Читаем Богохульство! (ЛП) онлайн бесплатно

ТИ ДЖЕЙ КЛУН

БОГОХУЛЬСТВО!

Переводчик Саша Иванова

Русификация обложки и редактура Ася Климанова

Предупреждение: если вы очень религиозны и/или считаете идею Сатаны в качестве главного героя оскорбительной, эта история не для вас. Вы предупреждены. Вам стопроцентно разрешается иметь стояк на Иисуса, но, пожалуйста, не оставляйте комментарии о том, как вы негодуете и бла-бла-бла.

Кроме того, я хотел бы обратиться с просьбой. Я думал о том, чтобы взять за этот рассказ деньги. Тут почти 20 тысяч слов, и, может, доллар или два были бы кстати. Однако мне повезло, что у меня был очень хороший год (спасибо всем вам!), поэтому я прошу вас подумать о том, чтобы пожертвовать доллар или пять в благотворительный фонд ЛГБТК The Trevor Project вместо оплаты мне. Это замечательная организация, которая может использовать каждый цент во благо. Даже мелочь помогает, и просто подумайте: вы делаете это во имя Сатаны!

Счастливых праздников (и да здравствует Сатана!)

Ти Джей

Во вторник Сатана понял, что не хочет вставать на работу.

Правда, в Аду всегда был вторник. Как часть пытки. Все согласились, что вторник — самый худший день недели, и поэтому шесть тысяч лет назад Сатана издал указ: в Аду всегда будет вторник. Ни один демон не противился.

Но когда Сатана натянул одеяло на голову, в самом деле был вторник. Крики проклятых просачивались в открытое окно рядом с кроватью. И вопли должны были заставить его почувствовать себя лучше. Но увы…

Внезапно кто-то постучал в дверь.

Сатана не обратил внимания.

Снова раздался стук в дверь.

Сатана вновь проигнорировал его.

Когда постучали в третий раз, Сатана не выдержал и прокричал:

— Что?

— Сир? — раздался голос по ту сторону двери. — Пора вставать.

— Я знаю, — отрезал он.

— Ох. Хорошо. Просто хотел убедиться, что Вы знаете. С утра у Вас конференц-звонок, а я знаю, как Вы не любите куда-либо опаздывать…

— Я Повелитель Преисподней! — стянув с головы одеяло, рявкнул в ответ Сатана. — Я никогда не опаздываю. И прихожу тогда, когда хочу, а значит, всегда вовремя.

— Э-э… Как скажете, сир. Могу я войти?

Сатана глубоко вздохнул.

— Если нужно.

Дверь открылась.

В комнату вошёл маленький человечек. У него были очень тонкие усики над верхней губой. Его звали Карл. Сатана часто задавался вопросами: «А если б я знал, что имя Карл и отращивание усов-карандаш означало бы автоматический билет в Ад? Стал бы я бриться? Подал бы заявление на смену имени?» Сатана не знал. В Аду находилось полно мужчин по имени Карл, которые носили усы-карандаш. Сатане следовало получше подумать об этом, когда он вел переговоры с Богом о правах на души. Это была идея Бога — отдать всех Карлов с усиками Сатане. В то время сделка казалась выгодной. Но теперь Сатана понял, что это была ещё одна большая насмешка от мужчины наверху.

И если уж говорить о Боге, то сегодня в самом деле был вторник, а значит, пришло время поговорить с всевышним мудаком. Будто день не мог стать ещё хуже.

— Я всё ненавижу, — пробормотал Сатана.

— Правильный настрой, — весело произнес Карл, стоя перед огромным столом. Дверцы ящичков, сделанные из человеческой кожи, уже давно почернели. Антикварная вещь, которую Сатана нашел в магазине в одной из Адских Бездн во время путешествия несколько столетий назад. — А что сир желает сегодня надеть? Может, что-то ужасающее? Мантию Вечных Заусениц? Джинсы Нечестивой Политики? О-о-о, может, Комбинезон Дьявольских Страданий? Вы уже давно его не надевали.

— Потому что больше никто не носит комбинезоны.

Карл кивнул.

— Верно, но Вы законодатель моды.

Карл не ошибся. В прошлом году, когда Сатана явился в офис в Плаще Ужасной Слабости, все приспешники Ада были в полном восторге. Дизайнеры быстро скопировали плащ, и он мгновенно разлетелся с полок магазинов. Некоторые и правда улетели, учитывая, что один из дизайнеров решил, будто пришить крылья — отличная идея. На устранения беспорядка из летающей одежды ушла почти неделя. Создателя этих плащей отправили в темницу за его злодеяния.

Однако проблема заключалась в том, что отправление кого-либо в темницу должно было наполнить Сатану чувством удовлетворения. Но он ничего не почувствовал, и сначала Сатана просто проигнорировал это. В конце концов, у каждого бывают неудачные дни.

Но дальше стало только хуже.

Сатана понял, что становится всё более равнодушным к своим обязанностям. Пытки, которые прежде приносили радость, превратились в рутину. Даже использование хлыста с маленькими металлическими шипами на конце не доставляло удовольствия, как раньше.

Осмотр Адского Королевства Сатана всегда ждал с нетерпением. Когда-то он любил переходить из одних владений в другие, наблюдая за происходящим там. Но даже «Лавовые поля, спонсируемые Национальной Стрелковой Организацией» теперь казались унылыми и скучными. Сейчас это просто наполненная оружием лава. Она уже давно потеряла свою прелесть.

Его представитель отдела кадров, ужасная женщина по имени Шерил, предложила подумать о терапии, но Сатана только посмеялся над ней. Он не нуждался в лечении.

(Не помогало и то, что большинство психотерапевтов в Аду когда-то руководили конверсионными лагерями для квиров на Земле. Они были просто ужасными, ужасными людьми, и Сатана не думал, что мозгоправы смогут помочь. Тем не менее, каждый раз, когда кто-то из них появлялся в главном офисе, становилось чуточку веселее. Сатана наслаждался выражением их лиц, когда те узнавали, что большинство квиров автоматически попадают в Рай просто потому, что они квиры.)

— Сир? — спросил Карл.

— Джинсы, — сказал Сатана, зная, что если он не выберет хоть что-то, то это сделает Карл. А одна из главных причин, по которой Карл вообще оказался в Аду (не считая его имени и усов), заключалась в кошмарном чувстве стиля. Большую часть своего земного времени Карл ходил с поясной сумкой и в сандалиях с носками. Да, ещё он поджёг дом престарелых, но это не шло ни в какое сравнение с его выбором одежды и усов. Сатана уже несколько раз подумывал о том, чтобы изгнать Карла, но ему претила сама мысль о необходимости обучения кого-то нового. Карл знал его, и знал очень хорошо.

— Отличный выбор, сир, — произнёс Карл. Затем потянул из комода джинсы, кряхтя при этом. Штаны были тяжёлыми и длинными, поскольку рост Сатаны составлял пятнадцать футов. Сатана подумывал помочь барахтающемуся Карлу, но вместо этого стал просто наблюдать. Он надеялся, что такая мелочь, как страдания помощника, его порадует. Карлу удалось достать джинсы, но он рухнул на пол, оказавшись под увесистым материалом.

— Не волнуйтесь, — выдохнул Карл. — Я их достал.

Сатана ничуть не волновался. По крайней мере, не о джинсах. И совсем не чувствовал радости.

Каким-то образом Карл вырвался из тисков джинсов. Он поднялся и потащил их к кровати. Помощник вспотел, но на то была причина: в спальне было девяносто семь градусов по Фаренгейту, как Сатана и любил.

— Вот, — сказал Карл, укладывая джинсы на кровать. — Пора браться за дело! У меня такое чувство, что сегодня будет ужасный день.

— Мне не нужны подбадривания, — пробормотал Сатана, опустив ноги на пол. Когда он согнул пальцы ног и те хрустнули, Сатана поморщился. Прошлой ночью он плохо спал: готовился к сегодняшнему разговору, мысленно перебирая варианты ответов, отрабатывая контраргументы и отповеди, чтобы Бог воспринял его слова всерьёз. От Сатаны не ускользнуло, что это была его собственная версия настоящего Ада. Бог всегда одерживал верх, и Сатана никогда об этом не забывал. И хотя Бог до сих пор не припоминал о своих победах, Сатана знал, что долго это не продлится. Бог имел обыкновение вмешиваться и высказывать своё мнение по тому или иному вопросу даже тогда, когда его не спрашивали. Сегодня, вероятно, плотину прорвёт, а Сатана не был готов иметь дело с закидонами Бога.

— Конечно же нет, — сказал Карл, взял Сатану за руку и стащил того с кровати. — Вы немного проспали, так что на завтрак времени нет. Однако я налил Вам кофе в кружку-термос и положил в пакетик маффин, чтобы Вы поели по дороге в офис.

— Ненавижу маффины.

Карл фыркнул:

— Вы всегда так говорите, но каждый раз, когда я их пеку, всё равно едите.

Сатана хмуро уставился на помощника.

— Только потому, что ты не умеешь делать ничего другого.

— Верно. Если б я только не прислушивался к голосам в голове, которые приказывали сжечь всё на моем пути, то я мог бы открыть пекарню.

Сатана замешкался.

— Это… это то, чего ты хочешь?

Карл пожал плечами, стаскивая джинсы с кровати.

— Наверное. Но теперь уже неважно. Правда?

Сатана нахмурился, глядя на помощника.

— Если хочешь, можешь открыть пекарню.

Карл пристально посмотрел на него.

— Что?

Сатана смущенно потер затылок.

— Ну, ты весь день сидишь и ждешь моего возвращения. Чем ты занимаешься, пока меня нет?

— В основном я сижу и прокручиваю в голове всю свою жизнь, размышляя, почему мой отец меня не любил и не приходил на мои футбольные матчи. Что если бы я не стал поджигателем или…

— Ты можешь открыть пекарню.

Карл изумленно уставился на Сатану.

— Могу? Но… но это так мило.

— Я могу быть милым, когда захочу, — пробормотал Сатана, ненавидя то, как оборонительно он прозвучал.

— Знаю, — быстро сказал Карл, позабыв про джинсы. Он уже давно привык к наготе Сатаны, хотя ему потребовалось немало времени, чтобы смириться с тем фактом, что у Сатаны был очень большой член. — Но это же… — Карл покосился на Сатану. — Сир, Вы хорошо себя чувствуете? В последнее время Вы… очень любезны.

— Неправда!

Карл побледнел при виде огненного нимба, вспыхнувшего над головой Сатаны.

— Сир, я не… не хотел Вас обидеть.

Сатана медленно выдохнул через нос, и нимб исчез.

— Забудь. Это была плохая идея.

— Нет-нет, — затараторил Карл. — Идея… хорошая. Я бы с удовольствием открыл пекарню, если Вы считаете, что сможете днём обойтись без меня. Работы будет много, но я думаю…

— Может, и не целую пекарню, — сказал Сатана, пытаясь взять себя в руки. — Ну, например, тележку с выпечкой. Или что-нибудь в этом роде.

Карл энергично закивал.

— Это ещё хуже. И насмешка над моей заветной мечтой. Спасибо. Мне бы очень хотелось иметь тележку. Или что-нибудь в этом роде.

Сатана почувствовал себя немного лучше.

— Её будет тяжело и трудно передвигать.

— Колёса могут быть квадратными, — услужливо подсказал Карл.

— Верно. Квадратные колёса. И у тебя всегда будет то, чего не хотят другие.

— О-о-о, — выдохнул Карл. — Пришлось бы извиняться и давать скидки на другие товары для компенсации. Звучит совершенно ужасно.

— Да, — удовлетворённо произнёс Сатана. — Именно. И ты будешь продавать кейк-попсы — самые бессмысленные кондитерские изделия за всю историю существования мира.

— Правда? — спросил Карл. — Почему они вообще существуют? Это же тортик на палочке. Кто, чёрт возьми, выпекает что-то подобное?

Сатана почувствовал себя лучше. Он терпеть не мог, когда люди называли его милым. Он был совсем другим. Он Повелитель Тьмы. Змей в саду Эдема. Враг всего рода человеческого. Он не милый. Не любезный. Он монстр, который преследовал сны невинных людей. Он сдирал плоть с костей и пил кровь людей, пока те молили о пощаде.

(Хотя, как напомнил внутренний голос, на самом деле он больше не пил кровь, потому что она вызывала изжогу. Старость не в радость!)

— Хорошо, — сказал Сатана. — Тогда ты можешь купить тележку с квадратными колёсами. Сегодня я отдам распоряжение. Я только что получил новые бланки, которые с нетерпением ждал, и позже всё оформлю.

Карл усмехнулся, глядя на него снизу вверх.

— Благодарю Вас, сир.

— Неважно, — пробормотал Сатана. — Одень меня.

Пока Карл суетился вокруг, Сатана стоял перед зеркалом и изучал себя. Он согнул руки, наслаждаясь тем, как позёрски это выглядело. Его тело было крепким, и хотя он немного расслабился и чуток набрал вес, ему начинали нравиться небольшой животик и толстые, упругие бедра. Сатана оглядел ярко-красную кожу, под которую сложно было подобрать одежду (он ненавидел вещи, негармонирующие с цветом кожи), но он смог полюбить себя таким, какой есть. Он даже не помнил, как выглядел на Небесах, хотя Бог всегда быстро напоминал ему, что он был мускулистым твинком. И хотя Сатана никогда не любил ярлыки, но иногда задавался вопросом, не стал ли он теперь медведем, которого можно назвать папочкой. Он никогда не произносил этих слов вслух, уверенный, что потом никогда не перестанет слышать это от других.

И всё же он выглядел не так уж плохо, по крайней мере, так он себе говорил. Рога на его голове были чёрными и острыми, зубы белыми и прямыми, и хотя нос был немного великоват, с тех пор как он сделал пирсинг септума, Сатана остался доволен своим внешним видом.

— Папочка-медведь, — пробормотал он себе под нос.

— Что, сир?

— Ничего, — быстро ответил Сатана. — Не обращай внимания на то, что я сказал, или воткну гвозди тебе в ноги.

— Я ничего не слышал, — спокойно ответил Карл. — Прошу, поднимите ногу.

Сатана поднял ногу, и Карл стал натягивать джинсы. Он попытался застегнуть их на молнию и все пуговицы, но Сатана оттолкнул руки помощника. Ему не нравилось, когда руки Карла находились так близко к его хозяйству. Всё дело в усиках. Они ужасны.

— Хм, — произнёс Карл, оглядывая его с головы до ног. — Чего-то не хватает. Точно! Знаю. Подтяжки Недовольства. Они прекрасно пойдут.

Сатана поморщился.

— Джинсы с подтяжками? Уверен? Я буду выглядеть как…

— Как будто Вы очень стараетесь неуместно показать своё полуголое тело на работе, чтобы все почувствовали себя неловко?

— О. Верно. Да. Принеси подтяжки.

Карл сделал то, что велели.

К тому времени, как он накинул их на плечи босса и пристегнул к краю джинсов, Сатана почувствовал себя немного лучше. Может, сегодня всё-таки будет не так уж плохо.

*****

— Делайте ужасный выбор! — крикнул Карл в след боссу. Сатана кивнул и вышел из своего дома на кирпичный тротуар, держа в одной руке кружку-термос, а в другой маффин. Кофе на вкус был как дерьмо, как и любил Сатана. А маффин выглядел не так уж плохо, хотя он никогда не скажет об этом вслух.

Сатана подумывал насвистывать по пути на работу, но потом напомнил себе: он — Приносящий-Всем-Бедствия-Зверь, и поэтому вместо этого хмурился на каждого встречного.

— Скверное утро! — прокричал ему демон, проходя мимо.

И Сатана остановился, чтобы полюбоваться работой демона. На возвышенном каменном помосте стояло большое деревянное устройство, известное как «Дыба Бесконечной Смерти, спонсируемая Диком Чейни»¹. Демон крутанул рукоятку, растягивая человека, и чем сильнее затягивались путы вокруг запястий, тем всё громче становились непрерывные крики.

— Скверное утро, — ответил Сатана. — Кто это?

Демон придержал рукоять и вытер потный лоб.

— Кит Мартинс.

— Его грехи на Земле?

— Плохое обращение с собаками.

Сатана пристально посмотрел на кричащего человека. Он питал слабость к собакам, хотя единственными, кто попадал в Ад, были пудели. Сатана не испытывал никаких угрызений совести, мучая людей, которые жестоко обращались с животными.

— Долго его пытаешь?

Демон посмотрел на часы.

— Хм, уже… тридцать семь часов.

Очень долго. Но мало…

— Пусть будет месяц.