. Да и за время совместных занятий я чётко показала, кто главное заинтересованное лицо в обучающем процессе, переплюнув в энтузиазме самого Анварена. Пусть Шейн и не ставил мне ультиматумом освоение щитовой магии, но я всё равно дико боялась, что в случае неудачи тот отправится в Пустошь без меня. А допустить такого расклада я просто не имела права.
Переглянулась со своим подельником, безмолвно обмениваясь мнениями как поступить. В том, что мальфар доверяет Нейту, я была уверена, иначе бы мага вовсе не было здесь. И тем не менее вывалить всё как есть я не могла.
— Мы пока не знаем точно, — ответила, бросая беглый взгляд на Шейна. Именно он выразил свои подозрения по поводу содержимого записки, подброшенной в мою комнату двое суток назад. Дескать, попахивает западнёй. — Сначала нужно всё проверить. Как только станет известно больше, я обязательно сообщу, — уверила товарища, придерживаясь составленного плана.
— Ага, яснее не стало, — усмехнулся бывший капитан, пряча руки в карманах брюк. — Отцу что-нибудь передать? — спросил он, не теряя надежды внести лепту помощи.
Я улыбнулась, благодаря судьбу за прекрасного друга и прикидывая, какой ценной находкой тот станет для правоохранителей, если не передумает идти по стопам своего папы.
— Нет, если будет необходимо, я сам свяжусь с Брайаном, — уж как-то чересчур воинственно вклинился в разговор Шейн и зачем-то придвинулся ближе ко мне. Чем окончательно растерял черты независимого наблюдателя и теперь своим внушительным видом больше походил на телохранителя.
— Понял, здесь своя оборона. — Нейт заговорщицки подмигнул мне, пряча улыбку в уголках губ и провоцируя мои щёки окраситься в цвета спелого томата. — Тогда до завтра?
— До завтра, — вынужденно согласилась, опуская голову и утыкаясь взглядом в носки своих ботинок, будто это самые интересные вещи, которые я когда-либо видела. Смущение накатывало только от одной мысли, что другие заметят возникшую между мной и Шейном симпатию. К слову, самого мальфара, судя по спокойному выражению лица и уверенно расправленным плечам, нисколечко не тревожило, кто и что о нас подумает.
Стоило только сыну Брайана Тёрнера исчезнуть из поля зрения, как моей руки мягко, ненавязчиво коснулись.
— Не передумала? — спросил тёплым баритоном Шейн, склоняясь надо мной. — По-прежнему хочешь обойтись своими силами?
— По-прежнему, — подтвердила, заглядывая в его глаза, чтобы отыскать ответы на собственные вопросы. К своему облегчению натолкнулась на ту же непоколебимую решимость поддержать моё решение, что и в день, когда подкинули роковой конверт.
Вообще Шейн тогда сильно удивил меня, без колебания встав на мою сторону. Я по обыкновению приготовилась к жаркому спору, где меня будут вразумлять и отговаривать идти на поводу у таинственного отправителя. Мысленно достала воображаемые боксерские перчатки, в которых буду отбиваться, но спарринг так и не состоялся. Невзирая на бескрайнее число поводов для беспокойства.
Не берусь предполагать, что стало решающим фактором занять мою позицию. Возможно, Шейн сделал ставку на мою упёртость и чётко понимал, что в таком вопросе я не отступлюсь ни при каких обстоятельствах. Или ключевую роль сыграло упоминание Марии Блэквуд в тексте письма.
Чёрные буквы на белой бумаге вновь всплыли перед глазами, складываясь в два, лишающих спокойствия, предложения: «Хочешь знать, что на самом деле случилось с твоей мамой? Ответ получишь в субботу в полдень, там, где оставила нож для спорышей».
Безусловно, есть над чем задуматься.
Во-первых, я никогда не обладала точной информацией, что стало с моей мамой. Отец тактично, а порой совсем бестактно и вероломно сворачивал данную тему, ограничиваясь размытым «её больше нет». Персонал отца, увы, знал не больше моего. Даже старый верный Годерик сокрушённо разводил руками. И если будучи упрямым и мало что понимающим ребёнком я доставала Виктора расспросами, то, вступив в более сознательный возраст, прекратила бередить его рану.
