Читаем Будь моим Брейшо онлайн бесплатно

Легкий стук костяшек пальцев о старое дерево заставляет меня открыть глаза и посмотреть на потрескавшийся потолок, но я быстро переключаю внимание на дверной проем.

Мейбл, женщина, которая управляет групповым домом, где я провела последние три года своей жизни, входит внутрь. С каждым шагом морщины на ее лбу становятся глубже. Она останавливается около второй кровати в комнате и стучит своей туфлей по дереву, чтобы привлечь внимание моей соседки.

Та отрывает глаза от журнала и вытягивает наушники из ушей.

— Нира, почему бы тебе не пойти прогуляться? — Мейбл намекает, чтобы она проваливала, не говоря этого прямо.

Это ее тонкий способ избежать бурной реакции бунтующих девочек-подростков, которые не любят, когда им приказывают.

Нира переводит взгляд с нее на меня и, чересчур драматично вздохнув, закатывает глаза и уходит.

Мейбл с насмешкой выдыхает, садясь на матрас около меня.

— Все эти девочки погубят меня.

— Да, — соглашаюсь я. — Но Вы покинули бы это место, если бы могли?

— О, поверь мне, дитя, — она улыбается, и глубокие морщины вокруг глаз выдают ее возраст. — Я могла бы уйти, если бы захотела. Никто не держит меня здесь. Но ответом на твой вопрос будет «нет». Я бы не ушла. — Она замолкает ненадолго, а затем тихо и с надеждой произносит: — Я бы хотела помочь заботиться о следующем поколении, пока у меня еще есть силы.

Следующее поколение.

Верно.

Парни Брейшо — сила, стоящая за этим городом. Братья без общей ДНК, но во всех возможных отношениях связанные друг с другом. Мальчики, о которых Мейлб заботилась последние восемнадцать лет, как и об их отцах до этого.

«Следующее поколение», о котором упомянула Мейбл, не эти трое, которых она помогла вырастить, а новые члены семьи Брейшо. Один еще не рожденный, но здоровый, растущий в животе его или ее матери. И другой, кому не исполнилось еще и трех лет.

Маленькая девочка, о существовании которой на данный момент знают лишь несколько человек, — дочь Кэптена Брейшо. Маленькая девочка, которую прятали не только от мира, которому она принадлежит, но и от самого Кэптена. Он узнал о ней через месяц после рождения и отправился на ее поиски.

И он нашел. Но их мир не так прост. Серьезные угрозы, которые нельзя игнорировать, удержали его от возвращения дочери домой в ту же секунду, как он ее встретил. Но никто не может навсегда удержать Бреев от их ребенка. И после борьбы между сильнейшими семьями — Брейшо и Грейвен — которая длилась десятилетиями, правильная семья победила.

Зоуи Брейшо наконец дома, где ей и положено быть. Всегда.

Но я не должна знать ничего из этого.

Ни о ее существовании, ни о возвращении домой, ни о тех страданиях, через которые пришлось пройти, чтобы вернуть ее.

По крайней мере, пока что не должна.

До тех пор, пока не вернутся домой Мэддок и его новоиспеченная невеста, истинная, давно потерянная кровная наследница семьи Брейшо, Рэйвен Карвер.

Рэйвен, которая только недавно узнала, что у нее есть сестра.

Я.

Секрет, который я узнала, будучи маленькой девочкой, и только потому, что никому бы не смогла его выдать. Но позже я все же рассказала.

Я нашла мою сестру, встретилась с ней, говорила с ней, жила в соседней комнате в групповом доме и решила ничего не говорить. Но шесть недель назад, с небольшой помощью, Рэйвен сама узнала скрытую правду.

У нас один отец, которого ни одна из нас не хочет знать, враг всех, кто с гордостью носит имя Брейшо, и глава семьи Грейвен — Донли Грейвен. Подонок, пытавшийся разрушить этот город и людей, которые однажды поверили ему.

Восемнадцать лет назад он изнасиловал наших матерей с конкретной целью. Но, узнав, что ни один из детей, над которыми он так тошнотворно трудился, не был мальчиком, способным позже занять его место, Донли решил, что они не стоят тех проблем.

Он пытался заставить женщин сделать аборт, но обе сбежали до того, как он смог убедиться, что его приказ выполнен. Но их исчезновение все равно играло ему на руку, поскольку никто не узнал бы правду.

С тех пор, однако, многое произошло. Его ложь была разоблачена, и с его кончиной пали и его имя, и империя.

Каждый, кто разозлит Брейшо, заплатит за это.

Если перешли дорогу одному из них, в дело вступают все.

У меня вырывается тяжелый вздох.

Я должна была сегодня переехать в особняк Брейшо, который находится на участке за групповым домом, спрятанный и защищенный за тысячами высоких, тенистых деревьев. Укрытый покрывалом тьмы, чтобы скрыть черноту их душ. Или как раз наоборот — спрятать свет, который они никому не хотят показывать.

В них есть свет, нежность и забота, о чем никто не догадывается, потому что они не делятся этим с остальным миром.

Отчасти поэтому их дом предназначен только для них. Тем, кто находится снаружи, не разрешается приближаться, они не могут увидеть и никогда не смогут войти.

Я была там уже много раз… потому что они позволили.

Сначала по настоянию Рэйвен, и это их не очень радовало, но затем все изменилось.

Сильная четверка стала не очень крепкой пятеркой. Я не была одной из них, но была принята в круг.

Смогут ли мои ноги подняться по ступенькам в этот раз?

Я сглатываю комок, образовавшийся в горле, и смотрю на Мейбл.

Ее темные глаза смотрят в мои, в них проскальзывает блеск осознания, который лишь подтверждает мои предположения — она знает, что я ей недоговариваю.

— Ты достаточно долго откладывала это, девочка, — бранит она меня, но в ее словах нет злости.

Мои плечи поникают.

Она становится серьезной, и на поверхность пробивается намек на ее обычно скрытую нежность.

— Ну же, Тор. Чем скорее это случится, тем быстрее все закончится.

— Скорее они скажут мне собирать свои манатки.

— Тем быстрее они смогут простить, — возражает она.

У меня вырывается беззлобный смешок, и я откидываю голову назад.

— Ага, конечно, — стою на своем. — Ведь они, как известно, прощают чужаков.

— Ты не чужак.

— Но я и не она, — смотрю я на Мейбл, имея в виду Рэйвен. — Может, я уже и не просто блондинка из группового дома, но я и не она. Они не… они не поймут.

У них на самом деле нет причины даже попытаться понять.

— Рэйвен захочет понять, — говорит Мейбл. — И постепенно они последуют за ней.

— Что если она не захочет?

Мейбл встает прямо передо мной.

— Тогда заставь ее.

Заставить ее.

Я даже не могу засмеяться, если бы и хотела. Если кто-то когда-то и пытался заставить Рэйвен Карвер, точнее Рэйвен Брейшо, сделать что-то, то их ждал провал.

Да уж, конечно.

Глубоко вздохнув, я на мгновение задерживаю взгляд на Мейбл, прежде чем направиться в холл, выйти через парадную дверь и ступить на грунтовую дорогу, ведущую к особняку. Углубляюсь в деревья и сворачиваю с тропинки, как только она появляется в поле зрения.

Прошел месяц с тех пор, как Рэйвен и Мэддок поженились и решили устроить себе передышку в виде мини-отпуска после всего того дерьма, через которое им пришлось пройти, чтобы оказаться там, где они сейчас, — во главе города.

За это время я вернулась к тому, кем была, оказавшись в этом месте, — к с трудом созданной мною незаметной одиночке.

Раньше это было легко. Я всегда была наблюдателем, слушателем, и никогда не была общительной, специально избегала бесполезных разговоров, что позволяло держаться подальше от нежеланной дружбы. Благодаря тому, что другие девочки из группового дома тоже учились в старшей школе Брейшо, я не выделялась, как гадкий утенок среди лебедей. Они привыкли видеть и менее «чистых» девушек вокруг себя.

Я быстро поняла и приняла, что никто не будет беспокоиться о стервозной блондинке с подводкой и красными губами, не в то время, когда так тошнотворно желанными были чопорность, совершенство и притворство.

Но теперь для того, чтобы быть той, кем я убедила себя, что хочу быть, как только приехала сюда, мне потребовались усилия, которые я даже не хотела прилагать.

Жизнь одиночки больше не привлекала меня.

Осознание этого было, словно камень, брошенный в лицо.

Я спряталась, закрылась в себе, но прошло лишь несколько дней, а мое беспокойство начало расти, я не могла оставаться в стороне, как ни старалась.

Тогда то я и поняла, что пути назад нет. Я всегда могла контролировать себя, но теперь контроль ускользал от меня.

То, что начиналось как исправление ошибок, которые я помогла создать, без моего ведома превратилось в нечто большее.

Мое маленькое удивление переросло в желание, желание трансформировалось в потребность, и пути назад уже не было.

Возможность расцвела, пустила глубокие корни и вцепилась когтями в землю вокруг меня.

Я не могла оставаться в стороне, поэтому пошла на компромисс с собственным проклятым разумом, и снова стала прятаться на виду, как раньше.

Как сейчас.

Но Рэйвен позвонила. Она дома, в отличие от Кэптена.

Он ищет меня, сканирует двор, когда проходит мимо дома для девочек, и я не сомневаюсь, что он остановился бы, если бы заметил меня. Поэтому я и позаботилась о том, чтобы не заметил.

Он терпелив, или заставляет себя быть таковым.

Рэйвен — полная противоположность.

Она выйдет, зайдет прямо в групповой дом и сама вытащит мою задницу за дверь, даже для того, чтобы просто посидеть на крыльце после.

Я надуваю щеки, пытаясь успокоить нервы.

Среди всего — знания о том, кто напал на Рэйвен, когда она была маленькой, новости о моем присутствии, когда это случилось, правды о том, что Донли был нашим биологическим отцом, что мать Рэйвен — полная психопатка, и всего остального — но именно здесь кроется мой настоящий страх.

Этой части я боялась больше всего — раскрытия столь разрушительно сложной тайны.

— Снова стоишь в тени?

Знойный, резкий голос обхватывает мои ребра и выжимает воздух из легких. Мое сердце бьется с удвоенной силой, когда я оборачиваюсь.

Растрепанные светлые волосы, ясные сине-зеленые глаза, небольшая ухмылка. Кэптен смотрит прямо на меня.

Черт.

Ветки трещат под его ногами, когда он подходит ближе, и треск каждой из них учащает мой пульс.

Мой позвоночник выпрямляется, и я отступаю назад, пока мои лопатки не упираются в дерево, к которому я прижимаюсь, не оставляя места для побега, если он мне понадобится.

— Привет, — решаю выдавить из себя после длинной паузы.

Уголок его губ приподнимается выше, взгляд скользит по моему лицу, будто он пытается освежить в памяти, как я выгляжу, и я крепко сжимаю зубы.

— Привет, — подражает он мне. — Почему ты прячешься в моих садах?

— Мейбл сказала, что Рэйвен дома, — говорю я.

Он кивает и в его чертах видна насмешка.

— Она сказала это тебе сегодня или неделю назад?

— Что? — Черт.

Он издает тихий смешок, делает шаг вперед, и его грудь теперь касается моей.

— Ты думала, я не заметил? — Его слова — медленный шепот. — Думала, позволю тебе продолжать прятаться в тени, наблюдая?

Черт. Черт.

Кэптен смотрит на мои губы, когда я облизываю их.

— Ты избегаешь меня, — обвиняет он, снова смотря мне в глаза. — Почему?

— Не избегаю, — вру я.

— Ты врешь.

Да, именно это я и делаю.

— Кэптен… — я замолкаю, когда он придвигается еще ближе.

Его рука находит мою шею, и он использует свой большой палец, чтобы поднять мой подбородок туда, куда он хочет. Его губы теперь всего в одном дыхании от моих, твердые, полные и такие, такие соблазнительные.

— Ты лежала в моей кровати, касалась меня, пока спала, — хрипло говорит он, его глаза темнеют, и голубой в них почти полностью становится зеленым. — Говорила во сне. — Он медленно растягивается в ухмылке, и его тон снижается до игривой грубости, которая шевелится глубоко в моем животе. — Это моя любимая часть.

Я сглатываю, мое тело все больше прижимается к дереву.

Я должна оттолкнуть его.

Он стоит совершенно неподвижно несколько секунд, прежде чем сказать:

— Это та часть, где ты просишь меня поцеловать тебя, спящая красавица.

Я хмурюсь, мои ладони летят вперед, чтобы прижаться к его грудным мышцам, намереваясь оттолкнуть его. Но мое тело предает меня, мои руки не делают того, что я хотела, и вместо этого притягивают его.

Жадные, горячие губы припадают к моим, и я забываю, как это неправильно с моей стороны. Мой рот отвечает на требование его языка и открывается еще шире.

Что угодно для него, — кричит мое подсознание.

Его зубы слегка царапают кожу моей нижней губы, вызывая низкий стон из глубины его груди, и он отстраняется, когда я была уверена, что это только начало.

Он наклоняет голову в сторону, и издает грубый, хриплый смешок.

— Я так и знал, — признается он, высовывая кончик языка в уголке рта.

Я прочищаю горло, официально пребывая в оцепенении.

— Знал что?

— Ты хочешь меня, — уверенно заявляет он, отступая назад, но всего на пару сантиметров, и костяшки его пальцев скользят по моей шее. — Так же, как я хочу тебя. — Его глаза снова находят мои, в них спокойное властное выражение. — Скажи это.

Я прихожу в себя, мои мышцы натягиваются, пока не становится трудно дышать.

Что я только что сделала?

Влечение между нами кипело уже несколько недель, даже месяцев, но мы молчали.

Мы разговаривали, но только по необходимости.

Мы тусовались, но никогда не оставались наедине, кроме того дня в домике в день, когда Рэйвен и Мэддок поженились.

Мы не могли уснуть и оба оказались на балконе, смотря на звезды и старые сосновые деревья. Это было комфортно, просто стоять в тишине. Так что, когда он сказал, что собирается посмотреть фильм, я приняла это за приглашение и последовала за ним в его комнату.

Я уснула в его кровати.

Я не осознавала, что прикасалась к нему, и хотя я знала, что говорю во сне, он никогда не упоминал об этом. Не то чтобы у него был шанс.

Как он и сказал, я избегала его, но не по той причине, что он думает, и вряд ли он смог бы догадаться.

Я сглатываю, качая головой в ответ на его вопрос.

— Я едва знаю тебя. — Врать легко, сказать следующую правду еще легче. — А ты и вовсе не знаешь меня.

Кэптен не отступает. Его взгляд острый, сосредоточенный и уверенный.

— Но ты хочешь узнать меня, как и мне нужно узнать тебя.

По моему телу разливается тепло.

Ему нужно…

Успокаивающее тепло быстро сменяется обжигающим пламенем, и я впиваюсь ногтями в бедра.

— Тебе не понравится то, что ты узнаешь.

— Ты уже достаточно нравишься мне. И я не прошу рассказывать мне все свои секреты, пока что… Хотя мой самый большой секрет ты уже знаешь.

Твою мать.

Он продолжает с намеком на улыбку на губах.

— Ты была поблизости каждый день, Красавица. Ты видела ее, мою дочь.

Моя челюсть крепко сжимается, и я думаю о том, чтобы солгать, но ведь он видел меня, верно? У меня нет перекладины, на которой я могу удержаться, нет веревки, чтобы ухватиться.

Это оно.

Я знала, что этот момент настанет, потому и оттягивала его так долго.

Но это оно.

Я отрывисто киваю.

— Хочешь встретиться с ней?

Мои брови сходятся вместе, надежда в его глазах заставляет мой желудок перевернуться.

Кэптен Брейшо. Сильный, но осторожный брат. Спокойный и логичный, яростный и преданный до глубины души. Он стоит передо мной, приглашая меня в свой мир, даже не подозревая, что я уже увязла в нем глубже, чем он.

Он возненавидит меня.

Все они возненавидят.

— Идем, — он отступает назад, пока я стою, застыв на месте. — Я должен был лишь принести ее мяч из машины. Давай не будем заставлять ее выходить искать меня.